Возвращая жизнь

Стены рушились. Лекса отчётливо слышала как падают кирпичи, как шуршит песок и гравий. Стены, которые она строила многие годы внутри, блондинка снесла как ураган. Она должна отстраниться, должна сказать нет. Всё это неправильно. Но… Одно маленькое белокурое но… Губы Кларк за одно мгновение разожгли пожар, пустили огонь по венам и остатки самоконтроля шатенки стремительно покидали её. — Кларк, — Лекса собрала остатки воли и здравого смысла и с трудом отстранилась от нежных мягких губ. — Мы не можем. Не должны, — её голос низкий и хриплый, а дыхание учащенное и сбившееся. Сейчас, в этот момент все её мечты и фантазии, связанные с Кларк, начали сбываться, и она своими собственными руками должна все прекратить. Жизнь несправедлива. Шатенка поднимает руки и легко нажимает на плечи Кларк, удерживая её на расстоянии. Девушка все ещё прижимается к Лексе телом. Её губы приоткрыты, чуть припухли от поцелуев, в глазах горит огонь и Лекса могла бы поклясться чем угодно, что это самое завораживающее зрелище, которое она когда либо видела. — Мы не можем, — с трудом выдыхает шатенка. Она не узнает свой голос. В нем столько боли и сожаления, словно сейчас она испытывает физическую боль. — Ты замужем. И завтра ты возненавидишь и себя и меня. Кларк на секунду прикрывает глаза, но тут же открывает их вновь. Её взгляд нежный, мягкий и теплый. Лекса теряется в этой лазурной синеве. Блондинка что-то говорит, но Лекса не понимает смысла её слов. Мысли испарились. На смену пришёл голод. Дикий первобытный голод, который она многие годы подавляла. Голод по одному единственному человеку, которого она так и не смогла выбросить из своей головы и сердца. Человеку, который всегда жил в её мыслях, которые она бессознательно пыталась задвинуть на задворки памяти. И сейчас все это вырвалось наружу. И поглощало её с немыслимой скоростью. — Я не замужем, — наконец дошёл смысл слов. Кларк говорила что-то еще. Лекса уже не слышала. Руки, что нежно удерживали Кларк на расстоянии, притянули её в объятия. Нежный поцелуй заставил её замолчать. «Я подумаю об этом завтра» Последняя мысль как цитата из любимого романа промелькнула и исчезла. Руки скользнули под рубашку Кларк и от соприкосновения с горячей нежной кожей по телу прошёл разряд. Блондинка вздрогнула и прижалась теснее, отвечая на поцелуй. Её пальцы зарылись в кудри шатенки на затылке, притягивая её губы ближе. Ей хотелось так много. Эмоции и ощущения накрывали её с головой. Чувствовала ли она когда-либо такое возбуждение от поцелуев? Определённо нет. Такую жажду по прикосновениям? Точно нет. Все её тело словно ожило и начало жить своей жизнью. Она вжималась в Лексу теснее, царапала нежную кожу шеи, скользила рукой в ворот футболки ища более тесного контакта. Губы Лексы медленно оторвались от губ Кларк, но тут же переместился на шею и Кларк рефлекторно выгнулась. Горячее дыхание, лёгкие покусывания и язык, зализывающий укусы. Пальцы Лексы переместились на пуговицы рубашки и медленно начали их расстегивать. Но вдруг остановились. Она вновь заглянула в глаза Кларк. И получила безмолвное разрешение. Рубашка упала на пол. Узел в животе Лексы стал тяжелее. Молочно-белая кожа и грудь, прикрытая лёгким кружевом. Зелёные глаза стали почти черными от увиденного. Несколько секунд шатенка молча любовалась телом, о котором грезила. И точно знала, что теперь до конца жизни не сможет забыть эту картину. Рука накрыла грудь, чувствуя затвердевший сосок через ткань кружева. Она вновь прильнула к шее блондинки, к неистово бьющейся венке и медленно начала спускаться вниз. Стоны и всхлипы Кларк заставляли все её тело вибрировать от возбуждения. Мягкость и податливость тела под её руками и губами заставляли хотеть большего. Она пыталась замедлиться, пыталась все сделать нежно и мягко, но… Руки уже отодвинули кружево и губы накрыли сосок, прикусывая и обжигая. Кларк чувствовала, как внутри растёт пламя. Дикий, безумный пожар, испепеляющий нервные окончания. Тяжёлый узел внутри, горячая влага между бедер. Она могла бы задуматься, могла бы удивиться скорости реакции своего тела на прикосновения Лексы, если бы могла сейчас думать. Но мыслей не было. Только желание. Всепоглащающее желание. Желание Лексы. Если бы она могла думать, она бы задумалась о правильности происходящего. — Лекса, пожалуйста… — шепчет Кларк, стараясь прижать губы шатенки