Утро

Изана медленно и плавно потягивается, купаясь в нежных лучах раннего солнца. По телу пробегают золотистые лучи, которые смогли пробиться сквозь не особо плотные шторы. Смысла от этих висячих тряпок почти что не было. Навряд ли какой то придурок полезет на самый верх многоэтажки, лишь бы увидеть что происходит в небольшой, но просторной квартире. Приподнимая усталые по непонятной причине веки, Курокава проводит сонным взглядом по просторам кровати, явно высматривая в ней какой-то объект. —Ясно. Как и всегда, проснулся раньше, чем я, — Задумчиво пробормотал тот, сам не разбирая, что получилось в итоге. Постель еще сильнее нагрелась от поступающего в комнату тепла. Грело и осознание того, что сегодня никуда не нужно идти.Валяйся сколько тебе влезет, никто и слова не вякнет. Голова тянется к подушке, руки же обвивают ее по обе стороны, сжимая со всей силы. Следующее мгновение запоминается отчетливым попаданием запаха ароматных специй в нос. В животе заурчало, но даже это не помогало побороть свою лень до конца. Она словно связывала все тело чем то крепким, при этом липким, и не отпускала до последнего, тянула к себе, стараясь оставить все как есть. Что уж поделать, всем людям свойственна лень, но не все с ней хотят бороться. Такие люди - слабовольные существа, а он не такой, значит, все таки пора вставать. Ноги словно превратились в вату, тяжело перенося тушку до кухни. Шаги медленные, размашистые.Просыпаться ему всегда трудно, особенно после после теплых ночей, проведенных рядом с любимым. Как же приятно лежать рядом друг с другом, обнимая, болтая на не особо важные темы, закидывать руки или ноги во время сна и знать о том, что их не сбросят. —Ты куда опять так рано съебался? Тем более, без меня, — Курокава протяжно зевает, вытягиваясь во весь рост. Облокотившись на дверной косяк, он не сводит своих пурпурных глаз с сидящего за столом парня, который все никак не мог засунуть в рот кусок яичницы . —А не видно? Есть захотел,в душ сходил,голову помыл, - Какучо все таки запихивает несчастный кусок в рот, устанавливая зрительный контакт со стоящим в проеме Курокавой. На удивление, глазеть на друг друга по утрам уже было привычкой, особенно, если кто то из них застанет другого в каком то необычном месте. Обычно это никого не смущало, а если и были возражения, то редко. Слишком уж много они прошли вместе, чтобы стесняться друг друга в повседневной жизни. Недоеденная яичница остается стыть на столе, пока Хитто уже устремился к Изане,уложив на бедра слегка холодные руки.Брюнет склоняет голову, оставляя едва ощутимый поцелуй на макушке того.Вообще, он удивлен, что Курокава самостоятельно встал в выходной день. Чаще всего это делалось из под палки или другими, более изощренными, способами. По всей видимости, сегодня пойдет снег или соседнюю многоэтажку снесет к чертям ветром. В любом случае, Король явно пришел не просто проведать любимого, а за какой то определенной целью, при чем действительно важной. Неужели проголодался? Да вроде ко столу не лезет, встал как истукан и стоит себе, хлопает сонными глазами. Либо ситуация намного страшнее, чем можно представить... — Чего замолк? Сердце прихватило? - Со стороны белобрысого часто можно услышать что то подобное, сказанное скорее не в целях кого то обидеть. Просто ляпнул да и все. Тем более, Какучо и вправду подозрительно замолк, словно в голову пришла странная мысль, требующая рассуждений. Впрочем, важно ли это для Изаны? Явно нет. Не упуская возможности, он щипает юношу за нос, стараясь вернуть того обратно. — У нас выходной,в чем проблема подольше поспать? Я не вижу причины, по которой ты сейчас не пойдешь обратно в постель, - Очередной протяжный зевок,обозначающий что желательно поспать хоть еще немного. Не удержавшись, зевает и Хитто, волей-неволей наконец то соглашаясь проследовать обратно в сонное царство. Без каких либо сопротивлений, тот осторожно подхватывает белобрысого, относя обратно к большой белой кровати, еще не успевшей до конца остыть от тепла тел. Курокава внимательно вглядывается в глаза юноши, словно пытаясь что то этим сказать. Но никаких новых звуков,увы, в комнате не появилось. Руки белокурого тянутся к чужой шее, "украшенной" укусами и небольшими царапинами. Это наоборот придавало ей своеобразную красоту, да и не особо бросалось в глаза.тОн тянется к губам, медленно вводя Какучо в поцелуй. Нежные лучи обволакивали тела, пока те наслаждались мгновениями только начавшегося утра. Придерживая и сжимая косматый затылок, Изана добавляет грубости, прикрыв сонные веки. Брюнет осторожно подходит ближе к кровати, стараясь перенять инициативу на себя. Кровать жалобно проскрипела, стоило Курокаве полностью опустить свой вес на нее. Хитто надвисает сверху, властно разглядывая слегка оголенный торс партнёра.С губ срывается тихое: —Может.. Поменяем планы на утро?..