Возвращая жизнь

Месяц спустя. Закончив совещание Лекса вышла из штаба и подняла лицо к небу. Полуденное солнце нестерпимо жгло кожу. Ветер, сухой и горячий, гнал песок, мешал открыть глаза и сделать глубокий вдох. Он забивал пыль в волосы и рот, оставлял песчинки скрипеть на зубах, а на языке вкус грязи и жухлой травы. Он словно пытался прогнать непрошенных гостей, подталкивая их в спину и забивая глаза мусором. Футболка, мокрая от пота, противно прилипала к телу. Лексе безумно хотелось сейчас оказаться под струями прохладного душа и смыть с себя всю грязь и накопившуюся усталость последних дней. Но сейчас она могла себе позволить лишь смотреть в даль, щурясь от солнца и прикрывая глаза козырьком кепки, в надежде увидеть клубы пыли, поднимаемые джипами группы Линкольна. С тех пор, как два дня назад Линкольн перестал выходить на связь, она не находила себе места. Нет, Лекса знала, что с другом все в порядке, верила в это и надеялась, что чутье её не подводит. Но… всегда оставалось крохотное но, мешавшее ей нормально спать и есть. Она отдала приказ и теперь Линкольн черт знает где и жив ли вообще. Она устало потерла покрасневшие от недосыпания и ветра глаза и села в пластиковый складной стул, который кто-то из солдат притащил под небольшой брезентовый навес, не защищавший от жары, но даривший иллюзию тенистой прохлады. «Где же ты, Линк, черт бы тебя побрал» — Мерфи! Молодой короткостриженый парень появился словно из-под земли и вытянулся по стойке смирно. — Командующая. — Ну хоть ты не начинай, — Лекса смерила его суровым взглядом, но он лишь улыбнулся. — Вольно. Слышно что-нибудь в эфире? Он отрицательно покачал головой и провел ладонью по лбу, стряхивая испарину. Линкольн его недолюбливал, считал слишком хитрым и скользким типом, часто и много болтающим не по делу. Он иногда напоминал ей хорька. Но в бою не подводил, чем и заслужил расположение Лексы. — Собери группу. Пять человек. Ты тоже. Только проверенных бойцов. — Думаешь случилась какая то задница? Линкольн и раньше пропадал. Помнишь однажды их группы не было почти пять дней. А потом они явились как ни в чем не бывало. — В тот раз они едва смогли вернуться. Не хочу рисковать. Время их разведки вышло, а у нас никакой информации. Поэтому собирай. У вас час на сборы. Он кивнул и так же быстро исчез как и появился. Лекса заканчивала сборы, когда в дверь постучали и в дверях возник Мерфи, полностью одетый и с оружием в руках. Его брови взлетели вверх от удивления, когда он сообразил, что Лекса стоит перед ним полностью облаченная в полевую форму и крепит ножны на бедре. — Полковник? — Выдвигаемся через пять минут. Маршрут через последний сеанс связи. Начнём оттуда. — Лекса ты не можешь. Она смерила его тяжелым взглядом и он неосознанно сделал шаг назад. — Я что-то пропустила и теперь ты отдаёшь приказы? — Я не это имел ввиду. Ты командующая. Пыль и грязь месить не твоя работа. — Скажи мне это ещё раз, когда твоя задница окажется под шквальным огнем. В прошлый раз ты был не против моей компании. — Я не это хотел сказать. — Не нужно ничего говорить. Пять минут. Не успела дверь закрыться как снова раздался стук. Лекса почувствовала, как внутри поднимается раздражение. — Что еще? — Полковник. Мэм, — в дверях возник солдат. — Майор Трикру только что вышел на связь. Они возвращаются. — Целы? — Так точно. — Свободен. Ночь уже вступила в свои права, когда наконец Линкольн с группой вернулись на базу. Лекса нервно мерила шагами кабинет, ожидая, когда друг наконец явится. — Рассказывай, — женщина села за стол, как только дверь распахнулась и на пороге появился потрепанный. но живой Линк. — Попали в засаду. Пришлось отлеживаться, пока наш след не потеряли. Данные по заложникам не подтвердились. — Уверен? — Много