Горячий стыд

Рейден шмыгает носом и громко вздыхает, снова принимая боевую стойку. Его конечности болят, а мышцы ноют после утомляющих тренировок с самого утра. Пульсирующая боль разливается там, где он только что ударился локтем о твёрдую землю, но он не позволяет этому чувству управлять его движениями. Сражаться всегда было нелегко и самый главный урок в этом, который он освоил за небольшое время пребывания в академии — всегда нужно держать себя в руках. Не поддаваться тому, что принесёт тебе в битве только поражение. Напротив него Кунг Лао, сегодняшний противник Рейдена. Монахи позаботились о том, чтобы они поддерживали разнообразие в спаррингах, учась стилю боя каждого противника, который им попадётся. Бои с Кунг Лао всегда были самыми выматывающими для Рейдена, особенно учитывая, что он никогда не выходил из них победителем. Джонни был безрассуден в том, как бить. Его атаки всегда были нацелены на то, чтобы нанести как можно больший урон, игнорируя время и место удара. Хотя Рейден должен был признать, что пропустить кулак Джонни было больно и неприятно. Кенши же, хоть и был похож на Джонни в своём агрессивном стиле, действовал собраннее. В силу своего огромного опыта его движения были отточены почти до идеала. Удар ногой мог легко перейти во взмах катаной, рассекающей воздух. Дезориентация — вот главный помощник Кенши Такахаши. Кунг Лао. Рейден знал этого человека как свои пять пальцев. Он знал, когда Кунг Лао сделает оборот в воздухе, чтобы ударить ногой. Знал, когда его тяжёлые кулаки закрутятся словно велосипед, ударяя в живот. Но Кунг Лао точно также знал, что сделает Рейден. Их спарринги всегда были похожи больше на агрессивный танец. Два пылающих сердца, желающих одержать победу друг над другом. Его друг мог с лёгкостью предсказать когда Рейден захочет сделать захват или низкий удар в ноги. Кунг Лао, несмотря на свой характер, сражался как боец, находившийся в гармонии разума и тела. И стоило только Рейдену пропустить один удар, как он уже лежал на земле, придавленный ногой. Сегодняшний день не отличался от других. Кунг Лао также бился, не зная пощады. По его лбу текли капли пота, стереть которые не хватало времени. Брови нахмурены в жестокой сосредоточенности. Он ожидал дальнейших движений Рейдена. Розовые лепестки кружили вокруг широкого тела, будто бы сама природа разговаривала с Кунг Лао и нашёптывала ему свои секреты. Рейден сжал челюсть, анализируя и подбирая варианты, как можно было бы ударить. Времени на долгие размышления не было, поэтому он сделал небольшой рывок, что заставил Кунг Лао действовать. Дабы не получить удар первым он сократил оставшееся расстояние между ними и высоко поднял ногу, чтобы нанести урон по плечу Рейдена. Но последний вовремя успел схватить его за лодыжку и откинуть от себя, что заставило Кунг Лао пошатнуться и почти упасть. Уже чувствуя вкус победы на кончике языка, Рейден попытался подбить Кунг Лао снизу. Увы, безрезультатно. Его партнёр отскочил от земли и нанёс грубый удар в грудь. Весь воздух выбило из лёгких Рейдена. Равновесие нарушилось и он упал на спину, кряхтя от боли. «Кунг Лао побеждает» — оглашают монахи и встают со своих мест, чтобы уйти на дневной перерыв. Рейден остаётся на земле, чтобы перевести дыхание. Сверху раздаётся голос: — Ты отлично сражался. Я даже почти устал. — Кунг Лао усмехается и протягивает руку. Он тут же берётся за неё и, стараясь игнорировать ломящую спину, садится. Они встречаются взглядами и Рейден может увидеть под толщей гордости маленькую искорку извинений. Это заставляет улыбнуться. Наконец, поднявшись на ноги, Рейден осматривается вокруг, чтобы убедиться, что вокруг никого нет. Он приближается к своему партнёру на этот раз не с желанием ударить, а поцеловать. — Может, сходим на горячие