mon rêve oublié

      Наконец настало то время, когда Кадзуха накопил себе на квартиру, которая находилась ближе к университету. Юноше недавно исполнилось 20 — как раз тот возраст, когда люди съезжают от своих родителей в отдельную квартиру и начинают самостоятельную жизнь, о которой когда-то мечтали в далёком детстве. Кадзуха без проблем доехал до места назначения, а хозяин квартиры — Итэр, оказался очень приветливым и дружелюбным, поэтому оба легко нашли между собой общий язык и быстро всё решили. Владелец, рассказав всё, что нужно, уехал, а Кадзуха пошёл снова осматривать квартиру; чисто белые стены, тёмно-коричневый паркет, полное отсутствие каких-либо растений и картин, да и в целом элементов декора. Каэдэхара уже представлял, как хорошо проведёт время наедине с собой в полном спокойствии. Он поставил чайник завариваться, а сам пошёл разбирать вещи. Кадзуха спокойным шагом подошёл к двери, напоследок выглянул в коридор, опустил жалюзи и задëрнул занавески. «Чтобы солнце не светило в глаза…» — пролетает у него в мыслях. Комната совсем небольшая по диаметру, такие-же белые стены, как и в коридоре, более нежный коричневый паркет, красный коврик около постели, узкий подоконник. Юноша опустился на прохладный пол, положив перед собой ручную кладь. — Да-а… Это надолго, — шепчет одними губами студент, расстегнув молнию чемодана, полностью наполненного вещами.

***

      Яркие лучи солнца пробирались сквозь занавески, заставляя повернуться Кадзуху лицом в подушку. На удивление парня, за окном уже было светло, что было странно для обычно тёмного зимнего утра. Каэдэхара устало вздохнул, принимая сидящие положение. Он взял мобильный телефон, который лежал на тумбочке у кровати. Посмотрев на время, Кадзуха понял, что проспал половину первой пары. Юноша подумал, что вообще не поставил будильник, но на самом деле он поставил, но на восемь часов вечера, вместо восьми утра. Каэдэхара быстро успокоился, увидев в группе сообщение об отмене первой пары. Он расслабился, и, накинув на плечи мягкий вязанный плед, пошёл готовить завтрак. Спешно съев лапшу быстрого приготовления, он стал собираться в университет. Каэдэхара надел на себя обычную повседневную одежду: белая свободная рубашка, вязанный бежевый кардиган с вышивкой на груди в виде оранжевого кленового листа, свободные брюки. Накинув наверх зимнюю куртку и надев на ноги тёплые меховые ботинки, он закрыл квартиру на ключ, поспешив в университет, всю дорогу щурясь от потока снежинок. В кабинет студент зашёл прямо со звонком. Оглядев полупустой кабинет и поздоровавшись с профессором Кавехом, сел за парту к своему другу — Хэйдзо, который в свою очередь что-то увлечённо рисовал простым карандашом в тетради. Хэйдзо выглядит симпатично, и вполне не удивительно, что за ним бегает пол корпуса девушек; бордовые волосы, собраны в низкий хвостик, желто-зелёные глаза, чёрная рубашка и коричневые штаны. Пока мужчина бодро рассказывал про элементы черчения, в аудитории поднялся шум, но педагога это, кажется, нисколько не смущало, и он просто стал говорить на тон громче, чем прежде. — Ну что, ты рад, что скоро новогодние каникулы? Как новый год будешь отмечать? — спросил сосед по парте, не отводя взгляда от своей рабочей тетради. — Пока ещё не знаю… А что? — ответил ему привычно спокойным и слегка хриплым голосом Кадзуха, срисовывая фигуры с доски. — Ну-у… — протянул Сиканоин, формулируя речь. — Просто я думал компанией друзей отметить и тебя позвать. Если, конечно, у тебя планов нет. — Я только за. А кто там ещё будет? — отложив карандаш с деревянной разрисованной линейкой в сторону, поинтересовался тихим голосом Каэдэхара, пытаясь не мешать преподавателю. — Ну, там Мона будет, а ещё брат её. — У неё брат есть? Я не знал... — посмотрев на друга, искренне удивился Кадзуха. — Сколько с ней учусь, а не знал про него... — Да я сам недавно узнал об этом. Его практически никто никогда не видел, он довольно замкнутый и отстранённый человек, — задумчиво ответил Сиканоин, вырисовывая ещё один рисунок простым карандашом в тетради на полях. — А он в нашем универе учится? Вдруг я его видел где-то, — предполагает Каэдэхара, подперев щёку рукой и вопросительно посмотрев на друга. — Нет, он на домашнем обучении. Мона его еле уговорила из дома выйти, так что тебе точно надо идти, чтоб увидеть этот «редкий экземпляр». Хах, — усмехнулся Хэйдзо. — Ха-ха, ну тогда я точно приду, чтобы увидеть этот...«редкий экземпляр», — подмигнул студент другу и вернулся к своей тетради.

