Поезд и признание

Олегу всегда нравились ночные поездки куда-либо. А если это еще и поездка на поезде - еще лучше. А если рядом с ним сидит его обожаемый старший брат - вообще ахуенно. Возвращались из Самары после дня рождения отца. В одиннадцать вечера сели в Самаре, к часам двум дня будут в Москве. Оба считали ночные поездки невероятно романтичными. Оба любили звук рельсов и неторопливое покачивание вагона. Оба ненавидели, когда с утра пораньше прибегала молоденькая проводница с готовым завтраком и будила их навязчивым стуком в дверь купе. Оба любили друг друга. На этом, пожалуй, можно заканчивать. Любовь, царящая между ними была далеко не братской. Оба это понимали и боялись быть отвергнутыми. Но еще больше боялись взаимности. Это ненормально. Саша засмотрелся в окно, завороженный ночными пейзажами. Олег, в свою очередь, засмотрелся на Сашу. Сидели и молчали. С того момента, как сели, не проронили ни звука. Тишину в купе нарушила звонкая, противная мелодия звонка. Телефон Олега. Номер Димы. Удивление в глазах Саши. Старший решил ретироваться, сославшись на желание дойти и сфоткать расписание остановок. Доверят. – Ну привет, Швепс. – Да, Дим, привет. Давай быстрее, что там у тебя в пол первого случилось? – Нет, случилось не у меня. Случится может у тебя с Сашей. – Дима, блять, че за двусмыслица? – Ой, только не надо тут из себя святого строить, мою бесятинку тошнить уже начинает. – Ты дернул меня в час ночи, только чтобы подъебнуть? – Ну, и это тоже. Ты признался ему? – Подбираю подходящий случай, чтобы если что, кроволол был под боком. – Блять, Швепс, ты меня убиваешь. Совесть не имеешь, хоть Сашу поимей. – Думаешь, Саша даст быть сверху? – Что там Саша даст, маленький? – Спектакль окончеееен… – Бля, Саш…. – Мм? – Дим, потом звякну, откисни. – Все с тобой ясно, Шве… Саша, с абсолютно наглой улыбкой прикрыл дверь в купе. Закрыл на замок. Сел напротив. – Маленький, что за секретики? Ночные пейзажи за окном проносились все быстрее. Кажется, начинался дождь. А может и не начинался. Олег не понимал - все внимание было сосредоточено на старшем брате. Вспоминал, если ли в рюкзаке маленькая бутылочка коньяка. Прикидывал, сколько времени потребуется, чтобы выкопать ее из под груды одежды и напоить старшего. Попробовал увильнуть. – О чем ты? Кажется дождь начинается… Саша смирил грозным взглядом. Громыхнул гром. Да, дождь и вправду начинается. – Никаких секретов, маленький. Помнишь? Олег помнил. Решили, что будут делиться абсолютно всем еще когда Олег был маленьким. И делились всем. Почти всем. – Олееееег, прием! Земля вас вызывает! Глюканул. – А? Саш, потом, хорошо? – Нет, не хорошо. – Потооооом…. – Олеж, щас выкину тебя и дверь закрою. – А давай фильмец глянем? Пытается отвязаться от столь неловкого разговора. Саша наступает, садясь к брату на его полку, но Олег изворотливее. Вскакивает, ссылаясь на быстрый поход до туалета, выбегает из купе. Саша разочарованно вздыхает и устало прикрывает глаза, откидываясь на стенку. Саша устал. Очень-очень устал. Устал от битвы, от вечно орущих фанаток. Устал от вечно недовольных соседей, что каждое утро выговаривали ему за сильный запах восковых свечей в подъезде. Хотя, какое им дело? Правильно, их ебать это никак не должно. Пусть отъебутся и не доебываются. Да что тут мелочится - старшего Шепса заебало все. Сегодня все решат. Если Олег захочет съехать от старшего «брата-педофила», Саша его отпустит. Потом будет долго жалеть и пытаться дозвониться, но Олег не возьмет трубку. Поедет искать его по всем знакомым. К чернокнижнику заглянет первым делом. Если примет его и его чувства, зацелует до смерти и поебать на полную антисанитарию и брезгливость. На часах два ночи и вот Кевин уже заканчивает расставлять ловушки по дому. Олег отвлекается на яркий свет одинокого фонаря за окном, пока Саша решает действовать. Сейчас или никогда. Быстрый взгляд на вертушек, закрывающий дверь купе. Закрыто. Отлично. Холодная кисть руки потихоньку опускается на колено младшего, с нажимом оглаживает его по кругу. Олег дергается и отрывается от окна, бешеным взглядом пожирая старшего брата. – Саша, блять, ты че делаешь? Слышал разговор. Все знает. Хочет его? – А ты разве не видишь? Рука поползла выше. Олег отодвинулся, быстро ставя айпад на стол. Интернет прервался, мультик вместе с ним. Приплыли. Саша закусил губу, пододвигаясь ближе. – Ты все слышал. – Я все слышал. Рука вернулась на колено. Олег не двинулся. Оба не решались начать диалог. А потом Олег потянулся к Саше. Заключая старшего брата в объятия, он заплакал. Это были самые крепкие объятия из всех самых крепких объятий. Рука старшего опустилась на голову младшего, гладя его невероятно нежно. – Тише, тише, маленький… – Саш, я люблю тебя. Слова сказаны уверенно, без запинки. Где-то внутри обоих Шепсов рушится очередной барьер. Оба понимают, что это признание в далеко не братских чувствах. Оба понимают, что эти самые чувства взаимны. Теперь плачет не только Олег. Океаны выходят из берегов, спасайся кто может, всемирного потопа не избежать. Прижимает еще ближе. Гладит еще нежнее. Успокаивающе целует куда-то в шею, хотя самому бы не помешало успокоиться. Получает ответный поцелуй в ответ. Экран планшета потухает и теперь они в полной темноте. Мм, романтика. Хватка на спине Саши не ослабевает, наоборот становиться все крепче и крепче. Длинные пальцы все так же нервно перебирают волосы младшего, пока тот все так же плачет в плечо брату. Немного отстраняется, сбивчиво шепчет: – Если бы я понял раньше… я люблю тебя, Олеж… Младший прижимает к себе обратно, пытается сам не захлебнуться в слезах и спасти Сашу. Чувствует, как его всего сжимают в сильнейшей хватке, пережимая, кажется, все органы. – Я люблю тебя больше жизни. Слова вновь слетают с губ. Теперь проще признаваться. Проще выговаривать эти злосчастные три слова. Его не отвергли. Его любят, очень-очень сильно любят и клянутся до конца жизни назвать его «маленьким». Соленые дорожки все еще стекают по щекам, когда Саша намеренно отстраняется, чтобы в следующую секунду накрыть влажные, потрескавшиеся губы своими. Олег впадает в ступор, но все же отвечает. Аккуратно, нежно, с бескорыстной любовью. Оба все еще плачут. Саша обхватывает лицо Олега двумя руками, прижимая ближе к себе. Большими пальцами пытается хотя бы чуть-чуть стереть влажные дорожки слез. На пару секунд разрывает поцелуй, чтобы в очередной раз произнести важные слова. – Я клянусь, что не сделаю тебе больно. Никогда. – Давай начнем с вечности? Саша тихо смеется. Да, их история только начинается.