ближе. Подаётся бёдрами вперед, желая ослабить нарастающую пульсацию между ног. Прижаться центром к бедру шатенки. — Не здесь, — Лекса почти хрипит. — Кровать? Кларк пытается сообразить, что хочет Лекса. Сквозь возбуждение и лихорадочное желание она взмахом руки указывает на второй этаж и вновь впечатывает свое тело в шатенку. Блондинка даже не поняла, как они оказались в спальне. Лекса мягко опустила её на кровать и замерла над ней. — Сними, — Кларк потянула её за край футболки. Лекса быстро стянула футболку через голову, оставшись в спортивном топе. — И это, — кивок на оставшуюся одежду. Лекса замешкалась, но горящий взгляд Кларк не давал ей времени на раздумья. Через секунду она полностью обнажённая стояла перед блондинкой. Кларк пожирала её глазами. Хрупкое, но в тоже время сильное тело, тонкие ключицы, небольшая крепкая грудь, чётко очерченный пресс. Руки блондинки потянулись к пуговице её брюк, но были перехвачены шатенкой. Через пару мгновений Кларк была полностью обнажена. Лекса могла бы часами вот так стоять и любоваться. Ей так казалось. Но её тело считал по другому. Медленно она сделала шаг вперед, опускаясь на блондинку. Их тела идеально подошли друг другу. Кларк застонала, ощущая как твёрдые соски прижались к её коже. губы шатенки медленно покрывали её тело поцелуями, оставляя влажные дорожки. Кларк извивалась под ней, желая разрядки. Возбуждение становилось невыносимым и требовало выхода. Лекса сдерживалась изо всех сил, медленно исследуя Кларк. Пальцы плавно скользила по шее, ниже по груди, едва коснувшись чувствительных сосков. Кларк застонала громче, выгнулась, пытаясь продлить контакт. Пальцы двинулись ниже по ребрам, по животу и замерли в паре сантиметров от центра. — Посмотри на меня, — прошептала Лекса, глядя в прикрытые глаза блондинки. И когда они открылись и сфокусировались на ней, мягко скользнула пальцами между влажных складок, осторожно надавливая на клитор. Кларк выгнулась и застонала. Но взгляд не отвела. Лекса потерялась в ощущениях. Кларк такая мокрая, горячая, чувственная. Для нее. Для Лексы. Пальцы шатенки поглаживали, надавливали, скользили. Блондинка тяжело дышала, подаваясь вперёд бедрами, пытаясь прижаться ближе, теснее к пальцам. Её глаза медленно закрылись. — Кларк, — тихий шопот и пальцы остановились. Лекса не могла объяснить, но ей было сейчас важно, необходимо, чтоб Кларк видела ее, понимала, кто с ней. Голубые глаза вновь открылись и вцепились взглядом в шатенку. — Лекса, пожалуйста, — блондинка не знала о чем просит. Тяжесть внизу живота требовала разрядки. — Что ты хочешь? — тихий хриплый шёпот почти у самых губ. — Тебя. — Я тут. Блондинка собрала последние силы. — Тебя…внутри… Пожалуйста… Хеда… Два пальца сгользнули в горячую влажность. Кларк выгнулась и вцепилась пальцами в простынь. Но не отводила взгляд от Лексы. Она готова была взорваться от удовольствия, когда пальцы Лексы заполнили ее. Начали медленное движение, толчки усиливались, большой палец надавливал на ее центр. Кларк раздвинула бедра шире и Лекса прижалась к одному, пытаясь хоть как-то ослабить собственное безумное желание. Кларк чувствовала Лексу везде. Её пальцы заполняли, её тело прижималось. Её влага. Блондинка чувствовала её влагу на своём бедре и это сейчас было самой естественной и возбуждающей вещью в мире. Лекса быстро и умело подводила Кларк к разрядке. И почувствовав, как Кларк напряглась, готовясь кончить, быстро переместилась и оказалась между её ног, захватывая клитор губами, продолжая ритмично входить пальцами. — Господи, Лекса, — громко простонала Кларк и выгнулась от горячей волны, пронесшейся по её телу. Её сознание спуталось. Оргазм ошеломил ее. Мощный, интенсивный, от которого тело стало ватным и невесомым. И лишь лёгкие прикосновения языка Лексы между бедер держали её от обморока. Вторая судорога прошла по телу и блондинка вновь выгнулась и сжала Лексу бедрами, выкрикивая её имя. Лекса закусила губу. Кларк, разметавшаяся в постели после оргазма, покрытая лёгкой испариной. Это было прекрасно. Голубые глаза медленно открылись. Блондинка ещё приходила в себя. Лёгкая улыбка появилась на её губах. — Кажется пора мне вернуть долг, — Кларк прижалась к Лексе. шатенка улыбнулась уголком губ и покачала головой. — Эта ночь только твоя, небесная девчонка, — и медленно вовлекла блондинку в новый поцелуй, вновь распаляя желание.