***

      Прозвенел звонок на перемену, так громко, что казалось, будто он проникает прямо в мозг. Люди вокруг разошлись по своим делам, а кто-то ещё сидел и что-то дорисовывал и списывал с доски, в том числе и Кадзуха. В помещение со звонком поднялся громкий шум, от которого раскалывалась голова, но, к счастью для Каэдэхары, этот шум продлился недолго. Когда уже большая часть людей покинула аудиторию, студент решил всё, что написано на доске сфотографировать и закончить работу дома, так как он уже не успевал доделать тут. Поступив именно так, студент покинул аудиторию вместе с небольшим потоком других одногруппников, что раздражали своей больно медленной ходьбой и громкими обсуждениями всего. Следующим по расписанию стояло изобразительное искусство, поэтому юноша застегнул молнию рюкзака на ходу и накинул его на правое плечо, подправив кардиган. Кадзуха направился на первый этаж, где должна проходить пара. Зайдя в пустую аудиторию, юноша немного смутился от того, что там почти никого не было. Он уже подумал, что ошибся кабинетом и хотел выйти из него, как вдруг его окликнули сзади: – Каэдэхара Кадзуха, – преподавательница Лиза положила свою руку на его плечо, придерживая падающую лямку его рюкзака. – Ты, конечно, неплохо рисуешь, ты — молодец, но немного отстаёшь от других, – своим ласковым и мелодичным голосом говорила она. Было видно, что она старается его не обидеть, но юношу ни капли не задевали её слова — он и сам понимал, что с оценками по предмету у него не очень. – Я думаю, тебе стоит найти репетитора, либо записаться в художественную школу. В крайнем случае можешь оставаться у меня после уроков. Но прошу, не оставляй это без внимания. – Хорошо, спасибо. Я Вас понял, – положительно кивнул Кадзуха, пытаясь выдавить из себя улыбку, но все попытки прошли безуспешно. Юноша направился прямиком к четвёртой парте, которой он считал своей любимой из всех. В аудиторию зашли ещё несколько ребят, благодаря которым Кадзуха точно убедился, что зашёл туда. «Лиза Минчи права. Мне и правда бы стоило найти репетитора... — эта мысль не давала всю пару покоя ему. — Так только приду домой — сразу же пойду искать репетитора.»

***

      Прозвенел последний в этом году звонок. Профессор своей проницательной речью желал всем удачи, после чего прочёл правила безопасности и отпустил всех домой, заранее поздравив всех ребят с наступающим Новым Годом. По дороге Кадзуха чуть не навернулся на тонком слою льда, не увидев его из-за сильного ветра и снега, который заставлял его всю дорогу хмурится. Пытаться попасть ключом в замочную скважину в полной темноте — было хреновой идеей. Каэдэхара тихо бубнил про себя различные маты, пока наконец-то после множества попыток попасть, не попал ключом в скважину. Каэдэхара расслабленно вздохнул, заходя в квартиру и вытирая свои ботинки от снега об мягкий меховой коврик с надписью «Welcome!» Юноша повесил куртку на крючок, а ботинки поставил в коридор на специальный стенд для обуви. Каэдэхара на автомате крикнул «привет, мам!», но тут же вспомнил, что теперь живёт один. «К этому нужно будет привыкнуть...» – подумал он, проходя в спальную комнату и моментально кидая на кровать рюкзак. Радуясь свободе, Кадзуха, не переодеваясь в домашнею одежду, зашёл на кухню и поставил завариваться чайник с зелёным чаем. Решив не медлить, студент стал искать в социальных сетях недорогих репетиторов, отложив идею с художественной школой — репетитор дешевле.