Бледное солнце

Крик, кровь, смерть. Обрывки мыслей проносились в блондинистой голове со скоростью пули. Обычно собранный Армин сейчас лишь с шоком смотрел на место, где секунду назад стоял он вместе с подругой детства. Вокруг поднялся невыносимый стрекот толпы, заглушаемый шумом крови в ушах. Неверящий взгляд опускается вниз. Белые кроссовки разукрашены росчерками алой жидкости, а в нос бьет невыносимый запах железа.

***

      Яркий свет бьет в глаза, сияют вспышки камер. То тут, то там мелькают характерные лица деятелей пера и слова, что словно голодные собаки готовы порвать друг другу глотки ради первой полосы в какой-нибудь новостной сводке интернет порталов. Армин никогда не бывал на подобных мероприятиях, да и, вероятно, никогда бы не побывал, если бы не его преподаватель. Эрвин Смит - светило мировой науки, что несколько лет назад получил нобелевскую премию за исследования в области квантовой физики. Его работы были приняты с огромным энтузиазмом, а обсуждения громыхали на всё научное сообщество.       “Что же здесь делает обычный студент?” – спросите вы и будете в своём праве. Армин Арлерт был протеже расхваливаемого выше учёного с мировым именем. Они познакомились, когда Эрвин начал читать лекции по физике в его университете. Этот предмет был основным профилем подающего надежды студента, и тот не хотел упускать своего шанса научиться чему-то. Так и вышло, позабыв про всякое смущение, он засыпал профессора вопросами под удивленные взгляды сокурсников. Это продолжалось несколько занятий, пока преподаватель не попросил его остаться после лекции. Воспоминания о том событии пронеслись в голове.       Лучи солнца пробивались сквозь облака в небольшое окошко, расположенное почти под потолком. Обширное помещение, что всего лишь пару секунд назад было заполнено гомоном сотни человек, вместе с уходом последнего студента наполнилось вязкой тишиной.       Армин, жутко краснея и в полной уверенности, что его сейчас будут отчитывать, стоял с опущенной головой перед статным мужчиной в абсолютно пустой аудитории. Порядком отросшие волосы всё норовили забраться в глаза, а смущение заставляло кровь приливать к лицу всё больше и больше. Через минуту молчания студент всё-таки не выдержал. –П… Простите, сэр. Я постараюсь больше не задавать глупых вопросов, – наконец справившись с собой, произнес Армин, поднимая взгляд на Эрвина, натыкаясь на снисходительную улыбку и серый взгляд, что взирал на него со смешинкой. – В твоей жажде познания нет ничего плохого. Я и не собирался тебя отчитывать, наоборот, хотел сделать тебе предложение. Редко кто с такой серьезностью относится к учебе. Тем более твои вопросы имеют место быть. – С всё той же улыбкой проговорил преподаватель. –Вы мне льстите, сэр. Но.. Предложение? – Арлерт с трудом представлял, что сейчас происходило с его эмоциями. С его души будто камень свалился. Он был уверен, что докучает своему кумиру и лишь раздражает, но тем не менее, ничего не мог с собой поделать. – Да, всё верно. Я уже некоторое время ищу себе помощника и хотел бы предложить тебе им стать. Ничего такого, работа с бумагами, посильная помощь в исследованиях. Считай, что будешь младшим научным сотрудником. Армина словно током прошибло от этих слов. Он и мечтать не мог, что с ним случится нечто подобное, но происходящее превзошло все ожидания. Взгляд заблестел от интереса и предвкушения, с надеждой смотря на однорукого физика, но через пару секунд снова опустился в пол. –При всём уважении, сэр, я сомневаюсь, что моих знаний будет достаточно для такого…–Неуверенно пробормотал блондин. Эрвин лишь по-доброму усмехнулся, рукой поправив пустой рукав, заправленный в карман пиджака. – Не скажи. Твоё знание материала меня впечатлило. Да и я не требую многого сейчас. Главное, чтобы ты не переставал учиться. С моей помощью, конечно. – хитро прищурившись, произнес профессор. Он точно знал, за какие ниточки нужно дергать. Не зря его увлечением вне научной деятельности была психология. Глаза Арлерта наполнились неверием, взметнувшись вверх. – Вы собираетесь… дополнительно заниматься со мной? Вы уверены? – тихо спросил парень. – Заниматься это, конечно, громко сказано. Я довольно занятой человек, но в свободное время почему бы и нет. Да и пояснять непонятные моменты или какие-либо нюансы я всегда готов. – Преподаватель чуть задумчиво почесал короткую, почти незаметную щетину.       