Тепло

Лиза тяжёло вздохнула и перевела взгляд утомлённых глаз на мальчика. Всхлипнув, Рэйзор виновато замял штанину и подавил желание заскулить то ли от боли, то ли от обиды. Он повёл себя как настоящий дикий зверь, не подал виду, когда мерзкие иголки колючек впились в бледную кожу. Волчонок подошёл к Лизе и тихо заплакал. Она могла видеть его слёзы и могла слышать его всхлипы. Он доверял ей, а его доверие заполучить было непросто. Спустя почти два часа, наполненных скулом и слезами, колючки исчезли с тела мальчика, оставив алые точки, ноющие от одного взгляда на них. Лиза расчесывала волосы Рэйзора, лохматые и непослушные, вечно в колтунах и хранящие в себе множество частичек леса:то веточка, то листочек. Они будто сами магнитились к дикому мальчишке, словно принимая его вновь и вновь. Опухщие щёки Рэйзора были в красных пятнах, будто каждая слезинка обожгла бледную кожу. Волчонок грыз сахарный рогалик, довольно морща нос. Он был далёк от изысканной кухни, искусных десертов и напитков, но сладости, что ему давала Лиза всегда находили отклик в диком сердце. Со временем, девушка осознала, что свежая выпечка радует его меньше, нежели подсохшая. Словно неугомонный щенок, он вгрызался в тесто, что превратилось из тающего во рту блаженства в корочку и долго жевал его, довольно жмурясь. Лиза нежно погладила мальчика по макушке и тихонько задремала в своём кресле, пока радостный волчонок, сидя на подушке на полу, расправлялся с хрустящей булочкой