mon rêve oublié

— Здравствуйте! — едва заметно, но всё же сбивчиво произнес Каэдэхара. – Здравствуй, Кадзуха, — холодным тоном произнес Альбедо, шмыгая носом от холода. — Пройдём? – он указал одной рукой на вход в кафе, призывая Кадзуху войти внутрь. — Хорошо... — Каэдэхара слабо кивнул и молча прошёл через придержанную художником дверь. Звонкий звук колокольчиков оповещает персонал о приходе новых посетителей. Альбедо, слабо держась с Кадзухой мизинцами, чтобы не потерять его в толпе, словно маленького ребёнка, искал глазами свободный столик, и, наконец, приметив один, повёл студента за собой, плавно лавируя между людьми. Молча сев напротив студента, Альбедо опёрся локтями о стол наблюдал за тем, как Кадзуха аккуратно снимает свои зимние перчатки, убирая их в карманы бежевой куртки, а затем снимая уже и её. Бело-черная цветовая гамма, от чего становится некомфортно и появляется ощущение, что стены давят. Лишь одна гирлянда, мигающая жёлтым цветом, делает помещение более-менее терпимым. «М-м... — Кадзуха мысленно вздыхает. — Раньше, где я жил, было намного больше выбора кафе... А тут только одно и то... Не очень..?» Каэдэхара завороженно смотрел в сторону окна, пока Альбедо, слегка хмурясь, рассматривал меню, скользя взглядом по разным названиям блюд. К столику подошла официантка, с довольно привлекательной внешностью: чёрные кудряшки, заплетённые в аккуратный пучок, голубые глаза, выделяющиеся на её бледном лице, униформа, что отлично подчёркивала её тонкую фигуру и бейджик с довольно необычным именем «Инди». – Здравствуйте, — довольно ласково поздоровалась официантка. — Вы уже определились с заказом? – Инди мягко улыбнулась им и подняла блокнот с карандашом, показывая свою готовность записывать. – Да, добрый вечер. Мы... Я определился. Я буду капучино на миндальном молоке, – выбрал Альбедо, указывая на данный продукт в меню. – А ты? – он вопросительно посмотрел на Кадзуху, что даже не планировал рассматривать меню. – А... Ну... Я буду чай... Зелёный, — сконфуженно пробубнил студент. — Если он тут есть... — Да, не переживайте, есть. Девушка слабо кивнула сама себе, записывая ручкой в блокнот заказ. — Капучино на миндальном молоке... И зелёный чай, — прочитала запись их заказа Инди, чтобы удостовериться, что всё правильно услышала и записала. —...Верно, да? — оба синхронно кивнули, и девушка быстрым шагом направилась в служебное помещение, громко постукивая своими каблуками. – Так, ну что... – репетитор откинулся на спинку стула. Он сидел на стуле, сцепив пальцы в замок, и выглядел привычно для своего холодного и отстранённого поведения. – Начнём с простого... Какой способ рисования ты предпочитаешь? Гуашь, акварель, масло, может быть, карандаши? – Я больше всего предпочитаю рисовать гуашью, – не задумываясь, ответил Кадзуха. — Но я и не против поэкспериментировать с другими видами, просто с детства гуашь мне больше всего запала в душу как-то... – Хорошо, — Альбедо понимающе кивает. — Какого уровня в рисовании ты хочешь достичь? – Сначала — просто научиться более-менее рисовать... А то в универе отстаю от всех, – хмыкая, честно отвечает Кадзуха. — Не очень приятно... – Хорошо, я полностью тебя понимаю. Не переживай, – Альбедо немного наклонился вперёд к студенту, продолжив задавать вопросы. – Сколько раз в неделю сможешь приходить на занятия и сколько примерно времени на одно занятие тебе нужно? – Думаю раза два в неделю, не больше, после восьми вечера... Мне надо час-полтор... — Приветствую ещё раз! — перебивает Инди Каэдэхару, подлетая к ним. — Вот ваш заказ. Приятного вам сопровождение времени, — она поставила на стол перед ними свои напитки и скрылась из их вида зрения. — Э... Час-полтора, — повторяет Кадзуха то, что не успел поговорить. – Хорошо. Значит продолжим...

