Магическая книжная лавка Хонджуна

      Сидя за своими большим дубовым столом, перебирая многочисленные бумаги, Хонджун думал о том как много стало работы в последнее время. Она казалась нескончаемой. Древние артефактные книги, хранящие в себе магические знания всех времен и народов были самыми привередливыми в плане ухода, иронично они не приветствовали ни щепотки магии при их уборке. Что еще немаловажно Сан, который всегда прекрасно справлялся с этой задачей, будучи их любимчиком (Хон готов поспорить что все дело в том как он нежно касался их своим рыжим мехом когда будучи котом прыгал тут и там по полкам), казалось не был в состоянии ему помочь как минимум ближайшие четыре часа. Впрочем, то что его единственный помощник был вне зоны доступа хранитель виноват был сам… Он в очередной раз взглянул на рыжего кота, который слонялся между высокими стеллажами туда-сюда, вспоминая как недавно вернувшись в пренеприятнейшем настроении громко хлопнул входной дверью с такой силой, что человека Сана смело как рукой, оставив после себя комок рыжей шерсти, который окинул его самым недовольным взглядом на который тот был способен в своем втором обличии милейшего создания. Очередное напоминание о том, что Сана мог напугать любой ветерок пробежавший дольше чем следует и гарантирующий ему далеко не только мурашки, но и две пары лап с хвостом в придачу осталось лишь напоминанием в его забитой до отказа черепной коробке. Теперь он был вынужден страдать в одиночестве, проклиная свою забывчивость.       Его помощник, юный анимаг Сан, быстро привык к своей способности и ее контролю. Когда его, ещё едва оперившегося в мире магии, привел Чонхо, его старый приятель из департамента дел по раскрытию и адаптации магических существ, тот выглядел таким напуганным мальчишкой. Его длинные усы и хвост не прошли полную трансформацию после одного из незапланированных превращений и он выглядел мило, но совершенно сбитым столку, когда Хон позволил книге по истории анимагии самой прилететь к ним из глубины лавки и опуститься прямо в его руки.       Когда они уже почти собрались уходить, мальчишка вдруг сказал ему, что его объявление на двери снаружи о поиске помощника кажется может скоро улететь и предложил его подклеить. Подклеить. Юный Сан был так очарователен в своем неведении, так гордился что мог быть полезным, особенно когда Чонхо, его наставник, улыбнулся хранителю такой довольной улыбкой, будто он выиграл джек-пот (хотя найти своему очередному едва оперившемуся в мире магии птенцу его место настолько быстро казалось было чем-то куда более приятным чем любой другой приз). Чонхо тогда вдруг стал таким расслабленным, казалось почти окрыленным, когда попросил Сана пойти и принести объявление, которое он сам не заметил, обратно в лавку, потому что оно больше не понадобится. Его приятель, вот уж негодник, не мог не знать, что объявление, о котором говорил Сан, было доступно для глаз лишь одного человека во всем мире. Для избранного. Так хотела магическая лавка хранителя. Она сама избирала своих людей.       Так в его лавке появился его первый помощник, юный анимаг Сан, который на тот момент едва мог контролировать свои превращения в пушистого очаровательного рыжего кота Санни. Со временем он адаптировался, Хонджун и наставник мальчишки Чонхо не могли не радоваться, наблюдая его быстрый рост и то как радостно лавка приняла его. Он поглощал знания о магическом мире тут и там в глубинах книжных стеллажей, лавка сама подбрасывала ему то что считала наиболее важным для своего человека. Превращения Сана стабилизировались довольно быстро, больше не оставалось усов или хвоста, моментное полное перевоплощение когда и где бы Сан не пожелал.       Но было кое-что весьма интересное в превращениях Сана. Это то, что временами он не мог их контролировать. Неожиданные резкие звуки, появления из-за спины когда ты не можешь предугадать и все подобное, что могло напугать Сана заставляло его немедленно превращаться в кота. В таких случаях обратное превращение в человека не работало какое-то время. Это было чем-то необычным, бесконтрольные превращения были естественны лишь на ранних порах, когда юные анимаги привыкали к своим способностям. Чонхо водил Сана на консультацию к опытному профессору в области анимагии. Оказалось, что это весьма распространенная вещь, из ряда аномалий среди анимагов. Считается врожденным. Профессор посоветовал просто смириться. Не то что бы от этого было совсем невозможно избавиться, но способ был весьма специфичным… В общем, Сан познал дзен в смирении.       