шумихи и изображения бурной деятельности. Три десятка вооружённых до зубов боевиков. Но заложников там нет. Судя по всему их там и не было. Либо их сразу перевезли в другое место. — Я поняла тебя. Будем прочесывать квадрат за квадратом. Не думаю, что их перевезли куда-то далеко. Эти ублюдки заложниками как щитом прикрываться будут, когда дело запахнет жареным. Мы с таким уже сталкивались в Ираке. Линкольн согласно кивнул. — Мне тут шепнули, что ты мою задницу спасать собралась? — он улыбнулся. — Кто-то должен. Рада, что ты в порядке. — Лекса если ты не против я бы отдохнул. Передать от тебя привет Кларк? Позвоню Октавии. Лекса приняла душ и с удовольствием растянулась на жёсткой неудобной койке. Но сейчас эта кровать казалась ей самым удобным ложем, на котором ей когда-либо доводилось спать. Наконец-то этот сумасшедший день закончился. И закончился относительно неплохо. Группа вернулась без потерь. Уже хорошо. Мысли медленно повернули с рабочей дорожки к одной блондинке. Интересно чем она сейчас занимается. Они созванивались пару раз в неделю на несколько минут. Больше не позволяло расписание Лексы. Она скучала по Кларк. Это осознание ударило её в солнечное сплетение и растеклось по венам тоской и грустью. Раньше она могла абстрагироваться, не думать, не вспоминать. Но не сейчас. Сейчас мысли о Кларк не покидали её ни днем ни ночью. Кларк была первой, о ком она думала просыпаясь, и последней, о ком она думала, засыпая. Лекса готова была начать зачеркивать дни в календаре, если бы это помогло хоть немного приблизить их встречу. За дверью послышался топот и она резко распахнулась. На пороге стоял Линкольн. — Когда ты разговаривала с Кларк в последний раз? Лекса села на кровати, пытаясь стряхнуть остатки сна. — Два дня назад. Какого черта происходит? — Я только что разговаривал с Окти. Кларк пропала. — В смысле пропала? — Лекса соскочила с кровати ни капли не смущаясь, что стоит перед Линком в одном нижнем белье. Он и бровью не повел. — Не вышла на работу. Эбби заехала к ней домой. Там погром, Кларк исчезла. — А ребенок? — Лекса почувствовала, как в ней поднимается волна ужаса. — Девочка с матерью Кларк. Они подали заявление в полицию, но пока никакой информации. Лекса пошатнулась и Линкольн вовремя подхватил ее. — Лекса! Линкольн наблюдал, как Лекса быстро собирает сумку — Да остановись же ты. Но она его не слушала и не слышала. Он шагнул к ней и положил руку ей на плечо. — Ты ничем не поможешь. Этим занимается полиция. Её ищут и найдут. — Однажды я уже подвела ее. — А сейчас ты подведешь страну. Лекса, опомнись. Оглядись вокруг. Ты не забыла где мы? Тебе никто не позволит сорваться со службы. Люди здесь зависят от тебя. Они нуждаются в тебе. — Она нуждается во мне. А я в ней. Если с ней что-нибудь случится я не переживу этого. Я не могу её потерять. Только не сейчас. Не снова. — Лекса, у нас есть долг. — К черту. — Если ты выйдешь с базы и вернёшься в Штаты до окончания миссии — это трибунал. Ты понимаешь это? Мне нравится Кларк, но ты сейчас одним неверный решением всю свою жизнь под откос пустишь. Тебя объявят военной преступницей и дезертиром. Лекса подняла лицо к потолку, пытаясь сдержать слезы. Её плечи поникли, как — будто тяжесть всего мира легла ей на плечи. Линкольн наблюдал за внутренней борьбой женщины. Как долг борется с чувствами. Её спина выпрямилась. И Линкольн знал по этому движению, что решение принято. Она обернулась. Её лицо превратилось в непроницаемую маску. — Я однажды уже предала её своим побегом. Я люблю её всю свою жизнь. И если трибунал и тюрьма — это все, что я получу, значит так тому и быть. Дай мне двенадцать часов. Потом сообщи командованию, что я покинула базу. Она подхватила сумку и не оборачиваясь вышла.