Возьми мои духи.

Круги перед глазами рассеял голос женщины, что отчаянно кричала и дёргала Луэль за руку. –Милая, вставай скорее! На снегу опасно лежать долго, отморозишь ведь чего! –не унимался голос. Вся одежда была мокрой насквозь, куртка лежала где-то в стороне. Её сонные глаза открылись и вместо ожидаемых Небес, она увидела хозяйку дома, к которой она и шла. Луэль хотела уже встать, но резкая боль в пояснице дала о себе знать. Она что-то промычала и перевернулась на бок. –Что там у тебя, деточка? –Старушка присела и стала рассматривать поясницу девушки, после чего она отпрянула и задрожала. – Святой Господь.. Луэль дрожащей рукой провела и пояснице. Испачкавшись в чем-то горячем и липким, она посмотрела на ладонь. Как и ожидалось, рука была почти полностью в крови, но она была не красной, а черной. Девушка распахнула глаза и попыталась встать и стряхнуть с руки эту непонятную субстанцию, сильно напоминающую кровь. Как только Луэль встала и сделала пару неловких шагов в сторону старушки, та закричала. –Не приближайся ко мне, нечистая!–Хозяйка отходила в сторону входа в дом. –Прочь с моего двора, тварь! –Что вы такое говорите? –Луэль смотрела на неё глазами полными страха и отчаяния. –Со мной же всё в порядке, разве нет? –Уйди! Прочь, тварь болотная! –Женщина открыла дверь и быстро зашла в дом, закрыв его изнутри. Луэль подошла к двери и ударила её рукой. –Но что я сделала?! Откройте мне, пожалуйста! Я не хочу оставаться здесь, мне страшно! –По её щекам потекли слёзы. Ответа не последовало. Свет в доме погас и наступила тишина. По крайней мере, она жива. Держась рукой за поясницу, Луэль дошла до своего дома. С неё капала вода и падал снег. Вся она дрожала, но тепло от печи быстро согрело её. Свою куртку Луэль так и не забрала, она осталась в снегу. Девушка поставила ботинки на печь, остальные вещи она повесила туда же. Переодевшись в сухое, она порвала несколько тряпок, связала их вместе и замотала рваную рану на злосчастной пояснице. Черная кровь капала на пол и пропитывала тряпки. –Почему она.. черная? –Луэль задала вопрос в пустоту. Никто не собирался ей отвечать. Она осталась до утра сидеть у печи, опустив голову и менять тряпки от нескончаемой черной крови.