Как Армин тогда не завизжал от счастья, он до сих пор не понимал. Конечно, он согласился и стал после пар подрабатывать “младшим научным сотрудником” у Эрвина. По первой он скорее выполнял работу принеси-подай (всё же инвалидность его кумира крайне сковывала того в жизни) но впоследствии, с углублением знаний парня в физике, действительно начал помогать профессору в исследованиях, получив что-то похожее на статус “личного ученика”. Это вместе с привилегиями накладывало на него и большую ответственность. Несмотря на малоинтересную общественности область исследований, Смит был человеком известным и медийным, по крайней мере, в узких кругах, а Арлерту ничего не оставалось, кроме как соответствовать.       Работа в лаборатории нравилась парню. Белоснежное подвальное помещение выполнено по всем канонам футуризма. Многочисленные светлые помещения были заполнены передовым оборудованием. В центре же переплетения коридоров находилась небольшая, но крайне уютная зона отдыха, которая была уставлена мягкими креслами и диванчиками. В углу располагалась небольшая кухня с навороченной кофемашиной, по центру помещения стоял элегантный круглый стол, вокруг которого были расставлены одинаковые стулья мятного цвета. Здесь проходили так называемые совещания. Именно тут Армин впервые встретился с другими сотрудниками, работающими под крылом Эрвина. Как оказалось, под его началом трудилась пусть и небольшая, но очень разномастная компания ученых. Энергичная Ханджи Зое – эксцентричный гений органической химии и биологии. Тенью за спиной женщины всегда следовал ее помощник по имени Моблит, отвечающий за анатомию. Мик Захариус – искусный инженер, хорошо разбирающийся в материаловедении, под чьим началом трудилась парочка неопытных конструкторов. И самая молодая, не считая Арлерта, конечно, участница этой группы – девушка по имени Нанаба – отличный кодер. Все они заслужили уважение профессора Смита так или иначе. Эту небольшую группу Эрвин набирал на протяжении нескольких лет из интересующих его личностей, полностью спонсируя.

***

      С памятного диалога, произошедшего на втором курсе, прошло уже два года, за которые Армин успел обзавестись несколькими научными публикациями и даже значился соавтором в недавно вышедшей статье Эрвина на тему виртуальных частиц. Вскоре после публикации работы профессор сделал официальное заявление, представив миру своего подающего надежды протеже в лице робкого блондина. Всё это и привело нас к точке во времени и пространстве, являвшейся для Арлерта “настоящим”.       Наставник Армина стоял рядом, положив единственную руку ему на плечо, и беседовал с каким-то незнакомым блондину человеком. В свою очередь, юное дарование с интересом осматривало всё вокруг. А посмотреть было на что. Мероприятие для элиты, для тех, кто использует благотворительность как еще один способ выделиться и показать свой статус и богатство. Туда-сюда сновали официанты в характерных фраках, разнося дорогое шампанское. Вдоль стен были выставлены большие столы, ломящиеся от деликатесов всех мастей. Люди же, что собрались здесь, сплошь и рядом миллионеры, звезды, именитые ученые и многие другие, занимающие высокое место в социальной лестнице. Однако тут в толпе парень заметил очень знакомую картину. Высокий молодой шатен, с собранным на затылке небрежным пучком, на буксире тащил черноволосую девушку, что, словно не понимая что здесь вообще забыла, покорно следовала за ним. Эрен и Микаса – друзья детства Армина, что пришли поддержать его во время первого выхода в свет. Пусть он и стал увереннее за время, что находился под крылом светила науки, но всё же до конца побороть мандраж не получалось, пока он не увидел их. Улыбка сама собой выползла на лицо, и, коротко извинившись перед своим преподавателем, он устремился к парочке на встречу. Лицо Йегера тут же преобразилось, стоило ему заметить лучшего друга. Он с наглой ухмылкой растрепал с таким трудом уложенные блондинистые волосы, создавая сущий хаос на голове Армина. – Ну, здравствуйте, профессор Арлерт, мы очень польщены тем, что вы соизволили почтить нас, жалких плебеев, сегодня своим присутствием. – Шутливо сказал Эрен, тут же слегка поморщившись от прилетевшего сзади