***

— До свидания, Альбедо, — разворачиваясь в другую сторону, Казуха попрощался с репетиром, махая правой рукой. Спустя час они всё обговорили и уже выходили из кафе. Кадзуха всё-таки стал пятым учеником Альбедо и должен был прийти к нему на занятие третьего января – через два дня после Нового года. Они разошлись по разным дорогам. Кадзуха пытался представить у себя в голове, как примерно будут проходить их с Альбедо занятия. «Всё-таки, хорошо, что я его выбрал... Он..» — Каэдэхара тяжело вздыхает, смотря на исходящий пар из рта из-за сильного мороза. —...Милый? — шёпотом Кадзуха продолжил свои мысли, после чего отрицательно покачал головой, он сказал, что это полный бред, потому что они даже толком не знакомы, и пошёл дальше, ускорив шаг. Он слегка протянул руку вперёд, смотря на снежинку, которая удачно приземлилась у него на ладони. «Всё-таки, в зиме столько всего эстетичного...» Идя по заснеженной тропе, студент пытался идти по чистым, ещё нетронутым местам, чтобы оставить свой след среди остальных. «Как в детстве...» — у него резко пролетели воспоминания о времени, когда тот ещё был маленьким десятилетним ребёнком, и точно также ходил по чистым местам, оставляя свои следы. От этих воспоминаний тот мягко улыбнулся. Снежинки падали на голову, мгновенно делая волосы влажными. «Всё-таки нужно было надеть шапку...» – пронеслось у него в мыслях, и студент провёл по волосам рукой, чтобы понять, насколько они уже намокли. В любом случае, сушки феном уже не избежать. Сквозь свои мысли парень и не заметил, как уже оказался у своего дома. Достав ключи из кармана, юноша хотел было открыть подъездную дверь, но она уже открылась с другой стороны благодаря какому-то мальчику. Кадзуха придержал для него дверь, давая тому пройти, и мальчик, прошептав одними губами «спасибо», быстро побежал по своим делам. «Я ведь когда-то я был таким же...» — от этой мысли алые глаза моментально становятся стеклянными. Он быстро моргает, не давая себе пустить слезу. Студент вошёл в мрачный подъезд, радуясь теплу, по сравнению с морозной улицей. Нажав кнопку лифта, студент вошёл внутрь и нажал кнопку шестого этажа. Лифт медленно ехал вверх, пока цифровая табличка не показала «6». Юноша вышел из лифта, и в это же мгновение на телефон пришло уведомление. Каэдэхара вынул ледяной гаджет из кармана и разблокировал его. «Видимо, он даже в кармане замёрз...» Это было сообщение от Хэйдзо. @HeidzoSik Хэйдзо. Приветик, Каз! Ну что, завтра всё в силе? Придёшь праздновать НГ ко мне? У меня родители уезжают на 3 дня;) Если да, жду тебя около своего дома в 18:30. Не опаздывай, завтра -15, а то я там в ледышку превращусь:') [20:52]

@kaede_kazuhA

Кадзуха.

Добрый вечер, Хэйдз. Конечно приду.

Может быть нужно взять что-то с собой? И скинь адрес свой на всякий случай, пожалуйста

[20:53]

@HeidzoSik Хэйдзо. Вот так, уже забыл где я живу... Друг ещё называется... Щас скину адрес Улица ***, дом №** Буду ждать тебя!) [20:55] Кадзуха убрал телефон в карман своей бежевой куртки, а из другого достал ключи с подвеской Анемо глаза Бога, которую в детстве нашёл на улице, и с тех пор она хорошо сохранилась. Спустя несколько попыток попасть ключом в замочную скважину, юноша открыл дверь и вошёл внутрь. Пытаться нащупать выключатель было относительно проще, чем открыть дверь. Расстегнув молнию ботинка и аккуратно положив их на привычное место, он закрыл дверь на два поворота и, достав из кармана телефон и сняв куртку, он бросил её на комод. — Похуй. Потом повешу... Зайдя в спальню, Кадзуха первым делом плюхнулся лицом на мягкую, пропитанную лёгкой прохладой после проветривания, подушку, раскинув руки и ноги по всей кровати. Пролежав в такой позе несколько минут, он принял сидячее положение и облокотился спиной о стену, выпрямив ноги перед собой.

***

Каэдэхара проснулся посреди ночи. В комнате горел яркий свет, что означало завышенные счета за электричество. — Ну... Пиздец. Ещё больше придётся платить денег за электричество, спасибо, блять, — сонно потирая глаза, ругался блондин, активно жестикулируя и показывая своё недовольство. Взяв с тумбочки телефон, что заряжался, студент понял, что сейчас уже два часа ночи. – Как я на пять часов-то заснул... Вяло поднявшись с кровати, Кадзуха размял виски, чтобы хоть как-то привести себя в чувства. Состояние у него было не самое лучшее. Сняв пижамные клетчатые штаны и бросив их, предположительно на пол, о устало надел близлежащие серые свободные шорты. Футболку Каэдэхара решил оставить, так как она была довольно широкой и прекрасно подходила для сна. — Ну, доброе утречко, Казу... Юноша просидел на крае кровати более десяти минут, смотря в одну точку, не отводя глаз. Он устало потянулся и протяжно завыв, что, мол, начались каникулы, на которых он должен высыпаться, а не просыпаться в два часа ночи. Кадзуха встал с кровати и направился прямиком в ванную комнату, чтобы привести себя в чувства. Во рту ощущался некий вкус гнили, он решил сполоснуть его мятным освежителем, так как для обыкновенной чистки зубов он был слишком вымотан, да и не хотелось терять это сонное ощущение, ведь с ним гораздо проще будет заснуть. Убедившись, что свет везде выключен, Кадзуха вернулся в свою комнату, и, замотавшись в одеяло словно гусеница, закрыл глаза и погрузился в свои мысли под звуки метели снаружи.