самая красивая девочка на потоке

Отражение диско шара, цветными плевочками света скользят по стенам в неразборчивом темпе. В квартире повис запах «юности», который на деле же, был запахом алкоголя и дешёвого, противно ядерного парфюма. Эрен готов поклясться, от оседающего в горле «Azzaro Chrome», его тошнит больше, чем от палёного виски, который он выпил будучи мальчишкой. Студенческая вакханалия давала странное, ни на что не похожее чувство эйфории. Голоса, музыка и звуки бьющихся бутылок сливаются в одно, но Эрен четко слышит разговор компании. — я думаю, что у нас на потоке самая красивая— лениво работая языком, будто не совсем совладая с ним, Конни трет горлышко пивной бутылки и не думая выпаливает — Микаса...Она такая крутая — тон у парня, скорее восхищённый и восторженный, но пьяные разумы товарищей, все толкают к романтике. Люди неразборчиво передвигаются, двигают бедрами и руками, от таких танцев неприятно кружится голова. Эрен медленно моргает и переводит затуманенный взгляд с танцпола на друзей, все странно напрягаются, кажется, Микаса его сводная сестра и говорить о ней сейчас…неприлично — самый красивый на потоке это Жан — Эрен странно улыбается и снова отворачивается к танцполу, выискивая «самую красивую девчонку универа». Парни сидящие позади Эрена, подобно спичкам, разгораются в тихом хихиканье, а после тушуются в неискренних извинениях. Наверняка это была шутка? Нет, Жан не красив. Он охуеть как красив Голова кружилась, размывая звуки и образы перед глазами, такое месиво выбивало последние остатки трезвости, но вселяло больше уверенности. На ватных ногах, Эрен двигается куда-то в глубь толпы, имитирующей танец. Где-то там, как успел заметить или сгенерировать полупьяный разум Эрена, около Жана трется первокурсница. И ох, как же она плохо смотрелась рядом с Жаном. Так нагло портила его картинность и обнимала за талию, что тянуло блевать. По скромному мнению Эрена, он на ее месте смотрелся бы правильнее. Распаленная ревность Йегера, била его куда-то в голову, заставляя тараканов одновременно с студентами выплясывать что-то глупое. — эй, Жан — Эрен крепко кладет руку на плечо Кирштайна и силой тянет на себя, девочка рядом от неожиданности отскакивает и выдает вразумительное признание, мол как неловко получилось. На лице Жана же выражение совершенно благодарное, подливает масло в огонь самолюбия Эрена — ты…ахуеть какой красивый — что? — Жан давит улыбку, смотря на Йегера, как на идиота и аккуратно переводит взгляд за его плечо, пытаясь разглядеть сколько тот выпил. Потому что такое признание тянет на три бутылки шампанского. Неуверенно кивая, Кирштайн виновато смотрит на девушку, все ещё ждущая ответного внимания и тихо шепчет сотни извинений, прежде чем уйти. Блондин аккуратно тянет за собой Эрена, неаккуратные шаги которого создавали ощущение того, что он только научился ходить. Пьяный Эрен Йегер, как и чувство, что ему надо помочь восторга не вселяло, но успокаивал факт, что его компания была совсем чуть-чуть лучше, чем компания незнакомой первокурсницы. — ну и что это за херь, Йегер? — Жан выгибает бровь, недовольно складывая руки на груди. Он сидит на бортике ванной и осуждающе смотрит на Эрена, вымывающего хмельное состояние ледяной водой. На лице Жана отвращения от ситуации нет. Если бы он был честным с собой, то наконец принял, что от комплимента Эрена он ощутил приятное покалывание на затылке. Эрен на причитания одногруппника, лишь страдальчески бурчит. Сейчас, Жан похож на маму, которая отчитывает пьяного сына в пубертате. От такого сравнения, Эрен валится на раковину, подавляя смех. Жан закатывает глаза, придерживая Эрена рукой, неожиданно для себя находя в груди колющее волнение за состояние Смертника. — Жан. Я трезвый —выпрямляется и смотрит так нежно искренне, что Жан ощущает себя так, будто пил он, а не Эрен — круто, хорошо. — давай поцелуемся? — это пиздецки странно, Йегер — Жан мотает головой и тихо смеётся. Нет. Не это. Пиздецки странно самостоятельно притянуть Йегера и поцеловать его так, будто от этого зависит их жизнь — думает Жан, когда сидит перед Эреном на стиральной машинке и плавится от его ласки. Они оба знают, чем должен закончиться их поцелуй и никто не возражает. Эрен целуется жадно и грубо, до дрожи в коленях. Крепкой ладонью, он несильно сжимает шею, тянет на себя и медленно сминает чужие губы, честно стараясь быть с Жаном нежнее. Потому что Жан воплощение искусства. Его не просто хотелось целовать или не просто лапать. Его хотелось любить и ласкать так, чтобы тот задохнулся, но понял, насколько Эрен им восхищался. Но на нежность, ни у кого из них, в голове не осталось места. По крайней мере сейчас. Кирштайн тонкими пальцами гладит позвоночник и сжимает загривок, совершенно не уступает в желании забрать власть и все это начинает походить на очередное соревнование. Каждый пытается уничтожить друг-друга. Эрен грубым желанием, а Жан нежностью и чуткостью. Каждый выбрал стратегию правильную, доводя один другого до состояния полусмерти. Жан тянется рукой к брюкам Эрена, расслабляет бляшку ремня. Но тут же разочаровывается. Его запястья перехватывают и тянут вниз, заставляя снова оказаться на полу. — что, стесняешься, Эрен? — голос Жана должен был звучать насмешливо, но из груди выходит лишь сиплый шепот. — очень стесняюсь, Жан — парень смеётся и опускается на колени перед Жаном. То жест абсолютной покорности и восхищения — попытаешься сделать что-то сам и я тебе руки переломаю — очень романтично — кивает и следит за Эреном сверху-вниз. Наблюдает за тем, как горячие ладони Эрена рывком снимают нижнюю одежду и ощупывают бедра, а после стыдливо переводит взгляд. Смотреть за тем, как чертов Эрен Йегер сидит на коленях, перед голым тобой было…Более, чем просто смущающе. — что, стесняешься, Жан? — улыбается и передразнивает, завязывая волосы на затылке в тугой хвост. Взяв основание члена в ладонь, он круговыми движениями оглаживает головку, размазывает предэякулят и вместе с ним, видимо, размазал остатки гордости Жана. Сверху слышится сдавленный стон и Эрен расценивает это как плюс балл к его победе. Заставить коленки Кирштайна подрагивать от возбуждения и краснеть, это как минимум достижение. — ты столько раз дрочил на мысли обо мне, чтобы теперь молчать, Жан? — Эрен блядски противный. Особенно, когда так нежно тянет его имя у самого члена. Эрен оставляет мягкий поцелуй на тазовой кости и трётся щекой о бедро. — ты невероятный — ещё поцелуй в бедро и нежно оглаживающее движение по ягодице — красивый и нежный. И сильный. Жан, слышишь? Эрен не церемонится, берет в рот головку и сжимает дрожащие бедра ладонями, обводит языком уздечку и прикрывает глаза. Жан рукой цепляется за плечо и опускает голову вниз, втягивая влажный воздух одним крупным вдохом. И думает, что после этого самостоятельно доставлять себе удовольствие он не сможет. Эрен двигает головой, заглатывает глубже и стонет. Жан пошло скулит и думает, что если Эрен и дальше будет так медленно двигаться, он умрет. Внизу живота тянет и Кирштайн из последних сил держится, чтобы не толкнуться в глотку Йегеру Резко Эрен берет до основания, сжимает бедро до боли и упираясь носом в лобок пытается услышать или почувствовать реакцию Жана. Но тот лишь снова мычит и шепчет что-то слащаво нежное. Пара быстрых движений в рваном темпе и Эрен останавливается, жмурится, когда ощущает на языке сладко-горьковатый привкус спермы. Отстраняясь, Эрен утирает подбородок тыльной стороной ладони и аккуратно целует Жана в шею.