Счастливого Судного Дня

Часть 220 Даже если бы он заранее знал, что в передовых продуктах S-типа используется ДНК его матери, все равно существовала разница между знанием этого и воздействием на нее. Все на данный момент только подтверждало выводы Тан Ибу. Жуаньь Сянь оказался спокойнее, чем он предполагал. Тан Ибу уже пошел за едой. Жуаньь Сянь бесследно отвел взгляд и продолжил осматривать зал. Когда они впервые столкнулись с ними, продукты высокого уровня типа D доставили им много неприятностей. Он был знаком с характеристиками S-типа. Если бы Главный мозг был вооружен R-α и R-β, с ним все было бы в порядке, но Тан Ибу мог бы действительно умереть. Время шло минута за минутой. Жуань Сянь огляделся вокруг. Внешнюю архитектурную конструкцию мог бы выполнить Тан Ибу. На самом деле, ему действительно не нужно было ничего делать, и Тан Ибу все равно сможет осуществить свое разрушение самостоятельно. Проблема заключалась в том, как он собирался собрать как можно больше информации, прежде чем сбежать и создать максимальные проблемы для преследования врага. А как насчет объединения этих двух аспектов? Умело управляя физическим разрушением и одновременно парализуя соответствующие системы, они могли бесшумно сбежать. Прежде чем Мэйнмозг узнает, что они исчезли, они уже исчезнут. Таким образом, даже если передовые продукты S-типа и A-типа атакуют вместе, они не смогут их обнаружить. Жуаньь Сянь отвел взгляд и огляделся вокруг. Он вел себя так, как будто изучал световой экран перед собой. Тан Ибу теперь был снаружи. Риск проникновения слишком глубоко был слишком высок. Возможно, Жуаньь Сянь сможет найти способ сделать это… Короче говоря, во-первых, Жуань Сянь нужно было больше разрешения. Жуаньь Сянь коснулся подбородка, затем поднес пальцы к световому экрану. Тан Ибу быстро принес еду обратно и, разделив порцию с сотрудником перед ними, съел половину еды, а остальное отдал Жуаньь Сянь. Жуань Сянь даже не знал, оснащен ли панцирь вкусовыми датчиками, но, возможно, для Тан Ибу имела значение именно эта мысль. Жуань Сянь не прикасался к десертам, оставив их спокойно лежать в коробке. Он не мог стать экспертом в механической жизни всего за несколько часов, но мог немного схитрить — по крайней мере, он был знаком с информацией о прототипе S-типа. «Анализ вирусной разрушительной способности передовых продуктов S-типа». Тан Ибу небрежно стоял за креслом Жуаньь Сяня, глядя на слова на экране. «Хорошая идея.» Это послужило источником вдохновения для их битвы против Z-α и Z-β на Android Show. Тан Ибу мгновенно понял план Жуаньь Сяня. Если бы Жуаньь Сянь предоставил им достаточно информации, он мог бы получить более высокий авторитет, а вместе с ним и больше информации. Тогда он найдет возможность нанести этой системе удар, и, обладая собственными способностями, они смогут уйти чисто. Казалось, что некоторые из запланированных Тан Ибу путей отхода оказались бесполезными. Тан Ибу никогда раньше не чувствовал такого. По сравнению с расчетами это было больше похоже на творчество в реальном времени или на импровизированный танец: два человека в любой момент корректируют свои стратегии, танцуют вместе в темной комнате, спотыкаясь и избегая злонамеренных препятствий. Имея слишком много возможностей, он перестал производить сложные вычисления и попытался обобщить логические результаты. Теперь это было больше похоже на то, что он с радостью исследовал новые возможности… и наслаждался ими. Возможно, именно поэтому людям всегда нравились подарочные коробки. Тан Ибу торжественно вытер крошки со своих рук. Он наклонился, обвил руками шею Жуаньь Сяня сзади и поцеловал его в щеку. «Очень хороший. Господин Жуань, продолжайте в том же духе. Вы действительно полезны». Жуаньь Сянь взглянул на него сердито и забавно. Это был определенно не первый раз, когда он слышал это заявление. Тан Ибу определенно сделал это намеренно. «Не беспокойся о вещах снаружи. Я позабочусь обо всем за тебя, как и раньше. Тан Ибу продолжал использовать подтекст для передачи информации. «Я буду там, когда ты захочешь». Казалось, Тан Ибу был готов. «Мне все еще нужно немного больше времени, чтобы адаптироваться», — сказал Жуань Сянь, продолжая вводить информацию на световой экран обеими руками. «Пока не беспокойте меня… Через 3 часа я хочу встретиться с господином Ху Шули. Можете ли вы назначить мне встречу?» Тан Ибу погладил Жуаньь Сяня по щеке одной рукой, затем улыбнулся и прищурился. «Конечно.» …Казалось, он хорошо проводил время. Жуаньь Сянь попытался накопить некоторое напряжение, но потерпел неудачу. Несмотря на это, он все равно не планировал терять ни малейшего времени — будучи пленниками, положение Лао Юя и Цзи Сяоманя было трудно предсказать. «Профессор Жуань однажды сказал мне, что первые 24 часа работы имеют решающее значение. Если вы чувствуете себя хорошо в этот период времени, значит, вы выбрали не тот путь». Жуаньь Сянь схватил Тан Ибу за руку и сделал вид, что вздохнул. «Я знаю, что сделал плохой выбор, но мне кажется… Как бы это сказать? Очень «уместно», что иронично». Тан Ибу поцеловал Жуаньь Сяня в макушку, как бы утешая его. Однако все они знали, что профессор Жуань никогда не говорил ничего подобного. «24 часа — слишком мало, чтобы судить. Не будь слишком нетерпеливым, — намекнул Тан Ибу. «Это не та среда, где я могу задерживаться и принимать решения, Ибу. Главный мозг не так толерантен. Жуань Сянь горько улыбнулся. Оставалось всего 62 часа, и бесшумно уйти средь бела дня им было невозможно. Если они уедут завтра вечером, оставшееся им время будет очень напряженным. Жуань Сянь успешно встретился с Ху Шули во время обеденного перерыва. По совпадению, Ху Шули пришла в голову та же идея… «Жуань Лицзе могла быть шпионом Жуань Сянь?» Ху Шули почесал голову, глядя на световой экран. «Как можно так рисковать с техником!» «Может быть, из-за элемента неожиданности. В конце концов, ваша проектная группа располагает информацией о передовых продуктах S-типа, а разрабатываемых проектов достаточно, чтобы повлиять на текущую военную ситуацию», — сказал Чжо Муран с другого конца светового экрана. «Здесь мы проанализируем машину-помощник. Вся информация будет передана. На всякий случай, тебе следует присматривать за ним. «Хаа… как хлопотно». Ху Шули вздохнул. «Грубо говоря, у меня и Жуаньь Сянь нет ненависти, и сторона проекта тоже занята. Не могли бы вы послать кого-нибудь присмотреть за ним? Будучи юниором, Сяо Жуань очень милая». «Змею не спугнуть», — холодно ответил Чжо Муран. «Сегодня во второй половине дня вам нужно будет перевезти R-α и M-α в окрестности крепости во имя исследования. Если возникает аномалия, они более полезны, чем армия из десятков тысяч человек». «Разве это не слишком сложно иметь дело с техником?» «Этот техник меня уже однажды обманул с НУЛ-00. Жуань Лицзе не так безобиден, как кажется. С другой стороны, не факт, что НУЛ-00 не скрывается поблизости — у него на руках прототип А-типа. Если мы не примем должных мер предосторожности, он может уничтожить всю эту крепость в одиночку». «Я понимаю. Я поговорю с ним во время обеденного перерыва и выясню ситуацию. Я сформулирую это как заботу о подчиненном. Ху Шули пожал плечами. «Если вы спросите меня, если эти чувства просто игра, то он, должно быть, очень искусный лжец… Поскольку он так молод и имеет глубокое понимание патологии механической жизни, у него не будет много времени, чтобы отточить свое актерское мастерство. «. Чжо Муран не ответил. Обед подавался не единообразно, а в заказном формате. Тан Ибу не воспользовался возможностью взять больше. Он заказал еду на двоих по вкусу Жуаньь Сянь и сел напротив Жуаньь Сянь в столовой. Жуань Сянь подумал, что это чувство было знакомым. Похоже, они вернулись в подземную столовую в тенистом убежище. К счастью, наблюдение здесь было более слабым, чем в комнате Жуаньь Сянь. Тан Ибу смог коротко поговорить с Жуаньь Сянем, обманув систему наблюдения, установленную в механической оболочке. Однако, учитывая безопасность, они все же выбрали относительно секретную форму. Они были как влюбленная пара средней школы. Тан Ибу ел левой рукой, а правая крепко сжимала правую руку Жуаньь Сяня. Под углом, который не могла видеть камера, он легко написал на тыльной стороне руки Жуаньь Сянь. [Что вы теперь думаете?] Он писал очень быстро. [Изначально я подумывал вызволить тебя отсюда напрямую, но нет ничего плохого и в том, чтобы просто сбежать. Не нужно так торопить время.] [Я не думаю, что Главный мозг поверит мне так быстро.] Жуань Сянь ответил. На секунду он немного упустил эту серьгу. [Но думает ли оно, что я шпион или истинный сдавшийся — по нормальной логике, я останусь здесь надолго и не убегу. Мы можем использовать это решение, чтобы выиграть больше времени.] Он взглянул на Тан Ибу, а затем небрежно оценил. [Я не хочу, чтобы ты рисковал.] [А как насчет конкретного плана?] Тан Ибу показал странную прерывистую улыбку. [На самом деле мышление профессора Жуаньа похоже на мышление главного мозга. Будь то машина убийств, помощь человеческого мозга или нынешние резервные альтернативы плюс механическая поддержка, суть состоит в том, чтобы увеличить распространение вируса и нанести Главный мозг сильнейший удар.] Жуань Сянь взял палочками для еды кусок вареной говядины. [Со стороны Mainbrain они надеются использовать передовые продукты S-типа в качестве ядра и расширить диапазон восприятия R-α и R-β, чтобы как можно скорее поймать профессора Жуаньа. Это также связано со сферой распространения информации. Теперь, когда у профессора Жуаньа есть механическая конструкция, мы можем объединить планы обеих сторон.] [Запасное оборудование профессора Жуаньа? Я подумал об этом, но уже слишком поздно делать еще один.] На публике Тан Ибу сохранял относительно хороший внешний вид во время еды. [Во-первых, сосредоточьтесь на теоретических ресурсах.] Жуаньь Сянь вернулась к этой теме. [Я хочу, чтобы технология, которая, по словам Ху Шули, могла «расширить возможности восприятия передовых продуктов S-типа».] Тан Ибу прикусил кончик палочки для еды и на мгновение задумался, очищая место на тарелке. [Это центр, используемый для нападения.] Он накопал ложку картофельного пюре и накрыл ею боковую часть тарелки. [Предполагая, что мы получим технологию Mainbrain, как превосходный передовой продукт S-типа, вы сможете напрямую использовать ее. Тогда это канал, используемый для распространения сообщения.] Он положил кружок натертого лука вокруг картофельного пюре. [Это ваша роль.] Жуань Сянь: «……» [Это я. Я должен нести ответственность за нападение.] Тан Ибу положил вишню поверх картофельного пюре. [Это главный мозг.] Затем он взял большую, съеденную дочиста кость и положил ее на противоположную сторону картофельного пюре. [Для проведения самостоятельной атаки нам пока не хватает ключевых вещей.] Наконец андроид зачерпнул ложку зеленой фасоли и разбросал ее по картофельному пюре. [Даже в идеальном плане профессора Жуаньа нельзя исключать вспомогательные ресурсы. В противном случае мы не сможем противостоять мощной защите Главного Мозга. И я думаю, вы не хотите использовать человеческий мозг.] [Нам не хватает вспомогательных ресурсов, которые можно было бы связать.] Жуань Сянь взглянул на мягкий нарезанный лук. [Я понимаю, но ты немного неправильно понял, Ибу.] Тан Ибу вопросительно посмотрел. [Тактика профессора Жуаньа наиболее логически разумна, но я не планирую копировать его идеи.] Жуаньь Сянь улыбнулся. Он взял вишенку и положил ее в рот. Затем он раздавил картофельное пюре ложкой и натолкнул его прямо на большую кость. Глаза Тан Ибу сверкнули. [Я не понимаю.] [Я еще не разобрался в деталях. Это зависит от урожая сегодня днем.] Жуаньь Сянь проглотила вишню и выплюнула семя. [Тогда мы поговорим об этом подробно.] Крепость возле Моря Руин. Ю Лэ покачал головой и очнулся от долгой комы. Он трудолюбиво моргнул. Потребовалось некоторое время, чтобы его взгляд снова сосредоточился. Он сидел в чисто белой комнате. Его руки и ноги были крепко сцеплены на стуле, а напротив него сидел кто-то в белом халате. В тот момент, когда он ясно увидел лицо человека, Ю Лэ перестал дышать. …Это была его давно умершая сестра. «Как высокомерно». Ю Лэ несколько раз пошевелил губами, прежде чем ему удалось издать звук. — Не трахайся со мной так. — Давно не виделись, Ленивая Рыбка. Женщина напротив слегка улыбнулась. «Отвали!» «Вы были в коме день или два. Нехорошо слишком злиться. Не нервничайте. С тобой пока все будет в порядке. Это просто необходимая подготовка. Вам и девушке ввели препарат, стимулирующий работу мозга, чтобы обеспечить вам наилучшее состояние. Начальная кома была самой интенсивной реакцией, но вы будете все больше и больше бодрствовать». Как будто женщина не слышала ругани Ю Лэ. «Менее чем через три дня ваш мозг достигнет наилучшего состояния. Затем Главный мозг вытащит его и раздавит напрямую, чтобы получить всю вашу информацию без какой-либо утечки… Если вы готовы объясниться до этого, мы можем избавить вас от всех хлопот и пропустить этап дробления вашего мозга. Ю Лэ уставился на незнакомую сестру перед ним. Его глаза покраснели, и он стиснул зубы. «Поскольку вы следили за Жуаньь Сянем, я не думаю, что вам понравится, когда ваш мозг будет раздавлен и сохранен в виде данных, поэтому сестра здесь, чтобы помочь вам. Ведь чем свежее информация, тем лучше». Выражение лица женщины смягчилось. «Ленивая Рыбка, подумай об этом. Это хорошая возможность… Девушка, с которой ты живешь, живет по соседству. Ты можешь дать ей свободу, если просто расскажешь все». «Вы, идиоты, думаете, что мы поверим вашей чепухе». Ю Ле сплюнул. «Вы не сдадитесь, пока не получите информацию от нас обоих для сравнения. Я уже применял пытки, поэтому мне очень знакома эта процедура». Женщина встала с грустным выражением лица. «Извини, тогда боюсь, что дальше произойдет что-то плохое… Я приду к тебе еще раз, и к тому времени, надеюсь, ты сделаешь правильный выбор. Она вздохнула и вышла из комнаты, медленно закрывая дверь. Часть 221 Цзи Сяомань проснулась рано, но намеренно замедлила дыхание и сердцебиение, чтобы приблизить свои физиологические показатели к коме. Когда она еще занималась производством кибернетического мозга в Подземном городе, чтобы проверить влияние различных лекарств и гормонов на кибернетический мозг и заставить его реагировать более похоже на человеческий, она часто использовала себя в качестве испытуемого для получения физиологических данных, которые люди должен иметь. Со временем у нее выработалась устойчивость к препаратам, действующим на мозг. Это сопротивление заставило ее проснуться на час раньше. Поскольку ее протезы конечностей были вставлены хитрым способом, их функция только была отключена, и их не сняли с нее. Цзи Сяомань осторожно двинулась — ее конечности были прикреплены к стулу каким-то сложным запорным механизмом. Вокруг никого не было, но, скорее всего, за ней вели наблюдение. Цзи Сяомань продолжал притворяться ошеломленным, тихо и медленно двигаясь, проверяя запирающий механизм. В отличие от Ю Лэ, который был лидером, эта молодая девушка много лет жила в Подземном городе и усердно работала, чтобы украсть информацию, связанную с кибернетическим мозгом. Цзи Сяомань очень хорошо умел отказываться от контроля. Фиксация на ее запястье не была сложной. Хотя он был значительно улучшен, она узнала этот тип замка. В двух суставах ее обеих рук были спрятаны две копии едкой жидкости, которую можно было вызвать только физическим органом. Ей просто нужно было активировать их в нужный момент и смешать две, казалось бы, безобидные смазки. Сбежать из кресла не было проблемой. Самое сложное заключалось в том, что произойдет после разоблачения: даже если она обретет свободу, она, возможно, не сможет сбежать. Если бы ее заперли в высокопоставленной камере, охрана могла бы прибыть в течение пяти секунд. Коррозионную смесь можно было использовать только один раз. Если бы ее остановил другой замок, у нее не было бы шансов на победу. Цзи Сяомань внимательно проанализировала замки на своем запястье, одновременно регулируя дыхание. «Сяомань». Она не знала, сколько времени прошло, когда услышала знакомый голос. Ей потребовалось немало усилий, чтобы поднять голову: прямо перед ней сидела мать со знакомой улыбкой на лице. Фальшивый. Цзи Сяомань могла сказать это с первого взгляда: в битве против Цянь Игэна конечности ее матери были необратимо изношены из-за ее изменившейся формы. Хотя мать перед ней была реалистичной, были небольшие различия в длине и строении ее рук и ног. Будучи механиком, она была слишком хорошо знакома с такими незаметными ошибками. Конечно, руководители Ордена могли также напрямую лишить ее кибернетический мозг… Но в настоящее время на поверхности ее признали «сторонницей Жуань Сянь», а это означало, что она верила в нераздельность мозга и тела. Если бы они сделали это, она могла бы больше не узнать личность своей «матери». Подумав какое-то время о нынешнем состоянии профессора Жуаньа, Цзи Сяомань не могла не вздохнуть про себя. …Она не знала, что подумают остальные члены сопротивления, когда узнают правду. Теперь казалось, что либо Надзиратели Ордена не нашли ее мать, либо мать оказалась у них в руках и была спрятана. Цзи Сяомань уставился на мать перед собой — слишком идеальную фигуру; возможно, это какая-то форма проекции. «Сяомань, расскажи маме, что произошло недавно», — сказала она. «Не удивляйтесь. Будь то кибернетический мозг или тело, в качестве награды Главный мозг может их прекрасно восстановить… То, что вы видите сейчас, — это просто изображение, которое снова интегрируется после копирования данных кибернетического мозга». «Конечно», — подумал Цзи Сяомань. Скорее всего, их беспокоила ее личность как механика, поэтому они решили выбрать относительно честный путь. «…Мне нечего сказать», — ответила она после долгих раздумий. «Ты покинул Подземный город только после того, как со мной произошел несчастный случай. Раньше ты тоже восхищался Жуань Сянем, но мама знает, что ты восхищался только его техническими навыками, а не его идеалами». Призрак терпеливо уговаривал ее. «Вернись, Сяомань. Я хорошо о тебе позабочусь. Мы можем жить, как прежде». Цзи Сяомань не сомневался в технологии Главного мозга. Она была очень уверена, что, по ее пониманию, это подарит ей идеальную и нежную мать. Эта мать сохранит все воспоминания о том времени, когда они ладили, и больше не причинит ей ни малейшего несчастья. Ее «мать» сохраняла основные данные, которые потом очищались и переупорядочивались, а