Лидеры четвëртого поколения

      — Мы опять по старшинству, да? — улыбнулась Хëнэ, сидя перед уже включëнной камерой. — Всем привет! Это Крис. Нормально? Я не знаю, что сказать просто… Давай, читай.       — Каково это, быть матерью семерых дочерей?       Широкая улыбка. Пан опустила взгляд куда-то в пол.       — Чудесно. Когда группа только появилась… Я думала, что никогда не смогу собрать из этой кучи одно целое. Ханна и Хëджин крыли друг друга матом. Фелиция ни словечка не понимала на корейском. Мунбëль была волком-одиночкой, которой слово сказать нельзя – покажет фак, пошлëт… Можно материться, да? Нахуй. И может даже уйдëт. Бао на контакт ни с кем, кроме меня, не шла. Ей время для каждого человека нужно, чтобы привыкнуть. Сын-Мин подросток с кучей гормонов и мозговым штурмом в голове. Она пришла с забритым затылком и проколами по всему телу. Я не думала, что она вольëтся в коллектив. Каждая была близка мне. Но я не была уверена, что им близка я. Я не знала, смогут ли они стать одним целым и… Было много ссор. Много драк. Но когда видишь результат, ты понимаешь, что это того стоило. Мы можем не говорить никому и ничего. Но мы никогда не дадим друг друга в обиду и, даже если в ссоре, тихонько будем наблюдать, чтобы помочь, в случае чего. — вздох — Они все разные. Понимать это очень круто. Видеть Мин Сон и Яну вместе – просто счастье. Это два совершенно разных ребëнка, которые сейчас легко обнимутся и поболтают вместе. Почти два года назад, когда я только привела Бëль в команду, она очень сильно ругалась со многими. И Чо Ын была одной из главных еë целей для криков. Я не хочу никого выставить тираном, нет. На то были причины. Мельком даже могу сказать, что проблема была в болезни Чо Ын, о которой с недавних пор всем известно. Сейчас всë хорошо и… Мы семья. И их матерью быть весело. Очень весело. Я люблю их.       — Ты считаешь это своей заслугой? То, что они так поладили.       — Нет. — сразу мотнула головой она. — Каждая из девочек проделала огромную работу над собой. Я никогда не присвою это всë себе. Мы команда. Это заслуга каждой.       — Кому ещë можно было бы поработать над собой?       Странный взгляд. Хëнэ не понравилось то, что интервьюер задавал свои вопросы, отличные от основных.       — Даже если такой человек есть, я никогда не скажу это на публику. Я скажу ей на ушко. Если надо. Если надобности нет, я буду молчать.       Кивок от стаффа. Девушка заметила недовольство айдолки. Глянула на работника не своей команды и тяжело вздохнула.       — Какой любимый напиток?       — Ой, не знаю… Правда не знаю. Возможно… Блин. Меня застали врасплох. — улыбка. — Наверное зелëный чай. Крепкий. С сахаром. Я очень часто мучаюсь от бессонницы и он мне помогает. Иногда наоборот работаю до поздней ночи и он бодрит. Будто выполняет моë желание. — смешок — Недавно я даже стала называть его Чаном, а не чаем. А Чана наоборот, зелëным чаем. — напуганный взгляд от стаффа. Тишина. — Давайте дальше.       — Любите плавать? Если да, то где больше всего (в речке/море/озере/бассейне/и т.п.)?       — О, да. — выдохнула лидерша, нервно улыбнувшись — Я была чемпионкой района, города и области по плаванию. До страны не дошло. Почти. Меня внесли в списки и в последний момент я отказалась. Спонтанно уехала в Корею. Я много раз извинялась перед тренером, слала письма и звонила. Она сразу сказала, что понимает меня. Но меня не покидало чувство вины. Мы до сих пор иногда общаемся. Она классная женщина.       — Что вдохновляет вас больше всего при создании музыки?       — О… Интересный вопрос. На самом деле у всех по-разному. Но я отвечаю за себя, поэтому… Всë просто, моя группа.       — А до еë существования? Не с пустыми же руками ты пришла в компанию? — спросила журналистка.       — До существования моей группы я черпала вдохновение в группе Чана. И отвечу на следующий вопрос, до существования скизов, я не черпала вдохновение. Потому что до них я писала стихи, как тексты песен. А музыку я начала писать с семнадцатого года. Когда попала в компанию и стала слушать мальчиков. Всë? — стафф поджала губы, понимающе глядя на раздражëнность Крис. — Следующий вопрос.       — Есть ли песня, которую вы написали особенно быстро или наоборот долго вынашивали идею?       Широкая улыбка.       — У меня есть песня… Она не вышла. И вряд ли выйдет скоро. Возможно, даже никогда. Она очень личная. Я, увы, не тот человек, который может выложить подобное без слов. Есть люди, которые пишут такое просто потому, что хотят ничего не чувствуют, публикуют. Есть те, кто пишет о себе, но молчит. Я так не могу. Если я написала песню, я в ответе за неё. Я не смогу свалить на другого человека и сказать: «Это она написала» — смех — Чан, прости… Ну правда… Я не смогу скрыть своих чувств. Не умею врать. Поэтому эта песня останется со мной. Но она написана буквально на одном дыхании.       — Это было обращение к Бан Чану из Stray Кids?       Тишина. Стафф очень странно посмотрела на журналистку. Та улыбалась.       — Я извинилась перед ним, а затем продолжила отвечать на вопрос.       — Угу…       Слабая улыбка от лидерши была настолько напряжëнной, что оператор выглянул из-за камеры, посмотреть на неë. Она не отвернулась. Жгла взглядом объект ненависти, очевидно.       — Как вы считаете, какой ваш трек лучше всего отражает вашу личность?       — Мой или группы? Если мой, то логично, что соло. Если нет… Impossible love из дебютного альбома Life. Наверное, так.       — Расскажите о самой необычной реакции публики на ваше выступление.       — Необычной? Ну… Я как-то привыкла, что на концертах нет-нет, да шум. И я помню, как на первом концерте с… — щелчок пальцев — Альбомом True, на моëм выступлении с соло, была гробовая тишина. Я выступала первая и когда был последний припев, все просто стихли. Я подумала, что что-то не так, подумала, что оглохла, но не сдвинулась с места. До сих пор удивлена, что сдержалась. Я плакала во время того выступления с этой песней, как раз на том моменте. Я вложила в неë душу. Было ощущение, что все всë поняли. Весь смысл, о котором я еле как умалчиваю. Будто все поняли, почему я плачу. И я знаю, что это не так, потому что никто из фанатов не знает о моей жизни за камерами, но… Было очень круто. Будто током пробило. — смешок. Это стафф засмеялась. — Да, приятно, когда током бьëт.       — Жаль, не насмерть. — сказала та, тихонько.       — Бëль покусала? Выплюнь гадость, она ядовитая! Выплюнь.       Когда смех стих, журналистка странно оглядела девушек рядом.       — Какой самый необычный подарок вам дарили фанаты?       Хëнэ подняла руки к голове и закрыла ладонями лицо. Спустя пару минут убрала, улыбаясь.       — Нам перестали дарить еду, когда мы сказали, что всë равно еë не едим, опасно… Стали дарить плюшевые игрушки и очень много. У Лици вся комната в них. Чо Ын ругалась даже как-то… Мне подарили очень и очень качественный фотошоп. Фотографию с две мои ладони, печатную. Я еë в книге храню, даже страницу помню… Мне неловко. — она улыбнулась — Там была очень классная фотка. Я клянусь, я сама почти подумала, что это реальное фото, а не монтаж…       — А что там было? — непонятно зачем, но спросила журналистка. И так понятно было, что она ответить должна.       — На фотографии я и Чан… — она снова закрыла лицо рукой. — Боже, зачем я это говорю… — молчание. — Очень похоже. Будто просто фотка, на которой мы целуемся… Я считаю, что у меня очень талантливые фанаты.       Стафф сдерживала смех.       — Дальше.       — Какие прозвище вы бы дали друг другу?       — Мы тут надолго. — улыбнулась Крис и откинулась в кресле. — Прозвище это обширное понятие. Это может быть что-то от имени, а может… Нет?       Стафф за кадром головой мотала. Улыбнулась.       — От имени обычно называют кличкой. Условно, будь ты Кристиной, то Крис можно было бы назвать кличкой. Прозвище это уже что-то…       — А, поняла. Спасибо. Туплю сегодня… Это сложно. Начну с Бао – богиня.       Журналистка раскрыла рот, но еë за руку схватила девушка из стаффа. Мотнула головой. Та губы поджала, но промолчала.       — Ханна – сластëна. — она отвела взгляд, чтобы не видеть девушку перед собой, за кадром. На нервы капало. — Фелиция – солнышко, Чо Ын – цветочек. — широкая улыбка — Мунбëль… Кошатница. Проще некуда, но я правда не знаю! — увидев, как подавляет смех девушка из стаффа, вскликнула Крис. — Хëджин – красотка. Я даже знаю, как бы пошутила она с Ханной и Бао сейчас… Ну ладно. — Молчание — А, Сын-Мин! Подросток. Я очень надеюсь, что она не обидится. Минни, люблю тебя! — Махая в камеру, сказала она и кивнула девушкам за камерой.       — Представьте, что у вас неограниченный бюджет, какую сцену мечты вы создали бы?       — Господи, зачем такие вопросы… Это провокация — схватилась за волосы Пан. — За что… Ну, я боюсь хейта…       Тишина. Она откинулась на кресле, глядя в потолок.       — Я не люблю круговые сцены. Это неудобно. Части публики видно спину, а не лица, звук может идти неравномерно. Если перестраивать хореографию на круговую, то проблема уже для нас, не видеть танца других тяжело… Мунбëль бы нервничала, вдруг нет синхрона и бла-бла-бла, поэтому… Я не знаю. Понятно, что эффекты это круто и все такое, но те же искры из пола нам не нужны, Сын-Мин начнëт плакать. Какие-то дымовые штуки могут спровоцировать аллергию у Лици или приступ астмы у Чо Ын. Мы всë это изредка используем, конечно, но аккуратно… Я не знаю.       Тишина заполнила помещение. Стафф заметила слабую улыбку на лице Крис.       — Это не от бюджета зависит, честно. Моей мечтой можно назвать сцены для каких-то премий. Выступить на ней… Это не деньги. Это труд и симпатия от страны. Я никогда не буду покупать славу за деньги. Но увы, мы не та группа, которая нравится Корее. Мой ответ – сцена премии. Без денег.       — Если бы вы могли попасть в любую вселенную (фильма/сериала/мультика/т.п.), какая бы вселенная это была, и смогли бы вы там выжить?       Девушка в кадре почему-то заулыбалась. Глядя в потолок что-то вспоминала.       — Би Муви: Медовый заговор. Это мультик. Очень классный. Две тысячи седьмого года выпуска. Я давно смотрела… Честно… Плохо помню, но думаю, что смогла бы выжить. В детстве я очень хотела найти человека, которому смогу доверить всë. Который будет любить меня очень-очень сильно и с которым можно будет всë, что угодно делать. Мечтала посмотреть этот мультик с таким человеком. — улыбка, которую она сдержать пыталась, была всë шире. — Где-то внутри меня всë ещë та девочка, которая мечтает об этом.       Хëнэ проморгалась, чтобы не заплакать. Это видно было. Не то чтобы не хотелось, просто рановато было. Она точно знала, что есть вопросы хлеще.       — Какое клише в фильмах вам кажется смешным/надоевшим?       — Ненавижу, когда главной героине всë легко даëтся. Или когда она жуткая неудачница, куча долгов и тут бац, богатый влюблëнный придурок, готовый всë оплатит, но ей не нужны деньги, ничего не нужно, она честная и… Они вместе. Такого не бывает. В жизни всë хуже. Всë. Я знаю. — нервная улыбка появлялась и пропадала. — Меня бесит, что в кино никогда не показывают жизнь. Не показывают, что жизнь – это не когда на тебя валятся люди, желающие решить твои проблемы. Жизнь – это когда ты сам вытаскиваешь себя из дерьма, в котором родился. Я верю в везение. Но не в то, что десяткам, если не сотням таких, как я, помогают какие-то богачи. И это настолько часто, особенно в дорамах, что блевать тянет. Дальше.       — Мне действительно интересно, у кого самые длинные и самые короткие пальцы из скизов.       Она не смогла сдержать улыбку и быстро закрыла рот рукой, пытаясь хотя бы не засмеяться.       — Боже… Зачем и почему мне задают такие вопросы… Серьëзно? Откуда я знаю… — она закрыла глаза, тихо смеясь. — Ну… Чисто теоретически, у Хëнджина, наверное… Как минимум визуально, поэтому он. У Хвана пальцы выглядят самыми длинными. Но как на самом деле, я не уверена. У Чонина вроде тоже руки большие, да? Ну, на шоу им как-то меряли… В общем я думаю, что они двое первые. А самые маленькие, наверное, у Ликси и Минхо. У них же самые мелкие ладошки, да? Хватит смеяться, мне и так неловко! — увидев улыбку стафф, воскликнула девушка. — Так, всë. Я взрослый человек и у меня есть интересы. И я фанатею по мужской группе. И это абсолютно нормально, что я помню выпуски шоу с ними. Всë ясно? Да хватит!       Следующие десять минут и стафф и айдолка смеялись. Журналистка косилась на обеих, характерно кривя улыбку.       — Ладно… Давайте дальше.        — У кого из участниц лучшие/худшие взаимоотношения?       — Это тяжëлый вопрос. Особенно после реста Хëджин. Они безумно сблизились и… Я бы назвала их лучшими подругами. Я могу назвать участниц, которые между собой самые близкие. И это четыре пары. — смешок — Я с Бао. Бëль с Минни. Хван-Хан и Лици с Яной. — Молчание пару секунд. — Но кто хуже всего ладит… Ещë год назад я бы, не задумываясь, ответила, что Хëджин и Ханна. Сейчас… Язык не повернëтся.       — А что случилось во время реста?       — Не мне говорить об этом, ясно? Если они захотят, они будут говорить, но не я. Худшие отношения… Честно, без понятия. Мы все сдружились. Хотя бы за эти почти полтора года. Я бы ни про кого из нас не сказала, что мы как-то не ладим.       — А до дебюта?       — До дебюта я передралась со всеми участницами, кроме Сын-Мин. Даже с Лици, да. Но это были ссоры. И знакомство такое. — улыбка. — Было очень весело. Дальше.       — Как Stray Girls ведут себя после того, как выпьют?       Крис улыбнулась и облизнула губы, прикрыв глаза.       — Я… Вообще не пью. Во-первых, из-за донорства, а во-вторых… В жизни я очень сдержанна. Не позволяю себе ныть и всё такое… Только, если мне хреново. Когда я болею, например. Разныться на раз два. Но когда я в себе… Если я выпью, я просто начну плакать. Или говорить о жизни и плакать. Думаю, понятно. Дальше.       — В какой момент вы чувствовали себя самыми счастливыми?       Девушка широко улыбнулась. Будто перед глазами картинки сразу появились.       — Мой самый счастливый момент в жизни, это двадцать шестое февраля восемнадцатого года. Для жителей Кореи поясню, я родилась в Австралии, а там совершеннолетие в восемнадцать. Я не могла поверить, что наступил день, в который я могу наплевать на всë и уехать из страны, которую ненавижу всей душой. Я сбежала. Сбежала из дома и улетела в Корею. В свой день рождения. Это был лучший день в моей жизни.       — Почему так не любишь родную страну?       — У меня нет родной страны. Я кореянка по крови, рождëнная на территории Австралии. Я никогда не говорила об этом фанатам, но… Моя жизнь не похожа на дешëвый мюзикл из мультика. Мои родители женаты дважды друг на друге, в разводе винили меня. Меня никто из них не любил и… Я не знаю, почему мне давали деньги иногда. Просто представьте, что вы говорите: «Пап, я получила лучший балл в классе», надеясь, что тебе скажут хоть что-то хорошее. Не то, что я неудачный аборт или грëбаное отродье, а скажут, что гордятся мной. Но в ответ я получаю просто молчаливый бросок двадцати австралийских долларов в лицо и игнор. После развода родителей я поняла, что реально никому не нужна. Оставшись с отцом, даже усомниться в этом не могла. Он не помнил о моëм дне рождении, приходил домой из ресторанов и заваливался спать. Я жила на те деньги, которые мне кидали в ответ на мою просьбу сказать, что меня любят. И когда родители расписались по новой, я сделала всë, чтобы не быть дома. Я носилась по всему городу. С учëбы на балет, с балета на фортепиано, а затем на плавание. Я участвовала во всех олимпиадах и конкурсах. Я была где угодно, но не дома. А возвращаясь, была такой вымотанной, что сил поплакать не было. И мне было это на руку, потому что я не хотела. Потом я стала раздавать листовки, разносить заказы еды и выгуливать собак. И когда в свои восемнадцать я встала в шесть утра и уехала в аэропорт, я была самой счастливой на свете, клянусь. Сейчас я в процессе смены документов, а для гражданства Кореи обязательно отказаться от прошлых. И я всеми руками за избавление от этой фигни. Я ненавижу язык, который знаю с детства, людей, которые родные мне по крови и страну, которая принесла мне столько боли. И, обращаюсь к фанатам из Австралии, я очень люблю вас. И вы не виноваты в том, что у меня было такое детство. Возможно, журналисты назовут меня ребëнком, но я просто устала причинять себе боль. Простите, но если нам снова назначат концерт в вашей стране, скорее всего, я снова буду плакать. Мне очень стыдно перед вами. Но увы, ничего сделать с этим я не могу. Дальше.       — Был ли такой этап жизни, что вы просто не хотели жить? Если да, когда это было?       — Ну, я уже достаточно рассказала о детстве. Я перестала хотеть жить ровно в ту секунду, когда от обоих родителей в суде услышала отказ от меня. Я не помню, сколько мне было. От девяти до одиннадцати, где-то так. В тот момент я поняла, что не нужна никому. А затем, когда родители сошлись, я подумала, может теперь всë хорошо? Может дело было в разводе..? Мне было тринадцать, или четырнадцать… Или двенадцать. Я не помню, помню только, как… Женщина, которая меня родила, оттолкнула меня и обняла своего сына. Ему было… Тоже не знаю сколько. За двадцать, как минимум. У меня тогда рухнули последние стекляшки, на которых держался мир. Я клянусь, моë восемнадцатилетие просто спасло мне жизнь. А ещë Бао, которую я встретила через… Неделю? Может, даже меньше, не помню. Я хорошо стëрла себе память. Помню свою жизнь отчëтливо только со знакомства с Бао. Хотя, даже не так. У меня три жизни. Первая закончилась, когда я поняла, что никому не нужна, а вторая, когда я уехала из Австралии. И это третья. Определëнно, лучшая. Дальше.       — Главная ошибка в жизни.       — Родиться? — улыбнулась Хëнэ, слегка поджимая губы. — Родиться девочкой? — тишина. — Честно… Больше на ум ничего не приходит… — она замолчала, глядя куда-то в пол. Глаза слезами потихоньку наполнялись. — Наверное… Родиться в этой семье… Я до сих пор так жду слов «Я тобой горжусь». До сих пор так хочу, чтобы мне сказали, что меня любят… — слëзы скатились по щекам. — Я просто хотела быть ребëнком. Хотела любви. И чувствовать себя нужной. Но я родилась девочкой. Всегда завидовала старшему брату, потому что ему всегда уделяли внимание больше. Ну или просто уделяли, в отличии от меня. — она сглотнула. — Я очень хочу услышать, что меня кто-то может назвать доченькой. Не друзья, в шутку. А женщина, годящаяся мне в матери. По возрасту. Я просто хочу, чтобы у меня был человек, которого я могу назвать мамой. — она начала тяжело дышать и вытирать слëзы с лица, пальцами. Тушь немного потекла.       — Это вырезать? — тихо спросила стафф.       — Нет, не надо. — ответила Пан. Замахала в камеру — Я очень люблю вас, Slay. Люблю свою группу и Stray kids. Спасибо вам всем.       — Снято. — сказал оператор.       — Правдоподобно. — ухмыльнулась журналистка.       — Рада, что ты не знаешь моей жизни. — улыбнулась Крис и наклонилась к другой девушке за объятиями — Стафф, ушатай ей, умоляю. — прошептала она.       — Ты чего…       — Ничего. Если я еле сдержалась, то Бëль точно втащит. Будь наготове, ладно? — кивок.       — Ты как?       — Нормально. Такое дерьмо вспомнишь – в голос зарыдаешь. Удачи с работой.       Первое, что сделала Хëнэ, выйдя из комнаты, обняла всю свою группу. А затем притянула к себе старшую Ли.       — С журналисткой аккуратно, меня выбесила. Умоляю, не бей еë. Плохо будет.       — Ей? — улыбнулась Сон и подмигнула. — Не ссы, матом обложу и всë. Всем пис.

***

      — Всем… Как у вас там оно английском? Вы поняли. Жги.       Журналистка слегка скривилась, глядя на Бëль. Ничего не сказала и просто посмотрела на вопросы.       — С кем бы ты хотела жить в одной комнате из Stray Kids?       Она широко улыбнулась и закусила нижнюю губу.       — Я думаю, на вопрос вполне ответит информация о том, что у меня есть парень и имя его – Ли Минхо.       — Многие фанаты посчитали это поддерживающим жестом в сторону Ханбëль и Джисона, неужели заявление на вечернем стриме…       — Ханна. — перебила журналистку девушка — Для тебя она Ханна. Ты ей не подруга, чтобы звать по имени. И нет, это не ложная информация. Мы сказали это для поддержки ребят, но мы правда встречаемся.       — Кхм… — недовольно кашлянула та и решила дальше кривить лицо молча. — Какой любимый напиток?       — Карамельный латте.       — Любите плавать? Если да, то где больше всего (в речке/море/озере/бассейне/и т.п.)?       — Если это вопрос не всем, а лично мне, то стëб засчитан. Нет, я не люблю плавать. Я не умею. Дальше.       — Тут, наверно, важен кон…       — Читай.       — Прикола ради, учитывая баббл старшей Ли. Вопросы к Мунбёль: Пригласишь на свадьбу с Минхо? Я тебя уже заколебала? Уже есть желание меня закопать в тихом месте?       — Какой ник?       — Там что-то на иностранном. — ответила стафф.       — Покажи, милая — обратилась она к работнице команды и нагнулась, глядя в чужой экран — А. Поняла. Что там? На свадьбу? Свадьбы не будет. Не задолбала, ты прикольная, общаться интересно. Закопать… Нет. Не выгодно.       — Почему свадьбы не будет?       — А там есть такой вопрос?       — Нет, я могу задавать попутные сама.       — Кто сказал?       — Твой начальник.       — Мой начальник – Пан Хëнэ.       — Смешно. Ответь на вопрос.       — Я не собираюсь выходить замуж и это давно известный факт. Задашь вопрос «Почему» –запихаю твой блокнот тебе в глотку. Дальше.       Журналистка что-то пометила в блокноте, поджала губы, глянула на сидящую рядом стафф и продолжила.       — Что вдохновляет вас больше всего при создании музыки?       — Меня? — удивилась Сон — Я редко пишу музыку. Да и лирику. Я танцор и этим всë сказано. Я хореограф, тренер, но не вокалистка и не рэперша. Это не моё. Если брать мои соло… Ой. — она прикрыла рот, глядя на стафф — Я сказала мои? Чëрт… Ну, моë. Пока оно одно. Оно было написано с воспоминаниями о прошлом. Меня хватала такая волна тогда… Я подумала о том, как я изменилась, о том, насколько я сильнее, чем та четырнадцатилетка и решила послать всë и всех в письменном виде. Музыку делали девчонки… Ну, Хëнэшка, Бина и Ханни. Я немного поспособствовала и пару раз сказала, что мне не нравится что-то, больше меня в студию не впустили. — улыбка. — А если серьëзно, то я просто описала, что хотела бы слышать и они сделали. А…       — Что насчëт следующего соло?       — Не перебивай меня. Никогда. Я камер не постесняюсь. Так вот, следующее соло, если оно будет… — она закатила глаза, слегка взмахнув кистями. Переложила ноги наоборот, правую на левую. — Текст написан из-за человека. Буквально с посвящением. И я хотела бы попытаться сделать музыку сама. Пока что прилипла к Хëнэ и наблюдаю, как она что-то делает, пытаюсь что-то понять. Дальше.       — Есть ли песня, которую вы написали особенно быстро или наоборот долго вынашивали идею?       — Да блять, серьëзно? Я две песни написала, это что, стëб? Вы где понабрались такого, от Сын-Минки? — она обвела взглядом комнату по кругу, думая. — Я бы сказала, что два в одном с обеими. Я долго вынашиваю идею, а потом пишу. Для первой мне понадобилось двадцать лет. Для второй… — она задумалась и смущëнно заморгала, неловко улыбаясь. — Боже, как хорошо, что вы не знаете, о чëм песня… Наверное, можно сказать, что где-то полгода. Да. Дальше.       — Как вы считаете, какой ваш трек лучше всего отражает вашу личность?       — Да похуй. — улыбнулась Ли снова. — Если без соло, то даже не знаю. Молодость, наверное. Она правда маднэ-лайна, но тем не менее группы, не личная. Больше ничего не выдумаю, наверное. Дальше.       — Расскажите о самой необычной реакции публики на ваше выступление.       — Считается тот раз, когда я чуть не умерла на концерте Black Pink? Нет? Наверное, на нашем выступлении с Taste. Криков было столько… И я, и Лици и Хëнни держались, чтобы не заулыбаться. О, нет, я помню, как когда мы закончили, была тишина и где-то около сцены такой громкий стон. Вот тогда нас разорвало от смеха. И зал. Было приятно, если честно. — кивок.       — Какой самый необычный подарок вам дарили фанаты?       — Пачка сигарет, лол? Моих любимых, кстати. А ещë мне как-то подарили бутылку ликëра… Я балуюсь только пивом и соджу, если честно. О, нет, мне как-то подарили альбом Black Рink. Мне повезло, там была карта с Розэ. Надо было продать ещë запакованный. — смешки команды стафф — Наверное, человек хотел запомниться. Ну или подстебать. Дальше.       — Представьте, что у вас неограниченный бюджет, какую сцену мечты вы создали бы?       — Главное, чтобы места было достаточно. Иногда бывает неудобно ходить. Не люблю экраны, это отвлекает. Не вас, меня. Херню эту, с дорожками. Типа того, чтобы в зал можно было пройти немного. И возможно, чтобы частично было в рост с залом. Ну, то есть, сцена не полностью, но в каком-то месте на уровне с людьми. Чтобы можно было подойти, телефон чей-то взять. Себе. Простите, не могла не сказать… Честно, главное, чтобы было ровное и не скользкое покрытие. И крепкое. В остальном, не так важно. Дальше.       — Какое клише в фильмах вам кажется смешным/надоевшим?       — Фу. Я ненавижу, когда главный злодей медлит и рассказывает про свои планы. Почему-то их постоянно делают тупыми. Блевать тянет. Типа, я ловил тебя тридцать лет и давай ещë шестьдесят буду рассказывать, зачем. Так никто не делает. Просто убьют быстрее и все, зачем медлить? Дальше.       — Какие прозвище вы бы дали друг другу?       — Хëнэ – мама. Бина – красотка. Хëджин – королева. Ханна – белка. Лици – мышка. Сын-Минка – пиранья. Чо Ын – курильщица. Дальше.       — Если бы вы могли попасть в любую вселенную (фильма/сериала/мультика/т.п.), какая бы вселенная это была, и смогли бы вы там выжить?       Девушка замычала. В голове начала перебирать дорамы и зарубежные произведения, включая мультики.       — Академия смерти, пусть будет. Не знаю, дожила бы я до конца или нет, но было бы весело. Правда, я смотрела достаточно давно и почти ничего не помню.       — Он в девятнадцатом вышел.       — А что мне мешает забыть за четыре года всё? Ничего. Я смотрела, как только он вышел полностью и появился корейский перевод. Дальше.       — У кого из скизов самые длинные пальцы?       — Это что за извращенские вопросы у вас? А, ой. — пара секунд молчания. — Точно не у Минхо, у него в целом ладошки маленькие. Ликс тоже мелкий очень. — снова молчание. Девушка правда задумалась — Ну, смею предположить, что либо у Чонина, либо у Хёнджина. Скорее всего, длиннее у макнэ, но за счёт формы у Джина кажутся длиннее. Они более фигуристые что-ли… Не знаю, как сказать. Мы когда хореографии вместе ставим, он рядом стоит и у меня в голове: «Господи, что с твоими пальцами случилось». Это просто жутковато выглядит иногда. Но, наверное, так кажется только мне. Дальше.       — Как Stray Girls ведут себя после того, как выпьют?       — Да нормально я себя веду. Могу сказать, что я всегда помню всё, что было на пьянке. Как бы я не набухалась, на утро не будет, как в глупых дорамах, типа «А что вчера было». Всё помню. Могу притворяться, но не помнить не могу. А, и ещё, я начинаю приставать к тем, с кем пью, мол, давай на брудершафт. Честно, понятия не имею, почему так. Как-то вот вышло. Дальше.       — Как у тебя с здоровьем? Не хочешь пойти к врачу с этим? (Я думаю, ты поняла, про что я, Бёль)       — О, да. Яснее некуда. — натянуто улыбнулась Мин Сон — Моë расстройство пищевого поведения многих заинтересовало. Я не верю врачам. Врачам, психологам и в целом людям. Минхо мне очень помогает. Он достаточно читает и котролирует меня. Я никогда не была такой тяжëлой, как сейчас. Честно, безумно ему благодарна. Я лечусь, не переживайте, не умру и очень скоро добьюсь цели. Дальше.       — В какой момент своей жизни ты чувствовала себя самым ужасным человеком? Ты фаворит)       — Я фаворит? Как мило. Ожидаемо, но приятно. Мммм, дайте подумать… Мои четырнадцать. Я была художественной гимнасткой, если кто-то не в курсе. Я брала первые места, была чемпионкой Кореи. Я попала в юниоры раньше многих. Обычно туда уходят в тринадцать, я там была с десяти. К взрослым собирались отправить в пятнадцать. Я сломала столько спортсменов, сколько позже потеряла нервных клеток. Я никогда не пыталась кого-то унизить, я лишь пыталась сделать всë как можно лучше. Я выбивала взрослых соперников и получала баллов больше, чем можно было. Столько истерик, столько сломанных девушек и обвинений меня… Я за всë это поплатилась, наверное. Мне сняли баллы за то, за что снимать было нельзя. Мне не хватило пары баллов и я заняла второе место. Это был первый раз, когда я заняла что-то, кроме первого. И это то, почему я ушла из спорта. Я никогда так не ненавидела себя, как в тот момент. Я крыла себя всеми матами мира. Я ненавижу эту медаль по сей день. Она сломала меня.       — Очень любила этот спорт?       — Опять лишний вопрос задаëшь? Нет, я не любила этот спорт. Моя мать хотела стать спортсменкой, у неë не вышло, она отдала меня в года… Три? В спорт. Я кучу кружков перепробовала. Все говорили, что я неумëха, ничего не добьюсь, не дотягиваю и «Заберите девочку, она слабенькая». Я помню, как она кричала на меня и говорила, что я ужасная дочь. Я очень хотела быть удобной для неë. И я смогла. Смогла терпеть, когда мне рвали связки и ломали кости. Терпеть, когда орали, когда заставляли переделывать программу в десятый раз за малейшую ошибку. Получив серебро, я сломалась и сбежала. Перестала ходить на тренировки, забила на всë и всех. Я винила и ненавидела себя. Ушла туда, где мне интересно, в YG, а там всё понятно. По сути, тот характер, что вы видите, построен на трëх факторах: дура-мать, заставляющая делать то, чего я не хотела. Серебро, хотя я отпрыгала чисто. Предательство в YG. Я не злая. Я просто людей не люблю. Кошки и другие животные гораздо больше заслуживают любви, нежели люди.       — Как же ты тогда встречаешься с Минхо?       — Любить всех – значит не любить никого. Тебе все одинаково безразличны. Я люблю только тех, кто этого точно заслуживает. Stray Girls, например. Эти девушки заслуживают мир. И если бы я могла, я бы положила его к их ногам.       Она тепло улыбнулась, глядя в пол. Подняла взгляд на стафф. Та тоже улыбалась.       — И еë вот люблю. Девушка за кадром. Не которая вопросы читает, а которая из стафф. Ты аккуратно, милая, я девятую жену могу взять.       Девушка засмеялась.       — А какие у тебя есть награды или звания в художественной гимнастике? — сказала журналистка и Бëль челюсти сжала.       — Я мастер спорта и чемпионка Кореи. А ещë дважды в книге рекордов и у меня медалей почти, как у Лици за дзюдо. Дальше.       — Ещë вопрос от меня. Знаете ли вы о комментариях с мнением, что вы сложный человек? Могу даже процитировать: «Бëль так похожа на Хо. Так отвратно себя ведëт, ужас просто».       — Во-первых, Минхо очень хороший человек и вы не знаете его, чтобы говорить так плохо о нëм. Во-вторых, да, я знаю, что меня считают чëрствой и грубой. Но давайте я не буду говорить о том, какая я хорошая. Минхо. Через подгода после знакомства он начал помогать мне с моим курением и расстройством пищевого поведения. Он прочитал столько литературы и статей о том, как вылечить пищеварение… Составил список еды и расписание приëмов пищи. А когда я что-то нарушала, терпеливо молчал или напоминал. Этот человек входит в список тех, кто спас мне жизнь. И это я молчу о том, что он жертвует деньги в животные и детские приюты. Если вы не хотите видеть доброту во мне – мне плевать. Но не стоит говорить такое о близких мне людях.       — А что же касается вас?       Девушка задумалась. Отвела взгляд в сторону.       — Я согласна. Я тяжëлый человек. Я смешала внутреннего ребëнка, у которого не было детства, с… Даже не знаю… Я не верю людям. Особенно врачам. Я ненавижу лжецов. Не переношу заучек и спортсменов. Я в целом людей не очень люблю. Я люблю животных. Они не придают. Они гораздо более человечны, нежели люди. Но, давайте вспомним вопрос, заданный пару минут назад, в котором также было написано, что я фаворит. Многие люди понимают и даже разделяют мою позицию. От того, что я живу с другими убеждениями, я не перестаю быть здравомыслящей и приятной в общении девушкой. Познакомьтесь со мной в жизни и сдружитесь на уровне Stray Girls. Вы поймёте, что я совсем другой человек. Любой айдол, актёр или другая известная личность в интернете показывает себя совсем с другой стороны, нежели в жизни. Человек может быть вижуалом и главной милашкой индустрии, но в жизни крыть матом всё и всех, а может даже быть человеком с психическими отклонениями и, например, в отношениях избивать кого-то. Ну, это как вариант и не намёк ни на кого. Вы никогда не узнаете правду, потому что видите только то, что вам дают видеть. Запомните это, пожалуйста.       — У кого из участниц лучшие/худшие взаимоотношения?       — Лол, у меня со всеми. — развела руками в стороны она. — Как я ранее сказала, я тяжёлый человек. Иногда нужно промолчать, но я говорю. Просто потому, что привыкла говорить правду и в лицо. И неважно, как это отразиться.       — Например?       — Например, ты меня раздражаешь и я держусь, чтобы не дать тебе по лицу. Поэтому, если я вдруг начну вставать, беги. Кхм. Например, когда я пришла в группу, Сын-Мин была захейчена мной. В начале, при появлении нового человека, естественно, всем было трудно. Нужно как-то сближаться, находить общий язык, возможно, рассказывать про свою жизнь, чтобы человек понимал, о чём можно говорить, а о чём нет. Но, увы, как не самый терпеливый человек, если мне в лоб и сразу не сказать, чтобы я завалила ебало и фильтровала базар, я буду очень сильно обижать всех. Просто потому, что меня обидеть достаточно трудно и я не понимаю, что не все такие же, как и я. Поэтому, увы, многие пострадали. В основном Сын-Минка. Несмотря на наше сейчас близкое общение, раньше от меня были очень неприятные выражения. Она, так скажем, очень медленно была мне показана. То есть, у нас тренировка, мы танцуем и, в целом, так проходил где-то месяц наших взаимодействий. Все репетиции по вокалу и рэпу почти всегда были одиночные, а даже если групповые, то нас разделяли и я всегда была не с ней в команде. Я просто не понимала, зачем она в группе, если честно. Просто для количества, или из жалости? Танцевать она умела, откровенно говоря, хреново, голос у неё был, как у мужика, а по вижуалу она на лицо группы не тянула. То есть, вообще непонятно, для чего. У Лици грубый голос, но она отменный танцор и второе лицо группы, плюс, изначально сказала, что она ещё и репер. Больше даже сравнить не с кем. Даже Хёджин, на первый взгляд, просто красивое личико, танцевала восхитительно. Да, я многому её научила, как и Лици, но она была лучшей. А Сын-Мин просто не туда и не сюда. Я долго так думала, говорила, что она вообще тут случайно и ещё много всякой более грубой фигни. И поняла я, зачем она с нами, только когда она запела. Я клянусь, я тогда удивилась так, как в жизни не удивлялась. Человек с голосом грубее, чем у… Даже не знаю. У половины парней, что я встречала, запел так. Я в вокале полный ноль и не мне судить, но было ясно, что это просто нечто. Помню, как Хёнэшка наблюдала за моей реакцией. Рада была. — молчание. Девушка слегка задумалась, взглядом бегая от одной ножки штатива к другой — Со мной трудно общаться. Если я не узнаю, что у человека, условно, нет ноги, я буду шутить про инвалидов. Причём не специально, я просто вот всегда попадаю в точку. И может они молчат, но это задевает и оставляет неприятный осадок. Я, увы, извиняться не умею, чтобы признать ошибки и заключить мир. Поэтому думаю, любая участница со мной общается более напряженно, нежели с другими. Надо как-то учиться просить прощения, хотя бы перед близкими. Дальше.       — Главная ошибка в жизни.       — Поход в YG. Самое глупое решение в моей жизни. Дальше.       — Был ли такой этап жизни, что вы просто не хотели жить? Если да, когда это было?       — Лол, всю жизнь? — улыбнулась Мунбёль. — Если без шуток, то, наверное, когда меня выперли из YG и до осени прошлого года. Ну, то есть, примерно год.       — Это как-то связано с отношениями с Ли Минхо?       — Да. Я не хочу сказать, что девочки сделали для меня недостаточно. Просто Минхо смог заставить меня поверить в то, что я могу быть здоровым человеком. Я не скажу, что я не думаю о сигаретах, но я не курю. И я правда набираю вес. Это заслуга Минхо, я говорила и буду это говорить. Дальше.       — В какой момент вы чувствовали себя самыми счастливыми?       Мунбёль очень долго молчала, глядя куда-то в пустоту. Не её привычка, но почему-то она зависла.       — Знакомство с Хёнэ. Может, я и не сразу это поняла, но это точно так. Она спасла меня. Как бы я не пыталась сделать вид, что мне плевать на всех и мне никто не нужен, я прекрасно понимаю, что если бы ни она, вряд ли я была бы в живых. Даже сейчас. Без группы я бы не выжила. И дело даже не в Минхо. Дело в них. Дальше.       — Это все вопросы.       Ли кивнула, часто моргая. Подняла взгляд на камеру.       — Что тут сказать? — улыбнулась она, глянув на стафф — Я хороший человек. — секундное молчание. — Я люблю девочек, Минхо и кошек. Ну и slay, конечно. — вытянула ладошку. — Пока.       Выйдя из комнаты, она прохрустела всеми пальцами рук и посмотрела на лидершу. Улыбнулась и, притянув ту рукой за шею, чмокнула.       Крис не уловила причины резкой любвеобильности, но спрашивать не стала. Просто улыбнулась в ответ.       — Бао, твоя очередь.