подзатыльника. – Не слушай его, Армин. Отлично выглядишь, кстати. – Микаса мягко улыбнулась блондину, одетому в классический костюм тройку, изредка кидая серьёзные взгляды в сторону их общего друга. –Спасибо, тебе тоже очень идёт это платье. – Сказал блондин, указывая взглядом на черное, как ночь, изысканное платье девушки. Видеть Аккерман в таком было крайне непривычно. –Господи, вы бы знали, как я рад вас видеть. Мне кажется, еще чуть-чуть и журналисты меня бы выкрали отсюда… – Тихо произнес Армин, нервно оглядываясь и замечая, что даже сейчас множество оценивающих взглядов были направлены на него со всех сторон. –Теперь можешь об этом не беспокоиться. Мы сами тебя выкрадем, чтобы ты не чах в обществе этих старпёров. – С неизменной улыбкой сказал Эрен, чем заслужил еще один подзатыльник.       Присутствие его друзей на этом мероприятии очень помогало Армину справиться с волнением от предстоящего выхода на сцену вместе с Эрвином. Его наставник, а никак иначе назвать его было нельзя, должен был произнести речь на этой благотворительной встрече. Всё-таки Смит был не только ученым, но и достаточно богатым человеком, получившим огромное наследство от своего отца. Оно и позволяло ему проводить исследования, не особенно заботясь о деньгах. (Прим: такой себе аналог Тони Старка. В целом видится как динамика Питера и Старка).       Так, весело переговариваясь, трое друзей сами не заметили, как оказались недалеко от сцены, к которой уже постепенно начал подтягиваться народ. Вскоре появился и сам Эрвин Смит, что лишь учтиво поздоровался с друзьями своего протеже. Он давно был знаком с этими ребятами. Они были чуть ли не единственным фактором, который в последнее время мог оторвать Армина от его научной деятельности, что было неудивительно, учитывая увлекающуюся натуру парня. Приемы пищи, сон, свежий воздух – всё игнорировалось, если блондин зарывался в очередные расчеты, и Эрвин был очень благодарен молодым людям за то, что они выдёргивали их друга из формул и чисел.       Армин… Переживал. Через какой-то десяток минут ему предстояло выйти на сцену. Пусть и в качестве болванчика, стоящего за плечом Эрвина, но всё же внимание тот никогда не любил. Тяжело вздохнув, он лишь проводил взглядом Эрена, который, сославшись на скорое выступление и нежелание его пропустить заранее умчался в туалет, оставляя Арлерта наедине с Микасой. Вот только всё пошло не по плану… Со стороны толпы, в которой скрылся Эрен, раздался оглушительный взрыв, что заглушил любые звуки…       В глазах всё плыло, а в ушах стоял противный писк. Пару минут потребовалось Армину, чтобы прийти в себя. Вокруг стояли клубы дыма и пыли. То тут, то там виднелись следы крови и трупы. Каменный пол послужил отличной шрапнелью, перемалывая осколками людей, находившихся в эпицентре, почти до состояния фарша. Армин в ступоре протёр глаза, надеясь что все это ему снится. Мелкая пыль забилась в глаза, в нос бил резкий запах горелой плоти и железа, от которого хотелось избавиться от обеда в желудке. Несколько секунд и органы чувств возвращаются в норму: зрение прояснилось, а мерзкий писк ушел на второй план, отдавая своё место стонам, хрипу и крикам. Горячая струйка крови выкрасила некогда белую рубашку в красный. Костюм пришел в полную негодность, местами порванный, загвазданный в крови и пыли.       Разум, в отличие от чувств, пришел в себя несколько позже. Взгляд приобрел осмысленность и заметался по помещению, вглядываясь в лица людей. Мысль, мелькнувшая в сознании, прошибла тело блондина током, и он с трудом повернулся в сторону Микасы, вместе с тем издавая вздох облегчения. Девушка была без сознания, но отделалась лишь царапинами и неглубокой раной под глазом. Однако ее жизни ничего не угрожало. Они были достаточно далеко от взрыва и всё более-менее обошлось. Осталось только найти Эрена и побыстрее выбираться. Армин был уверен, что профессор Смит был в порядке. Он ушел за кулисы незадолго до взрыва и наверняка уже выбрался через черный ход. На остальных же в данной ситуации было плевать. Адреналин бурлил в крови, активируя все доступные телу ресурсы, не давая развернуться таким второстепенным вещам, как альтруизм и беспокойство за чужих людей. Однако следующая мысль подкосила уже поднимающегося на ноги Армина: Эрен ушел в сторону взрыва.