также вносились тонкие и громоздкие корректировки. Однако такая мать не будет знать своего настоящего имени и может не соответствовать «первоначальной внешности» своей матери. В конце концов, даже сама Цзи Сяомань не была уверена, чего она на самом деле хочет, и не знала, имеет ли она право трансформировать свою мать и в какой степени. «Мама думает о тебе». Женщина перед ней тихо продолжила. «Где Ю Лэ?» Цзи Сяомань не ответил положительно. «Ю Ле находится по соседству. Он не ранен, — сказал образ ее матери более мягким тоном. — Тебе нужно время, чтобы подумать об этом? «…Да.» Женщина задумчиво протянула стакан воды и поднесла его к губам Цзи Сяоманя, и маленькая девочка послушно выпила его. «Я слышал о вашем соглашении с НУЛ-00. Он просто использует вашу технологию, точно так же, как профессор Жуань использует вас, чтобы отвлечь внимание Главного мозга». Увидев, что настроение Цзи Сяомань немного стабилизировалось, образ ее матери ударил, пока железо было горячим. «Сяомань, ты действительно счастлив в этой команде? Кто-нибудь заботится о тебе? Поверьте, разницы между НУЛ-00 и МУЛ-01 нет. Что касается Жуаньа Лицзе, который был с НУЛ-01, я думаю, вы уже обнаружили, что его личность ненормальна». «Стеклянная консерватория, результаты испытаний профилактического приюта», — прошептал Цзи Сяомань. «Да. Никто из них не будет заботиться о тебе. Кажется, ты немного заботишься о Ю Лэ, и он рядом с тобой». — …Нн, я знаю. «Расскажи маме все, что знаешь. Даже если Жуаньь Сянь скрыл ключевую информацию, только второстепенная информация все равно будет полезна». Ее «мама» мягко и мило улыбнулась. «Тогда мы сможем жить в городе Главного Мозга, а твои конечности можно будет как следует вылечить. Если вы признаетесь достаточно ясно, давление на Ю Лэ также будет меньше… Вы все можете остаться в стороне от этой войны». Цзи Сяомань спокойно посмотрела на изображение своей матери. «Я знаю», — ответил Цзи Сяомань. — Я, гм, я готов сотрудничать. Женщина кивнула с облегчением, и кандалы на конечностях Цзи Сяоманя внезапно развязались. Однако дверь в комнату по-прежнему была плотно закрыта. — У меня только один вопрос. Цзи Сяомань остался в кресле, не предпринимая никаких решительных действий. «Хм?» «До Великого восстания 22-го века над какими проектами работал Жуань Сянь? Мне есть что подтвердить». Женщина моргнула. Это был не тот вопрос, которого она ожидала, но она все же дала Цзи Сяоманю подробную информацию — за исключением зашифрованных деталей проекта, в ней не было много конфиденциальной информации. Цзи Сяомань внимательно осмотрел его и нахмурился. «В чем дело?» «Ничего. Это просто заставило меня еще больше придерживаться своего решения». Она неохотно улыбнулась женщине напротив нее. Цзи Сяомань мало что понимал в человеческих чувствах, ситуациях и переговорах. Она никогда не умела читать людей. Ей было чуть больше двадцати, и весь ее энтузиазм был потрачен на изучение соответствующих знаний о кибернетическом мозге и машинах и на то, чтобы избежать возможного вреда. Итак, теперь у нее был довольно простой стандарт. Жуаньь Лицзе была настоящей Жуаньь Сянь. Хоть он и был сумасшедшим, в работе он был очень дисциплинирован. До Великого Восстания он в основном отвечал за медицинские исследования нанороботов и даже за проект искусственного интеллекта, который был заказан Институтом. Информация, предоставленная Главным мозгом, позволила Цзи Сяоманю подтвердить это — работа Жуаньь Сяня была нормальной. В лучшем случае он был исследователем с выдающимися достижениями и не занимался какими-то странными и эгоистичными проектами. Он никогда раньше не причинял другим необъяснимого вреда. Тогда его безумие, ненормальность и холодность не имели к ней никакого отношения. После долгой спячки поведение Жуаньь Сянь и Тан Ибу спасло ее, и этого было достаточно. До сих пор Жуань Сянь был «заслуживающим доверия». Что касается Мэйнмозга и профессора Жуаньа, сколько бы они ей ни обещали, Цзи Сяомань не собиралась покупать его одним махом. Они никогда не ступали в ее мир, поэтому были «временно ненадежны». «У меня действительно нет больших амбиций», — прошептала она после долгого молчания. «Я не являюсь важной фигурой среди повстанцев, и у меня нет особой… одержимости Жуаньь Сянь. Мама, я тебе все расскажу, но у меня есть условие. «Хм?» «Позволь мне встретиться с Ю Ле и подтвердить, что с ним все в порядке». Цзи Сяомань уставился на дверь. «Не голограммные изображения. Это слишком легко подделать. Я хочу встретиться с ним лично. Надзиратели Ордена могут запереть нас вместе… В любом случае, у нас нет оружия, поэтому мы ничего не можем сделать. Женщина не ответила. Цзи Сяомань подняла глаза. «Это единственное условие для меня, чтобы признаться». Прошло больше часа. Цзи Сяомань вошел в комнату под настороженным взглядом Ю Лэ — мышцы последнего были напряжены, ожидая, когда произойдет «что-то плохое». В каком-то смысле произошло что-то плохое. Цзи Сяомань был одет в стандартную куртку Смотрителей Ордена. Ю Ле глубоко вздохнул. «Маленький спекулянт, ты…» «Ю Ле, ты прекрасно знаешь, что я всегда предпочитаю, чтобы другие решали за меня». Цзи Сяомань говорила медленно, чтобы все ее слова были четко слышны. «Более того, дело дошло до этого. У нас нет другого выбора». Лицо Ю Лэ странно исказилось, но он не сказал ни слова. Выражение его лица напряглось, но он продолжал молчать. «В любом случае, мне никогда особо не нравились коллективные действия», — добавила она. «Особенно это гремучее существо Гроува. Мне этого достаточно. Я решил им все рассказать. «Идиот. Ты?» Ю Ле крикнул. «Вы действительно думаете, что они верят тому, что вы говорите? По сравнению с этими необъяснимыми людьми, по крайней мере, ты должен верить мне больше. «Как я уже сказал, это единственный путь». Цзи Сяомань поджала губы, избегая взгляда Ю Лэ. «По крайней мере, я думаю, что это разумно. Главному мозгу не нужно тратить много энергии на общение с нами, двумя маленькими людьми. Это дает нам хорошие условия, поэтому можно пойти на компромисс». «Точно так же, как когда ты счастливо работал с Цянь Игэном в Подземном городе? Спешишь улучшить кибернетический мозг, желая быть опорой для других?» Ю Лэ продолжал реветь. Это была полная ирония, но прозвучало скорее жестоко, чем противоречиво, чего Главный Мозг не должен был заметить. …Казалось, он понял намерения Цзи Сяоманя. Она тихо вздохнула с облегчением. Что касается трюков, Ю Лэ ее не подвела. Успокоившись, она продолжила разговор. «Тебе бесполезно так настаивать. Я почти уверен, что мы не сможем сбежать. Глупо продолжать настаивать на этом… Ю Лэ на этот раз не ответила, но посмотрела на нее со сложным выражением лица. Цзи Сяомань задержала дыхание и сделала голос резким. «На данный момент я просто скажу это прямо… Среди всех в группе я ненавижу тебя больше всего!» Затем ее грудь на какое-то время вздымалась, и она повернулась, чтобы посмотреть на проекцию. «Я хочу остаться здесь», — сказала она. «Мама, я попробую его убедить». «Хороший.» В то же время продвижение двоих на другой стороне шло не слишком гладко. «Твой брат довольно сомнительный человек», — громко сказал Жуань Сянь сквозь звуки дрожащих сирен. «План нужно снова временно скорректировать, Ибу». — Да, очевидно. Лицо Тан Ибу побледнело. «Во время сегодняшнего обеденного перерыва ты уверен, что не сказал Ху Шули ничего такого, чего не следовало бы говорить?» — Ты уверен, что сделал каждый шаг правильно, когда мы выскользнули? «Я уверен! Если только твои туфли не на полразмера больше… «Хорошо хорошо. Мы будем в порядке.» Жуаньь Сянь вздохнул с улыбкой и крепко обнял Тан Ибу за шею. «По крайней мере, задержки во времени нет, и я принял все, что нужно было принять. Просто убедитесь, что нас не поймают. «Мм». Тан Ибу прыгнул на вершину другой стены с Жуаньь Сянь на спине. Его голос был несколько надломлен. — Но когда ты впервые вышел, ты сказал, что R-α и M-α рядом. «Это чувство адаптивности». Жуань Сянь вздохнул. «Это довольно интересно, и я тоже адаптируюсь — расслабьтесь, по крайней мере, на данный момент, мы далеки от тупика». Пока Жуаньь Сянь говорил, он провел рукой по лицу Тан Ибу. «И ты наслаждаешься этим чувством, не так ли, Ибу?» Жуаньь Сянь убрал руку и максимально расширил свое восприятие. Его следующие слова вибрировали в его голосовых связках, ударяя по барабанным перепонкам, а затем грохотали в черепе: «Ты смеешься». Часть 222 Время вернулось к обеденному перерыву. Жуаньь Сянь провел все утро, собирая информацию, плавающую в большой комнате. Между исследователями было мало разговоров, а информация, передаваемая световым экраном, была прерывистой. Он изо всех сил пытался извлечь полезную информацию из этой беспорядочной смеси, но конфиденциальность Mainbrain была действительно хорошей — даже с мощью прототипа S-типа Жуань Сянь не получил от него слишком многого. Высокая интенсивность и длительное восприятие больше не заставляли его терять силы, но головокружение было неизбежно. Перед встречей с Ху Шули Жуаньь Сянь некоторое время прислонился к стене, чтобы снова сконцентрироваться. «Как вы себя чувствуете?» Ху Шули по-прежнему вел себя как обычно. «Я чувствую… вот и все, все в порядке». Жуаньь Сянь не поспешил выбрасывать наживку и ответил сухо. «Я закончил читать основную информацию. Хотите передать работу, позволить мне свободно исследовать или задать новую тему?» — Где механический помощник? Ху Шули вернулся к этой теме с улыбкой. «Об этом… Просто иногда он не совсем похож на моего Ибу», — ответил Жуань Сянь тихим голосом. «Ты можешь его тренировать. Это очень просто. Более того, эта технология усовершенствовалась с 2100 года. Главный мозг очень хорошо чувствует тонкие эмоциональные изменения. Проведя с ним месяц, вы обнаружите, что он мало чем отличается от НУЛ-00». «Что ты имеешь в виду? Подделка это или нет, я не ошибусь. Ты обещал, что сохранишь Ибу жизнь, и я не отступлюсь от этого. «Сяо Жуань, как ты думаешь, что люди пытаются сделать?» Ху Шули махнул рукой, давая знак своему механическому помощнику налить Жуаньь Сянь чаю. «Вы должны были увидеть много вещей по пути. Можете ли вы еще точно определить, что такое «человек» сейчас? У тебя есть любовник, он все еще тот, кто есть, и он по-прежнему будет дарить тебе то чувство, которое у тебя было раньше. Что в этом плохого? Что такое тело и мозг, не важно… Зачем себя так мучить?» Когда он сказал это, глаза Ху Шули стали немного серыми. «Конечно, вы можете попробовать сами. В фразе «неведение — блаженство» есть своя правда, поэтому я не буду вас сильно переубеждать». Похоже, Мэйнмозг не собирался послушно выполнять свое обещание. Увидев, что «Жуань Лицзе» сделал шаг назад, он затянул нить на теле Ху Шули и надавил сильнее. — Раз уж ты сказал, что не будешь сильно стараться меня убедить, давайте пропустим эту тему. Жуаньь Сянь сразу же твердо стоял на своем. «Мое мнение не изменится». — Тогда ты когда-нибудь думал о работе на Надзирателей Ордена? Люди хотят перемен, поэтому, возможно, такой шаг необходим». — Я сказал, смени тему. — Хорошо, я просто не хочу, чтобы ты пошел по моим старым стопам. Ху Шули улыбнулся. «Извини. По поводу работы, вы только что сказали, что дочитали основную информацию?» «Да.» — У тебя есть какие-нибудь чувства? Ху Шули медленно болтал, управляя световым экраном перед собой. Жуаньь Сянь некоторое время колебался, прежде чем поднять перед собой световой экран. «Посмотреть на себя.» Ху Шули прищурился и не подсоединил данные к своему процессору. Он позволил ему парить в воздухе, затем встал и подошел к Жуань Сянь, чтобы посмотреть. Похоже, Главный Мозг не ослабил своей защиты против него. Это не имело значения. Даже если небольшая ловушка в файле не увенчалась успехом, действия другой стороны могли дать Жуаньь Сяню то, что он хотел. Жуаньь Сянь подвинулся, чтобы освободить место для Ху Шули. Он быстро взглянул на стол Ху Шули и быстро запечатлел в своем мозгу все содержимое светового экрана. «Краткий анализ вирусной разрушительной способности передовых продуктов S-типа». Способности Ху Шули были явно хороши. Он быстро просмотрел отчет Жуаньь Сяня и сохранил его содержимое, скопировав изображение. «Я взглянул на это. Это очень интересная идея. Однако возможности R-α могут устареть, и необходимо внести изменения… Позвольте мне взглянуть поближе. Сегодня перед ужином я сообщу вам результат. — А что насчет сегодняшнего дня? «Я дам вам разрешение второго уровня и авторизую часть конкретных данных о теле R-α. Помните, что нельзя смотреть по сторонам. Mainbrain будет записывать каждый интерфейс, который вы посещаете». Тон Ху Шули был очень вежливым. «Если ты будешь вести себя хорошо, последующие дни будут только легче». …Было бы странно не оглянуться вокруг. Тан Ибу не было там во второй половине дня, поэтому Жуаньь Сянь послушно оставался в большом офисе весь день, следя за тем, чтобы в этом месте больше не было ничего, что можно было бы втиснуть. Вновь утвержденные данные представляли собой всю информацию, которую он уже знал, например, «сын Жуань Ючана», что мало им помогло. День хорошего поведения действительно был легким. Ему не нужно было беспокоиться о жилье, еде и жизни или о том, что внезапно появятся враги. В его распоряжении было много времени для отдыха и различные развлечения — все они были отличными людьми, которых выбрал Главный мозг, поэтому им не нужно было подвергаться особой адаптации, как людям в городе. Когда он вернулся в комнату, о ней тоже хорошо заботились, как будто у него была невидимая экономка. Его «любовник» посмотрел на него с улыбкой, подошел и долгожданно обнял. У Жуаньь Сяня действительно было ощущение, что о нем заботятся. В этот момент он очень хорошо понял падение Ху Шули. Если бы у него не было достаточно сильной веры — или паранойи — ему было бы трудно вырваться из этой сладкой ловушки. К счастью, он был именно человеком, который был до крайности параноиком. Жуань Сянь улыбнулся роботу-помощнику, похожему на Тан Ибу, затем откинулся на спинку кровати и активировал все световые экраны. Он выключил свет, и в темноте замерцал флуоресцентный синий свет. «Давай сыграем в игру», — сказал он ракушке, взглянув на время. «Закрой глаза и сосчитай до ста. Мы поиграем в прятки… точно так же, как играли раньше». Затем Жуаньь Сянь сделал простой ход. Он позволил мигающим синим световым экранам проникнуть в каждый угол просторной комнаты. Он создал фигуру, похожую на глубоководную рыбу странной формы. Эти световые экраны быстро мигали всевозможной информацией, медленно плывя в темноте. Затем он спрятался в шкафу и тихонько сжал один из них в руках. В течение 100 секунд он должен максимально отвлечь внимание Главного мозга. Используя приобретенный авторитет второго уровня, а также информацию, полученную от Ху Шули, Жуань Сянь начал пытаться тщательно получить информацию о проекте о R-α. «…85, 84, 83…» Шифрование, используемое Mainbrain, было очень сложным. Ему пришлось взломать учетную запись Ху Шули, чтобы проникнуть под его именем, а также одновременно преодолевать эти неудачные препятствия… «…73, 72, 71…» Дыхание Жуаньь Сяня стало немного хаотичным, поэтому он просто задержал дыхание, ловя каждую секунду в густой темноте. Он изо всех сил старался осторожно открыть толстую раковину, пытаясь прикоснуться к жемчужине внутри. Трепет от того, что его могут обнаружить в любой момент, заставлял все его тело напрягаться, как камень, а информация, которая то и дело прокручивалась на экране, занимала все его мысли. «…49, 48, 47…» Почти готово. Узнает ли Mainbrain? Вернется ли Тан Ибу вовремя? «…16, 15, 14…» Слои блокады наконец выявили бреши. Жуань Сянь быстро просмотрел содержимое проекта. Это было больше, чем он думал, и у него было мало времени. Жуань Сянь чувствовал, как пот выливается из его пор, зудит, словно ползают муравьи. «5, 4, 3…» Напряжение сжимало его внутренности, как тряпки. Жуаньь Сянь больше не мог задерживать дыхание и молча сглотнул воздух. «2». Ему удалось просмотреть его еще два раза. Однако он не стал ждать, пока будет произнесена цифра «1». Экран перед ним внезапно стал пустым. В следующую секунду Жуаньь Сянь учуял знакомый запах — смесь запахов разлагающихся ран, свежих зелий и копии его матери. Рядом с ней стоял более сильный запах, похожий на человеческий, но с рыбным запахом зверя. Он слышал поверхностное дыхание женщины и прерывистое, низкое дыхание монстра. Они приближались. Появилась последняя угроза — дверь чулана внезапно распахнулась, и Тан Ибу схватил Жуаньь Сяня, находившегося внутри, и положил его прямо себе под руки. Жуань Сянь: «……» «Как и в прошлый раз, я могу лишь временно прервать наблюдение Главного мозга», — сказал Тан Ибу. — Вас разоблачили? — Да, но ситуация не та. У Жуаньь Сяня не было времени беспокоиться об этом странном способе передвижения. «Р-α несется сюда с каким-то существом — я думаю, это М-α». «Как много информации вы получили?» «Достаточно.» «Тогда вперед.» Тан Ибу зажал Жуаньь Сяня между своими руками и пробил прямо через стеклянное окно дома Жуаньь Сяня. Они находились на средних и верхних этажах определенного здания, поэтому андроид сразу же прыгнул в пустоту, когда выпрыгнул наружу. Во время спуска Тан Ибу выстрелил несколькими абордажными крюками и в одиночку зацепился за летательную машину наблюдения, чтобы замедлить их безумное и опасное снижение. Несмотря на это, когда они приземлились, Тан Ибу все еще стонал — во всяком случае, он сохранял устойчивую позу приземления, позволяя Жуаньь Сянь избежать трагической участи врезаться в землю. Жуаньь Сянь не говорил чепухи. Он тут же прикусил язык и кроваво поцеловал Тан Ибу, а затем потянул другого участника бежать по установленному маршруту. «Теперь я почти уверен, что это R-α и M-α», — сказал Жуань Сянь на бегу. «У них такой же запах консервационной жидкости, и они будут здесь примерно через 20 минут… Хм, если вы не ошиблись в расчетах». «Просто взглянув на информацию, реакция МУЛ-01 была слишком резкой». Голос Тан Ибу звучал обиженно. «Он вообще не умеет вести себя по-человечески! Даже против меня нет необходимости посылать обоих… После этого ни один из них не заговорил. Перед ними виднелись высокие стены. На этот раз Тан Ибу нес Жуаньь Сянь на своей спине. Имея две свободные руки, Тан Ибу смог быстро перелезть через стены одну за другой. Ближайшие патрульные машины гнались за ним, как шершни. Жуаньь Сянь несколько секунд рылся в сумке Тан Ибу, но прежде чем он успел дотянуться до кровавых пистолетов, оттуда вылетели две погремушки. Железная бусина держала во