Unsaints

Воскресенье, 22 октября Чуть подседевший мужчина в строгом костюме поставил у портрета женщины с чёрной лентой, обложенного со всех сторон цветами, последнюю свечу и зажёг её. После, он повернулся к людям, сидевшим, опустив головы, и обратился к ним же. - Дорогие наши последователи, сегодня мы собрались в нашем храме, в нашей обители, чтобы почтить память нашей Святой Матери Полихимнии. 9 Дней как не стало нашей святыни, нашей спасительницы. Только перерождение её сможет восполнить эту ужасную утрату. Да святится её имя, Аминь! - Аминь! - хором отвечали прихожане. - Так помолимся же за неё! За... - пламенную речь главы церкви прервал парень в чёрных церковных одеждах влетевший в зал собраний. Послышался очередной раскат грома, сверкнула молния. За окном бушевала гроза. - Отец Садам! - Да как ты смеешь прерывать службу!? - Не гневайтесь, прошу. Там, на крыльце.. - за спиной первого появился второй парень с мокрым свёртком на руках. Ребёнок. У парнишки на руках был ребёнок примерно недели от роду, закутаный в одно белое одеялко. Обомлевший от такой неожиданной находки, Отец взял малыша на руки и взглянул на его блаженное спящее личико. Ребёнок был холодный, продрогший, но живой. - И вот... у него в одеялке было это. - первый прибежавший парень подал записку, половина слов в ней была размыта каплями дождя или слезами матери, которой пришлось оставить своё дитя. 《Его зовут Чимин. Он родился 13 октября. Прошу, позаботьтесь о мальчике.》 - прочитал просебя Отец Садам и убрал бумажку в карман брюк. - Возрадуйтесь! Чудо пришло в нашу церковь! Этот ребёнок - перерождение нашей Святой Матери! Анжелус, в миру Чимин, - ваша новая святыня. Никто не смеет и пальцем его касаться, кроме кормилицы, коей станет одна единственная благославлённая мной прихожанка. Есть среди вас кормящие матери? - впервые за всё время существования церкви Матери Полихимнии обратился к женщинам-прихожанкам Отец Садам. Одна из девушек и женщин, смиренно стоявших на коленях перед алтарём, неуверенно подняла руку. Ей была молодая девушка, чей ребёнок умер при родах. - Ох, ЁСоль. Порождение твоих чресел почило наш мир ещё и не сделав первого вдоха... так выполни свой священный долг с этим младенцем. Я тебя благославляю. - мужчина отдал маленького Чимина в руки новой матери-кормилецы. В зале поднялся радостный гул. Соль аккуратно приложила внешнюю сторону ладони к красной щёчке малыша и ужаснулась. Он был ледяной. - Отец Садам, молю, позвольте его согреть и накормить сейчас. Он замёрз. Иначе малыш погибнет... - Ступай. Ступай в жилой дом, на второй этаж в пустую комнату подле моей. - Благодарю, Святой Отец Садам! - девушка побежала с ребёнком прочь, по длинному переходу, в дом и на второй этаж. Ё аккуратно уложила Чи на кровать и избавила от мокрого одеяльца, она потёрла руки и стала ладошками активно растирать маленькое хрупкое тельце малыша: ручки, ножки, животик. Малыш Пак заплакал от таких действий. - Ну всё-всё, малыш, всё хорошо. - женщина расстегнула кофточку и приложила младенца к груди, постепенно он стал затихать и успокоился. Мальчишку покормили грудью, поменяли пелёнки на свежие и уложили спать. Как-то так в самый хмурый дождливый день в Корее в церкви Святой Матери Полихимнии появилось маленькое счастье по имени Чимин. Конечно мальчик не был какой-то там реинкарнацией, перерождением или ещё чем подобным, но ребёночек был прелестный. Несмотря на все беспокойства и тревожные ожидания, связанные с появлением самого юного постояльца церковного общежития, там было всё так же тихо и спокойно, как раньше. Чимин с пелёнок был тише, спокойнее других детей. Малыш намного чаще улыбался, нежели плакал. Хоть не было