Отражение души.

Дверь закрывается с лёгким ненавязчивым хлопком. Только после этого Йо мог спокойно выдохнуть, усевшись в самый дальний угол, освещаемый лишь проблесками лунного свечения сквозь полупрозрачные тюлевые шторы, подальше от раздражительного шума. Громкая музыка ужасно била по ушам, как будто специально, точно замышляла против Хиори что-то не больно хорошее. Идея навестить друга на его дне рождении казалась примечательной лишь до того момента, пока парнишка не увидел, в каком месте и при каких обстоятельствах он будет проводиться, а дальше... Дальше уже было неловко уходить из-за страха, что этим он может только обидеть, задеть чувства человека собственными рамками комфорта. Ставить интересы других людей выше своих — вот, что было присуще Йо. Это же его всегда и губило, вгоняло в состояние паники и неуюта. Да даже сейчас. Вместо того, чтобы объясниться и спокойно уйти, он предпочёл закрыться в единственной свободной комнате, искренне надеясь на то, что сможет пробыть здесь до самого конца торжества и уже после этого со спокойной душой вернуться домой. Глупо было, конечно, предполагать, что что-то подобное может сработать, но если не попробуешь — не узнаешь. Так ведь? Теперь звуки казались более приглушёнными, словно потеряли к запуганному мальчишке всякий интерес, переключая всё своё внимание на других, более раскрепощенных и заносчивых людей, кои наслаждаются каждой чарующей секундой праздника, позабыв обо всех своих заботах. Взгляд аквамариновых глазок скучающе, безо всякой страсти скользит по небольшой комнатке, где, по всей видимости, всё-таки придётся провести немалое количество времени. Но ничего нового он так и не увидел, с томным выдохом закрывая уставшие очи. Сказать честно, в голову начали закрадываться мысли касательно того, что лучше бы Хиори вообще не появлялся здесь, лучше бы он придумал какую-нибудь правдоподобную отговорку, да хоть что-то, лишь бы сейчас покалывающие ощущения в груди не беспокоили его. Хотелось, чтобы этот кошмар поскорее кончился, хотелось вновь оказаться в тёплых объятиях своего бойфренда, который сейчас наверняка даже и не знает, где находится его возлюбленный. Отвратительно. Йо тошно от самого себя: от своей беспечной глупости, от своих беспощадных домыслов, что с каждой секундой всё более угнетают юную светлую голову. Действительно ли всё так плохо? Очевидно, он поступил неправильно, не так, как подобает. Внезапный продолжительный стук в дверь заставляет невольно поднять голову, перед этим изрядно испугавшись. Может, это кто-то из гостей, что, наверное, уже пребывает в ужасном состоянии или сам именинник, потерявший хиори из виду. В любом случае... Стоит открыть, мало ли чего случилось. Йо поднимается с места, неспеша двигаясь в другой конец комнаты. Бледные пальцы тянутся к ручке, несколько раз проворачивая замок на ней и, наконец, впуская человека внутрь. — Рин... — глаза удивлённо раскрываются, но с места Хиори не двигается. Боится. Он задерживает дыхание, виновато отводя взгляд в сторонку, только бы не пересекаться с ним. Страх осуждения и отвержения заметно вырос, чего просто нельзя было не заметить, — Я могу всё объяс... — Хиори не дают возможности договорить, пресекая любые попытки внезапным проявлением тактильности в виде объятий. Да, конечно, это то, о чём он мечтал, но явно не здесь, не в такой гнетущей обстановке. — Ты думаешь, мне это нравится? — тон младшего Итоши кажется внушительно устрашающим, чуждым для понимания Йо. Вопрос сбивает с толку, тянет за собой тонкий шлейф молчания, — Думаешь, мне нравится эта потребность знать, что ты в порядке? Знать, что исключительно ты в силах причинить мне ту боль, которую не может никто другой? Йо, я просил тебя предупреждать. Ты даже представить не можешь, что я успел себе надумать, пока обзванивал всех твоих знакомых и раз за разом получал отрицательные ответы. Сердце сжалось от переизбытка чувств, то и дело меняющих своё направление каждые несколько секунд, кои, казалось, тянулись, подобно минутам, если не целым часам. Его возлюбленный действительно так сильно переживал? В большинстве Хиори думал, что тому нет до него совершенно никакого дела: Рин не был слишком многословен с ним, редко когда проявлял тактильность или интерес к чему-то. Или ему просто казалось? Возможно, он просто не мог привыкнуть к чему-то такому, что выбивалось из рамок его представлений. В любом случае... сейчас это уже мало имело значения. Итоши здесь, он не потрудился узнать место пребывания Йо, а потом выдал ему то, что чувствует на самом деле. Приятно. Отголоски ранимой юношеской души стали радостно трепетать, пока тело расслабилось в любимых родных руках. Все тревоги покинули разум, страх иссяк и... Настало долгожданное умиротворение, такое желанное и постепенное спокойствие. Шум как будто стих. Или, может, ему уже не было выделено столько драгоценного внимания? — Я не стану просить тебя объясняться мне, если ты сам того не захочешь, — любимая рука аккуратно ложится на голубую макушку, гладя её с такой лёгкостью и нежностью, коих Йо не видел никогда прежде, — Просто постарайся не пропадать без предупреждения в следующий раз, договорились? Это не кажется чем-то таким уж трудным, если ты так переживаешь на этот счёт, — Итоши, наконец, удаётся поймать на себе взгляд мальчишеских глаз и даже установить зрительный контакт на некоторое время. Бирюзовый блеск так и манил Хиори, погружал в незамысловатую пучину успокоения и порядка, не чувствовалось совершенно никаких негативных эмоций, никакого гнёта. Лишь ощущение тёплого морского бриза, что возникал в сознании каждый раз при воспоминаниях излюбленных очей. Говорят, глаза — отражение души и истинных чувств человека. Не так ли? В глазах Рина можно было увидеть всё: всю любовь, что тот хранил к своему парню, всю тоску, которая съедала Итоши на протяжении длительного времени, да даже тот страх, успевший изрядно пропитать его за те часы жалких поисков. Пускай он и не говорит об этом, пускай молчит, точно таит важные секреты, главное, что его глаза говорят всё за него. — Пожалуйста, давай вернёмся домой. Мне кажется, тебе это пришлось бы очень кстати, — Рин не желает слышать ничего в ответ. И без того знает, какого стресса успел нахвататься Йо.