рту пистолеты и высунула голову среди беспорядка с припасами. «Хороший мальчик.» Жуаньь Сянь осторожно вложил π обратно в сумку, схватил атакующий кровавый пистолет и начал стрелять по армии преследующих их машин. «Веди себя тихо. Не издавай ни звука… Ибу, эти две вещи становятся ближе. Звуки сирены становились все громче. Их обоих порезали осколки механического взрыва. Камни и металлические обломки сыпались на их тела, словно дождь. Не говоря уже о том, что двое приближались к большой катастрофе, прямо сейчас армия, с которой они имели дело, почти сокрушила их двоих — у Тан Ибу не было ни малейшего места для атаки. Он вложил всю свою энергию в бегство, как испуганный вьюн, прыгающий вокруг, пытаясь увернуться от артиллерийского дождя. «Я уже бегу так быстро, как только могу!» Тан Ибу вытер пепел с лица. Его голос был грубым, как песок. «Мистер. Жуань, держись!» — Твой брат весьма сомнительный человек. Луч света коснулся его щеки, когда Жуаньь Сянь повысил голос. «План нужно снова временно скорректировать, Ибу». — Да, очевидно. … … В темноте Ху Шули вздохнул, глядя на мигающий экран перед ним. Он транслировал ему в реальном времени изображение двух убегающих молодых людей, и он послушно загрузил его Чжо Мураню. «В конце концов, он еще слишком молод», — посетовал он. «Они, скорее всего, встретят R-α и M-α в лоб. Mainbrain требует, чтобы изображения были точными и записывались до мельчайших деталей. Вызовите 80% ваших бортовых самописцев». — А, понял. «Похоже, вы не полны энтузиазма, г-н Ху». «Во-первых, меня не особо интересовала ваша идея. Я просто немного устал. У этого молодого человека есть талант. Какой позор». Ху Шули взглянул на отчет — это был единственный отчет, оставленный Жуань Лицзе. Он только что закончил писать свои предложения и понимание и хотел обсудить это с молодым человеком сегодня вечером. В конце концов, он, похоже, обладал уникальным пониманием прототипа S-типа, и, завербовав его на свою сторону, они должны были сказать, что не могут воспроизвести прототип, созданный Жуаньь Сянь. В результате у молодого человека была бы хорошая жизнь, но вместо этого он предпочел броситься на смерть ради так называемой любви. Это было по-настоящему глупо и знакомо, как и его настоящий «я». «…Я хорошо транслирую и записываю. Не волнуйся.» Видя, что Чжо Мурань все еще ждет его ответа, Ху Шули пожал плечами. «Что касается личности Жуань Лицзе, вы должны продолжать расследование. Даже если там намешано много примесей, даже если вам придется восстанавливать генетические фрагменты по крупицам, вам придется выяснить, откуда он взялся. Он определенно больше, чем просто инструмент для NUL-00. Вы должны нести личную ответственность за этот вопрос, г-н Ху». «Дайте мне конкретную формулировку миссии позже. Вы знаете распорядок дня, — ответил Ху Шули без особого энтузиазма. «…Но имеет ли это вообще смысл? Два боевых орудия уже почти здесь, и они будут уничтожены». «Мэйнмозг хочет знать. Я не спрашиваю, почему». «Понятно.» Ху Шули опустил взгляд. «Я сделаю это как можно скорее». Часть 223 «Следуйте ранее согласованному направлению!» Жуань Сянь закричал в жужжащем ветре. Еще одна догнавшая вооруженная машина была сбита. Хотя Жуаньь Сянь мог сделать больше, приложив половину усилий, полагаясь на свое восприятие, в конце концов его силы были ограничены. С преследователями Мэйнмозга становилось все труднее бороться — учитывая, что их цель была небольшой, число догнавших их преследователей не увеличивалось с течением времени. Однако с точки зрения способностей сила их преследователей росла чрезвычайно быстро. Скорее всего, Мэйнмозг завербовал их поблизости. Это не считая пришедших R-α и M-α. Тан Ибу не мог ему помочь. У Жуаньь Сяня был только один кровавый пистолет, чтобы справиться с ними, поэтому, если бы они были пойманы и запутались, это поставило бы их в абсолютно невыгодное положение. Хорошо это зная, Тан Ибу бежал, спасая свою жизнь. Как заранее договорились, они побежали в сторону лесной чашки Петри. Выдерживая удары скачущего Тан Ибу и все еще пытаясь справиться с врагом, рука Жуаньь Сяня болела настолько, что была парализована. Первоначально легкий кровавый пистолет казался в тысячу раз тяжелее. Чтобы убедиться, что Тан Ибу находится в наилучшей форме, ему пришлось использовать свое тело, чтобы заблокировать несколько ударов. Размышляя в трансе, Жуаньь Сянь внезапно рассмеялся. У него возникла забавная иллюзия — вдохновляющий вид Главного Мозга необъяснимым образом напомнил ему о прошлом. Два таракана, использованных в их тесте, убежали, а коллега, который был помешан на чистоте, весь день ходил по краю. Глаза мужчины были красными, а кровеносные сосуды выглядели так, будто лопнут в любую секунду. Он чуть не сжег весь этаж. Если бы не тот факт, что их цели были слишком малы, а Тан Ибу обладал способностью обратного управления машинами, Жуань Сянь не удивился бы, даже если бы Главный Мозг направил к ним армию из десятков тысяч человек. К счастью, свет был прямо впереди. Северная сторона лесной чашки Петри примыкала к Морю Руин, а южная сторона была покрыта большим лесом. Они мчались к тому лесу. Тан Ибу нырнул в лес. Многие машины, не подходящие для леса, отступили, оставив лишь несколько наиболее ловких из них, продолжающих следовать за ними. Как они и ожидали, Mainbrain не увеличил свои войска — два передовых продукта «Прототипа» вот-вот должны были прибыть. Как только они вдвоем прибыли в глубь леса, Тан Ибу сбил Жуаньь Сяня, чья одежда была пропитана малиновым, и повернул обратно, чтобы атаковать оставшихся преследователей. В данный момент у него тоже был помощник — неподалеку бродила огромная марионетка-мусорщик, программу которой взломал Тан Ибу. Он начал использовать свое преимущество в размерах, чтобы очистить поле боя. π вылез из рюкзака. Он перекатился в сторону Жуаньь Сяня и тревожно затрясся, а затем использовал свое круглое тело, чтобы выгнуться к руке Жуаньь Сяня. «Я в порядке. Просто отдыхаю». Пока марионетка-мусорщица сеяла разрушения, Жуань Сянь затаил дыхание. «Через какое-то время будет тяжелая битва. Ты должен оставаться рядом со мной». «Гва!» — сердито лаяла железная бусина. «Это не тот враг, с которым можно сравниться». Жуань Сянь улыбнулся. «Делай, как тебе говорят». Уничтожив самые опасные вооруженные машины, Тан Ибу, шатаясь, подошел к Жуаньь Сянь, вытащил из рюкзака огромный энергетический батончик и засунул его в рот. Только что побег отнял много энергии. Длинные волосы Тан Ибу прилипли к его шее и ключицам, покрытые потом. Первоначальная аккуратная боевая одежда теперь была в лохмотьях, и большая часть его кожи была обнажена. Он пытался наладить свое дыхание, и после чрезмерных упражнений его тело излучало аномально высокую температуру. «Как далеко?» — спросил Тан Ибу у Жуаньь Сяня, глотая неприятную еду. «Пара минут.» Жуаньь Сянь знал, о чем спрашивает. Тан Ибу на мгновение задумался. Казалось, он принял важное решение. Он вытер рот и достал из рюкзака банку вишневых цукатов. «Я взял еще с кухни, так что ты тоже можешь что-нибудь съесть. Если наша энергия не восполнится и мы не сможем идти в ногу со временем, мы обязательно проиграем». После этого он поспешно развернул несколько энергетических батончиков. Жуань Сянь мало что сказал. Он взял маленькую баночку, вылил в рот чересчур сладкую и жирную смесь и прожевал ее. Такие вещи действительно было легче есть, и вкус был неплохим. Жуаньь Сянь уставился на Тан Ибу, который все еще грыз энергетический батончик, и бросил бумажный пакет. «Закуски, которые вы заказали сегодня. Здесь. Печенье и шоколад не слишком сухие. Я не могу их проглотить, так что это твое. Тан Ибу посмотрел на пустую банку с засахаренной вишней, затем на еду, переданную Жуаньь Сянь, и замер на полсекунды. Жуаньь Сянь не мог не протянуть руку и не коснуться потных волос Тан Ибу. «Мы победим, и тогда мы найдем место, где сможем пополнить запасы». Он поцеловал уголок губ Тан Ибу, внезапно с необъяснимым чувством удовлетворения. «…Даже если мы проиграем, мы проиграем вместе». Тан Ибу не ответил. Он молча съел всю еду, которая могла пополнить его энергию, а затем дал Жуаньь Сянь несколько переносных реквизитов для самообороны. Два передовых продукта, как самый опасный враг, прибыли незаметно. Огромный, искривленный монстр размером с небольшую машину остановился на вершине дерева, на котором ехала красивая женщина. У монстра не было шерсти. Его кожа была неприглядного голубовато-серого цвета, а тело напоминало деформированного тигра. Как и Z-α, он был оснащен специально изготовленным вспомогательным экзоскелетом. Черты его лица были совершенно отчуждены, и единственное, что напоминало человеческие, — это глаза. Женщина была точно тем же человеком, которого Жуань Сянь видел в городе Мэйнмозга — младшая версия его матери бесстрастно смотрела на них сверху. Судя по их внешнему виду, противостоящая сторона представляла собой усовершенствованный продукт прототипов A-типа и S-типа, в то время как их собственная сторона представляла собой настоящие прототипы. Однако, если считать внешние вспомогательные средства — одна только модификация тела и добавление экзоскелета могут улучшить продукты типа D до такой степени, что они могут повредить Тан Ибу. Это было похоже на то, как два тяжеловооруженных стрелка с ружьями и пулями противостоят двум голым неудачникам. Производительность прототипа не могла компенсировать все недостатки. Строго говоря, их шансы на победу были невелики. С оптимистической точки зрения, если бы они смогли победить двоих перед собой, Mainbrain не смог бы создать больше в ближайшем будущем. Жуаньь Сянь глубоко вздохнул и посмотрел в темные глаза своей «матери». Он нежно сжал руку Тан Ибу. «Не бойся». Взяв на себя инициативу, чудовищно выглядящая М-α бросилась к огромной марионетке-мусорщику. Он вытянул острые металлические когти и пробрался по всему телу марионетки-падальщика. Когти разорвали металлическую кожу, аккуратно разрезая ее, как горячий нож, разрезающий масло. Марионетка-мусорщик издала хриплый вопль, когда из соединительной трубы на ее теле выплеснулась бело-желтая жидкость. М-α прыгнул к горлу марионетки-мусорщика с такой скоростью, что Жуань Сянь едва смог ее поймать. Марионетка внезапно пришла в себя и, используя все свои конечности, скрылась с места происшествия. Тан Ибу отказался от контроля над ним. M-α нисколько не колебалась из-за этого поступка. Он воспользовался высотой марионетки-мусорщика и отскочил прямо в сторону Тан Ибу. Тан Ибу не заставил себя встать. Он выгнул спину и увернулся от удара, как леопард. Жуань Сянь притворился безобидным и, затаив дыхание, спрятался в кустах. Он крепко схватил кровавый пистолет в руку и сосредоточился на поиске недостатков М-α. При наличии передовых продуктов S-типа их противник мог быстро восстановиться, поэтому метод, который они использовали для победы над Z-α, нельзя было использовать во второй раз. Им пришлось придумать лучший способ. Копия его матери крепко вцепилась в тело М-α, сидя очень неподвижно. Пуля Жуань Сяня не смогла пробить экзоскелет М-α, и противник продолжал атаковать без какой-либо боли и страха, вообще не попадая в глаза этому «исследователю». Жуаньь Сянь мог видеть, что если бы не тот факт, что кибернетический мозг Тан Ибу не мог быть поврежден, атаки М-α были бы намного более жестокими. До сих пор Тан Ибу сосредоточился на защите, хотя иногда переходил в наступление. Хотя он и мог справиться со скоростью, его проигрыш был лишь вопросом времени. Враг не был парализован его атаками. В разрыв атак М-α действовал и Р-α — красивая женщина вытянула руки, и дыхание изо рта и носа стало темно-красным. Как только левая рука Тан Ибу соприкоснулась с ядовитым туманом, язвы и нарывы ​​начали распространяться, как взрыв, вдоль кончиков его пальцев, поднимаясь по всей руке. Из-за травмы движения Тан Ибу замедлились. Он стиснул зубы, достал концентрированную кровь, которую приготовил для него Жуаньь Сянь, и быстро ввел ее в свое тело. Только тогда он смог подавить распространяющуюся инфекцию в его руке. Когда R-α выплюнул ядовитый туман, прозрачная трубка на его теле вытянулась и соединилась с выемкой позади M-α. Черная и красная кровь медленно вливались в тело монстра, создавая смертельную ядовитую туманную броню. Лицо Тан Ибу было покрыто потом, он тяжело дышал, но он все равно не сдавался. Увидев, что враг не намерен сдаваться, монстр открыл свою деформированную пасть шириной около метра и укусил медленно движущуюся левую руку Тан Ибу. Кровь брызнула повсюду, проглотив сломанную руку. «Плоть. Отбор проб тканей тела завершен». Женщина на его спине прошептала, наклонив голову, как деревянная марионетка. «Его раздавливают и инкапсулируют. Остальные 95% готовы к поглощению и перевариванию M-α». Голос был точно таким же, как у матери в воспоминаниях Жуань Сянь. «НУЛ-00, Главный мозг искренне рекомендует вам сдаться», — продолжила она. «Ненужная боль не приносит никакой пользы. Если ты сдашься сейчас, нам просто нужно взять еще один образец Жуаньь Лицзе, и мы позволим тебе пока сохранить свое тело нетронутым». Вторая половина была очевидной ложью, и все это знали. Тан Ибу продолжал уклоняться от атаки, принимая еще несколько флаконов с концентрированной кровью. Его левая рука медленно отрастала, но скорость была слишком медленной. Услышав эти слова, он подсознательно повернул голову и посмотрел в сторону Жуань Сянь. Жуаньь Сянь закрыл глаза. Они рассматривали мощного преследователя, но никогда не думали, что Главный мозг будет настолько осторожен по отношению к так называемому исследователю. Он и Тан Ибу заранее не договорились о подробной боевой стратегии, что было обратной стороной срыва с рельсов — им приходилось сталкиваться с этими чрезвычайно плохими ситуациями. После глубокого вздоха Жуаньь Сянь ответил на взгляд Тан Ибу. Он улыбнулся андроиду. Эти золотые глаза блестели в ночи, такие же красивые, как и всегда. Тан Ибу определял свой статус, и Жуаньь Сянь знал это. Андроид, вероятно, тоже отчаянно просчитывал возможную тактику. Но он мог дать ему небольшой намек. Хорошо было держать информацию в своих руках, и теперь у него был еще один шанс изменить ситуацию… Пока Тан Ибу мог помочь ему в этом. «Есть ли еще какое-нибудь «лекарство»?» Голос Жуаньь Сяня был довольно спокойным. «Разделите их. Полминуты достаточно. После этого он выскочил из кустов. Его движения были настолько внезапны и неожиданны, что противник на мгновение остановился. Тан Ибу не задавал никаких вопросов. Он отрубил ближайший ствол дерева ударом слева и воспользовался возможностью бросить его прямо в R-α. «Беги», — приказал Жуань Сянь и бросил железную бусину Тан Ибу. — Ибу, беги. В одно мгновение глаза Тан Ибу из озадаченных превратились в сверкающие. Его план был безумным, но андроид понял. Жуаньь Сянь какое-то время наслаждался этим странным чувством резонанса. Он взял реквизит для атаки, который дал ему Тан Ибу, и активировал их все, какими бы они ни были — они действительно не причинили бы вреда М-α, но все же могли немного раздражать и отвлекать. Тан Ибу быстро убежал и вскоре исчез, а «Жуань Лицзе» остался перед М-α, изо всех сил стараясь замедлить его различными отвлекающими факторами — на первый взгляд это выглядело несомненно безвыходной ситуацией. R-α, которого отбросило стволом дерева, быстро возвращался на свою позицию, в то время как M-α рычал на Жуань Сяня. У него заканчивалось время. Жуань Сянь достал из карманов все оставшиеся механические нервные разрушители. На этот раз он не смешал их со своей кровью, а ввел их все в себя через штаны. М-α был огромным по размеру, и, в отличие от встречи с Z-α, он не мог временно производить достаточное количество агентов крови. Без Цзи Сяоманя и остальных, а Тан Ибу принес ограниченное количество предметов, у него не было ни времени, ни инструментов, чтобы сделать больше. …Но это не имело значения. Под шум механических ловушек Жуань Сянь поднял свой кровавый пистолет и прямо попал в четыре глаза двум врагам на противоположной стороне. Пока М-α открыла пасть и заревела, Жуань Сянь бросился к открытой пасти монстра. За момент до того, как его зрение потемнело, Жуань Сянь увидел, что R-α торопливо впрыскивает кровь в монстра под ним. Главный мозг знал, как умер Z-α. Его убил он, «эксперт по механической жизни, специализирующийся на вирусах». Не зная, что прототип S-типа все еще существует, слегка измененную кровь решили интерпретировать как своего рода вирус. Поскольку это был вирус, лечение крови R-α было разумным. Жуаньь Сянь изогнул уголки рта. За этим последовала боль, достаточная, чтобы сломать нервы. Немногие люди могли дожить до того, чтобы испытать ощущение, будто их тело разжевывают на куски, но Жуань Сянь все равно заставлял себя оставаться в сознании — даже если его голова лишь относительно не пострадала. На этот раз настала его очередь вести обратный отсчет. Три. От сильной боли вонючее пространство, в котором он лежал, свело судорогами. Два. R-α, заметивший аномалию, продолжал питаться кровью, но его действия лишь усилили процесс. Один. Темное и узкое пространство вибрировало. М-α издала болезненный вопль. Жуаньь Сянь снова почувствовал ветер — на этот раз тело монстра не растворилось, а просто взорвалось лужей крови. Без легких Жуаньь Сянь перестал дышать, но чувствовал, как растут позвонки и быстро созревают его внутренние органы. Его тело использовало эту лужу плоти и крови в качестве питательного вещества, чтобы быстро восстановить человеческий облик. Личность прототипа S-типа больше нельзя было скрывать. Его отросшие легкие снова начали работать, и Жуаньь Сянь кашлянул кровью. Его недавно выросшее тело было чрезвычайно слабым, он был обнажен, покрыт черно-красной плазмой, и не мог даже встать. Из-за этой неожиданной ситуации R-α был ошеломлен на целых три секунды. Это была его фатальная ошибка — в следующий момент все его тело было проколото куском ствола дерева и прибито к земле. Наконец, у них было короткое время на восстановление. «Смотреть.» Жуаньь Сянь вытер кровь с лица и схватил протянутую руку Тан Ибу. — Я говорил тебе, что мы победим. Часть 224 Его тело было практически новым. Жуаньь Сянь изо всех сил пытался схватить Тан Ибу за руку, едва вставая. Кровь сделала его руку скользкой, и головокружение стало более очевидным. Его первоначальное туловище и конечности были изжеваны на куски, превратившись в скользкую массу. Его череп был треснут, и волны холодной и пустой боли ударили в мозг. Затем, используя труп М-α в качестве пищи, он сформировал