источники? У нас есть пара часов перед вечерними лекциями. — Громкость его голоса понижается почти до шёпота, когда Рейден оставляет целомудрённый поцелуй на губах Кунг Лао. Они пыльные и немного солоноватые. В прочем, как и всё остальное тело. Он не позволяет себе ничего более, так как боится, что здесь поймать их за телячьими нежностями слишком легко. Это было бы концом света. — О, я бы сейчас всё отдал за воду.. — Хнычет Кунг Лао, тут же соглашаясь, не в силах отвергнуть такое заманчивое предложение. Недалеко от общежития в академии Ву Ши были горячие источники, которые защитники Земного Царства очень любили посещать после особо сложных тренировок. Расслабляться в натуральной горячей воде было приятно до одури. Местность, почти нетронутая вмешательством человека из-за того, как монахи бережно относились к природе вокруг них, успокаивала. Это был не первый и не последний раз как двое друзей ходили туда. Иногда просто вдвоём, иногда захватывая с собой Джонни и Кенши. — Зайдём сначала в комнату. --- Сняв с себя грязную форму и переодевшись в купальные шорты, они взяли с собой все нужные вещи и направились к источникам. Путь лежал через извилистую тропинку, обставленную камнями разной формы. С каждым шагом их место жительства становилось дальше и вид на огромные здания перекрывали такие же огромные деревья. Чистая и невинная природа растелалась далеко за пределы видимости, заканчиваясь лишь огромными холодными горами, среди которых и устроилась академия. Скрытая от чужих глаз. Тут и там встречались маленькие фонари на земле, освещающие путь в ночное время суток. Вокруг них цвели разные растения. Начиная от кривых деревьев, чьи ветви были словно руки худого старика, заканчивая пышными цветами и кустами. Рейден вдыхал полной грудью этот сладкий запах. Кунг Лао рядом с ним рассказывал разные истории, которые оба из них знали наизусть, но этот факт никого не волновал. Быть рядом друг с другом — вот что их волновало. И идя так, плечом к плечу, Рейден мог думать только о том, насколько он любит компанию Кунг Лао и его самого. Когда речь зашла о том, насколько его друг рад быть здесь, Рейден невольно вспомнил, как тоска наполняла его сердце, когда они были в деревне, ещё совсем молодые. Когда Кунг Лао часто в красках рассказывал о местах, где вместо огромных гор была бесконечная океаническая вода, а прямой и угрюмый бамбук заменяли красивые пальмы. Он клал свою голову на колени Рейдена, в красках описывая свои представления о красотах за пределами Фэнцзянь. Рейден никогда не понимал его недовольства. Ему нравилось жить дома. Ходить с родителями на рынок рано утром, чтобы успеть купить самое свежее; тренироваться с Мадам Бо; сидеть со своим любимым племянником, когда его опекуны были заняты. Все эти простые вещи создавали жизнь Рейдена. Разве подобного не было достаточно для Кунг Лао? Было ли ему мало компании Рейдена? Тогда эти мысли тревожили, но сейчас остаются лишь поводом для смеха над своей глупостью. Кунг Лао, как оказалось, всегда было достаточно Рейдена. Он был лишь бесконечным мечтателем по своей натуре. Сложно было винить такого человека в том, что он стремился к лучшей жизни. А истории о его предке, Великом Кунг Лао, в честь которого его и назвали, будоражили разум своими красками. Подвиги умерших людей тянули Кунг Лао за собой. Он хотел быть чем-то большим, чем простым фермером. Кунг Лао просто боялся остаться незамеченным. Понять, что вся его жизнь закончится ни с чем. Жаль, он не до конца понимал, насколько заметен для Рейдена. Если бы у него была вся вечность впереди, но он бы посвятил её тому, чтобы почтить имя своего друга и возлюбленного. Знать, что Кунг Лао счастлив было одним из главным приоритетов Рейдена. Сейчас, находясь в таком чудесном месте, как Ву