***

      Жизнь Армина Арлерта изменилась. С памятного теракта прошло две недели, и не было ни дня, когда он бы не тонул в липком ужасе и тоске. В новостях шли постоянные спекуляции на тему произошедшего. Перед глазами постоянно проносилось окровавленное тело его друга. Он умер быстро. Осколок, горло, кровь. Прибывшая скорая лишь констатировала смерть Эрена Йегера и еще двадцати восьми человек. Вместе с тем в реанимации скончались еще пятеро. Жизнь Армина Арлерта изменилась. На учебе он не появлялся. Его небольшая съемная квартира, некогда бывшая оплотом уюта, захламлена мусором, а сам он не видел белого света уже две недели. Всё, на что его хватало, это смотреть в стену пустым взглядом, из раза в раз прокручивая воспоминания о том дне, утопая в горе. Жизнь Армина Арлерта изменилась. Он считал, что Эрен погиб из-за него. “Если бы я только не поступил эгоистично, заставив его прийти…” и множество подобных мыслей не давали Армину спать. Не давали ему есть. Не давали ему смотреть в глаза людям, что приходили проведать убитого утратой молодого человека. Каждый гость уходил ни с чем, оставляя после себя какие-то вещи, которые должны были облегчить его страдания. Продукты, сладости, книги. Они все накапливались и накапливались в прихожей. Оттуда уже начал доносится запах гниющих фруктов и овощей. Единственной, кто ничего не приносил, была Микаса, которая зашла лишь единожды. Тогда они просто молча сидели друг напротив друга и плакали. Когда слезы иссякли, они уснули в обнимку, пытаясь хоть так согреть зияющую в груди холодную дыру, образовавшуюся после потери друга.       Армин пытался бороться. Эрвин буквально заставил его пойти на групповую терапию с другими, потерявшими близких. Он правда пытался, но… Ничего не мог с собой поделать. Когда он, наконец, начал выходить на улицу и в университет, казалось, что его тело действует на абсолютном автомате. Все события превратились в смазанную полосу образов. Вот он вяло записывает лекцию, не удостоив преподавателя ни единым вопросом. Вот он отмалчивается вместо ответа на семинаре, делая вид, что не знает. А вот он отчитывается перед Эрвином о том, как он сходил на терапию. Конечно, никакие собрания он не посещал. Двух раз хватило, чтобы он понял, что это ничего не изменит в его состоянии. Вместо терапии он лишь хладнокровно напивался дешевым алкоголем, сидя в давящих на него четырех стенах. Армин никогда не пил и не курил. Всё его знакомство с подобными вредными привычками заканчивалось парой студенческих тусовок, где ему вместе с Микасой приходилось тащить пьяного в стельку Йегера до такси. Эрен… Его наглая улыбка всплывала в голове слишком часто. Этот вспыльчивый и веселый шатен был для Арлерта одновременно лучшим другом и названным старшим братом.       Через месяц, когда начальная буря эмоций стихла, оставив после себя только пустоту внутри, пришло неожиданное известие. Микаса тогда практически насильно вытащила его из дома, чтобы поговорить. Уютная кофейня, располагающаяся на краю парка, была практически пустой поздно вечером. За стойкой сидел бариста, мало обращая внимания на посетителей, и отвлекался лишь когда расположенный над дверью колокольчик издавал пронзительную трель. Бледный как сама смерть блондин вошел внутрь, абсолютно без интереса изучая обстановку внутри. На нём была мятая мешковатая одежда. Тёмные круги под глазами, небольшие бордовые пятнышки на рукавах толстовки, оставшиеся после носового кровотечения, и находящиеся в полном беспорядке сальные волосы. Бариста уже хотел было выгнать маргинальную личность, но неожиданно гость присел за столик к привлекательной девушке. Та лишь вымученно улыбнулась и поздоровалась со своим старым другом, отчего бариста решил всё-таки не накалять обстановку и тут же утратил какой-либо интерес.       