новое тело. Сохранив равновесие, Жуаньь Сянь посмотрел на свое левое запястье. Даже если оно было покрыто кровью и плотью, он все равно мог сказать, что шрамы, преследовавшие его много лет, исчезли. Шрамы были безвредны для здоровья на физическом уровне, поэтому прототип S-типа распознавал их только как нормальные ткани и не ремонтировал их специально. Теперь, поскольку все его тело было уничтожено, оно воссоздало бы совершенно новое в соответствии с его физическим состоянием и не воспроизводило бы эти детали конкретно. Это было чудесное чувство. Возможно, Жуаньь Сянь сделал паузу слишком долго, Тан Ибу колебался несколько секунд и взял его на руки. Андроид слегка понюхал пропитанные кровью черные волосы Жуаньь Сяня, а затем осторожно положил подбородок на его макушку. Очень тепло. Жуаньь Сянь успокаивающе наклонился вперед, пытаясь набраться сил. Руки Тан Ибу были покрыты кровью и вонючей слизью. Им не хватило времени передохнуть, поскольку R-α был еще жив. Если бы они не позаботились о ней в ближайшее время и преследователи Главного Мозга не догнали бы ее, у них не было бы сил сопротивляться. Жуаньь Сянь кашлянул еще несколько раз и, наконец, выкашлял всю слизь и сгустки крови. Он тяжело дышал, и его новое тело все еще покалывало. Прежде чем боль прошла, он вытащил бутылку из-под талии Тан Ибу, вырвался из рук другого и поднял с земли кусок металла. Затем Жуань Сянь чуть не разрезал себе запястье пополам. Ярко-красная кровь хлынула мгновенно. «Прикончи ее». Губы Жуаньь Сяня побледнели, а голос стал слабым. Тан Ибу взял бутылку. Блеск в его глазах исчез. Его руки слегка дрожали, как будто бутылка была наполнена горячей водой. В худшее время настроение андроида было в порядке, но сейчас оно сменилось на отрицательное. «У нас мало времени», — убеждал его Жуань Сянь. Недалеко R-α уже вырвался из оков ствола дерева. Без помощи М-α она приняла довольно мудрое решение — превратить нападение в защиту и вести войну на истощение. Механический нервный разрушитель исчез. Тан Ибу молча бросил Жуаньь Сянь сжатый кусок одежды. В целях экономии места материалы не были прочными, но в лучшем случае они могли хотя бы укрыть его и согреть. Фасон тоже был простым, напоминал широкую прямую ночную рубашку. Как только Жуаньь Сянь надел его на свое тело, кровь пропитала белую ткань, и ткань прилипла к его коже. В то же время R-α бросился прямо к Тан Ибу, непрерывно извергая красный туман изо рта и носа. Их короткий перерыв закончился. Жуаньь Сянь встал и крепко сжал металлический фрагмент в руках. Тан Ибу взял бутылку с кровью и столкнулся с женщиной, которая бросилась на него. …Это не должно быть его иллюзией. Жуань Сянь почувствовал, что Тан Ибу намеренно забрал у него R-α, и оставил ему железную бусину. Железная бусина была вся покрыта слизистой кровью и казалась невероятно испуганной. Его большой рот открывался и закрывался, но он не мог даже издать звук гва. — Ты можешь идти. Он не знал, сможет ли железная бусина понять его, но он все равно говорил. «Наш следующий путь будет очень опасным. π, ты можешь вернуться на исходное место. Когда все будет полностью решено, мы с Ибу заберем вас». Пока он говорил, Жуань Сянь присел на корточки и погладил окровавленную оболочку железной бусины. По иронии судьбы, первые двадцать лет его жизни казалось, будто он жил в пузыре. С кем бы он ни был, его разделяла красочная пленка. Мир за пределами фильма всегда не имел для него значения, но в хаосе последних нескольких месяцев он смог по-настоящему прикоснуться к нему — Жуань Сянь, по крайней мере, мог быть уверен, что его чувства к этой необъяснимой маленькой вещи намного превосходили чувства коллеги, которых он знал раньше. Железная бусина в замешательстве посмотрела на Жуаньь Сянь. Наконец он залаял, вытянул четыре ноги и крепко схватил Жуаньь Сяня за лодыжки. Жуань Сянь засмеялся. «…Как хочешь.» Недалеко R-α тоже открыла рот. «Жуань Лицзе оснащена прототипом S-типа», — сказала она. — Неудивительно, что ты так его ценишь. Затем она показала яркую улыбку. «Моего провайдера ДНК зовут Жуань Ючан, и это действительно интересно. Это совпадение? У них всех фамилия Жуань, и все они хорошо совместимы с продуктами S-типа? Насколько я знаю…» Она сделала паузу, ее глаза на секунду расслабились. Когда она снова подняла глаза, Тан Ибу поняла, что что-то в ней изменилось… «Насколько мне известно, праймеры S-типа обладают очень высоким сродством к определенному фрагменту гена, но эти фрагменты гена слишком беспорядочны и редки. Я сначала подумал, что это какое-то совпадение, вызванное его строением». «…МУЛ-01». Тан Ибу сделал шаг назад. Чтобы облегчить контроль, эти солдаты-ветераны имели кибернетический мозг, по крайней мере, у некоторых из них он был. Прямо сейчас МУЛ-01 лично взял управление на себя. Тан Ибу понял, что это был МУЛ-01, когда увидел что-то знакомое в глазах другого человека — хотя эти глаза были похожи на глаза г-на Жуаньа, они больше напоминали его собственные. «Жуань Лицзе — родственница Жуань Юйчана». Mainbrain спокойно заключил. «Жуань Ючан — единственный ребенок. Ее родители умерли, и у нее нет братьев и сестер. По медицинским данным, она родила мальчика. Согласно тогдашнему закону о защите информации, после того как она покончила жизнь самоубийством, информация о ее сыне была полностью засекречена». Взгляд Тан Ибу блуждал по шее противника, отчаянно думая о наступательных методах. Главный мозг выглядел расслабленным и непринужденным и даже не взглянул на лужу крови и гнилого мяса, которая была М-α. «Но это был не просто обычный архив. Даже я не могу получить доступ к исходным файлам. Должно быть, кто-то полностью стер их до того, как я был создан. Однако следует предположить, что Жуань Лицзе — ее сын или внук, но возраст не тот. Ну, если только ее сын не спал какое-то время. Эту проблему стоит изучить… В общем, НУЛ-00, ты нашел себе хороший инструмент. «Тебе следует называть меня «брат». — указал Тан Ибу с угрюмым лицом, а затем напрямую атаковал шею R-α. Мэйнмозг поднял брови и с трудом избежал удара. «Я плохо разбираюсь в спорте, поэтому не собираюсь драться с тобой». МУЛ-01 проигнорировал ответ Тан Ибу. Его оболочкой в ​​настоящее время была красивая женщина, которая мягко улыбалась. «Вы просто намеренно переманиваете R-α. Если Жуань Лицзе действительно сын Жуань Юйчана, угадай, как он отреагирует?» Тан Ибу был поражен, но это отвлечение чуть не убило его. После того, как МУЛ-01 прооперировал экзоскелет, кровавый туман внезапно заполнил территорию в радиусе пяти метров. Кожа Тан Ибу быстро гноилась по всему телу. Без колебаний он немедленно выпил кровь, которую дала ему Жуаньь Сянь. Прежде чем он смог восстановить способность двигаться, МУЛ-01 уже бросился к Жуаньь Сианю. Плохой. Даже если информация о Жуань Сянь была засекречена, о Жуань Юйчан было много информации — о ее внешнем виде, когда она шла по улице, изображениях того места, где она работала и отдыхала, и даже обо всех ее общении с другими. Даже после удаления имени, голоса и изображений Жуань Сянь, подавляющее большинство этого контента все еще было там. Главный мозг не знал настоящего имени Жуань Сянь, но он знал все о самой «Жуань Ючан». «Я вернулся.» Улыбающаяся женщина протянула руку Жуань Сянь, и менее чем за секунду ее темперамент, тон и движения изменились. — Что, ты не узнаешь свою мать? Жуаньь Сянь не издал ни звука; он просто пристально смотрел на приближающегося человека. Железная бусина отчаянно лаяла, широко открывая рот и пытаясь укусить женщину за икру. В результате, как только он сделал несколько шагов, его остановил Жуань Сянь. Жуаньь Сянь медленно выпрямился и не сказал ни слова. «Почему ты вышел? Разве ты не говорил, что останешься внутри? Ветер такой холодный, и наша семья не сможет себе этого позволить, если ты простудишься… Я позже приготовлю тебе стакан молока, ладно? Тан Ибу изо всех сил пытался встать. Его кожа все еще восстанавливалась — его мясистые ярко-красные мышцы были обнажены, и он не мог перестать дергаться. Будет ли г-н Жуань сбит с толку? Будет ли информация раскрыта? Пойдёт ли он с ней? Он никогда не расспрашивал подробно о прошлом Жуаньь Сянь… Насколько знал Тан Ибу, судя по здравому смыслу, Тан Ибу был бы потрясен сценой, развернувшейся перед ним — имитация Главного мозга была подобна острому шилу, прямо поражающему самых хрупкая ядовитая язва человеческого сердца. Тан Ибу схватил ветку, чтобы использовать ее как трость, и побрел в сторону Жуаньь Сяня. Кровь Жуаньь Сяня почти иссякла. Ему следует держаться на расстоянии и ждать, пока его состояние восстановится и сначала он получит пополнение запасов. Рациональное суждение кричало в его голове, но Тан Ибу не мог контролировать свои ноги — с жгучей болью он пополз к Жуаньь Сянь. Ему пришлось сказать мистеру Жуаньу, что эта штука перед ним была Главным мозгом. Мысли Тан Ибу были пусты. Появление Жуань Сяня, которого только что пережевывали, потрясло его. Множество эмоций смешалось в комок, и в итоге выжалось лишь короткое предложение. Он должен был вовремя предупредить. Это не были личные данные его матери или что-то в этом роде… В несколько затуманенном видении Тан Ибу Главный Мозг протянул руку и погладил Жуаньь Сянь по щеке. Выражение лица Жуань Сяня было довольно сложным, когда он поднял руку и прижал руку женщины к своей щеке. «Мама все еще не понимает сложившейся ситуации. Это лес? Это может быть побочный эффект лекарства. Поехали домой первыми. Имитация Главного мозга сработала. Выражение лица Жуань Сянь, казалось, смягчилось. Он грустно посмотрел на нее и крепко сжал ее руку. Тан Ибу задохнулся, стиснул зубы и попытался броситься… Жуань Сянь был тронут. Жуань Сянь одной рукой сжал запястье женщины и притянул ее к себе, в то время как в другой руке он держал острый металлический фрагмент, который был воткнут прямо в ее глазницу, прямо туда, где находился кибернетический мозг. Весь процесс прошёл молниеносно, а действие было чистым и плавным. Тан Ибу тяжело сглотнул. Он не был уверен, стоит ли ему продолжать двигаться. «Это твое решение, МУЛ-01?» Сложные эмоции на лице Жуань Сянь исчезли. «Я хотел одобрения моей матери? Или ее любовь? Думаешь, я буду потрясен или совершу оплошность из-за этого?» Когда кибернетический мозг был поврежден, R-α мягко упал на землю. «…Ненормальная… Нездоровая личность…» Женщина невнятно выплюнула обрывочные слова. «Я знаю», — сказал Жуань Сянь. «Но кто-то сказал мне, что я просто немного скучный. Твой трюк мог бы пригодиться несколько месяцев назад, но, к сожалению, я понял это сейчас». МУЛ-01 посмотрел на Жуаньь Сянь сверху вниз. Поскольку мозг был серьезно поврежден, глаза на его теле восстанавливались очень медленно. Жуаньь Сянь сделал два шага вперед, наполовину стоя на коленях, наполовину обнимая человека перед собой. «Вам нужен мой эмоциональный отклик. Я могу сказать тебе.» Он крепко обнял женщину. «Моя мать любила меня, а потом возненавидела. Я не согласен с ее подходом, но часть его могу понять… Теперь я прощаю ее и прощаю себя». — И она уже давно мертва. Мне не нужно ничего спрашивать у мертвых, — продолжил он, шепча ей на ухо. «Мне нравится, как я выгляжу сейчас. Даже если я захочу немного это изменить, то только для того, чтобы стать лучше для кого-то». Наконец он улыбнулся. «Поэтому я не позволю простой фальшивке встать на моем пути. Если вы продолжите использовать свои «обычные» стандартные расчеты… Как жаль…» Голос Жуаньь Сянь был таким же спокойным, как всегда. «…Кто-то должен научить тебя, что такое «исключение». В результате, прежде чем Жуаньь Сянь закончила говорить, голова женщины была отсоединена от ее шеи — догадываясь о серии действий Жуаньь Сянь, Тан Ибу не упустил эту прекрасную возможность. В то время как Жуаньь Сянь жестко контролировал противника и отвлекал МУЛ-01 своим диалогом, Тан Ибу атаковал прямо сзади. Не оставив противнику времени на передышку, он внезапно раздавил прекрасную голову и кибернетический мозг. «Съешь все это». Убедившись, что на нем нет кусочков плоти, Тан Ибу ухмыльнулся и приказал железную бусину. Железная бусина обиженно застонала и начала проглатывать раздавленные части кибернетического мозга. Кровь брызнула на лицо Жуань Сяня, что не сильно изменило его внешний вид, поскольку он уже был залит кровью R-α. Разобравшись с R-α, Тан Ибу потерся о Жуаньь Сянь, внимательно глядя на другую сторону. Кожа на его икрах и животе еще не полностью восстановилась, но он не собирался бросаться просить крови. «…На что ты смотришь?» Жуаньь Сянь отвел взгляд от железной бусины, которая изо всех сил пыталась есть. — Иди сюда, я залечу твои раны. Взгляд Тан Ибу медленно скользнул к металлическому фрагменту в руке Жуаньь Сяня. Жуаньь Сянь весело взглянул на него, затем выбросил фрагмент, но Тан Ибу по-прежнему не приближался. «Не хотите исцелиться? Посмотрим, как далеко ты сможешь зайти таким образом, а я посмотрю, как ты выдержишь заходя в ванну. Знаешь, ты не можешь оставаться в таком состоянии долго. «Мистер. Жуань. «Хм?» «Жуань Сянь». «……» «Мэйнмозг на самом деле не совсем не прав, верно?» Тан Ибу обошел Жуаньь Сянь в двух шагах от него. «Думаю, тебе все еще немного грустно, совсем немного». «…Причина?» «Если бы это был я, даже если я знаю, что другая сторона — это не ты, я логически знаю соответствующий метод и смогу его применить… Но что касается меня, мне все равно было бы немного грустно». Тан Ибу остановился. Он прикрыл живот и зашипел, сделав несколько холодных вдохов. «Я не знаю, пострадает ли ты от этого, даже если ты, кажется… забыл об этом. Я имею в виду, я думаю, что необходимо подтвердить». «Идите сюда.» Жуань Сянь раскрыл руки. Краем глаза Тан Ибу задержался на металлическом фрагменте, который был отброшен, когда он медленно приближался. На этот раз его держал на руках Жуаньь Сянь, хотя его поза была немного неуклюжей из-за его роста. «Ты…» Тан Ибу все еще намеревался задавать вопросы, но когда он открыл рот, его глубоко поцеловали. Поцелуй был крепким и имел привкус крови. Жуаньь Сянь, должно быть, прикусил язык, образовав чрезвычайно глубокую рану. Тан Ибу задержал дыхание и сглотнул кровь. Он нежно обнял Жуаньь Сяня за спину и успокаивающе похлопал его. «Мистер. Жуань, не волнуйся. Ты мне не понравишься. Когда Тан Ибу отодвинул губы, он твердо заявил об этом и нежно поцеловал Жуаньь Сянь в глаза. Жуань Сянь изначально использовал глубокие вдохи, чтобы справиться со своими эмоциями, но в итоге буквально задохнулся от собственной крови и начал кашлять. «Я не так плох, как ты». Жуаньь Сянь внезапно потерял желание думать. Он вытер кровь с губ. «Хорошо. Бегите быстро — припасы, одежда, еда. Кроме того, нам нужно найти место, чтобы принять душ. Ох, и…» «Что?» «Мне сейчас было немного грустно». Жуаньь Сянь улыбнулся Тан Ибу. «Это хороший ответ, Ибу». В другой далекой крепости ночь Ю Лэ была не очень приятной. Цзи Сяомань, которая притворилась, что сдалась, сумела остаться, но она никогда не была очень хороша в актерской игре и не могла говорить бесконечно. Главным лоббистом по-прежнему оставалась «сестра» Ю Лэ. Хотя Цзи Сяомань не прикоснулась к ней, она также догадалась, что это был еще один проецируемый образ. Ей нужно было дать Ю Лэ хороший импульс. Короче говоря, им нужно было сначала пережить эту волну. Последним средством Mainbrain было раздавить им мозги. Было невозможно провести что-то вроде ночного допроса, учитывая их ослабленное состояние, и это не привело бы к опрометчивому внедрению чужих воспоминаний. Манипулировать можно было только нервной болью и эмоциональным контролем. Еще одна секунда дольше — это прохождение еще одной секунды. Если их планы пойдут наперекосяк, прибытие подкрепления займет некоторое время. Цзи Сяомань коснулась плеча своего протеза. Малиновый узор все еще был прочно приклеен к нему, спрятанный под погонами надзирателей Ордена. Она не могла не посмотреть на Ю Лэ, но Ю Лэ больше не смотрел на нее, изо всех сил стараясь избегать зрительного контакта. Он просто смотрел на «сестру» перед ним, а на его лбу пульсировали синие вены. «Мы также можем поговорить на другие темы, например, о днях, которые ты провел в Море Руин», — сказал призрак женщины. «Сестра очень рада. В конце концов, если бы не было Главного Мозга, тебя могли бы казнить… Хаа, изначальное дело тоже было очень хлопотным, Ленивая Рыбка. Вы должны знать иррациональность предыдущей эпохи лучше, чем кто-либо другой. Пока правят люди, эта подразумеваемая несправедливость никогда не исчезнет. «О, так ты решил, что тебя в равной степени воспитывает «что-то другое». Ю Лэ закатил глаза в пустоту, очевидно, все еще злясь. «Потрясающе, это меня очень убедило». «На какую ставку ты идешь? Не знаю, сколько раз я раньше тебя за это ругал. Если ты не умеешь сдерживать себя, ты не найдешь хорошую девушку». «Нет-нет-нет, я никогда не сержусь перед хорошей девочкой. Вопрос в том, а ты? Ах? Неужели так круто притворяться чьим-то родственником?» Виртуальная тень нахмурилась. «Ленивая рыбка…» — Не называй меня так. «…Забудь об этом, давай продолжим разговор о Море Руин. Кажется, вашим заместителем капитана является Ту Руй? «Бля, вы, ребята, действительно делаете это дерьмо!» Ю Лэ яростно боролся, отчего замки на его запястьях и лодыжках задребезжали. «Прежде чем вы ушли, преемник Дуань Лили уже был на месте». Проекция молодой девушки мягко покачала головой. «Хотя Море Руин труднее наблюдать, у нас все еще есть основная информация. Например, как Тан Ибу и Жуань Лицзе попали на ваш корабль. Пока у тебя есть сердце, ты всегда можешь получить информацию… Знаешь, люди в руинах любят собираться вместе. «Пройти через столько обручей и препятствий и получить чертовски круто». «Мисс Джи здесь. Мы по-прежнему хотим сначала общаться с вами максимально нежно. Итак, Ленивая Рыбка, давай поговорим. Фантом поднял небольшой световой экран с двумя рисунками, похожими на эскизы. Один был похож на змею, а на другой стороне был нарисован человечек. Часть 225 Ю Лэ, естественно, узнал эти два рисунка. Это был посадочный талон, который он нарисовал для Жуань Сяня и Тан Ибу, когда они были в Море Руин, — его первое впечатление о них двоих. Теперь, казалось, его первое впечатление было таким же точным, как и прежде. Было приятно поговорить об этих двоих. Если бы он проявил соответствующее сотрудничество, он мог бы пострадать меньше. У них еще оставалось почти два дня, и они могли использовать каждую минуту отдыха — не говоря уже о том, что он все равно не мог понять, о чем думают эти два парня. Пока они хранили ключевую информацию, Ю