Визави

Чонгук правда вменяемый. Честно-честно. Он не пропускает ни одного планового медосмотра и проходит даже психолога. А как иначе? Он спортсмен. Ему нужно ответственно относиться к своему здоровью. Ментальному тоже. Но он просто не знает как себя сдержать. Стоит лишь увидеть его лицо, сердце ускоряет свой темп в три раза, а адреналин бьет беспощадно в голову. Это похоже на прыжок с парашютом. Или даже встрече с диким зверем. А у человека три реакции на опасность. Стой. Беги. Или бей. И вы ни за что не догадаетесь что выбирает Чонгук. Чон и его команда представляют свою школу на каждом соревновании по футболу. Тренер кричит с другого конца поля, чтобы Гук продолжал бежать, отдавал пасы и забивал голы. В такие моменты обычные люди и чувствуют прилив адреналина. Гормон не дает Чонгуку устать раньше времени, заставляет двигаться, не думать, а действовать на автомате. Как робот в чьи схемы записаны лишь нужные коды. В ситуации с Ким долбанным Тэхеном происходит то же самое. Чонгук не думает. Действует больше на автомате. Так, как привык добиваться цели. Бежать, отдавать пасы и бить. Не сказать, что товарищи по команде делают лучше. Большинство из них не встревает в перепалку боясь тоже попасть под удар, но и не пытаются хоть как-то остановить это безумие. Иногда пускают злобные смешки, улюлюкают, стоят в сторонке. Чонгук был бы рад это прекратить, но не знает как. Каждый раз при виде Тэхена, его улыбки, сожжённых краской волос, его глаз с яростью и бесстрашием смотрящих в ответ прямо в глаза Чона, второго просто будто окунают в ледяную воду. Он ничего не слышит, не видит, не чувствует. Когда Чонгук и его товарищи по команде собираются выпивать, то не могут не затронуть тему буллинга Ким Тэхена. И того, что же он такого сделал, что их главный нападающий не переносит даже присутствия в одной с ним комнате. Чонгук лишь молчит и льнет губами к горлу бутылки, чтобы сделать глоток пива. Оно дешевое, невкусное, похожее больше на ссанину. Такое же, как и его, ничего не стоящие чувства. Он не может точно сказать, что же именно Ким ему сделал. Видимо родился внешне похожим на ангела. Эти побои и бесконечный поток обидных слов с обеих сторон начались с первого учебного дня. Чонгук смотрел правде в глаза и понимал, что просто-напросто невъебически хочет Тэхена. Во всех смыслах этого слова. Вот и вся причина его сумасшествия. Но никогда не признается в этом кому-либо еще. Не раньше, чем найдет способ вести себя не как неандерталец и извиниться перед Тэхеном за то, что превратил всю его школьную жизнь в кромешный ад. Широкие двери со скрипом открываются, когда он и вся его команда тупоголовых качков вваливаются в стены школы с громким смехом. Они вспоминали последнюю тренировку и спорили кого на этот раз пошлют с поручением к медсестре, по которой тренер так писался. Но в одну секунду все звуки стихли. Уши заложило, наступила гробовая тишина, в которой Чонгук слышал лишь собственное сердце пытающееся пробить грудную клетку. Он как в забвении идет дальше по коридору наполненному другими школьниками. Брюнет не замечает, что его друзья остались позади. Не замечает, что все остальные в коридоре следят за ним хищными и испуганными взглядами. Кто-то уже на коротком спуске, чтобы бежать за помощью к учителю, ведь Чон Чонгук и Ким Тэхен снова вцепились друг другу в глотки. Тэхен замечает его лишь спустя время, когда до него остается шагов 10, не больше. Яркая, такая красивая, квадратная улыбка сходит с губ, а во взгляде появляются решительность и усталость. Он не боится, но эти "свидания" ему явно надоели. Чонгук цепляется взглядом за ссадину на брови. Это футболист оставил Киму на прошлой неделе в столовой. Спускается ниже к небольшому синяку на скуле. Он оставил его в этот понедельник в кабинете химии. У Гука на губе тоже была ссадина. Ее ему оставил Тэхен позавчера во дворе школы. Чонгук с грустью смотрел в зеркало на эту ссадину. Постоянно проходился по нему языком чувствуя металлический вкус крови и не торопился наносить мазь, чтобы рана скорее зажила. Он бы принял от Тэхена любой удар. Но она стала ему немым напоминанием о том, что это он наносил такие же Киму по несколько раз в неделю. И нет Чонгуку прощения. Он хотел порвать себя в клочья, за то, что причинил Тэ вред. Он