Ши, с абсолютно новыми людьми и впечатлениями, были как бальзам на душу Кунг Лао. Рейден видел это и искренне радовался за своего друга, даже почти забывая о том, что их ждёт турнир. Воздух вокруг начал становиться горячим и душным, а журчание воды прорезало тишину леса, ознаменуя, что они наконец прибыли к горячим источникам. Кунг Лао схватил Рейдена за руку, чтобы поскорее дойти до небольшой арки, которая указывала на вход. Его тело, несмотря на изнуряющую битву незадолго до этого, наполнилось энергией, которая заставляла идти почти вприпрыжку. — Давай, давай, давай ну. Из открытого бассейна летел пар, который создавал белую дымку по небольшому участку местности. Источник был закрыт натуральной россыпью бамбука и каменными холмами разных причудливых форм. Невероятная красота каждый раз поражала как в первый. Рейден уже мог почувствовать, как его тянет окунуться в эту горячую воду и расслабить больное тело. Кунг Лао бросил белый халат, в котором пришёл, на шезлонг, открывая Рейдену вид на его широкую спину. Он сглотнул, наблюдая за тем, как друг медленно опускается в бассейн с грацией, присущей только монахам. Кунг Лао довольно застонал, сначала окунувшись всем телом, чтобы смыть с себя пот, а потом присев на каменный бортик, оставшись по пояс в воде. — Залезай, Рейден. Встряхнув головой, Рейден возвращается в настоящий мир и развязывает пояс на своём собственном халате. Пар обволакивает его тело, даря тепло. Он садится почти вплотную к возлюбленному, желая чувствовать его. Кунг Лао был красив и он точно знал, как это влияет на его парня, поэтому не упустил возможности покрасоваться, оперевшись локтями о камни. Его грудь вздымалась при дыхании. Изгибы сильного тела заставляли Рейдена хотеть разных вещей, но он сдерживался, прикусывая губу и отворачиваясь, чтобы рассмотреть маленькую беседку. Страх быть пойманным слишком силён. Никто в академии не знает об их отношениях и Рейден бы предпочёл, чтобы так и оставалось. Хотя он почти уверен, что здешние монахи, в отличие от жителей деревни, отреагируют нормально. Это были те люди, которых почти не волновало ничего, кроме достижения гармонии и защиты Земного Царства. Радовало, что эти источники были не совсем популярны, так как большинство предпочитало быстрый, холодный душ в общежитии, нежели идти так далеко. Чаще всего тут можно было увидеть только обучающихся, ещё не совсем привыкших в графику академии. Ну и саму четвёрку. Хотя Джонни всегда предпочитал закончить обучение глубоким сном или посиделками за телефоном. Насколько Рейден знал, сейчас у него были некоторые проблемы. А Кенши после тренировок почти не видно. Только за обедом или мимолётом проскальзывающего в свою комнату. Рейден и Кунг Лао продолжили свои разговоры обо всём и ни о чём, распаривая тело в горячей воде. Звуки щебетания птиц и тихих всплесков воды успокаивали разум, погружая его в своеобразную медитацию. Легко было отпустить все насущные проблемы и окунуться в момент чистого удовлетворения вместе с любимым человеком. Кунг Лао изъявил желание помыть голову Рейдену, аргументируя это тем, что «Баобей, ты весь в песке и пыли. Мне физически больно на тебя смотреть». Прикрыв глаза, Рейден наслаждался ощущением пальцев, массирующих его голову. Он почти всё время ходил с тугим пучком на голове, поэтому она постоянно болела и Кунг Лао, как знающий любовник, уделял больше времени тому, чтобы расслабить Рейдена, нежели действительно помыть ему голову. Хотя цветочный запах мыла и звук лопающихся пузырьков пены указывали на то, что он всё-таки занимался делом. Кунг Лао берёт маленький ковшик, лежащий рядом и набирает воду, чтобы смыть мыло. Его бережные движения вкупе с разгорячённостью заставляли сонливость накатывать на сознание Рейдена. Бессонные ночи, проведённые