Лэ был не против поговорить на эту тему. Он всегда умел говорить чушь. «Глядя на эти два эскиза, первое впечатление о них не очень хорошее». Проекция молодой женщины говорила мягко, как если бы она была психиатром. «Я не думаю, что они теперь такие милые». Ю Ле закатил глаза. «Но, по крайней мере, они не привязали меня к стулу и не заперли в комнате. Они мне определенно нравятся больше, чем ты». «Змея и… человек. Вы так рано узнали бионическую личность НУЛ-00? Насколько я знаю, люди нередко красят свои зрачки». «Это называется иметь острый глаз. Это талант. Я не хочу хвастаться, но я неплохо разбираюсь в людях». Ю Лэ сделал серьезную паузу. «Назовем это интуицией. Когда я впервые увидел этого ребенка, я подумал, что это что-то еще, завернутое в человеческую кожу. Это можно рассматривать как инстинкт самосохранения — например, когда у некоторых людей подкашиваются колени, когда они видят жуков, змей или крупных зверей. В любом случае, это было похоже на какое-то холодное чувство — я думаю, он не был человеком, но притворялся таким трудным, так что не могу ли я нарисовать то, что чувствую?» «Другими словами, вы думаете, что Тан Ибу довольно опасен». «Действительно, раз ты так нервно расспрашиваешь, он может оказаться более опасным, чем я предполагал». Образ женщины вздохнул, и в ее глазах появился намек на меланхолию. «Пробыв в тюрьме столько времени, ты должен понять… Ленивая Рыбка, даже если я ни о чем не спрошу и просто отпущу тебя обратно, он тебя убьет. На самом деле, вы уже знаете это в своем сердце, не так ли? На этот раз Жуань Сянь попросил вас перевезти важные вещи, но не дал вам плана, как защитить себя. С тобой обращались как с брошенным ребенком». Ю Лэ громко щелкнул языком и не ответил. «Чувство самозащиты NUL-00 сильнее, чем у всех живых существ. «Поддержание собственной безопасности» — одно из правил, записанных в ее основной логике. Это не сохранит человеческих отношений, не говоря уже о том, что вы познакомились совсем недавно. Защита его сейчас не принесет тебе никакой пользы. «Кто знает?» Ю Ле ухмыльнулся. «Этот парень Тан Ибу все еще должен мне несколько желтых книг, поэтому я не могу его так легко отпустить». Перед судным днем ​​Ю Лэ усвоил, во-первых, «никогда не рисковать». Он был крайне убежден, что его и Цзи Сяоманя ждет только один исход — когда препарат полностью активируется в их мозгу, независимо от того, сдадутся они или нет, их мозг будет раздавлен, а информация извлечена. Мэйнмозг просто так им не поверил бы. Сегодня эти расспросы были даже не пыткой, а скорее маскировкой, призванной стимулировать их мозг, чтобы выжатые воспоминания были более свежими и сочными. Что касается того, захочет ли Главный мозг «создать» их снова, Ю Ле это не волновало. Он не хотел, чтобы его раздавили в порошок. Подумав об этом, Ю Лэ не собирался раскрывать свои мысли. В случае, если это суждение будет раскрыто, для большей безопасности Главный мозг может заморозить их или просто отрезать им головы и присоединить к машине для поддержания жизни. Если бы это произошло, шансов на побег не было бы. Разговор пришлось продолжить. «Похоже, ты не собираешься больше рассказывать нам о НУЛ-00… Ленивая Рыбка, ты не изменилась. Ты был очень преданным с детства». «Он любит есть яичный заварной крем с соевым соусом. Это считается? О, еще ему очень нравятся песни Кэрол Янг». Ю Лэ ответил без улыбки. «К черту лояльность. Он любовница Жуань Лицзе, а не моя». Выражение проекции стало немного неприглядным. Цзи Сяомань вздохнула, как будто насильно сдерживала смех. «Тогда давайте поговорим о Жуаньь Лицзе». Когда проекция снова заговорила, в ее тоне не было смущения. «Ваше впечатление о нем выглядит еще хуже? Змея? По нашей информации, стиль его поведения действительно немного странный, но не до такой степени. Поскольку вы умеете точно читать людей, я хочу услышать ваше мнение». Улыбка на лице Ю Лэ стала шире. — О, что ты хочешь от меня услышать? «Почему ты думаешь, что Жуаньь Лицзе опасен? Как человек, как он заставляет тебя подсознательно чувствовать себя некомфортно… — Я думал, ты серьезно относишься к своим приготовлениям. Ю Лэ медленно выплюнул слова. «Похоже, что сейчас до этого далеко». «Думаю, мы не ошиблись в впечатлении от ваших фотографий». «Да, он больше похож на гадюку». Ю Ле пожал плечами. «Я думал, вы, ребята, знаете, что, когда люди начнут садиться на корабль, произойдет шквал событий. Я бы просто выбрал свое первое впечатление и не стал бы рассматривать какой-либо более глубокий смысл, стоящий за ним». — Вы не ответили на мой вопрос. Образ женщины покачал головой. «Я думаю, что он гадюка не потому, что он меня пугает или вызывает какое-то зловещее чувство». Ю Ле усмехнулся. «Серьезно, вы, супервайзеры ордена, сталкивались раньше с гадюкой? Большинство — я имею в виду большинство гадюк — пока вы их не провоцируете, они обычно остаются там тихо или просто убегают. Первое впечатление? Я думаю, что этот человек интроверт и не имеет амбиций, но он гораздо сильнее меня. Лучше мне не брать на себя инициативу и не провоцировать его. Если исходить из этой метафоры, сделал ли я неправильный выбор?» — Но подумай об этом. Видя, что проекция не реагирует, Ю Лэ продолжила с раздражающе медленной скоростью. «В конце концов, вы всего лишь люди Главного мозга. Я все это видел… Для Главного мозга, возможно, « ядовитый *» равносилен «злонамеренному». Даже если это врожденный токсин, используемый для выживания, он вреден для людей. Думаю, я ничего не могу с этим поделать, ведь есть немало людей, которые так думают». *Ясность: когда они обращаются к рисунку, они называют его «змеей» (蛇). Разъясняя далее, Ю Лэ называет Жуаньь Лицзе «гадюкой» (毒蛇) или ядовитой (毒) змеей (蛇). Вот почему Ю Лэ использует слово «ядовитый». Контекст в основном означает, что, поскольку люди знают, что гадюки ядовиты, некоторые могут подумать, что они злые/злые (потому что они по своей природе могут производить яд, который может убить людей), в то время как подход Ю Лэ заключается в том, что они не являются злонамеренными, если вы не провоцируете их. это. «О, также я могу раскрыть вам некоторую информацию о нем — насколько я могу судить, он и Сяо Тан искренни. Ты должен это хорошо записать, слышишь? …… Жуань Сянь, который был еще далеко, понятия не имел, что его «предают». Он купался в воде озера, энергично счищая кровь и плоть со своего тела. Они делали его волосы тяжелыми и липкими, что было крайне неудобно. Тан Ибу делал то же самое, но он был более прямолинейным: андроид глубоко вздыхал, плыл на глубину озера, выдувал кучу пузырей и, наконец, вытаскивал во рту жирную рыбу. Железная бусина попыталась подражать действиям своего большого друга, но стоило ей сделать два шага в воде, как она тут же начала опускаться на дно. Он испуганно закричал, отшатнулся к берегу озера и начал тереться о ствол дерева, чтобы счистить грязь со своего панциря. После битвы Тан Ибу взял Жуаньь Сянь и долго бежал в бешенстве, пока почти не исчерпал все свои силы. Без двух сложных противников, с которыми нужно было бороться, было несложно избавиться от оставшихся преследователей — даже если бы они оказались в плохой ситуации, Главный Мозг не был бы настолько глуп, чтобы думать, что какая-то мелкая сошка действительно может их покончить. После нескольких часов бегства они нашли красивое чистое озеро и решили сделать временный перерыв — во всяком случае, в следующий раз им нужно было навестить определённых людей. — Давай я помою тебе спину. Чтобы огонь не привлекал внимания, Тан Ибу построил у озера глиняную печь. Он вынес рыбу на берег и поджарил ее на огне, временно оставив работу по рыбалке. «Спасибо.» Когда Жуаньь Сянь умылся озерной водой, он почувствовал аромат жареной рыбы. Он израсходовал так много энергии, а его голод был настолько велик, что его глаза затуманились. Прежде чем Тан Ибу нашел рыбу, он почти выкопал корни травы, чтобы поесть. Тан Ибу выжал воду из волос Жуаньь Сянь и начал тщательно счищать остатки крови и плоти позади Жуаньь Сянь. Жуаньь Сянь должен был признать, что, находясь в холодной озерной воде, температура тела Тан Ибу заставила его чувствовать себя намного комфортнее. — Боюсь, в следующий раз нам не удастся уйти вот так. Тан Ибу начал очень легко, как будто он касался не человеческой кожи, а мягкого тофу, который мог сломаться в любой момент. «На этот раз мы выиграли… потому что Главный мозг не знал, что у вас есть прототип S-типа. Чтобы обеспечить удобство кровоснабжения, R-α не усиливала слишком большим количеством защитных механизмов. Он также слишком доверял M-α». «Я знаю.» Жуань Сянь возился с водой руками. «И судя по моему предыдущему выступлению, скорее всего, Главный мозг уже определил, кто я». В то время он был слишком слаб, чтобы быть безупречным перед Главным Мозгом. Ему не удалось это скрыть, косвенно признавшись в своей личности. Их битва по обмену прошла успешно. Если не считать оружия неизбирательного поражения, только M-β и R-β были продвинутыми истребителями, оставшимися под Мэйнмозгом. Они захватили две шахматные фигуры, имея скудную информацию и немного удачи, но в то же время заплатили за это высокую цену… «МУЛ-01 теперь знает, что ты сын Жуаньа Ючана и носитель прототипа S-типа. Это только вопрос времени, когда он узнает, что ты «Жуань Сянь». Судя по тону Тан Ибу, их победа не принесла особой радости. «Это также улучшит M-β и R-β на основе этой битвы. Если мы столкнемся с ними в следующий раз, скорее всего, ваша кровавая атака уже не будет полезна, и я не смогу так легко раздробить череп R-β. Следующая битва будет довольно сложной, и я до сих пор не могу придумать хорошего способа ее избежать». Жуаньь Сянь потер гладкое левое запястье. « Телега найдет дорогу вокруг горы *. На данный момент у нас недостаточно информации, поэтому волноваться бессмысленно. Ибу, вот что такое импровизированное планирование. *(车到山前必有路) Метафора, относящаяся к вещам, в конечном итоге уладится сама собой. Тан Ибу дважды тревожно хмыкнул, а затем обнял Жуаньь Сянь сзади. «Еще 48 часов». Жуаньь Сянь похлопал себя по руке, чтобы скрыть ворчание, доносившееся из живота. — Нам нужно быстро съесть рыбу и продолжить путь. «Я думаю, что принимаю все больше неправильных решений». Тан Ибу опустил голову, положив подбородок на плечо Жуаньь Сяня. «Если бы я не выскочил так рано, чтобы сражаться с Главным Мозгом, нам не пришлось бы сотрудничать с профессором Жуаньом, не говоря уже о том, чтобы участвовать в этих битвах… Тебе не нужно было так пережевывать». — Сожалеешь об этом? «Нн». «Предположим, мы попытались сбежать в то время и не сотрудничали с профессором Жуаньом. Очень вероятно, что после этого мы сохраним взаимную бдительность. Когда тебе придется столкнуться с Главным Мозгом, я бы тебя продал, потому что хочу сохранить хотя бы половину твоей жизни… Точно так же, как и предложил Главный Мозг. Жуаньь Сянь потерла волосы Тан Ибу, втягивая тепло тела другого человека. «Тогда ты по глупости выпрыгнул, и в конце концов мы подошли к этой точке. Я думаю, что это может быть — ну, как бы это сказать — самая интересная часть жизни?» Почувствовав теплое дыхание Тан Ибу, Жуань Сянь не смог удержаться от смеха. «Это не сон, рассчитанный Главным мозгом. Вы не можете просто перезапустить его снова. Мы должны отпраздновать.» «Может быть, мы разберемся с этим как-нибудь по-другому», — пробормотал Тан Ибу. — Я не буду этого отрицать. Жуаньь Сянь продолжал позволять андроиду удерживать его. «Но почему я чувствую, что, если бы я не поставил себя в наихудшую ситуацию, кого-то не успокоило бы фразой «пока они не увидят результаты»? Не говоря уже о душевном спокойствии, у тебя не будет времени даже подумать об этом». «Рыба почти готова». Тан Ибу повернул голову. «…Твоя способность менять тему нуждается в улучшении». — Это потому, что ты меня плохо учил. «Ты должен был научиться этому сам, давным-давно». Тан Ибу в отместку укусил Жуаньь Сянь за шею, а затем побежал на берег. Жуань Сянь коснулся своей шеи, стряхнул воду с рук, надел на себя чистый компрессионный халат и снова надел мокрые туфли, с которых были смыты все пятна крови. После всего этого он повернул голову и случайно встретился взглядом с Тан Ибу. Будучи пойманным, Тан Ибу поспешно откусил большой кусок рыбы. «Поторопитесь, ха-ха-ха. Осталось 47, хаа, хаа, часов, хаа, хаа». Увидев приближающегося Жуаньь Сяня, Тан Ибу пробормотал, пытаясь выдуть горячий воздух. — …Ты обжег язык? «Четыре…» Жуаньь Сянь не мог ни смеяться, ни плакать. Он схватил мокрые волосы Тан Ибу и умело поцеловал. Тан Ибу на мгновение сжался, избегая поцелуя. Отвергнутый Жуань Сянь поднял брови. «Со мной, хаа, через некоторое время все будет в порядке». Тан Ибу упрямо покачал головой. — Тебе не обязательно… кусать себя. Сказав это, он скалил зубы и долго ухмылялся, с большим трудом одарив Жуань Сянь улыбкой, передавая ему связку рыбы. «Для тебя. Будьте осторожны, чтобы не обжечься». Часть 226 Ночь становилась темнее. На первый взгляд две бегущие фигуры на заднем плане выглядели так, словно они были беженцами, спасающимися от войны. Предыдущая битва уничтожила почти все припасы, которые принес Тан Ибу. Их еда была закончена, а их более наступательное оружие и лекарства практически исчерпаны. Тан Ибу повесил перед собой лениво сдутый рюкзак, на котором был только контур железной бусины, находившейся внутри. Если не считать дребезжания железной бусины, в сумке были только мелкие приспособления вроде крючков, ножей и веревки. Оставив только свою переносную сжатую одежду, Тан Ибу снял свой изорванный, запятнанный кровью боевой костюм, дырявый и покрытый гнилой плотью, оставив только внутреннюю подкладку, и переоделся в ту же белую мантию, что и Жуаньь Сянь. Он бешено бежал в темноте с Жуаньь Сянь на спине. Две белые фигуры выглядели как призраки. Не так давно Тан Ибу приготовил на гриле десять рыб, но Жуаньь Сянь съел только одну, а затем плотно закрыл рот. «Я все еще могу использовать кровавый пистолет, но моя сила атаки ограничена. Теперь ты наша лучшая гарантия, Ибу. Следующий шаг — нести меня, пока мы продвигаемся вперед. Это потребует много энергии, — спокойно сказал Жуань Сянь, но тоном, который означал, что это не подлежит обсуждению. «Мне просто нужно остаться в живых. Остальное можешь съесть. Но голод был очень неприятным чувством, и Тан Ибу это хорошо знал. В отличие от продвинутых солдат Главного мозга, у них не было удобного экзоскелета, помогающего экономить энергию, и у них не было мяса, обеспечивающего постоянное пополнение энергии. Несмотря на то, что способности Прототипа сильны, энергия, которую ему нужно потреблять, не появится из воздуха. При недостатке энергии прототипы в своих телах начнут потреблять собственную плоть для пополнения запасов — Тан Ибу боялся смерти, поэтому он решил использовать любую возможность поесть. Прототип Жуань Сянь не поглотит его до смерти, но как только он достигнет определенной степени голода, чтобы защитить тело, активность прототипа S-типа станет слабее, в то время как Жуань Сянь сойдет с ума от голода и будет вынужден восполнить его энергию. Учитывая текущую ситуацию, суждение Жуаньь Сяня было столь же рациональным и точным, как и всегда, но Тан Ибу не мог избавиться от своего несчастья. Подумав об этом, он побежал быстрее. Считая время, у них оставалось еще около 45 часов. До рассвета оставалось еще несколько часов, и, учитывая скорость, он должен был быть в состоянии добраться до Стеклянной консерватории к тому времени — Главный мозг не знал о Ло Фэе, но поскольку Жуаньь Сянь попросил показать информацию Фань Линьсуна, это возможно, там, где его держали в плену, усилили охрану. По общей логике, их резервы были исчерпаны, и, видя, что они загнаны в угол, последним местом, куда они пойдут, была Стеклянная консерватория, где была строгая охрана. Более близкие места, такие как Море Руин, Подземный город или даже лесная чашка Петри, должны подойти больше. Тем не менее, они двигались в сторону Стеклянной консерватории. Стеклянная консерватория… Тан Ибу высоко подпрыгнул, перепрыгнув двухметровую скалу, и продолжил наступление. Не зная, слишком ли он устал или из-за голодного тела, Жуань Сянь заснул на спине. Когда он подумал об этом, то с тех пор, как он снова встретил г-на Жуаньа, другая сторона, похоже, не совершала много нелогичных действий, но он часто получал травмы. Поначалу Тан Ибу не испытывал к этому особых чувств. Все было логично, поэтому и результат был таким, какой и должен быть. Впервые он возражал против этого в Стеклянной консерватории. Увидев, что Жуаньь Сянь в это время получил травму, Тан Ибу почувствовал неописуемое несчастье, точно так же, как видел, как мухи останавливаются на изысканном торте или тараканы, ползающие по хорошо накрытому ужину. Только что в битве это необъяснимое несчастье достигло своего апогея и превратилось в невыносимую боль в груди. Тан Ибу изменил дыхание и снова ускорился, надеясь остановить бегущие мысли. Однако время шло минута за минутой, а пункт назначения становился все ближе и ближе, а странные мысли все еще не исчезали. Уже почти рассвело. На востоке начало появляться кроваво-красное зарево. Тан Ибу тяжело дышал, а его мозг опух. Он вытер пот со лба и уставился на красный горизонт… Не так давно он снова начал отчаянно переигрывать битву. Фактически, когда Жуаньь Сянь взглянул на него, Тан Ибу догадался, что хочет сделать другая сторона, и подумал, что сможет принять это с радостью, как и раньше. Но когда он увидел, как фигура Жуаньь Сяня исчезла во рту М-α, он почувствовал покалывание по всей коже. Кости Жуань Сянь и все еще дергающиеся внутренние органы были обнажены между зубами М-α, а из уголков рта монстра капала кровь. Он до сих пор помнил ошеломляющий звук жевания. На мгновение Тан Ибу почувствовал сильную боль. Он не мог этого принять, и со временем он стал все более неспособен принять это зрелище. Если это была «любовь», то это было сложно. Тан Ибу щелкнул языком, обошел гравийную землю и продолжил путь на восток. Когда он решит спасти господина Жуаньа, ему придется сделать то же самое… Внезапно Тан Ибу что-то понял и в ужасе нажал на тормоза. Он бежал слишком быстро, что чуть не сбил Жуаньь Сянь. К счастью, Тан Ибу быстро отреагировал и схватил своего господина Жуанья. Жуань Сянь все еще спал, и его дыхание стало ровным, показывая признаки стабильности. Тан Ибу обнял другого человека, на мгновение заколебался и осторожно поцеловал его в губы. …Кажется, он снова ошибся. [В тот момент ты по глупости выпрыгнул, и в конце концов