у него ни матери, ни отца, он был самым счастливым ребёнком в мире, ведь его окружало столько людей! Дяденьки, мальчики, дедушки и юноши. Все улыбались, что-то рассказывали ему, вот только прикасались к нему только парочка человек: Отец Садам и кормилица. Оформили ребёнка кое-как... наврав с 3 короба, Мун СынМен (Садам) и Пак ЁСоль получили на руки свидетельство о рождении. Ё выкармливала мальчика до 3-х лет, а после в этом просто не было нужды. Так из окружения Чи исчез первый человек. Мальчик рос быстро, щупленький, но здоровый. Скоро он стал ползать, ходить, а потом и говорить научился. Когда Минни было лет 5, мальчишки наговорили ему всякого... что подкинули его, что родителей у него нет, что он не такой. Не вынес малыш, расплакался, да в комнату убежал. Но даже там ему было слышно как хулиганов секут розгами. После этого мальчика стали растить совсем как хрустального. Прикасаться к нему запрещено, лишнего слова молвить нельзя. Дни и ночи проводил он в гордом одиночестве, один в пустой комнате. Его обучением занимался лично СынМен, так что и в школе как-то контактировать с детьми и учителями у него возможности не было. Единственным спасением от этой тоски зелёной и бесконечного одиночества были сотни книг из библиотеки, в которую Чим тайком от всех пробирался, почти источенный карандашик, позволявший ему рисовать, и живописный вид из окна. Самое ценное качество мальчишки было в том, что он замечал те мелочи, что мы обычно упускаем из виду, не придаём им никакого значения, а Пак им искренне радуется. Вот солнышко вышло, землю пригревает; прячась от солнца, поскакала в тенёк под кустом лягушка; мама-корова кормит телёнка молоком. А однажды в комнату через форточку залетела маленькая светленькая бабочка - лимонница, всё кружила вокруг, то на плечо Чиминке сядет, то на нос. У Чи наконец появился маленький молчаливый друг. Мальчишка разговаривал с бабочкой, рисовал её, оставлял фрукты с обедов, чтобы подкормить её, но однажды когда проснулся не увидел знакомое зеленовато-жёлтое пятнышко на одеяле. Поднявшись, он увидел, что его друг неподвижно лежит на подоконнике. Бабочка умерла. Целый день он безутешно ревел о такой большой для него потере. Вскоре и его вылазки в библиотеку пресекли, читать он мог только те книги, которые одобрил Отец Садам. Чи, как и все дети был очень активным, но в виду вынужденного затворничества, энергию приходилось выплёскивать прыгая на кровати, отжимаясь, качая пресс и занимаясь прочей полезной активностью в пределах комнаты. Но были и плюсы в его жизни, отличной от жизни других детей и подростков. У Пака был личный сан. узел и в отличие от остальных, ему разрешалось пользоваться антиперсперантами, бритвенными принадлежностями и одежду носить ему можно было современную, не только церковную. Так год за годом Чимин, рос, учился, взрослел и делил свой маленький мирок с книжками да рисунками. И каждый новый день у него проходил, как предыдущий. Даже незаметно как-то пролетело полтора с лишним десятка лет. Раннее утро последнего дня мая. Тихо скрипя открывается дверь в освещённую только светом солнца комнатку. - Анжелус, солнце уже встало, и тебе пора бы. - мягким тоном стал будить парнишку Сын. Мужчина тихонько присел на край кровати и стянул с названного сына одеяло. Чим нехотя открыл глаза и, сонно потягиваясь, поднялся. Мен взглянул на Пака и вздохнул. Перед ним был уже не мальчуган, что, казалось, ещё вчера под стол пешком ходил, а рослый, красивый юноша: чуть худощавое, но подтянутое тело, буквально утонувшее в объёмной белой футболке, отросшие, волнистые волосы выше плеч, фарфоровая кожа, выразительные глазки и пухлые, розовые губки. Словом, внешность