Ноктюрны растущего месяца

Послушайте! Помню, Я точно помню Битвы при синей луне, Двух близнецов, что ходили по морю В моем мандариновом сне. Смотрите же! Вижу, Я точно вижу Рыжего, словно янтарь, Безглазого зверя, что только лишь слышит И над бесхвостыми - царь. Заметьте же! Чую, Я точно чую Паленой шерсти смрад. Собако-коней, что в чащобах пируют, Клыкам чьим не будешь рад. Узнайте же! Слышу, Я точно слышу Рёв шестикрылых во тьме. Они, погибая, яростно дышат, Под ноги падая мне. И словно бы кожей я ощущаю Доспехов изящный ряд; И только лишь там до конца понимаю, Что здесь мне никто не рад. Ах ты моя тульпа! Любимый мой тульпа, Соскучился, верно, по мне? Стоит и кивает, и треплет по крупу Кота, чьи клыки – словно снег. Мятежные очи, О, милые очи, И локон ложится волной. Так что же молчишь? Рассказать что-то хочешь? Тебя создала – так ты мой? Я душу растила твою ледяную И крепкое тело – огонь! Да, милый, довольно: ведь сердцем я чую: Скорее, что сын ты мой. Прости меня, милый! Прости маму, милый, Что рос ты, не зная отца, Но так повелось: я любовь погубила, Но в сердце слепила птенца. Теперь же – на север, Я зверь – мне на север, Щенка моего мне растить. Ведь был колыбелью розовый клевер, И мир, что не может быть, Принял в объятья, Навечно - в объятья, Сон, что нам домом стал. Я не клеймить постараюсь проклятьем Того, кто меня не желал. Ах, странно, да, странно, И правда, так странно Ребенка родить без отца. Но я позабуду. Теперь мне желанна Охота на мрак без конца. Мы – севера звери. За рамками веры Идем мы в крестовый поход. И мы понимаем, что нас, там, верно, Тоже никто не ждёт. Но северный ветер, Колючий наш ветер Играет волос волной… Что ж, милый, пускай мне любовь не светит, Но ты ведь навеки со мной! Собадей своры И мрачные горы… Садись, мой сынок. Отдохнём, Окинем очами мы снов просторы И смело дальше пойдём.