Микаса выглядела не сильно лучше Армина. Опухшие от недавних слёз веки, слегка смазанный макияж. Она переживала смерть Эрена несколько иначе, с головой уйдя в учебу, боясь даже на секунду остаться наедине со своими мыслями. Ведь каждый раз, когда это случалось, глаза предательски намокали, а сердцебиение учащалось. –Давно не виделись... Как ты? – Тихо спросила черноволосая девушка, нервно теребя кончик своего красного шарфа, который ей подарил Йегер много лет назад. На первые слова Аккерман Армин лишь кивнул, наконец сосредотачивая на той взгляд. –Сама как думаешь? – Горькая усмешка искривила искусанные губы парня. –Понятно... Послушай... – Явно собираясь с силами, тяжело вздохнув, сказала Микаса. – Мне поступило предложение поехать по программе обмена на запад... Я собираюсь согласиться. Трудно находиться здесь.       Армину будто ударили поддых. Воздуха стало резко не хватать, а руки непроизвольно задрожали. Самый близкий для него сейчас человек, с которым он делил горе, уезжает. Умом Арлерт понимал, что для нее так будет лучше, но в душе очень сильно боялся остаться один.       Молчание продлилось несколько минут, которые Микаса нервно всматривалась в лицо лучшего друга. Всё это время Армин пытался справиться с неожиданной бурей эмоций, разошедшейся в душе. В себя он пришел лишь от боли в руках. Ногти оставили на внутренней стороне непроизвольно сжавшейся ладони небольшие ссадины, что отрезвили блондина. Натянутая улыбка появилась на его лице, оканчивая несколько затянувшуюся паузу. –Рад за тебя. Надеюсь смена обстановки поможет тебе, да и опыт интересный. – Уже чуть более искренне улыбнулся Арлерт. Ответом ему стал вздох облегчения. –Спасибо. Будем созваниваться по выходным, если ты не против?       Дальнейший диалог был для парня как в тумане. Лишь через час, добравшись до дома, Армин буквально упал на захламленную кровать прямо в уличной одежде. Он наконец позволил своим эмоциям выйти наружу. Горькие слёзы пропитывали подушку, сопровождаемые тихими всхлипами. Отчаяние заполнило его душу, а в голове билась единственная мысль – он остался один.       Одиночество сопровождало Армина на протяжении всей жизни. Его родители скончались, когда он был еще совсем маленьким, а воспитывал его дедушка. Вот только внимания мальчик никогда не получал, ведь его последний родственник был вынужден работать как проклятый в надежде обеспечить внуку хорошее будущее, что впрочем его и погубило. Единственными спутниками Армина, до появления в его жизни Эрена, были книги. Сначала сказки, потом классическая художественная литература, а затем мальчику в руки попала первая научно-фантастическая книга. Он с первых строк влюбился в атмосферу происходящей в космосе истории. Именно благодаря книге у него появилось желание заниматься наукой. После, когда он подружился с неразлучной парочкой из Эрена и Микасы, казалось чувство одиночества ушло, а на деле лишь спряталось в глубине души, ожидая своего часа. Он очень четко ощутил это в многочисленных попытках угнаться за своим другом. Эрен всегда был мечтателем не хуже самого Армина, и стоило в его голове поселиться какой-либо идее, как он тут же уносился вперед, добиваясь своего. За ним попятам следовала Аккерман, во всем поддерживая шатена. А нелюдимому и замкнутому Арлерту только и оставалось, что пыхтя плестись в конце, лишь бы не остаться одному.       Всё имеет свойство заканчиваться. Любые раны со временем превращаются в шрамы. Был ли это результат действия времени или таблеток, выписанных психиатром, Армин не знал. Он знал лишь, что ему становилось легче. Он не забыл и не смирился, просто… Свыкся с чувством опустошения, которое терзало его уже несколько месяцев. Квартира постепенно переставала выглядеть, будто ее житель умер. Он даже пару раз смог зайти в лабораторию, немного пообщавшись с коллегами из числа исследователей, которых нанимал Эрвин. Вот только прежним Арлерт уже не был. После инцидента с ним осталась не только пагубная привычка к курению, но и шрамы. Физические и душевные. И первые, в отличие от вторых, не доставляли ему никаких неудобств. Он и раньше не был слишком открытым человеком. Все те, кого он мог бы назвать друзьями кроме Эрена с Микасой, были удостоены такой чести только потому, что благодаря Йегеру смогли преодолеть кокон Армина. А с его смертью… Блондин еще сильнее закрылся. Единственным, кого он, правда, был рад видеть, являлся профессор Смит, который на протяжении всего этого времени не оставлял того, кто стал ему практически сыном.       