Проработав до позднего вечера, вспоминая как его верный помощник впервые появился на пороге лавки, хранитель изучал и делал пометки тут и там в различных списках, раскладывая новые артефактные свитки, пытаясь не задохнуться в многовековой пыли. Ближе к восьми вечера карета превратилась обратно в тыкву Сан снова стал человеком, хранитель ожидал от него долгой нудной лекции о границах чужого душевного спокойствия, но тот лишь по привычке отплевавшись от шерсти, ушел готовить ужин, не проронив ни слова. Сначала он думал, что его временами четвероногий помощник, на этот раз просто слишком сильно обиделся, чтобы обронить хоть слово в его сторону. Но примерно через пол часа тот вернулся чтобы мягким голосом позвать своего непутевого хёна ужинать. Тогда он наконец разогнул спину и понял насколько же сильно он устал. Должно быть Сан в очередной раз пожалел его, видя размеры его сегодняшних страданий.       Уже сидя за накрытым столом, мысленно боготворя стряпню Сана, Хонджун в очередной раз тяжело вздыхает пытаясь развернуть свои конечности так чтобы те перестали ныть (к его превеликому сожалению неуспешно), он объявляет: — Кажется для нас все-таки пришло время найти дополнительную пару рук или лап, как думаешь? — Вау, хён, гениально, хён, такая умная мысль, хён, что-то смутно напоминает, что бы это могло быть? — саркастично ответил Сан, изобразив искреннее удивление на своем лице.       Тогда Хон понял, что тот все же очевидно до сих пор дуется на него. На самом деле его по обыкновению милый помощник кажется держал свою обидку в себе как мог, жалея его грешную душонку, которую сегодня потрепали подружки Сана артефактные книги и не только они… — Извини, я хотел сказать, что ты был прав вчера, говоря, что нам не помешает третий человек. И мне жаль, я не хотел шуметь сегодня днем, когда возвращался, был в ужасном настроении. Наткнулся в городе на мистера Пака, помнишь его? Он снова пытался разнюхать от меня о кристальной книге, по пути я разлил на себя кофе, уверен это было его рук дела. Эти обидчивые маги, столько самоуверенности… — устало вздохнул хранитель. — Ладно, хён, я прощаю тебя, ты сегодня уже явно настрадался. — Его помощник действительно был настоящим солнышком, Хон до сих пор не знает чем его заслужил. — Так что, значит нести пергамент? — Ах, да, очередное напоминание, что Сан был подарком судьбы не для него, лавка избрала его для себя любимой.       Это то как ты становишься частью таких удивительных мест. Артефактные лавки, хранящие в себе мудрость тысячелетий, избирают своих хранителей и их помощников сами. Невозможно прийти работать в подобное место по собственно инициативе. Никто не знает критериев, предпочтений, тут и там магические лавки древних знаний делают свой выбор казалось бы наугад. Однако со временем можно ясно видеть, все избранные имеют что-то общее, то что их связывает. Это нельзя объяснить, это можно только почувствовать, будто что-то в глубинах их душ горит. Это не тот огонь, что сжигает все на своем пути, нет, это тот огонь что освещает их души, наполняет их сердца. Задумавшись, Хон не заметил отсутствие Сана, но пришел в себя как только тот вернулся и положил на стол перед ним тот самый хорошо знакомый им двоим пергамент. Это был небольшой свиток, выглядящий довольно современно, впрочем никто из них двоих никогда бы не осмелился думать будто это простой кусок обычной бумаги. О, нет, этот свиток принадлежащий лавке невероятное количество лет не мог быть простым, определенно нет. Его свойства менять свой внешний вид и содержимое явно говорили сами за себя. Когда-то этот свиток привел к нему Сана, его первого помощника, преданного ему и лавке едва вылупившегося из скорлупы анимага, который перевернул его жизнь и вдохнул в место, которое они зовут своим домом, новый свет, огонь своей души. Его лавка растет, количество артефактов пополняется еженедельно и их дом дает им понять, что время пришло. Время впустить новый свет. Хранитель выходит на улицу, едва прикрывая за собой дверь, он вдыхает слегка прохладный вечерний воздух. Обернувшись к двери, Хон твердо прислоняет свиток к ее поверхности. Пергамент плавно распрямляется, подстраиваясь под все шероховатости.       Итак, объявление вывешено. Абсолютно чистый лист.       Кого ты изберешь в этот раз, лавка?