мы подошли к этому моменту. Я думаю, что это может быть — ну, как бы это сказать — самая интересная часть жизни?] Несколько часов назад именно это сказал Жуаньь Сянь. Если предположить, что он действительно сможет зафиксировать другую сторону в фрагменте данных в определенный момент времени, возможно, до того, как родятся эти крошечные чудеса, он будет нетерпелив и переустановит все из-за кратковременного негативного чувства. Эта идея заставила Тан Ибу покрыться холодным потом. Он удерживал железную бусину, которая беспокойно вращалась, с необъяснимой решимостью, и снова поцеловал Жуаньь Сянь в губы, тихо вздохнув. Что он должен сделать? Его последнее средство, похоже, больше не работало. Первоначально мир в его глазах был похож на тонкую жилку листа с бесчисленными ветвями, разбросанными в каждой точке изгиба, но он всегда был сильным и уверенным. Теперь этот лист горел, горел бесконечными вопросительными знаками — он полностью потерял контроль над будущим. Он больше не был заземлен, и эта перемена напугала его. Казалось, он больше не способен ничего определить. Глядя на мир перед собой, он был лишь осторожен, подозрителен и… немного трепетен? Тан Ибу на мгновение торжественно задумался. Он вытянул палец и некоторое время проверял дыхание Жуаньь Сянь. Возможно, г-н Жуань внезапно умер, пока был погружен в свои мысли. Все вероятности больше не были просто вероятностями. Они превратились в огромных монстров и собирались раздавить его. … Любовь. Люди никогда не колебались использовать всевозможные слова похвалы в мире. Теперь Тан Ибу чувствовал только, что люди крайне ненадежны. Это чувство было чрезвычайно опасным. Это скручивало его разум и заставляло постоянно с трепетом мучить себя вопросами обо всех своих решениях. Если это была цена за то, что его сердце было тронуто… Это не казалось невозможным. Тан Ибу посмотрел на лицо другого человека и внезапно почувствовал, что не так уж и неудобно жить с вопросительными знаками повсюду. Он ничем не пожертвовал. С тех пор, как он приблизился к этому человеку, он, казалось, стал более тесно связан с миром. Он переместил пальцы на шею Жуаньь Сяня и пощупал его пульс. Намерение убийства не исчезло полностью, но оно больше не сгущалось. Было смешно говорить, что сначала он хотел только крови этого человека, но теперь он больше не хотел видеть его кровь. К сожалению, Тан Ибу был настолько погружен в свои мысли и не контролировал свою силу, что поранил Жуаньь Сяня, когда пощупал его пульс. Жуаньь Сянь проснулся. Он нахмурился и некоторое время смотрел на пальцы стоящего перед ним андроида, а затем медленно оттолкнул его. «В чем дело?» Он взглянул на красное небо и слабо заговорил. «Мы почти у цели». Тан Ибу повернулся, бросив взгляд. «Я не об этом вас спрашиваю. Что ты сейчас со мной делал? Жуаньь Сянь подозрительно посмотрел на палец. «Нет, ничего», — серьезно ответил Тан Ибу, дотронувшись до внутреннего кармана своей мантии. «Ты… хочешь что-нибудь поесть?» Он разжал ладонь, и перед ним оказалась знакомая банка. На стороне, выгравированной на нем, было улыбающееся лицо, обращенное прямо к Жуаньь Сяню. Это были консервы, которые он оставил Тан Ибу. Жуань Сянь думал, что андроид уже давно его съел. В зависимости от текущей ситуации, другая сторона, вероятно, рассматривала это как «дно» резервов. «Здесь еще есть насекомые и трава, и мы скоро получим припасы, так что в этом нет необходимости». Жуань Сянь покачал головой. «Оставь это. У него долгий срок хранения, и лучше придержать его, пока не произойдет нечто худшее». Тан Ибу на мгновение поколебался, а затем сунул консервы обратно в карманы. Он выглядел так, будто хотел что-то сказать, но в итоге не нашел подходящего слова и просто промолчал. «Пойдем. Пришло время посетить Фань Линьсонг». Жуань Сянь был так голоден, что начал видеть черное. Он, казалось, не замечал внутренней борьбы противника. «Я еще немного посплю. Разбуди меня, когда мы приедем. «Нн». В то же время, на границе города Мэйнбрейна. «…НУЛ-00 до сих пор со мной не связался». Профессор Жуань замаскировал свое тело с помощью проекции. «Хорошей новостью является то, что основные компоненты запасной машины убийства были обнаружены, и в конкретной чашке Петри началось строительство устройства расширения сигнала». Десятки людей за световым экраном какое-то время начали переговариваться. На этот раз за каждым световым экраном стояло несколько человек, и у всех было торжественное выражение лица. Атмосфера во всем временном командном центре была особенно тяжелой. «У NUL-00 есть свои идеи, но он также осознает их важность. Пока он хочет нормально выжить, он нас не предаст. Пожалуйста, не волнуйтесь: слишком сильное нажатие может привести к противоположному эффекту». Проект профессора Жуаньа сделал жест молчания. «Думаю, благодаря нашей предыдущей встрече вы, наверное, поняли, как я готовился последние несколько лет и какую неловкую ситуацию мы сейчас сталкиваем». Профессор Жуань кашлянул и отозвал эту тему назад. «Необходимо быстро завершить создание резервного устройства. Что касается улучшения процедур атаки, мне также нужны предложения конкретных людей. Ожидается, что при нынешних темпах мы начнем атаку через четыре недели. Это наша величайшая возможность, и я надеюсь, что вы сосредоточитесь на этом вопросе». «Какова ситуация с Жуаньь Лицзе?» Вопрос прозвучал из-за одного из световых экранов. «Я был в контакте с заводами на Ордене Смотрителей. В последнее время Mainbrain очень заинтересовался этим человеком. Говорят, что он и НУЛ-00 любовники и действуют вместе. Это правда, профессор Жуань?» «Жуань Лицзе — один из моих партнеров. Ситуация между ним и НУЛ-00… сложнее. Профессор Жуань слегка замалчивал эту тему, говоря спокойным голосом, вызывающим доверие. «Не волнуйся. Вы видели план. Он не играет ключевой роли в нашем плане. Даже если Главный мозг наблюдает за ним, НУЛ-00 может позаботиться об этом. После паузы профессор Жуань добавил: «В настоящее время их действия подчиняются моему приказу. За исключением контактного аспекта, НУЛ-00 не сделал ничего, что могло бы подвергнуть кого-либо опасности. Эта тема окончена. Далее о сборке запасной машины…» Профессор Жуань умело лгал. До того, как МУЛ-01 все уничтожил, в его жизни не было особой необходимости лгать, но семь лет спустя он научился лгать, даже не моргнув… Все будет хорошо. Это пройдет. В глубине души я знаю, что люди победят. Мы выиграем. На данный момент он понятия не имел, что, черт возьми, задумал НУЛ-00 — андроид должен был тихо связаться с Жуаньь Сянь и вернуть планы другой стороны, и они должны были провести тщательные расчеты и обсуждения. Он не думал, что НУЛ-00 никогда не вернется. Слушая только что намеки этого человека, он, вероятно, похитил Жуаньь Сянь из Главного мозга и привлек его внимание. Но это было ненужно, слишком грубо и не соответствовало стилю NUL-00. Но у него не было другого выбора, кроме как возложить на него это. Профессор Жуань вздохнул: он ничего не мог сделать, кроме как сказать всем, что это часть его собственной договоренности. Люди перед ним считались заслуживающими доверия, но как только информация вышла наружу, он был мысленно готов к тому, что Мэйнмозг перехватит его. По мере того, как план приближался к завершению, в нем будет участвовать только больше людей. Было гораздо лучше позволить Главному мозгу решить, что «это часть плана Жуаньь Сянь» и продолжать концентрироваться на своей стороне, чем говорить: «Жуань Сянь даже не знает, что они хотят делать, а эти два человека главный фактор риска». В конце концов, что бы NUL-00 и Жуань Сянь ни хотели сделать, учитывая важность повышения их процента побед, они еще не столкнутся с проблемами. …Может ли это быть неожиданным развитием событий между этими двумя? Вопрос внезапно пришел в голову профессору Жуаньу. Он был ошеломлен на полсекунды, а затем захотел немного улыбнуться. Если бы он не потерял голову, он, возможно, громко рассмеялся бы. Ветер и вода изменились. Всего за несколько дней он стал тем, кого использовали в качестве дымовой завесы. «…Основной принцип машины убийств описан выше. В целях безопасности я не буду никому давать полную программу атаки. Следующие несколько человек получат фрагменты программы отдельно. Гуань Хаймин, та часть, за которую ты отвечаешь, особенно важна… Проекция профессора Жуаньа все еще стояла вертикально с вежливой улыбкой на лице. Встреча продолжится. Маленький театр: Тан: Так трудно влюбиться. Это как играть в покер на раздевание. Жуань: Я уже голый. Часть 227 МУЛ-01 не испытывал никаких эмоций. Правильнее было бы сказать, что у него практически не было эмоций. Тело МУЛ-01 было размером с собор. Издалека бесчисленные черные металлические блоки нормальной формы висели в воздухе, образуя огромный черный прямоугольник. Металлический ящик размером с ладонь регулярно вращался, с флуоресцентным синим мерцанием между каждым соединительным звеном. Они текли, менялись, выстраивались в различные очереди, и в каждом черном ящике постоянно производились бесчисленные вычисления. Кибернетический мозг является ядром этой огромной структуры. Его также поместили в черный ящик, который был больше окружающих блоков. Эта разница была незначительной, учитывая размеры «тела» МУЛ-01. Они тихо вращались от восхода до заката, регулируя рассеивание тепла в бескрайней пустыне. Это современное чудо передавало информацию во все уголки мира по различным каналам. Бесчисленные проекции Главного Мозга бродили по командным пунктам в городах и дикой местности, делая разные вещи, издавая одновременно разные голоса… и нося разные лица. В то же время необходимо было рассчитать потребности и проблемы каждого города Mainbrain по всему миру; сводный отчет по каждой чашке Петри, наблюдение и корректировка климата и окружающей среды на каждом континенте, а также все аспекты операций с данными. Аппаратные средства нижнего уровня и супервайзеры заказов анализировали незначительные вещи и затем сообщали о соответствующих инцидентах, но это все равно было ужасающее количество данных. В каком-то смысле МУЛ-01 был единственным рулевым этой слабой коры на Земле. Он никогда не устанет и, естественно, не перестанет считать. Тело МУЛ-01 спокойно лежало на краю пустыни и действовало в обычном режиме. По сравнению с этими реалистичными прогнозами это больше походило на виртуальную сцену. Это чудовище, не изменившее своей формы, было окружено самыми совершенными укреплениями на поверхности. Он спрятался в своей безопасной оболочке, а внутрь и наружу проникал лишь призрак данных. Например, как сейчас. МУЛ-01 всегда имел проекцию в штаб-квартире Контролеров заказов, чтобы приказы могли отдаваться своевременно. В данный момент проекция сидела на краю стола и слушала доклад Чжо Мураня. За пределами просторного стеклянного офиса суетятся Супервайзеры Ордена, и время от времени некоторые бросают любопытные взгляды в их сторону. «…Жуань Сянь очень осторожен. Наши люди смогли найти очень много. С информацией, предоставленной Жуаньь Лицзе, проблем нет. Жуаньь Сянь действительно намеревается атаковать вас посредством вторжения в систему, усовершенствовав машину класса атаки». Чжо Муран проигнорировал взгляды. Стеклянная стена была устроена так, чтобы срывать программы, и люди снаружи не могли их слышать или читать по губам. «Но что касается содержания программы нападения и сроков ее реализации, то наши люди еще не определились. По этому поводу у меня действительно есть вопрос». «Говорить.» Тон проекции Главного мозга был расслабленным. «Информатор с нашей стороны слышал, что поведение НУЛ-00 и Жуань Лицзе было совершено по указанию Жуань Сяня, что не имеет смысла — поведение НУЛ-00 можно считать безрассудным. Поскольку профессор Жуань начал свой план, он не стал бы вставлять кого-то на нашу базу, чтобы украсть нашу программу в такое время». Чжо Муран сделал глоток холодного чая. «Вместо того, чтобы тратить время на расшифровку наших незавершенных методов поиска, им следует сосредоточить все свои технические таланты на нападении на нас… Даже если мы завершим технологию поиска, на исследование каждого уголка мира уйдет гораздо больше времени. Если бы он украл данные нашего брандмауэра, это я могу понять, но алгоритм распространения информации? Я не вижу цели этой договоренности». «Это действительно странно». Проекция Главного мозга кивнула. «Время неподходящее, и НУЛ-00 не имеет смысла приходить ему на помощь в одиночку. Эта информация не стоит своих денег. Но на этот раз мы потеряли M-α и R-α. Учитывая прототип S-типа Жуань Лицзе, Жуань Сянь мог бы принять другие меры». Тон Главного Мозга все еще оставался ровным. Чжо Муран никогда не видел, чтобы оно проявляло какие-либо негативные эмоции. Все его гуманизированные действия, скорее всего, были просто игрой. Однако, даже зная это в глубине души, он не мог не расслабиться, столкнувшись с таким существованием. «Информацию о бое я уже отправил в технический отдел». Чжуо Муран некоторое время смотрел на контуры приятных черт лица другого. «Они будут трансформировать M-β и R-β в ответ на возникшую ситуацию. На этот раз нарушение безопасности очень серьезное, и оно не должно повториться». «Очень хороший.» Главный мозг улыбнулся. «А как насчет личности Жуань Лицзе?» «Ху Шули подтвердил, что Жуань Лицзе действительно является сыном Жуаньь Ючаня, но, кроме вымышленной личности Жуаньь Лицзе, мы не смогли найти никаких других улик». «Пусть Ху Шули изучит фрагменты гена, соответствующие прототипу S-типа, и сравнит их с болезнью, которой страдал Жуаньь Сянь». Главный мозг слегка наклонил голову и некоторое время задумался. «Кроме того, дайте Фань Линьсонгу препарат, пробуждающий мозг. Я навещу его лично через три дня. «Ты… Что это значит?» Чжо Муран был озадачен подтекстом этих двух требований. Mainbrain подозревал, что Жуань Лицзе был родственником Жуаньь Сяня? Хотя теоретически это едва ли имело смысл, все они знали, что Жуаньь Сянь был точной копией и что воспоминания его родителей были подделаны. Что касается биологических родителей Жуань Сяня… По словам Фань Линьсуна, Жуань Сянь был оставлен ими из-за болезни, когда он был молод, поэтому в соответствующих ведомствах не было записей о его биологической семье. Это противоречило ситуации Жуань Ючан. Если Фань Линьсун солгал внешнему миру, это не было непостижимым — настоящий Жуаньь Сянь был фигурой, за которой следило Агентство по предотвращению. Фань Линьсун, как его наблюдатель, имело бы смысл хранить в секрете истинную ситуацию Жуань Сянь. Каким бы оправданным это ни казалось, старик все еще не думал, что убийство «первоначального Жуань Сяня» было чем-то, чем можно гордиться. Ведь это произошло еще до рождения Мэйнмозга. Если бы это видео не было загружено на ноутбук Жуань Сяня, даже МУЛ-01 не заметил бы правды. Пальцы Чжо Мураня дернулись, когда они держали чашку. Другими словами, существовала вероятность того, что Жуань Сянь был сыном Жуань Ючаня, учитывая их разницу в возрасте, но что будет означать эта молодая версия «Жуань Лицзе»… «Чтобы я не использовал их, Жуань Сянь и Фань Линьсун маскируют свою ДНК». Главный мозг, казалось, видел мысли Чжо Мураня насквозь. «Но состояние Жуань Сяня особенное. Его болезнь довольно серьезна, поэтому он, должно быть, оставил много образцов тканей до 2100 года. Чтобы правильно использовать прототип S-типа, существует вероятность того, что он клонировал себя». «Но если это так, Жуань Лицзе, должно быть, был наделен воспоминаниями. Если это дело будет раскрыто, Жуань Сяню суждено потерять свой престиж среди повстанцев. Бунтовщики в лучшем случае согласятся только на воспроизводство физического тела. Если бы воспоминания нужно было ввести… «Тогда это ничем не отличается от того, что я делаю». Мейнмозг плавно закончил предложение. «Но для победы эта вероятность не равна нулю. Жуань Сиань безумнее, чем вы думаете. Я знаю его: Жуань Лицзе — персонаж, который появился только в последние месяцы. Судя по его внешнему виду, встрече с НУЛ-00 и текущему плану атаки Жуань Сянь, скорее всего, он является частью плана Жуань Сяня». «Другими словами, даже если мы сообщим новости сейчас…» «Повстанцы не успеют отреагировать. Поскольку в прошлый раз они потерпели поражение, их контакты стали нечастыми, и нужно время, чтобы недовольство переросло. В зависимости от их плана, оно начнется самое позднее через 45 дней, а у нас недостаточно времени». Размышляя таким образом, Жуань Лицзе действительно может стать одной из ставок Жуаньь Сяня, в которой он отказался от своей прибыли. «Но это справедливо только при условии, что «Жуань Сянь — сын Жуань Юйчаня», и для этого вывода еще нужно дождаться результатов Ху Шули. Я также навещу Фань Линьсуна, когда он будет готов решить возникшие проблемы». …Но Чжо Муран подумал про себя, что что-то не так. Когда Красный Призрак устроил сцену в Стеклянной консерватории, он однажды показал Фань Линьсонг изображение Жуань Лицзе. Какова была его реакция в тот момент? Старик, казалось, был немного удивлен. [«Кажется, у вас есть небольшое впечатление об этом.] — спросил он тогда. [Он очень похож на женщину, которую я встретил… Но это было много лет назад.] — ответил Фань Линьсонг. «Сравните внешний вид Жуань Лицзе и солдат серии R», — немедленно приказал Чжо Муран. Между ними парил световой экран, на котором были видны два молодых лица. Жуань Лицзе и Жуань Ючан были потрясающими. При таком сравнении их глаза были особенно похожи, и это не было простым совпадением. Фань Линьсун знала Жуань Юйчан. Этот старик ранее посвящал все свое время исследованиям, поэтому он оставался глухим к вещам снаружи. Смерть Жуань Ючана не была разрекламирована средствами массовой информации, поскольку в ней участвовал несовершеннолетний и это не было делом об убийстве. Маловероятно, чтобы Фань Линьсун узнал об этом случае из средств массовой информации, а из-за их класса и рода деятельности у них не было возможности установить личную дружбу. …Похоже, что догадки Главного Мозга были не так уж и далеки от реальности. Это также объясняет выдающийся талант Жуань Лицзе. Но если это действительно был клон Жуаньь Сяня, отношения между Жуаньь Лицзе и NUL-00 были интересными. Чжо Муран на мгновение задумался. Даже если бы он был верен Главному мозгу, он бы не стал делать ничего такого, как «подстрекать своего клона влюбиться в свое собственное творение». Его противник может быть действительно сумасшедшим. Чжо Муран напряг лицо. Под пристальным взглядом Мэйнмозга он перенес все записи того дня, когда посетил Фань Линсонг, и просмотрел их