искренне верил, что это лицо было создано для того, чтобы его целовали. А эти руки для того, чтобы их крепко держали и гарантировали этому телу безопасность. Но Чонгук в очередной раз подходит к Тэхену и бросает обидные слова, которые блондин глотает комом в горле. И отвечает. Чонгук не слышит, не понимает, но точно знает, как же сильно ему хочется вгрызться в губы, с которых срывались отвращение и гнев. Парень напротив уже вскипал и был готов в любую секунду броситься на Чона выцарапывать глаза. Но брюнет выплевывает какую-то очередную токсичную хрень и резко замирает. Его глаза расширяются, ведь Тэхен на него не бросается. Лишь смотрит. С обидой. Грустью. И разочарованием. А потом разворачивается и скрывается в коридоре расталкивая плечами зевак, что столпились поглазеть на шоу. Чонгук так и стоит посреди коридора с разинутым ртом и удивленными глазами. Не может сдвинуться с места. Тело его не слушается. Вот где сработал защитный инстинкт "стой". - Чувак... - на плечо приземляется рука Юнги и Чонгук резко снова обретает способность слышать окружающий мир, - Это было слишком. - Мин выглядит опечаленным. Глядит сначала на Гука, а потом в толпу где только что был Ким. Юнги самый спокойный из их команды, вратарь, не бунтует и на каждую драку Чона лишь качает головой. Не влезает, но и не упускает шанса злобно посмотреть на младшего, а после обязательно отчитать за неподобающее поведение. - Ч-что...- К Чонгуку постепенно возвращается способность говорить. Он резко поворачивается на Юнги и смотрит как ошалелый. Вся команда потихоньку подтягивается к ним и обступает Чонгука по кругу. Становится тяжело дышать. - Что я только что сказал? Юнги молчит пару секунд, потрясенно таращится и, кажется, не понимает Чон умом тронулся или просто шутит. - Ты правда хочешь чтобы я это повторил? - Что я блять только что сказал?! - Чонгук срывается на полу крик, а паника подступает к горлу. Тэхен впервые за полгода выдает такую реакцию. Чонгук бы предпочел, что бы Ким его ударил, обругал, расцарапал лицо. Но не уходил с, так и не упавшими, слезами и обидой в больших карих глазах. - Что Тэхен уродливая потаскуха, которая бесится, потому что давно ни у кого не сосала в переулке за 200 вон. Чонгук почти валится на пол, но Юнги вовремя хватает его под локоть и чудом никто не обращает на жест внимания. Не очень хотелось, чтобы все вокруг знали, какую слабость футболист имеет перед парнем, которого унижает почти каждый день. Может впервые Чон опускается настолько низко. Он и раньше называл его всякими обидными словами, но тут видимо сложилось какое-то комбо. А может причина в другом. Чон не знал. И как выяснить не понимал. - Чонгук, - Юнги с силой тряхнул его заставляя обратить на себя внимание и прийти в чувство. Сработало. Чонгук уже более трезво повернул голову к Мину. - Что происходит? Чон лишь обвел взглядом команду так и стоящую вокруг него. Кто-то усмехался, кто-то хмурился, а кто-то не обращал на него никакого внимания. - Я... - Чонгук открывал и закрывал рот как рыба на суше в неспособности сказать еще хоть слово. Юнги лишь тяжело вздохнул, бросил нечитаемый взгляд на Намджуна - капитана их команды - который тоже хмурился на всю эту ситуацию. Намджун был единственным, кто так ворчал на Чонгука за поведение (даже больше Юнги), пока обрабатывал ему раны от побоев с Кимом. Ругал и советовал "разобраться со всей этой хуйней, пока их обоих просто не выпинули из школы за неподобающее поведение". Повезло, что Юнги и Намджун вечно прикрывают его перед тренером. Иначе он вылетел бы из команды, как пробка от шампанского, еще до того, как успел туда попасть. На взгляд от Юнги Намджун лишь сжал губы, кивнул и со словами "ребят, погнали в столовку, пока хот-доги не разобрали" увел команду прочь, оставляя двоих наедине. - Пойдем. Юнги схватил его за запястье и вел дальше по коридору. Чонгук не понимал куда они идут, но не сопротивлялся. Как не в себе, он бормотал под нос непонятные вещи, оскорбления в свою сторону и послушно следовал за старшим. Наконец Юнги затормозил перед каким-то кабинетом, втолкнул туда младшего, следом зашел сам и закрыл дверь на защелку, которая резко прошумела в тишине пустого класса. - Чон Чонгук, - Яростная шипение привело Гука в чувство. - Ты сейчас же мне расскажешь, что