полностью оправдывает второе имя. - Ох, мальчик мой. Моргнуть не успел, а ты уже так возмужал. Тебе же 18-й год пошёл? Как время летит неумолимо... - Верно говорите, Святой Отец Садам. - Да не об этом я говорить пришёл... вот чемодан, собирай вещи. Сегодня едешь с другими старшими ребятами в лагерь. - К-как... Святой Отец.. - Пак без приувелечений обомлел от такой неожиданной новости. Столько лет его и из опочивальни-то собственной не выпускали, а тут самое настоящее путешествие! - Надо же и тебе хоть одно лето отгулять. Едите вы на остров Чеджу. Море хоть увидишь. - Прошу, п-погодите! Лето? То есть на все 3 месяца нас отпускаете? - Ты так не волнуйся, они очень быстро пролетят, я тебя уверяю. Раз под программу попали, так надо пользоваться сполна. - парня переполняли противоречивые эмоции: с одной стороны он уже пытался представить себе запах моря, солнечный пляж, а с другой... беспокойство какое-то терзало его душу. Незнакомое место, куча людей, случись что и обратиться не к кому. - Так, полно пустой болтовни. У вас всего пара часов до отъезду. Собирай чемодан, одевайся, да выходи. На автобус, на самолёт и на месте будете. - Отец Садам погладил Чимина по голове, встал, да и вышел, а Чи всё понять не мог с чего ему начать. Минут 15 просидел, перебирая разные варианты списка вещей, так ни к чему и не прийдя, молодой человек решил просто руководствоваться приоритетами, скажем так, сгребал то, без чего выжить не сможет. Мыльно-рыльное, полотенце, одежда, пара книг, ну и куда же без единственной и самой любимой игрушки. - Анжелус, все в сборе поди уже. Спускаться надо бы. - Да-да, Отец Садам, бегу! - юноша схватил наспех собранные пожитки и шустро спустился вниз. СынМен дал наставление, усадил парня в автобус, так спокойно в путь и отправил. Добрались до аэропорта парни будто и не за час, а за какие-то пару минут, так быстро время пролетело. Выгнали всех на улицу, повели в здание аэропорта. Минни пару раз успел потеряться и перепугаться чуть ли не до сердечного приступа, но нашли бедолагу, после регистрации, сдачи багажа, посадили на самолёт. Весь час Чим с ужасом и восторгом смотрел в маленькое окошко и не мог поверить, что пролетает над облаками, что всегда надменно смотрели на него сверху вниз. Самолёт приземлился, наша делегация быстренько забрала багаж, вышла на улицу и снова загрузилась в автобус. Там их уже встречали пара вожатых и организатор (по совместительству тоже вожатый). - Ребят, всем доброго дня. Надеюсь, что вы хорошо добрались, а ещё больше надеюсь, что вы хорошенько повеселитесь в нашем центре. Уверен, что вам понравится. Зовут меня Чон ХоСок, я организатор вашего досуга и основатель нашего лагеря для взрослых. Думаю, разница в возрасте у нас небольшая, так что можете обращаться ко мне Хоби-хён или... - взгляд парня выцепил из толпы молодых людей бледную фигурку юноши в тоненьком жёлто-фиолетовом полосатом свитере. Он сидел один, задумчиво глядел в окно, теребя рукав, и старался не встречаться ни с кем взглядом, по крайней мере так казалось. - ...или просто Хоби. Через 20 минут уже будем на месте. Все вопросы ко мне или вашим вожатым - ГанЧи и ТонРё. - Хо отключил микрофон и занял своё место, на его лице появилась лёгкая ухмылочка. - Посмотрите, да наш Хо наконец-то выбрал себе цель. Не прошло и трёх лет. - посмеиваясь и активно толкая локтём в бок приятеля, ёрничал Тон. - Что же там за задница такая удивительная, что смогла покорить саму "крепость ЧонХо"? - подватил волну стёба ГанЧи. - Вы посмотрите какой прелестный. Так вырос... - Чон не слышал всех этих подколов, он был глубоко погружён в свои мысли. Сконфуженные таким ответом парни предпочли просто промолчать.