Всё нереально

Мои волосы развевает ветер, путая и так непослушные пряди. Через рыжую челку почти ничего не видно. Не видно парня со сплитом, что сейчас держит меня за руку, ведя вперёд по лишь ему известной дороге. Эта фарфоровая рука, сжимающая мою, кажется нереальной, такой нежной и хрупкой, что мне остаётся только удивляться, как она ещё не сломалась.  Сам Тойя кажется другим, будто это и не он, будто он не настоящий, а всего лишь видение. Но если этот Тойя не настоящий, то где настоящий? Где мой лучший друг, с которым я прошел такой большой путь? Где этот человек? Человек, которого я люблю всей душой. Ради него я готов пойти на всё, готов ходить с ним куда угодно, петь с ним, да хоть весь мир перевернуть, запачкать руки в грязной человеческой крови, защищая его. Я готов вознести его, как Бога на небо, но я оставлю его на земле лишь потому, что он боится высоты. Да, я прекрасно помню, что любит Тойя, а что, наоборот, недолюбливает. Я знаю, какой кофе он любит, и готов делать его каждый день, относя ему в кровать. Готов каждый день гулять с ним, держась за руку, и петь в парке. Готов убить любого, кто доставил ему хоть немного боли. Я пойду на всё ради него. И прямо сейчас я иду за ним, хотя даже не уверен, Тойя ли это. Мои мысли не покидает ощущение, что это не он. Что это далеко не тот Тойя Аояги, которого мы все так хорошо знаем. В последнее время он будто не свой, всё время выглядит усталым, не так хорошо поет как раньше, будто что-то мешает ему. Он никогда не был сильно разговорчив, но сейчас будто перестал говорить вовсе. Я беспокоюсь... Ярко-красная кровь капля за каплей стекает на пол. Тонкое лезвие ножа вырисовывает дорожки на коже. Тойя настоящий. Он жив. Жив ведь?                                 *** Мокрая от дождя земля хлюпает под ногами, пачкая новые ботинки. Люди, стоящие здесь, будто не живые, а лишь кривые скульптуры, сделанные не пойми кем. Не могут быть эти люди реальными. Их слезы, стекающие по щекам, лишь капли дождя, и не важно, что их защищает зонт. Всё здесь нереальное. Скорбь и печаль на лицах людей – лишь маски, за которыми скрываются улыбки. Белая одежда на людях тоже ненастоящая, это лишь верхний слой, за которым скрывается что-то яркое. Ненастоящее кладбище. Ненастоящий гроб и не настоящее тело Тойи Аояги в нем. Всё чужое, всё нереальное. Ничего из этого не может быть правдой. Я не верю. Не верю во всё происходящее. Слышите, я не верю! Не верю такой больной правде. Это ведь слишком жестоко, вырывать человеческое сердце, забирая из него самое дорогое.                                  *** Голова кружится, а тело слишком слабое, чтобы сделать хоть какое-то движение. Я могу лишь смотреть на кровавые цветы, что вытекают из мелких ран. Мелких? На сколько же они малы, что я могу разглядеть собственные кости? Кажется, всё наоборот. Это глубокие раны. Такие же глубокие, как и рана, оставленная на сердце, и болит так же сильно. Я вижу его. Каждый день наблюдаю за ним. Он со мной везде. Где бы я не был, куда бы не пошел, Тойя пойдет со мной. Я не заставляю его повторять мои шаги, просто очень сильно люблю. Люблю так, что сердце болит, а разум не верит, что его нет. Тойи Аояги не существует. Он был когда-то здесь, пел на яркой улице. Но теперь его здесь нет. Его нет, для других нет, для других он мертв, а для меня жив! Тойя Аояги жив! Он прямо сейчас рядом со мной, он настоящий. Эта фарфоровая ладонь в моей настоящая, даже несмотря на то, что моя рука сжата в кулак, что побелели костяшки пальцев. Тойя Аояги жив. Жив для того, кто его любит. И мертв для тех, кому нет дела.