с тобой происходит. Иначе я откручу тебе голову и мы будем играть ею на тренировке заменяя мяч. Младший не находил слов, которые должен был сказать. Не знал как впихнуть все, что чувствует в несколько предложений. Или даже в огромный текст на 10 000 символов. Поэтому продолжал молчать уставившись в пол, как нашкодивший котенок. Юнги в очередной раз испустил тяжелый вздох. А потом скрестил руки на груди и выпалил: - Ты хочешь его трахнуть или что? Чонгук настолько резко поднял голову, что казалось, будто она оторвется от шеи и вылетит в стоящее позади окно. - Что..? - Мне и это повторить? - Юнги вздернул бровь, - Чонгук, у тебя сегодня какие-то проблемы со слухом? Или мозгом? - Опустив свой взгляд на промежность младшего, усмехнулся - Или при виде Тэхена ты не в состоянии думать верхней, а не нижней головкой? - Я...Хён!- Чонгук краснел, бледнел, задыхался и казалось сейчас упадет в обморок. Ему срочно нужен был нашатырь. Или алкоголь. А может и то и другое. Взболтать, но не смешивать, пожалуйста. - А что? Как я еще должен понять твое поведение? - Мин вскинул руки, а тон его из насмешливого превратился в возмущенный, - Не твое вот и бесишься? Ты мне ничего не говоришь от слова "совсем". Думал еще время не пришло, что ты еще не готов, что у тебя половое созревание. Чонгук с каждой секундой хотел убиться об стену все больше. Никто и никогда не готовил его к таким разговорам. - Либо ты мне сейчас же рассказываешь, что происходит, - Мин поставил руки на талию и звучал очень уж угрожающе. Потому что он не шутил. - либо я иду к Тэхену и говорю, что ты хочешь его завалить, но не понимаешь, как прилично это предложить. Чон метал свой взгляд куда угодно, но только не на хёна закипающего все сильнее и сильнее. - Да...- Тихо, еле слышно пробормотал Чон в ответ спустя лишь несколько секунд. - Что ДА? Я здесь блять с тобой в шоу интуиция игр... - Юнги очень резко замолчал. И кажется кончики его ушей покраснели тоже. - А... Да. Вот так они и стояли долгие полминуты, как два детсадовца, краснея и не понимая, как вообще продолжить этот диалог. - ..То есть хочешь, завалить... - ХЁН!! - Кажется у Чонгука, от того, что кровь от лица то отливала, то приливала обратно, подскочило давление, и он был в шаге от того, чтобы упасть в обморок. - НЕТ, НУ А ЧТО? Да, мы все хотим ТРАХАТЬСЯ!! У нас переходный возраст! И тебе нечего стесняться! - Я то понятно, а ТЫ то почему стесняешься?? - Слушай, я нечасто обсуждаю с детьми, как правильно заниматься сексом! - Да я знаю, как это делается, мне же не восемь! - Тогда почему ты так себя ведешь?? - Юнги закипал и от криков у него сбилось дыхание. Чонгуку нечего было на это ответить, поэтому он вновь замолк на некоторое время. А Юнги ждал. Терпеливо. - Я... - Чонгук теребил пальцы от нервов и упирался взглядом в пол просторного кабинета, где отдавались эхом все произнесенные ими слова. А потом затараторил быстро, пока не успел передумать. - Я не то чтобы хочу его завалить. То есть он конечно пиздец какой горячий. Но это не то. Я хочу его позвать на свидание, поцеловать, обнять, защищать и может потом, если он тоже захочет, заняться сексом. - Чонгук старался глубоко дышать, пока мысли вихрем неслись в его голове. - Я хочу с ним встречаться. Чон по-прежнему стоял весь красный. Было нелегко сказать. Он даже наедине с собой никогда не произносил этого вслух. Со стороны Юнги послышался тяжелый вздох. Несколько долгих секунд ничего не происходило, будто бы сам Мин не до конца понимал, что делать в этой ситуации. А потом сделал пару шагов навстречу Чонгуку и положил руку ему на плечо, сжимая в поддерживающем жесте. - Послушай, Чонгук. - Младший медленно поднял голову, но все же посмотрел смущенным взглядом на Мина. - Любовь - это всегда прекрасно. Но то, что ты делаешь на протяжении такого долгого времени... Это мало похоже на флирт, если честно. - С губ Юнги вырвался смешок, но через секунду он вновь стал предельно серьезным. - Для начала тебе стоит найти его и извиниться. И, если простит, начать все заново. - Но, хён... Сможет ли он простить меня? - К горлу снова подступала истерика. - Это решать только Тэхену. Ты никогда не узнаешь, если даже не попробуешь. Если придется, умоляй его. Борись за свою любовь, Чонгук, а не убивай ее своими же руками.