Жизнь шла своим чередом. Пусть она и потеряла в красках, но всё же Армин не был глупым человеком. Эмоциональным, немного наивным, но никак не глупым. Он понимал, что дальше так продолжаться не может. Всё-таки спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Таким спасением для Арлерта оказалась секция по рукопашному бою в его университете. Блондин никогда не был сильным, высоким и уж тем более не был мастером в махании кулаками. Именно этим и привлек его этот род деятельности. Полностью сменить вектор никогда не помешает, не так ли? Так рассудил и молодой человек, записавшись туда в середине семестра. Администрация была не очень рада таким финтам, но отказать одному из лучших учеников вуза, да еще и под пристальным взглядом одного из профессоров, не осмелилась. Конечно, скорее благодаря Эрвину, но сам факт…       Занятия проходили в просторном и светлом зале, который обычно использовался студентами для обычной физкультуры, а по вечерам преобразовывался в связи с нуждами различных секций. Находился он на одном из последних этажей спортивного здания университета, где помимо него были: Бассейн, тренажерный зал, несколько площадок для всевозможных игр и даже небольшое крытое футбольное поле. Стены у зала были только с одной стороны и были переделаны под нужды секции скалолазания. Остальное же вертикальное место занимали большие панорамные окна, из которых открывался прекрасный вид на протекающую недалеко реку и набережную.       Вёл тот самый рукопашный бой один из нанятых специально для этого преподавателей, коим оказался обманчиво молодо выглядящий и невысокий мужчина по имени Леви. Он не называл свою фамилию студентам, да и никто из них и не осмеливался спрашивать у постоянно недовольного и холодного учителя что-то не по теме. Первое занятие прошло для Арлерта на удивление… Продуктивно. Его сразу поставили в спарринг с, как выяснилось позже, довольно неплохим парнем – Райнером Брауном. Но вот первое впечатление тот производил… не лучшее. Огромный, с выразительными бровями, которые, казалось, постоянно выражают недовольство, и сбитыми костяшками, что явно не добавляли ему безобидности.       И тут до Армина, наконец, дошло, куда он попал. Дурь из него выбили быстро, но отступать от своего решения он не был намерен, раз за разом вставая с матов, принимая руку Брауна, чьи брови с каждым подъемом ползли всё выше и выше в удивлении. Такое упорство не прошло мимо преподавателя, и, сухо кивнув чему-то своему, он прервал спарринг, отправив Арлерта нарезать круги по залу “для поднятия выносливости”. Для остальных же занятие продолжилось как обычно.       Спорт оказался для парня настоящим спасением. Сначала спарринг, где ему приходилось двигаться на пределе своих возможностей, который отлично прочистил мозги, а затем бег, выжавший все оставшиеся переживания из головы, оставляя после себя в мыслях лишь пустоту. Напряженные мышцы гудели, пот тёк тонкими струйками по всему телу, но ему... Нравилось. Казалось, что именно этого ему не хватало всю жизнь.       Уже после занятия, когда преподаватель покинул зал, не прощаясь, а студенты разбрелись по раздевалкам, к лежащему на полу без сил и задыхающемуся от нехватки воздуха Армину подошел Райнер, протягивая руку, чтобы помочь встать. –А ты не простой, а, Арлерт? – Поиграв бровями и весело улыбнувшись, спросил Браун, дергая парня на себя и ставя легкое тело на ноги. –Да вроде… Самый обычный… – Делая перерывы, чтобы заглотнуть побольше воздуха, пробормотал блондин. –Ну не скажи. Нечасто встретишь таких упорных. Да… Пусть так и не скажешь, но ты понравился Леви. Так что не прогуливай, он тебя из-под земли достанет. Армин на это заявление лишь вымучено и наиграно улыбнулся, кивнул и еле переставляя ноги, поплелся в мужскую раздевалку. Никто из парней не заметил пронзительный взгляд серо-голубых глаз, направленный им в спины.