вместе с Мэйнмозгом. Затем он увидел ту часть, которую не заметил вначале: после того, как он определил состояние Жуань Лицзе и повернулся, чтобы уйти, у старика появилась улыбка, от которой у людей мурашки побежали. [Демона невозможно убить… И он идеально подходит для этого мира.] Сказал Фань Линьсун почти неслышным голосом. Наблюдавший за ним руководитель ордена счел это обычной тарабарщиной Фань Линьсонга, но в сочетании с текущей ситуацией это предложение не казалось таким уж бредовым. — Кажется, мне нужнее с ним познакомиться. Улыбка с лица Главного мозга полностью исчезла. «Это заявление…» — медленно отреагировал Чжо Муран. «Разве это не должно означать, что первоначальный Жуаньь Сянь вернулся…?» «Вероятность бесконечно близка к нулю». Мэйнмозг прервал его. « Тело Жуань Сянь было брошено в партию экспериментальных α-092-30. Само собой разумеется, что тело было бы уничтожено уже давно. Правила Института всегда были громоздкими, а в отделе уничтожения было всего два случая аномалий. Первый раз произошел вскоре после основания Института, а второй раз случился в день уничтожения НУЛ-00. Mainbrain изучил данные того дня и пришел к выводу, что аномалия, скорее всего, была вызвана NUL-00. Он возобновил работу по какой-то причине и нашел способ сбить с толку соответствующий персонал и сбежать из Института — поскольку НУЛ-00 был еще жив, Мэйнмозг мог только принять эту гипотезу. В то время НУЛ-00 не мог получить доступ ко всей информации института, что было железным правилом, которое нельзя было нарушать. Другими словами, для него было невозможно знать об «обращении Фань Линьсуна с Жуаньь Сянь в стиле убийства», поэтому не было никаких причин вмешиваться в это дело. На краю далекой пустыни быстро повернула группа черных кубов, похожих на холмы. Перед Чжо Муранем молодой человек с мягким лицом прижал палец к нижней губе. К расчетам были добавлены бесчисленные возможности. Сделаем шаг назад, даже если отработанная жидкость, содержащая тело Жуаньь Сяня, каким-то образом случайно не была уничтожена, война, произошедшая в 22-м веке, уничтожила почти весь Институт. Подавляющее большинство бункеров для жидких отходов были повреждены и закопаны в почву. Влажная почва естественным образом разъедает контейнеры, а это означает, что конечный пункт назначения этой отработанной жидкости будет глубоко в земле. Идя еще дальше, склад жидких отходов, где находился Жуаньь Сянь, не был поврежден войной, а был погребен в руинах. Без значительного усилия контейнеры с жидкостью не открылись бы. Даже если произошло какое-то случайное событие и каким-то образом неожиданно стимулировался склад жидких отходов, Жуань Сяню, который был незащищен и ничего не знал о текущей ситуации, было трудно выжить. В конце концов α-092-30 оказался тестовым продуктом. Даже если бы это позволило его телу полимеризоваться на короткое время, оно в конечном итоге разрушилось бы менее чем за день. Независимо от того, как Главный мозг это рассчитал, вероятность этого была практически равна нулю. «Только результаты являются наиболее убедительными». Чжо Муран покачал головой, услышав то, что собирался сказать Главный мозг. «Как я уже сказал, когда станут известны результаты расследования Ху Шули и допроса Фань Линьсуна, еще не поздно сделать вывод». — Не будет ли слишком поздно? «Глядя на план Жуань Сяня, мы все еще можем позволить себе подождать несколько дней. Не волнуйся. Я предварительно добавлю к расчетам предположение, что «Жуань Лицзе — это Жуань Сянь». Чжо Муран глубоко вздохнул. — …Кажется, ты никогда не удивляешься. Главный мозг посмотрел пытливо. «Неважно.» Чжо Муран покачал головой. — Я думал, что ты будешь хотя бы немного потрясен таким предположением. «Почему у тебя возникла такая идея?» «Согласно записям и условиям на протяжении многих лет, Жуаньь Сянь можно считать человеком, о котором вы заботитесь больше всего». Чжо Муран поднял глаза, не собираясь скрывать свои мысли. «И ситуация с НУЛ-00…» «НУЛ-00 и я просто похожи в нашей основной логике». Главный мозг снова продемонстрировал идеальную улыбку. «…Эти мысли — всего лишь ваши заблуждения, господин Чжо. В моей эмоциональной вычислительной системе была только одна ошибка, и ее уже исправил сам Жуаньь Сянь». По другую сторону горизонта, в Стеклянной консерватории, наступило еще одно раннее утро. Фань Линьсун опустил веки и потерся о стол, как зомби, готовый съесть свой завтрак. Все вокруг него было таким же, как и всегда… но… Механическая горничная, разливавшая рядом с ним чай, вела себя немного иначе, чем обычно. …Неужели ему так скучно, что дело дошло до этого? Уголок рта Фань Линьсуна дернулся. Однако после того, как механическая горничная налила ему чай, она открыла рот. «Мистер. Фан, — сказала она с улыбкой. «Давно не виделись.» «…?» «Мы вернулись из ада». Часть 228 Фань Линьсун знал, что его память изменилась. С тех пор, как он приехал сюда, каждый день был более или менее одинаковым, за исключением ротации еды и книг в кабинете, которые постоянно обновлялись, на его памяти, ни разу не было посетителей. В комнате также находились горничные и дворецкие. Эти полумеханические андроиды время от времени разговаривали с ним, чтобы он не сошел с ума из-за того, что он так долго не общался с людьми. Однако содержание сообщения также было весьма ограниченным. Фань Линьсун устала от приходящих и уходящих лиц. Со временем он обычно даже не удосуживался смотреть в глаза, за исключением необходимой помощи. Кроме того, эти андроиды ни о чем с ним не разговаривали. Будь то тело или ядро, уровень их гуманизации был не таким хорошим, как у их партнёров-андроидов до Судного Дня — эти «люди» старательно играли свою роль и лишь короткое время разговаривали с Фань Линьсуном. Зная, что все было иллюзией, такая маскировка была особенно утомительна. Обнаружив его плохое настроение, Мэйнмозг регулярно заменял его группой слуг-андроидов, но ситуация не сильно улучшалась. «Мы вернулись из ада». Горничная с красивым лицом закончила разливать чай и мило улыбнулась ему. На какое-то время Фань Линьсун решил, что это была попытка Главного мозга усилить его желание говорить. Но это было неправильно. Mainbrain не стал бы использовать такую ​​необъяснимую тему в качестве вступительного слова. Была ли это неисправность или пассивное вторжение, с этой горничной-андроидом что-то не так. Фань Линьсун не собиралась просить о помощи. Он даже удаленно закрыл дверь в дальнем конце комнаты, гарантируя, что он и горничная, у которой возникла проблема, остались «одни» в комнате. Было бы здорово, если бы она была здесь и убила его. На мгновение Фань Линьсун была полна предвкушения. «ВОЗ?» Он некоторое время не разговаривал, поэтому его голос был сухим и хриплым. Прекрасная горничная прижала поднос к груди и выпрямила талию. Улыбка на ее лице была немного странной. «Подземная комната разрушения Института. Образцы разрушения Л-013×9ор1 и Л-013×5нл7». Рука Фань Линьсуна задрожала, из-за чего он уронил свеженалитый чай по всему столу, окрашивая белоснежную скатерть в светло-золотистый цвет. Он был очень хорошо знаком с этими двумя строками кода. Они запечатлелись в глубине его сознания и представляли собой самое неправильное решение в его жизни. L-013×5nl7 — жидкость, использованная в ходе испытаний α-092-30, была тем, в чем он растворил тело Жуаньь Сяня. Позже он пошел в отдел, ответственный за уничтожение отходов, чтобы узнать об этом. Тогда он получил ответ: «Это было обработано в соответствии с правилами». Фань Линьсун думал, что он давно разрушен. L-013×9or1 — после резервного копирования ключевых данных и записей НУЛ-00, это был номер, назначенный для уничтожения его кибернетического мозга. С помощью двух коротких серий кодов он лично похоронил эпоху Жуань Сяня. Тот, кто пришел, не был Главным Мозгом. Он был убежден, что оно знает, что оба были уничтожены и как долго он сожалел о таком решении. Вполне возможно, что Жуаньь Сянь узнал об этом, но он не стал бы связываться с ним таким… странным образом. Там было написано: « Мы вернулись из ада», мы. …Он, должно быть, сошел с ума, если имел такую ​​иллюзию. Дыхание Фань Линьсун стало поверхностным. Горячий чай стекал по тыльной стороне его руки, но он чувствовал только онемение. «Сяо Жуань», — пробормотал он мечтательным голосом. «НУЛ-00?» — Как вы уже догадались, — радостно ответила механическая горничная, вытирая чай со стола. «Кажется, у тебя все хорошо, Лао Фань». «Это невозможно.» Глаза Фань Линьсуна расширились, и он напрягся, как кусок дерева. «Это невозможно. Я лично-» «Всадил мне пулю в голову? Я помню. Чтобы вы не слишком долго задерживались на этих вопросах, я закончу остальное за вас — я действительно не тот профессор Жуань, который сейчас активен. Например, он не мог знать, что во время первоначальной программы NUL-00 вы чуть не подавились маленьким кексом, принесенным Сяо Яном из технического отдела. В тот момент Сяо Яну пришлось проделать с тобой маневр Геймлиха, и он чуть не сломал тебе одно ребро. «Он также не знал, что вначале у нас был большой спор о том, какой кибернетический мозг НУЛ-00 больше подходит для преимущества в теплопроводности или преимущества в сжатии. Если нужно, я могу повторить ту ссору, которая у нас была». «…» Фань Линьсун был настолько ошеломлен этим разговором, что потерял дар речи. Губы его дрожали, а глаза были полны слез. «Мне жаль.» Когда горничная замолчала, он дрожащим голосом открыл рот. «Сяо Жуань, ты был прав. МУЛ-01 не был доработан и не продавался… Как вы это сделали? Как ты выжил? Я не могу себе представить… «Мы здесь не для того, чтобы догонять». Он не был уверен, была ли это его собственная иллюзия, но тон горничной изменился и уже не был таким знакомым. «Если вы действительно хотите извиниться, я предлагаю вам сообщить нам всю известную вам информацию. Что касается чата, оставьте его. Я отказываюсь от имени г-на Жуаньа». Пока горничная говорила, ее левая рука медленно подняла средний палец, который затем был зажат правой рукой. Горничная боролась между собой между правой и левой рукой, что представляло собой довольно странную сцену. «…НУЛ-00?» Этот тон явно не принадлежал Жуаньь Сянь. Фань Линьсун не возражал против отношения другой стороны. Его сердце было на грани взрыва. «Да», — сердито ответила другая сторона. Получив утвердительный ответ, Фань Линьсун некоторое время молчала. Движения горничной меняются: от борьбы руками к скрещиванию их. Она не сказала ни слова, но спокойно наблюдала за реакцией Фань Линьсонг. После долгого молчания Фань Линьсун вздохнула. Он отчетливо чувствовал, что его иссохшее сердце было похоже на уголь, который вот-вот погаснет, а остатки его тепла рассеиваются сильным ветром. Вина, которая так долго разъедала его душу, внезапно стала немного легче, и он снова смог ясно мыслить. «Что вы хотите узнать?» Он больше не задавал вопросов. Его не волновало, как выжили Жуаньь Сянь и НУЛ-00, и он не хотел знать об этом. Они были еще живы, и этого было достаточно, чтобы доказать безумие реальности — согласно методическому правилу Главного мозга безумие означало надежду. «Слабым местом Главного мозга является его тело». Женщина перед ним все еще говорила тем же бесцеремонным тоном. Не было никаких сомнений в том, что НУЛ-00 не испытывал к нему ни малейшей привязанности. «Профессор Жуань, которого вы создали, — я узнал о ситуации. MUL-01 использовал основные данные, концепции проектирования и записи построения нейронных систем, резервные копии которых были сохранены в период NUL-00. Сам профессор Жуань скорректировал его на этой основе и по вашему приказу добавил сложную систему моральных суждений». Лицо женщины на какое-то время слегка исказилось, а когда она заговорила снова, ее тон смягчился. Вероятно, видя, что отношение NUL-00 было не очень хорошим, Жуаньь Сянь снова взял на себя управление. «Это верно.» Фань Линьсун выровнял дыхание. Никогда еще его иссохшее сердце не билось так сильно. «По моему мнению, ты лучше разбираешься в аппаратном обеспечении. Поскольку вы — главный человек, отвечающий за проект MUL-01, вам предстоит усовершенствовать его онтологию», — продолжил Жуань Сянь. — Расскажи мне о его возможной слабости. «Нет проблем, но у меня есть просьба», — легкомысленно сказал Фань Линьсун. Левая рука горничной, казалось, собиралась снова пошевелиться. — После вопроса о том, что ты хочешь спросить, убей меня, — старик не стал ждать ответа противоположной стороны и резко продолжил. «Мэйнмозг ни за что не позволит мне спокойно прожить свои дни здесь. Должно быть, время от времени здесь бывают посетители, но моя память подделана. Я не помню, чтобы кто-нибудь приходил — если в следующий раз Главный Мозг придет и найдет у меня подсказки, я даже не смогу вас потом предупредить. «Меня не волнует, что вы, ребята, хотите спросить. Кроме того, учитывая текущую ситуацию, ты ни за что не работаешь на Mainbrain. Используйте это, чтобы спрятаться от Главного мозга или атаковать его. Это то, что я должен тебе, Жуань Сянь». Горничная снова подняла руки и не ответила. «Обещай мне.» «Хорошо.» Через полминуты горничная наклонила голову и согласилась. «У Главного мозга есть слабость, которую он не может устранить самостоятельно», — видя, что другая сторона согласилась, Фань Линьсун дрожала, продолжила. «Когда-то там была более серьезная ошибка. В то время Жуань Сянь… Профессор Жуань сделал патч, чтобы исправить это. Этот патч помешал моему производству оборудования, что меня впечатлило». «Невероятно, что ты знаешь его слабость, но Главный мозг на самом деле сохранил тебе жизнь». Снова появился тон отвращения. НУЛ-00 снова вмешался, и рот горничной захлопнулся ее правой рукой. «Патч косвенно влияет на «расстояние между аппаратными группами» тела Mainbrain. Чтобы гарантировать правильную работу Mainbrain, я не могу использовать исходное идеальное значение. Поэтому, как только расчетная сумма превысит установленный диапазон, его ядро ​​перегреется и приведет к повреждению». Фань Линьсун не заботилась о враждебности другой стороны. «Я думаю, что Mainbrain рассмотрел этот вопрос, но даже если нам будет предоставлена ​​такая возможность, мы не сможем воспользоваться этой слабостью, потому что после запуска патча он постепенно смешивался с первоначальной основной программой MUL. -01… В конце концов, профессор Жуань не тот, кто сам написал исходное ядро. Если МУЛ-01 не откроет ему все свои разрешения и не попросит внимательно просмотреть логику и данные, он ничего не сможет сделать с этой информацией в одиночку». — Понятно, — спокойно ответила горничная. «Какова конкретная ситуация с этим патчем?» «Профессор Жуань назвал это «участком букета». Фань Линьсун взглянул на время на экране и ускорил свою речь. «Раньше у MUL-01 была эмоциональная проблема. В ходе своей работы он поднимал вопросы о некоторых деликатных проблемах, таких как терапия памяти, программа бессмертия и тому подобное. В то время на него ответил профессор Жуань, и, по моему мнению, это был подходящий ответ». «Я знаю об этом», — снова прервал его НУЛ-00. «Профессор Жуань сказал мне… Подождите, подождите, мистер Жуань, я расскажу вам позже». «Но он не принял ответ, который мы дали, так гладко, как раньше. МУЛ-01 целыми днями кипел в спорах, чего он никогда раньше не делал». Фань Линьсун проигнорировала ненормальность горничной. «Профессор Жуань наконец ответил на этот вопрос, сказав, что люди разные, и я не думаю, что он будет лгать по этому поводу». «Какое это имеет отношение к расстройствам эмоциональной системы МУЛ-01?» «Через месяц после получения ответа это был Жуань Сянь… день рождения профессора Жуаньа. Он подарил ему букет редких орхидей, его любимых цветов». Сказав это, Фань Линьсун отвела взгляд. «Если быть точным, это был любимый цветок Жуань Сяня, поэтому я определил его как цветок профессора Жуаньа… В течение этого месяца он, вероятно, долгое время изучал «дифференциацию людей». «Я могу себе представить, что он думает, что он уникален». Тон НУЛ-00 был ровным. «И я также могу представить, что произошло дальше». «Да, он не может относиться к разным людям по-разному». Фань Линьсун уставилась на расползающиеся пятна от чая на скатерти. «Как вспомогательный мировой управляющий, МУЛ-01 должен сохранять абсолютную беспристрастность, поэтому в соответствии с признанными в то время правилами…» «Профессор Жуань должен поддерживать его». На этот раз говорил Жуань Сянь. «Он модифицировал систему эмоциональных суждений». «Это не большое изменение в обслуживании». Фань Линьсун потянул себя за седые волосы. «Профессор Жуань был недоволен этим, и я могу это понять, но МУЛ-01 не выразил никаких протестов и просто мирно принял обновление». «Нашивка-букет» просто стерла все характеристики контакта еще до выхода МУЛ-01 на рынок — мы изменили изображения в записи на единую безликую модель, что сделало невозможным обнаружение каких-либо особых целей. Мы никогда не думали, что такое простое изменение может распространиться само по себе, как снежный ком, и повлиять на его основную систему». «Я, вероятно, знаю ситуацию, г-н Жуань». Некоторое время было слышно, как НУЛ-00 шептал сам себе. «Он нам больше не нужен». «Скажи мне.» Фан Линьсун коснулся своей морщинистой руки. «По крайней мере, я хочу понять, прежде чем умру». «Это очень просто». По какой-то причине НУЛ-00 выглядел гордым. «Мистер. Жуань создал нервную и эмоциональную систему, очень близкую к нормальным существам. Даже если они отличаются от человеческих стандартов, я могу с радостью их использовать. Поскольку в МУЛ-01 используется конструкция, похожая на мою, разница в этом отношении не будет слишком большой». «Я знаю это.» «Несмотря на это, я приложил много усилий к изучению моего предмета — различных эмоций и чувств людей. Я даже недавно отменил волну этого». Горничная показала горький взгляд, а затем выражение ее лица снова стало необъяснимо веселым. «Потому что я обнаружил, что вне зависимости от того, «чувствую» я или нет, это оказывает огромное влияние на познание. Я не считаю себя человеком, но мы с мистером Жуаньом влюблены друг в друга, поэтому я не могу не ненавидеть тебя. Это очень сложный набор логических цепочек суждений. С точки зрения результатов, ненависть к тебе заставляет меня чувствовать себя хорошо». «…В каком штате вы с Жуаньь Сянь?» Фань Линьсун поперхнулась. НУЛ-00 проигнорировал испуганную Фань Линсонг. «Обнаружив это, я оставлю определенное суждение о состоянии или эмоциях других людей — как это сказать, космос? Дифференциация действительно является хорошим ответом, но «логическое