***

      — Всем привет! — сказала Бао и помахала. — Если будут вопросы про рост, я обижусь. — улыбнулась она. — Поехали.       — Вопрос к нашей ценной Бао. Я тебя люблю. Это не вопрос. Просто говорю. А теперь вопрос. Какая твоя любимая не к-поп песня?       Девушка растерянно улыбнулась.       — Там так и написано? — кивок от стафф — Боже… Ну… Хороший вопрос. А Ханна Бан считается к-поп исполнительницей? Да? Блин… Я, на самом деле, много чего люблю. Даже не знаю. Пусть будет Emperor's New Clothes. Уже, наверое, можно сказать, что старенькая песенка. Клипу уже почти восемь лет. Я тоже тебя люблю.       — Если бы вы могли попасть в любую вселенную (фильма/сериала/мультика/т.п.), какая бы вселенная это была, и смогли бы вы там выжить?       — Силачка До Бон Сун! — улыбнулась Со. — Без шуток. Я бы хотела быть главной героиней. Суперская способность. Я бы… С такой силой, конечно, выжила.       — Какой любимый напиток?       — Блин, не знаю. Я не очень привередлива, если честно. А такого вопроса не было в прошлый раз? — мотание головы от стафф. — Пусть будет банановый смузи… Кстати, реально очень вкусная штука. Дальше.       — Любите плавать? Если да, то где больше всего (в речке/море/озере/бассейне/и т.п.)?       — Я умею, но не очень люблю, если честно. Если будет выбор между поплавать и позаниматься в зале – я выберу второе. Вообще, не помню, когда последний раз плавала, если честно. Наверное… В четырнадцать? Прошло семь лет… Иногда удивляюсь своему возрасту, ахах. Мне же двадцать один, да? — кивок от стафф. — Да, значит все окей. Давайте дальше.       — Какое клише в фильмах вам кажется смешным/надоевшим?       — Я не так много смотрю, если честно. Я больше читать люблю. У меня в комнате, в родительском доме, огромная стена с книгами. И почти все я читала. Клише… — тишина. — Не знаю. Не разбираюсь в таком. Я могу сказать, что я ненавижу, в любых произведениях. Преподаватель/обучающийся, в плане отношений. Неважно, основная это линия, или фоном. Или упоминанием. Вообще неважно. Я просто закрываю книгу или ноутбук и больше к этому не возвращаюсь. Это похуже клише. Но, кстати, если говорить о них, то всегда делают мужчину преподавателя и девушку ученицу. Никогда наоборот не бывает. Дальше.       — Какие прозвища вы бы дали друг другу?       — О, ну тут всë просто. Хëнэ – мамочка, Чо Ын – малютка, Сын-Мин – радуга, Лици – лучик, Ханна – заводила, Хëджин – идеал, Бëль – аллергия. Я знаю, что больше похоже на ассоциации, но такова жизнь.       — Почему аллергия? — прошептала девушка за кадром.       — Потому что у меня аллергия на кошек. — так же ответила Бао. — Дальше.       — Есть ли песня, которую вы написали особенно быстро или наоборот долго вынашивали идею?       — Круги на воде. Я долго думала о ней и, наверное, можно сказать, что быстро написала.       — Как вы считаете, какой ваш трек лучше всего отражает вашу личность?       — Снова круги на воде, наверное. Если соло нельзя, то… То я не знаю. Вообще не знаю. Пофиг? Дальше.       — Представьте, что у вас неограниченный бюджет, какую сцену мечты вы создали бы?       — Если честно, то у нас у всех разные вкусы и, могу поспорить, Бëль скривилась на собственной мысли об экране. Я не знаю. Мне кажется, скучно отвечу, но я бы хотела попасть на премию. И не просто посидеть в сторонке, а получить награду. В прошлом году мы отказались от нахождения везде, потому что Хëджин убрали в рест. Но я, честно говоря, не знаю, за что можно было бы получить нам награду, с учётом количества хейта. Мне кажется, нас просто снимут, если честно. Но счастье не в популярности, а в эмоциях. В людях, с которыми ты идëшь по общей тропинке. Это гораздо важнее. А как, блять, я к этому пришла, кто-то понял? — смешок. — Я тоже нет. Давайте сделаем вид, что я ответила. Спасибо. Дальше.       — Что вдохновляет вас больше всего при создании музыки?       — Люди. Как бы странно и противоречиво это не звучало, но люди. Это одновременно самые ужасные и самые прекрасные существа на планете. Посмотреть на Хëнэ. Это ходячее искусство. Глядя на неë, мне хочется делать музыку, хочется писать тексты и восхищаться человечеством. Но если вспомнить об ужасном состоянии океанов, лесов, всей природы в целом... Это ужас, сотворенный от и до человеком. Когда-то мы все поплатимся за это. Остаëтся лишь гадать, когда. Дальше.       — Расскажите о самой необычной реакции публики на ваше выступление.       — О, да… — с улыбкой выдохнула девушка. — Такой истошный дикий крик: «СО БАО». Я каждый раз в шоке, когда кто-то уделяет внимание мне. А когда в таком роде… Прям… — широкая, несдерживаемая улыбка. — И смешно и приятно в общем. Даже не понимаю, как реагировать. Дальше.       — Какой самый необычный подарок вам дарили фанаты?       — Ой бля… — закрывая лицо руками, сказала она. — Я не помню, как я протащила это в корпус и осталась незамеченной всеми, кроме Хëнэ, но мне подарили ростовую фигуру Чанбина. И самое смешное, что размер еë не метр сто шестьдесят семь, а два. Метра. Почему не три, не знаю, но это еле спряталось за шкаф. И Хëнэ хранит тайну. Я не знаю, что с этим делать, если будем переезжать, то оставлю в корпусе, потому что, если увидит Сын-Мин, Мунбëль или Хëджин… Меня застебут до смерти. Ханна хихикать будет до моей смерти. Нет, я шучу, я не буду это где-то оставлять, но я правда не знаю, как жить с этим. Родителям увезти, что ли… Ночью. Надо думать. Да хватит смеяться! — шикнула Бао на стафф. — Бля, девочки же это смотреть будут… И мальчики… — снова ладони на лице. — Если я самоубьюсь, знайте, это было причиной…       Смеялась уже вся команда за камерой.       — Всем спасибо, давайте дальше.       — У кого из участниц лучшие/худшие взаимоотношения?       — Ох… Даже не знаю. У меня и Бëль..? Я очень тяжело привыкаю к людям и, можно сказать, к ней привыкла совсем недавно. Не знаю. Мы все одновременно близки и одновременно далеки друг от друга. Давайте дальше.       — Как Stray Girls ведут себя после того, как выпьют?       — О, Боже… Зачем такие вопросы? — расчëсывая пальцами волосы, выдохнула она. — Я… Лезу драться. Бокс не дремлет во мне. Давайте дальше.       — У кого самые длинные и самые короткие пальцы, среди мальчиков.       — Ам… Я не знаю… — она задумалась будто вспоминая что-то. — В студии помню руки Чанбина и Чана. И Джисона… Из них, наверное, самый миниатюрный Чанбин. Самые длинные, наверное, у Хëнджина. Короткие у Феликса, он же самая мелочь, да? Или Минхо? Не, Феликс. Феликс. Мой ответ — Хëнликсы. Кстати, уверена, правильно ответят Сын-Мин и Джин. Не знаю, как, но ответят. Давайте дальше.       — В какой момент вы чувствовали себя самыми счастливыми?       — Первая встреча с Хëнэ. Или день дебюта. В целом, всë что связано с ней, равняется счастью. Она прекрасна. Она первый человек, к которому я смогла привыкнуть за секунду. Не за месяца, не за года, а за секунду. Она как родная, клянусь.       — Дебют часто для айдолов становится лучшим днëм. Почему?       — Для меня это как день, когда я смогла доказать что-то кому-то. Себе, как минимум. Как максимум, родителям, но там вряд ли. — заинтересованный взгляд. — Мои родители были против моей профессии. Я из достаточно обеспеченной семьи, родители отдали себя карьере и в зрелом возрасте сыграли свадьбу, что говорить о моëм рождении… Они рассчитывали на бухгалтера, вероятно. Ну или что-то вроде этого. Но не на скачущую по сцене дуру… Они не одобрили мой выбор. Даже после дебюта.       — Обидно?       — Да. Самое обидное, что они успокоились, когда я выпустила вокальное соло. То есть, их не устраивал реп. Я рада, что они приняли моë решение, спустя не один год, прошу заметить. Но всë же, неприятно. Да. Знакомство с Хëнэ было лучшим днëм в моей жизни. Мы стали лучшими подругами как только познакомились, наверное.       — Вы очень близки?       — Ну… Наверное? По крайней мере, точно могу сказать, что из всех участниц мне наиболее близка именно она. На втором месте Ханна. Давайте дальше.       — Был ли такой этап жизни, что вы просто не хотели жить? Если да, когда это было?       — Я не ждала таких вопросов… — выдохнула девушка. — Было такое, да. В лет пятнадцать. Я училась в школе тогда. Ко мне приставал… Учитель. — нервная улыбка. Она поднесла руку к лицу, вытирая глаза до того, как слеза успела появиться — Вот. Это не раз было и я очень… Тяжело это восприняла. Я до лет восемнадцати была уверена, что виновата в этом. И, заглядывая к подросткам и не только, которые это смотрят... — она посмотрела на камеру. Глаза слегка поблëскивали от слëз — Запомните, пожалуйста. Что бы не случилось с вами, что бы с вами не сделали или не попытались и как бы вы при этом не выглядели, никогда не думайте, что вы в этом виноваты. Никто и никак не может спровоцировать адекватного человека. И я не говорю это с высоты птичьего полëта, нет. Увы, но до сих пор я закрываюсь, дëргаюсь и трясусь из-за нахождения с мужским полом в одной комнате. Неважно, кто это, мне просто страшно.       — Даже от ваших коллег? Вы близко общаетесь и много работаете вместе.       — Ну… Как бы сказать… Не то, чтобы с ними я прям боялась. Они не виноваты в этом. Вообще. Просто… Есть такое, что я более закрыто себя веду с ними. Этого не отнять. Но я пытаюсь жить. И неплохо выходит, наверное. Я очень хочу, чтобы через пару лет я забыла об этом, как о страшном сне, и смогла выйти в свет не в мешке, а, условно, в корсете, и мне будет комфортно. Чтобы я не дëргалась от чьих-то движений, или не замахивалась, как на автомате. Я стараюсь идти к этому.       — Но вы ведь сами сказали, что ни одного адекватного человека невозможно спровоцировать. Почему тогда боитесь коллег?       — Это некорректный вопрос, но я отвечу, легко и просто. Страх. Я даже от движений папы начала дëргаться. А он у меня очень хороший и… Дайте подумать… Кричал на меня всего раз.       — Из-за чего?       — Из-за аттестата. Синий вышел. Кстати, из-за того учителя. И кстати, его посадили не так давно, потому что нашлась смелая девочка, заявившая на него в полицию. Не знаю, кто, но она большая молодец. Давайте дальше. Если можно.       — Какой момент из жизни ты хотела бы забыть?       — Ну, я думаю, можно считать, что я уже ответила. Мои пятнадцать-шестнадцать лет были для меня ужасом. Я жить не хотела. И я не хочу это помнить. Если бы мне дали возможность стереть память, я бы стëрла этот фрагмент с огромным удовольствием. Честно. Дальше.       — Главная ошибка в жизни.       — Наверное, промолчать. Кто знает, сколько девочек подверглись опасности из-за моего молчания. Не думаю, что я была первой, но и точно не последней. И я не знаю, насколько увлечения этого… Существа… Были расширены. Ну, то есть, может из моего класса была только я, а может и нет. Может, я была одна в параллели, а может из каждого класса по одной. Я не знаю. И это пугает. Страшно представить, сколько девочек пострадали и как далеко это зашло. Ну, то есть… Это мне удавалось спрятаться, убежать, оттолкнуть или позвать кого-то. Но не всем так повезло. И я очень часто думаю об этом и виню себя.       — Было слишком страшно, или ты кому-то сказала, но тебя заткнули?       — Нет, я впервые говорю об этом на людях. Ну, девочки знают. Но даже родители… Нет. Мне было очень стыдно, почему-то. Возможно это шло с детства, типа, посмотри на себя, ты отличаешься от остальных, не привлекай внимание. Мне родители так никогда не говорили, но другие взрослые часто что-то такое выдавали. Мне буквально с детства говорили, что я какая-то не такая. Почему-то это не сказалось на моëм теле и я никогда не загонялась по этому поводу. Я скорее пошучу над собой, но даже не подумаю, что что-то не так. Это сказалось на моëм характере, скорее. Вот эта черта, тихо сидеть в углу и делать вид, что всë окей, не привлекая внимания, ужасна, но избавиться я от неë не могу.       — И поэтому стала айдолом. — улыбнулась стафф и прикрыла рот. — Прости.       Бао улыбнулась.       — Да. Мечта была сильнее. Согласна, странно со стороны выглядит, но что поделать.       — То есть, вы никогда не пытались избавиться от лишнего веса?       Стафф оглянулась на людей поодаль. Посмотрела на Со, а затем на журналистку. Бина сдержанно улыбнулась.       — У меня нет лишнего веса. Если считать мой индекс массы тела, будет двадцать один с копейками. Это норма. И то, что в корейской культуре считается нормой дефицит массы, худоба и даже истощение – это проблема народа, а не моя. Я не хочу губить своë здоровье ради стандартов, принятых обществом. А если кого-то реально волнует то, как выглядит моë тело и что я буду с ним делать, я советую вам обратиться к психологу, а лучше к психиатру. Это не здоровая фигня, поверьте. Это всё? Супер.       Слегка надавив одной челюстью на другую, она посмотрела в камеру и улыбнулась.       — Я вас люблю. Всем пока. — замахала обеими руками.       Камеру выключили, а девушка моментально с места вскочила и вылетела из комнаты.       Случайно влетев в лидершу на выходе, обняла её.       — Крис… Это конец.       — Зайка моя, ты чего.?       — Прости меня, пожалуйста…       Хёнэ не поняла, что заставило подругу разреветься, а потому просто гладила её по голове, крепко обнимая. Проводила взглядом уходящую Хёджин.       — Всё хорошо, слышишь? Я люблю тебя.

***

      — Всем доброе утро, день, вечер. — кивнула Хёджин. — Врубай.       — Какой любимый напиток?       — Бабл-ти.       — В какой момент вы чувствовали себя самыми счастливыми?       — Самой счастливой? Тяжëлый вопрос. Я не умею понимать степень счастья. У меня было много счастливых моментов, но понятия не имею, какой самый.       — Можете перечислить.       — Когда я познакомилась с родителями…       — Приëмными?       — Я предпочитаю называть их родными. Родной не тот, кто родил, а тот, кто воспитал. Они сделали для меня гораздо больше, чем те, которые выкинули, как ненужную вещь. Знакомство с Су. Знакомство со скизами. Слова профессионального танцора — Мунбëль — о моих хороших навыках в танцах. Выход на сцену после реста. В целом событие удачи и новость о том, что я снова в строю. Первые объятия с Ханной. Не знаю почему, но это было очень тепло и приятно. Дальше.       — Любите плавать? Если да, то где больше всего (в речке/море/озере/бассейне/и т.п.)?       — Я как бы умею, но как бы нет, а поэтому не очень люблю. В рандомный момент могу понять, что на большой глубине, запаникую и начну тонуть. Если в бассейне, то кайф. Только чтобы в глубину было не восемь метров.       — Что ты больше всего ценишь в людях? Ты просто солнце, кстати)       Она улыбнулась. Облизнула нижнюю губу и достаточно спокойно посмотрела в камеру.       — Я – солнце? Интересно. Спасибо… Ценю в людях верность. Ненавижу, когда на меня забивают, игнорируют, или меняют на кого-то. Дальше.       — Какое клише в фильмах вам кажется смешным/надоевшим?       — Бесит, когда главная героиня обязательно самая красивая, самая талантливая и вообще самая лучшая. Или этот стереотип, что в очках люди стрëмные. Сняла, и вау красавица. Вот это постоянное, что главная героиня такая неудачница, бедная и вся фигня, и тут какой-то богач влюбляется в неë. Раздражает, что в десятках дорам одно и то же. Придумать что-то новое будто мозгов ни у кого не хватает.       Съёмочная группа не сдержала смеха. Хёджин заулыбалась.       — И заметьте, ни одного несогласия. Все разделили мою позицию. — она улыбнулась в камеру.       — Представьте, что у вас неограниченный бюджет, какую сцену мечты вы создали бы?       — Вообще до фонаря. Главное, чтобы было безопасно. Остальное неважно. — секунда молчания — А, нет, знаете, я ни разу не видела такой фигни ни у кого и мне кажется, что все очень тупые, так как никто до этого не догадался. Часто есть экраны, с которых видно людей на сцене гораздо лучше. Но почему там, например, не могут сделать перевод. Ну, то есть, когда-то, когда скизы прилетали в году девятнадцатом в какую-то страну, там просто была переводчица. Но это был единичный случай. Иногда айдолы изучают языки ради того, чтобы хотя бы обычная речь, не текст песни, был понятен, но это же ужас как неудобно. Языков в мире дохренища, а времени у нас почти нету. Глупо изучать языки для концерта пару раз в год, если не реже. А перевод был бы, может и запоздалый, но был бы… А вообще, с технологиями нашего времени, это вряд ли считается проблемой. Но этим не пользуются. Это всё.       — Как вы считаете, какой ваш трек лучше всего отражает вашу личность?       — Олимпос. Мой дуэт с Ханной.       — Есть ли песня, которую вы написали особенно быстро или наоборот долго вынашивали идею?       — Money, вполне подходит. Я быстро еë написала. И «Ты больше не в важных», тоже.       — Что вдохновляет вас больше всего при создании музыки?       — Понятия не имею. Вдохновение приходит и уходит. Я не контролирую его, к сожалению или к счастью. Иногда бывает, скажет кто-то что-то, ты расплачешься, и начнëшь писать что-то в блокнот. А бывает просто рыдаешь и не хочется вообще ничего. Бывает, жизненная ситуация вдохновляет, а бывает, наоборот, руки опускаются.       — На реальных событиях?       — Да. Все примеры испытала на себе. Но никогда не скажу аудитории о истории песни. Это личное.       — Что насчëт песни «Money»? Вы выпустили эту песню в последнем альбоме, после огромной волны хейта, которая частично затрагивала вашу продажность.       — Ну, тут и думать нечего. Люди непонятно откуда взяли характеристику продажности для меня, а я написала песню, которая подтвердила эти комментарии.       — То есть, вы согласны с таким мнением?       — А какая разница? Если люди хотят видеть продажную тварь, играющую на чувствах всех – я им еë дам. Я дала людям то, что они хотели. И тут неважно, какая я. Тут важно, какой меня хотят видеть. И смириться или отнекиваться – выбор каждого. Я выбрала.       — Почему вы выбрали холодный вариант поведения? Ли Фелиция не так давно подверглась волне слухов об отношениях с Бан Чаном, но молчала, пока это не прекратилось. Вы с разными взглядами на жизнь, или ваша стратегия только для вас?       — Мы разные люди. Это нормально – иметь разные ценности, мнения, взгляды на жизнь. В споре рождается истина. Я не обязана поступать, как она, она не должна поступать, как я. Сила дружбы в том, что совершенно разные люди могут быть рядом. Взять Чо Ын и Мунбëль. Как они в одной комнате оказались? А они дружат. Как и мы все. Я с Лици точно так же. Дальше.       — За сколько ты нарисовала бы меня? И нарисовала бы вообще?       — А… Я редко рисую людей, если честно. Чаще всего абстракции или натюрморты. Цветы. Иногда природу. Впервые я нарисовала человека во время реста. Себя. Или после съëмок предыдущего альбома… Я не помню, если честно. Помню, что мне не понравилось. Кроме себя я рисовала… Никого. Рисовать портреты тяжело. Никогда не угадаешь комплексы, виденье человека. У всех разные взгляды и все по-разному видят. А ещë некоторым мама в детстве говорила, что у него большие красивые глаза, а у него глаза ещë разглядеть надо. Я не говорю, что есть некрасивые люди. Некрасивых людей не существует. Я говорю, что все выглядят по-разному и более того, видят. Кому-то симпатична одна внешность, кому-то другая. Ну и искажения глаза никто не отменят. Рисовать портреты тяжело, не угодить заказчику. И рисую я только то, что хочу сама. Если бы мне понравилась твоя внешность или показалась интересной, я бы за бесплатно нарисовала, если бы захотела. Если нет, заказы не делаю. Дальше.       — Если бы вы могли попасть в любую вселенную (фильма/сериала/мультика/т.п.), какая бы вселенная это была, и смогли бы вы там выжить?       — Ой блять… А можно скипнуть? Я не помню. Рандомную дораму могу назв… Во имя семьи. Смогла бы. Классная дорама и, если быть на месте кого-то из главных героев, то, тяжело, конечно, но классно. Там у девушки мама умерла и был только отец. У мальчика умерла младшая сестра, родители развелись и мать ушла к другому, а у третьего, не помню, куда пропал папаша, но мать уехала на заработки и оставила его не пойми с кем и где. Я думаю, что я была бы им. Кан Хэ Джуном, вроде. Он, кстати, оказался третьим лишним. — улыбка — Ну это так. Прикольно, короче. Мне зашло. Дальше.       — Какие прозвище вы бы дали друг другу?       — Ханна – дура. Хëнэ – овечка, Чо Ын – невеста, Лици – золото, Сын-Мин – ураган, Бао – мечта, Мунбëль – учитель. — Почему ураган? — Никогда не знаешь, чего от неë ожидать. Мне часто кажется, что она самая нестандартная из нас всех.       — Какой самый необычный подарок вам дарили фанаты?       — Огромный плакат. Размер просто… Почти метр на половину. Ну это грубо говоря. Огромный коллаж, если быть точнее. Там много всего. И наши фотки, и название группы, и названия брендов, которые мы представляем. И даже пара цитат из мемов. Наши игрушки. Очень круто. Я первую неделю пялилась на него по несколько часов в день. Сейчас убрала в угол, свëрнутый. Думаю, когда переедем, наклею на стену аккуратненько. Очень крутой. Я прям не знаю, как человек это делал, это очень красиво.       — Расскажите о самой необычной реакции публики на ваше выступление.       — О, да. Тишина в зале. Прям мëртвая тишина. Обычно, когда я появлялась на сцене, все кричали, но в тот день я вышла с забритым затылком и все достаточно хреново отреагировали. Я ожидала этого, если честно. Дальше.       — У кого самые длинные и короткие пальцы среди мальчиков?       — Пальцы? — совершенно невозмутимо спросила девушка. — У Чонина. Ладони у него и у Хëнджина, а пальцы у Чонина. Самые короткие у Феликса. — Так уверенно? — Да. Со стороны, если с тыльной смотреть, у Хëнджина очень рельефные руки и за этот счëт пальцы выглядят длиннее. Но по факту Ян выигрывает. Дальше.       — Как Stray Girls ведут себя после того, как выпьют?       — Ну… Я начинаю вспоминать свои пятнадцать-семнадцать, и начинаю сожалеть о всëм подряд. О том, что не пошла гулять в какой-то день, о том, что пошла. О сделанной домашке, о том, что общалась или не общалась с кем-то.       — Вы можете какое-то объяснение своему ресту? Это связано с чем-то?       — Глупый вопрос. С хейтом.       — То есть, вас убрали, просто для того, чтобы замолчать ситуацию.       — Ну, по сути, так и есть. Компания не захотела помогать. Просто убрали меня, чтобы все успокоились, и сработало.       — Вы никак не комментировали ситуацию. Хотите что-то сказать?       — Да. Люди, которые знают меня, как малышку Хëджин-и, из детского дома. Подавитесь своей желчью и желанием поднасрать успешному человеку, который был с вами в одной канаве. Я не побоюсь озвучить это. Лучшая месть – это огромный успех. И мне очень льстит то, что вас так злит этот успех. То есть, когда-то в детстве, вас так задело, что какая-то девочка просто идеал корейских журналов, что вы до сих пор помните еë и желаете еë провала? Это насколько вы оскорбились с моей генетики… Мне вас жалко. — она улыбнулась — Дальше.       — У кого из участниц лучшие/худшие взаимоотношения?       — Ну если я отвечу, что у меня и у Ханны, я, по сути, не совру… Но в последнее время, несмотря на наш грубый стиль общения, мы слишком близко общаемся… Может, у меня с Сын-Мин? Хотя недавно мы с ней танцевали в облипку. — она улыбнулась. — С каждым днëм на такое всë труднее отвечать. Я сближаюсь со всеми, все сближаются между собой. Вот, задай такой вопрос в начале прошлого года, раз плюнуть. Даже без меня и Ханны. Сейчас… Наверное, у меня со всеми. Я очень часто язвлю, не задумываясь. Надо научиться держать язык за зубами и показывать себя настоящую, а не маску. Привычка.       — Почему?       — Жизнь научила. Быть доброй девочкой гораздо больнее, чем злой. Пару раз скажешь что-то кому-то, а лезет уже вся толпа. Удобно. Дальше.       — Главная ошибка в жизни.       — Контракт с JYP. Не в том смысле, что лучше бы меня не было в группе. Нет. Я очень невнимательный и глуповатый человек и почти не читала условия контракта. Я сама ни за что бы не ушла в рест, а в контракте есть условие, при котором спрашивать меня необязательно. Поэтому меня так легко убрали. Это, наверное, самая большая ошибка я моей жизни.       — Был ли такой этап жизни, что вы просто не хотели жить? Если да, когда это было?       — Я не помню своего детства. Я стëрла себе память во избежании плохих воспоминаний. Так проще. Вот… И к чему я это… Я мало, что помню и потерялась в собственном возрасте. Застряла в годах восьми, наверное, и не верю, что мне уже двадцать. Ну и так, как помню я плохо, я даже не знаю, сколько лет живу с родителями. В целом, жить я не хотела в детском доме. Я любила своих биологических родителей, пока меня не выкинули. Любовь пропала. И вот то время, что я была в приюте, я хотела умереть.       — А спросить у приëмных родителей, когда они вас удочерили?       — Мне это не нужно. Когда мне сказали, что меня удочерят, уверена была, что будет ужас. При первой прогулке с ними я не поверила, что это правда. Выбора не было, документы делались и они оказались самыми лучшими людьми на планете. В тот момент мне захотелось жить. Когда я старалась учиться, когда не старалась, результат был одинаковый и мне было стыдно, что я не могу сделать то, чего от меня ожидали. Но они любили меня и говорили, что важно не это… Эти люди дали мне шанс жить. Эти люди показали, что любовь есть. Доказали, что человечество ещë не обречено. И я искренне считаю их родными. Дата не нужна ни мне, ни им. Они, наверное, помнят. Но если я спрошу, скорее всего расстроятся. А я их очень люблю.       Минутная тишина. Хван ждала следующего вопроса, но поняла, что это конец.       — Это всë, или дальше высасывать из пальца будете?       Смешок от стафф. Недовольный взгляд от журналистки.       — Был вопрос, что я ценю в людях. Я ответила. Могу сказать, что ненавижу. Ненавижу, когда мне лезут под ногти и пытаются сделать больно. Если ты помнишь мой монолог в сторону хейтеров, то можешь считать, что ты в обращении так же есть. Всем спасибо. — воздушный поцелуй. — Всем пока.       Она вышла из комнаты после выключения камеры. Первое, что сделала – подошла к всë ещë всхлипывающей Бао и крепко обняла еë, буквально сев сверху.       — Люблю тебя, онни.