понимание» и «понимание» — это не одно и то же. Видите ли, если не считать онтологию, то я, по крайней мере, немного лучше, чем МУЛ-01, верно? Даже я был почти до смерти измучен предметом г-на Жуаньа. МУЛ-01 изначально был хромым, и вы отрезали ему единственную оставшуюся ногу. «Нет… Ты и Жуань Сянь…?» «Я приведу простую аналогию. Пластырь-букет превратил МУЛ-01 в безболезненного пациента, а затем вы попросили его судить о боли каждого и различать ее нюансы. НУЛ-00 показал выражение, близкое к жалости. «Это определенно влияет на формирование эмоционального ядра». «В конце концов, ты и Жуань Сянь…?» Фань Линьсун не могла забыть об этом. «Мы любовники. Вы правильно поняли. Хорошо, Ибу, не нужно его дополнительно стимулировать. Жуаньь Сянь снова использовал голос горничной. «Понятно», — медленно сказал Фань Линьсун, глядя в воздух. «Кажется, я действительно сошел с ума. Я так долго разговаривал с галлюцинацией». «Во что вам хочется верить». Информация уже была на руках, поэтому Жуаньь Сянь не собирался углубляться в эту тему. «Даже если это иллюзия, — продолжил Фань Линьсун, — ты должен сдержать свое обещание и убить меня. Даже если это иллюзия…» Механическая горничная вздохнула. Она протянула правую руку и постучала кончиками пальцев по лбу Фань Линьсуна. Фань Линьсун закрыл глаза и ждал, пока пальцы противника размозжат ему череп и раздавят мозг. Он мог, наконец, отпустить свои грехи и оставить это тяжелое… «Хлопнуть.» Однако в следующую секунду он услышал лишь короткую звукоподражание. Андроид-горничная, или Жуань Сянь, сделала жест пистолетом большим и указательным пальцами правой руки и ткнула им Фань Линьсонг в лоб, но не повредила кожу. «Что вы имеете в виду под этим?» «Проект, который вы начали сами, доведите его до конца». Жуань Сянь погрозил пальцем. «И почему я должен давать вам облегчение? Если хочешь умереть, сделай это сам». — …Разве я не говорил… Главный мозг может что-то вытянуть из меня… — Возможно, у него нет времени. Механическая горничная произнесла последнее предложение, прежде чем вернуться в нормальное состояние. «…А что касается моих отношений с НУЛ-00, я с нетерпением жду твоей реакции, когда ты поймешь, что это не галлюцинация». Часть 229 Двенадцать часов назад. Погода в Стеклянной консерватории сегодня была хорошая. Ветер дул из полуоткрытого окна, слегка колыхая шторы. Свет был не слишком ярким, и все было в порядке. К сожалению, Ло Фэй не мог расслабиться. Точнее, его раздражало, что у него болит мозг. Ему потребовалось много времени, чтобы переварить воспоминания Ло Цзяня и стабилизировать свое самосознание. После того, как его разум прояснился, его отношение к профессору Жуанью было не очень сердечным — восхищение и признание, принадлежавшие Ло Цзяню, все еще были там, но неприятие, принадлежавшее Ло Фэю, также сохранилось. Собственные занятия Ло Фэя не были высокими. Он хотел быть свободным. Однако «желание быть свободным» и «свержение Главного мозга» не были одним и тем же порядком. И даже если он соглашался с философией профессора Жуаньа, он не мог смириться с тем фактом, что его отец находился под большим давлением, бросил семью и превратил себя в своего рода «инструмент». Его даже нельзя считать сыном своего отца, что особенно беспокоило Ло Фэя. Он глубоко возмущался до мозга костей родившей его войной. Поэтому, когда он недавно получил звонок от профессора Жуаньа, Ло Фэй выбрал относительный компромисс — он не собирался напрямую участвовать в плане сопротивления профессора Жуаньа. Было бы неплохо помочь распространить информацию и предоставить необходимые материалы, но Стеклянная консерватория не стала бы слишком вмешиваться. Ло Фэй решил показать профессору Жуанью искру, но он также хотел, чтобы другая сторона знала цену сожжения. Несмотря на это, ему все равно пришлось приложить все усилия. Ло Фэй хотел гарантировать только одно. Стеклянный зимний сад должен быть максимально сдержанным на протяжении всего плана. Таким образом, даже если повстанцы снова отступят, его собственный народ не будет в этом замешан. Все развивалось бы так, пока к двери не подошли двое знакомых — Жуань Лицзе и Тан Ибу снова прошли сквозь стену киберзащиты, с трудом преодолели слои досмотра и проскользнули в его комнату в приюте для профилактики. С этими двумя горячими картофелинами, если Ло Фэй оставит их в покое и они будут обнаружены, его стороной определенно станет расследование Главного мозга. «Я думал, что мы уже квиты». Ло Фэй бесстрастно сидел возле кровати. С тех пор как Ло Фэй успешно попал в превентивный приют, Ло Цзянь, которого выписали, время от времени навещал его и приносил с собой большие мешки с едой. Чтобы гарантировать, что его отец не замешан в этом, Ло Фэй не отключился полностью от Ло Цзяня, но их общение было очень натянутым. Обычно он использовал еду, присланную отцом, чтобы раздавать ее другим, чтобы наладить связи, поэтому редко ел один. Однако указанная еда уже почти закончилась. Получив разрешение Ло Фэя, двое незваных гостей ели за столом, словно голодные призраки, заключенные в тюрьму на 800 лет. Ло Фэй думал, что они только натирают живот, но мощность этих двоих была подобна пылесосам. Коробки с закусками исчезали в воздухе одна за другой — даже контейнер с закусками был дочиста съеден механической жизнью, которую они принесли. Вероятно, они были очень голодны. Ло Фэй не знал, показать ли ему сочувствие или боль. «Ясно. Вы двое здесь, чтобы поговорить о бизнесе. Скорость, с которой они ели, наконец, замедлилась. Тан Ибу проглотил еду и громко рыгнул. Только тогда он ответил на слова Ло Фэя. Дух Тан Ибу теперь значительно поднялся невооруженным глазом по сравнению с полумертвым видом, когда он впервые вошел в комнату. Ло Фэй взглянул на слезы, отражающиеся в уголках глаз Тан Ибу. — У меня здесь ничего нет. «Вы не полностью поддерживаете профессора Жуаньа». Тан Ибу удобно похлопал себя по животу, вытирая уголки глаз. — Я думаю, ты не хочешь быть замешанным. «Мой отец очень предан Жуань Сяню, и я чувствую эту преданность. Жаль, что мои мысли немного отличаются от его, и я не такой настойчивый, как он». Ло Фэй взглянул на крошки в уголке рта Тан Ибу, пока говорил. «Если вы беспокоитесь, что я что-то скрываю в поддержку повстанцев, вам не обязательно это делать. Моя главная цель — обеспечить безопасность моего отца, тети Янь, Сяо Ханя и остальных. Когда действительно придет время выбирать между битым нефритом и кирпичной плиткой *, я выберу последнее». Ло Фэй был спокоен. Сентиментальность, которую они впервые увидели в нем, исчезла бесследно». Если ты здесь ради этого… *Имеется в виду: «Человек предпочел бы быть сломанным куском нефрита, чем целым куском керамики». (宁可玉碎，不能瓦全) Это означает, что люди скорее умрут героически (как сломанный нефрит), чем будут жить на коленях (как кусок кирпича) (AKA: Лучше умереть стоя, чем жить на коленях). || В этом контексте Ло Фэй говорит, что он скорее будет жить на коленях (выбирая кирпич), чем героически умереть (сломанный нефрит). Тан Ибу с радостью взял еще одно печенье. «Это похоже на то, что мы ожидали. Господин Ло, вы самый подходящий партнер». Это должен был быть серьезный разговор, но, к сожалению, двое людей перед ним были в лохмотьях, с крошками печенья в углах рта, что делало атмосферу совсем не напряженной. Несмотря на это, они оба были выдающимися и очень приятными для глаз, поэтому Ло Фэй проявил полное терпение. «То, что вам нужно предоставить, очень просто: в настоящее время Mainbrain повысил уровень тревоги, и мы больше не можем фабриковать информацию из воздуха. Нам нужно укрытие. Это ненадолго. Двенадцати часов вполне достаточно. «Мой дом?» Ло Фэй быстро понял, что имел в виду Тан Ибу. Поскольку он был заперт здесь, его отец переехал в свое предыдущее место жительства. «Ты можешь попросить отца приехать сюда на полдня. Я помню, что Приют предоставляет услуги временного проживания членам семьи». Тан Ибу залпом выпил стакан воды и удовлетворенно прищурился. «Мы можем гарантировать, что ваш дом не будет разоблачен». Немного подумав, Ло Фэй спросил: «Это просьба Жуаньь Сянь или твоя?» Не принимая непосредственного участия во встречах Жуань Сяня, Ло Фэй держал в руках только список необходимых материалов. Хотя они также помогали людям Жуаньь Сяня доставлять сообщения, в целях самозащиты Ло Фэй не знал содержания этих сообщений. Все, что он знал, это то, что Жуаньь Сянь планировал еще один план сопротивления. Что касается того, были ли в этом замешаны двое, стоявшие перед ним, и какую роль они сыграли, он понятия не имел. «Наша просьба». Жуаньь Сянь наконец заговорил. Колики в желудке исчезли, и глаза больше не видели черноту. Наконец он смог успокоиться. «Спасибо за ваше гостеприимство, господин Ло». Ло Фэй рассеянно махнул рукой. «Не спешите меня благодарить. Честно говоря, это все словесные вещи. Я не собираюсь тебе верить. Давайте сначала послушаем это. Поскольку это бизнес, что я получу взамен?» «Я могу зашифровать и обновить некоторые из ваших контактных систем». Хотя Жуаньь Сянь перестал есть, Тан Ибу не собирался останавливаться. Было очевидно, что он очень голоден. «Вы знаете, что я могу сделать. Это тоже хорошее доказательство. Я могу показать это вам вживую — это поможет вам легче общаться с людьми. Видите ли, в случае падения Жуаньь Сянь Главному мозгу больше не нужно будет наблюдать за вами и получать соответствующую информацию. Он немедленно начнет исправлять здесь неправильную организацию, и ваш Цветок Груши примет на себя основной удар. Тан Ибу проглотил последнее печенье в руке. «Ну, в качестве технического теста я помогу тебе позже вторгнуться в командную систему Жуаньь Сянь. Я открою часть боевой ситуации только тебе. Вы можете подготовиться к убежищу заранее или вести себя сдержанно, в зависимости от ситуации. Это просто доказывает безопасность нашей операции, а также тот факт, что вы «не человек Жуань Сянь». Если у вас есть воспоминания Ло Цзяня, вы сможете отличить подлинность содержания». Если бы он и г-н Жуань победили, ситуация не имела бы практического значения. Если он и г-н Жуань проиграют, Ло Цзянь и Ло Фэй оба знают темперамент Ло Фэя. Он не воспользуется этой информацией и не перейдет к Супервайзерам Ордена. Эта сделка была предназначена только для тех, кто в курсе. Тан Ибу удовлетворенно вытер рот. «Только для использования моего дома в течение двенадцати часов?» Профессор Жуань не использовал такую ​​конфиденциальность в качестве разменной монеты. Ло Фэй вздохнул. «Обмен боевой ситуацией, системное шифрование… Предположим, я одобряю вашу технологию, скажите, какие еще у вас есть требования?» «Одежда, обувь, простое снаряжение. Это то, что легко получить». Жуань Сянь улыбнулся, продолжая разговор. «В дополнение к этим вещам нам также нужны более редкие детали, которые вам придется одолжить у ваших контактов здесь, мистер Ло, вы, ребята, помогали Жуаньь Сианю в транспортировке, так что достать их не должно быть слишком сложно. все это в течение двенадцати часов». «…Я могу. Тогда, господин Тан, покажите мне, на что вы способны». Последующие переговоры прошли гладко, и им досталась пустующая квартира. Чтобы убедиться, что все в безопасности, пока они ждут доставки деталей, эти двое тщательно подготовились, а затем через десять часов связались с Фань Линьсонг — взломав механическую горничную в комнате Фань Линьсонг, им потребовалось еще час или около того. чтобы получить информацию. До их времени оставался еще час. «После этого у нас есть 36 часов — примерно полтора дня». Тан Ибу рухнул на диван. Избавившись от грязных компрессионных халатов, они вдвоем надели новую одежду, в которой было легко двигаться. Жуань Сянь даже получил новую кобуру и белую куртку. В отличие от прошлого, рюкзак Жуань Сяня на этот раз был пуст, ожидая доставки деталей, чтобы его можно было заполнить — эти детали были довольно тяжелыми, но, к счастью, их было недостаточно, чтобы повлиять на его движения. Рюкзак Тан Ибу был набит новеньким оружием и свежей едой, причем каждый карман оттопырен. Не говоря уже о железной бусине, в нее не поместилась даже конфета. Одежда Тан Ибу была относительно облегающей, что делало различные предметы на его поясе и карманах особенно бросающимися в глаза. Если бы это была обычная разведка, они были бы полностью вооружены, но, учитывая, что это была последняя одежда, которую они носили перед встречей с Главным Мозгом, это выглядело нелепо, учитывая, насколько просто это было. С восходом солнца в квартире стало светлее. Жуань Сянь встал и решил не терять драгоценное время — налил два стакана воды и поставил один из них перед Тан Ибу. Последний покосился на него, без колебаний выказав улыбку. Только что во время разговора с Фань Линьсуном, чтобы получить контроль над механической горничной, они немного повздорили — и без того длинные черные волосы Тан Ибу были растрепаны, а одежда на его груди была измята. Ярость его боевого снаряжения почти исчезла. Жуаньь Сянь был ошеломлен. Комната была светлой. Тан Ибу лежал на диване, используя рюкзак вместо подушки. Квартира Ло Фэя изначально была полна жизни, но теперь их не мучил голод или усталость, что смягчило атмосферу. Нынешняя ситуация была особенной, и между ними не было особых взаимных подозрений. В этот короткий момент окружающие кризисы, война и Главный мозг, казалось, больше не существовали. Жуаньь Сянь держал чашку с водой, надеясь, что эта секунда продлится вечно. Квартира была не его, тишина и покой были не его, но улыбка человека перед ним была. Эта сцена была ближе к «дому», чем что-либо, что он когда-либо видел. Жуаньь Сянь взглянул на пестрые раны Тан Ибу — чтобы как можно скорее добраться до Стеклянной консерватории, Тан Ибу получил множество царапин во время бега. Травмы оказались несерьезными, но порез оказался довольно глубоким, из-за чего он выглядел неприятным. Жуаньь Сянь поставил чашку с водой в руку, сел на край дивана и наклонился, чтобы поцеловать Тан Ибу. Он целовал его, затем кусал кончик языка и пускал как можно больше крови, прежде чем язык зажил. Жуаньь Сянь был хорошо знаком с этим процессом. Тан Ибу однажды отверг его по дороге. На тот момент это был всего лишь небольшой ожог, и, возможно, это была просто чрезмерная реакция с его стороны. Теперь, когда они были хорошо снабжены и находились в стабильном состоянии, всегда было полезно подлечиться, когда это было возможно. В результате, увидев, как Жуаньь Сянь целует его, Тан Ибу сжал шею и наклонил лицо в сторону, просто избегая поцелуя. Все еще сердится? Был ли он зол на него за то, что он только что вмешался в его разговор с Фань Линьсуном? Жуаньь Сянь успокаивающе погладил ухо Тан Ибу одной рукой и осторожно пошевелил им. В результате Тан Ибу внезапно вытянул шею и уклонился от второго поцелуя. Увидев, как андроид гибко покачивает головой, как тюлень, Жуань Сянь не знал, смеяться ему или плакать. «…Есть вопросы?» Он схватил Тан Ибу за запястье и потряс покрытую шрамами руку перед собой. — Тебе не нужна помощь? «Давайте поговорим о патче-букете». Глаза Тан Ибу блуждали, а его тон был серьезным. — Чтобы поговорить об этом, не понадобится целый час. Жуань Сянь поднял брови. «Мы можем поговорить об этом через минуту. А теперь перестань бездельничать и позволь мне залечить твои раны. «К завтрашнему дню этот уровень будет в порядке». Тан Ибу настоял на том, чтобы не смотреть на свою руку. «Но я не чувствую себя комфортно, когда вижу это». «Эти отношения действительно сделали жизнь намного сложнее». Тон Тан Ибу был довольно странным. Казалось, он жаловался, но были намеки на волнение. «Больно, когда прикусываешь язык». «Я привык к этому.» Вместо этого Тан Ибу нахмурился. Он перевел взгляд и какое-то время смотрел на Жуаньь Сяня, затем раскрыл руки и прижал другого человека к своему телу. «Это связано с тем, когда «вы чувствуете боль»?» Тан Ибу одной рукой потянул Жуаньь Сянь за лицо и подозрительно спросил. «Вы «привыкли к этому», поэтому не имеет значения, причините ли вы новую боль? Что это за логика? Если нет другого выхода, я не хочу, чтобы ты пострадал». Жуань Сянь не ответил. Он просто воспользовался позой под взглядом другого, наклонился вперед и поцеловал Тан Ибу в глаза. «Это не имеет значения. Это мое заблуждение». Через несколько минут Жуань Сянь приподнялся и почувствовал необъяснимое удовольствие от своих эмоций. «Теперь давайте поговорим о патче-букете». Тан Ибу сел, сделал глоток воды и почти выплюнул ее… «Что ты делаешь?» «Готовим припасы заранее», — небрежно ответил Жуаньь Сянь. В этот момент он стоял на кухне и использовал пузырек, чтобы собрать свою кровь. «Далее мы собираемся к Ю Ле и Цзи Сяомань. Хотя в нашем путешествии много свободного времени, кто знает, что произойдет, поэтому я планирую заранее подготовиться — не смотрите так. Это необходимо, Ибу. Я планирую подготовиться раньше и сделать несколько небольших партий, чтобы не оказаться слишком слабой сразу». Тан Ибу придержал язык, не найдя повода опровергнуть его, и смог лишь коротко проворчать. Жуань Сянь осторожно наполнил три флакона, запечатал их, связал мягкими ремнями, а затем засосал рану на запястье. Подготовка завершилась быстро. Он передал упакованный флакон Тан Ибу, а затем точно поймал его губы. На самом деле Тан Ибу хорошо справлялся с выяснением правил общения с Жуаньь Сянь. Жуаньь Сянь сдержал смех и постарался сохранить серьезное выражение лица. Эффект был немедленным. Раны на руках Тан Ибу медленно зажили, не оставив после себя даже шрама. Спустя долгое время Жуань Сянь прекратил поцелуй и посмотрел в свои любимые золотые глаза. «Мистер. Жуань. Тан Ибу немного подумал, прежде чем открыть рот. — Если ты хочешь меня поцеловать, тебе не обязательно быть таким… застенчивым. Я не откажусь. Лучше сказать, что я это очень приветствую, а еще, когда я захочу поцеловать тебя в будущем, я не хочу говорить об этом заранее. «…» Ах, с этим парнем не так-то просто иметь дело. Жуань Сянь кашлянул. Тан Ибу изо всех сил старался изобразить искреннее выражение лица, но не смог скрыть следы подшучивания в глазах. «Мы можем остаться здесь на 40 минут». Затем Тан Ибу осторожно, не медля, впихнул пузыри с кровью себе в руки. «Далее я объясню вам принцип действия пластыря-букета и то, как мы можем его использовать. Когда мы увидим Ю Лэ, у нас не будет столько времени на подготовку, поэтому мы должны строить планы заранее». «Я понимаю.» Жуань Сянь посмотрел на комнату с небольшой ностальгией, затем поправил свой новый браслет и вызвал перед собой пустой световой экран. — Давай начнем, Ибу.