вдали от дома, давали о себе знать. Он всегда был тем человеком, который плохо спит вне своей обители. — Ты сейчас прямо здесь уснёшь. Иди приляг хоть на шезлонг. — Шепчет Кунг Лао, когда заканчивает работу. Его пальцы проводят по теперь чистым волосам. Рейден едва заметно кивает и поднимается на ватные ноги. Голова кружится от жары и сна, нагоняющих сознание. Снова обернув халат вокруг своего тела, он оставляет возлюбленного одного в бассейне, находя поблизости большой бамбуковый шезлонг, на котором одиноко лежит белая подушка. Рейден составит ей компанию.На мягкой поверхности его мозг совсем перестаёт понимать, где реальность и постепенно погружается в сон. Вокруг Рейдена была красивая природа, горячий воздух и в паре метров отдыхал человек, которому он мог доверить свою жизнь, поэтому неудивительно, что в такой спокойный момент он смог заснуть. --- Рейден точно не знает, сколько проспал, ведь усталость была слишком сильна, чтобы уследить за временем. Ровно до того момента, пока на его тело не начала капать вода. Почти вся жизнь в обучении боевым искусствам научила просыпаться его от малейшего раздражителя. Что не всегда было приятно. Но наверно не в этот раз. Распахнув глаза, перед его взором предстала фигура Кунг Лао во всей своей красе. Вокруг него был почти неземной ореол света из-за солнца, а по телу катились капельки воды, некоторые из которых падали на Рейдена. Волосы, хоть и были собраны до того в хвост, торчали во все стороны и обрамляли довольное лицо. Весь сон как рукой сняло из-за того, как Рейден моментально вспыхнул словно спичка. И снова он смотрит на голого Кунг Лао, не в силах сдержать подступающее смущение, что краской разливалось по его щекам и шее. Этому человеку нужно запретить быть таким привлекательным. Кунг Лао перегнулся и сел на Рейдена сверху, в основном направляя весь вес в колени, чтобы не доставлять неудобство. Он распахнул халат и теперь высохшее на солнце тело снова было мокрым там, где купальные шорты соприкасались с тазом. — Нравится то, что ты видишь, красавчик? — Промурлыкал Кунг Лао, положив руку на горячую щёку Рейдена. Он прильнул к этому прикосновению и, потеряв бдительность, слишком поздно заметил хитрый блеск в глазах напротив. Его глаза расширились, когда пальцы ощупывали кожу на боках. Таящаяся в них опасность дала ясный знак Рейдену отступать. Только вот куда можно деться, когда Кунг Лао буквально пригвоздил к шезлонгу его тело, не оставляя ни единого шанса на побег. Его злобное хихиканье перекрывалось резким криком Рейдена: — Кунг Лао, слезь с меня! Рейден не может сдержаться, заливаясь громким истеричным смехом, и упирается ладонями в грудь Кунг Лао, тщетно пытаясь оттолкнуть от себя подальше. Тот навалился всем своим огромным весом, атакуя рёбра страшной щекоткой. Всё тело Рейдена дёргалось и извивалось, пытаясь выбраться. Пальцы Кунг Лао отсчитывали каждый выступ рёбер, которые появились из-за того, как он сильно втягивал живот. — А что, Чемпион Земного Царства не может выдержать щекотку? — Дурацкая ухмылка расползлась по лицу Кунг Лао. Рейден желал стереть это выражение любым возможным способом, но в очередной раз дёрнулся. В уголках глаз скопились слёзы, что так и норовили пролиться. Рейден хотел что-то возразить в ответ, но всё, что выходило из его рта, было нечленораздельным криком. Конечно же, Кунг Лао, будучи прилипчивым щенком, не мог оставить его надолго одного. Рейден определённо напомнит ему об этом в будущем. Его лицо уже становилось краснее любой самой спелой клубники на ферме Фэнцзянь от недостатка воздуха и смеха. Сил на то, чтобы сопротивляться становилось всё меньше. Рейден мог только прикрывать себя руками, которые Кунг Лао всё равно откидывал. Постепенно начинало становиться больно от того, как Кунг Лао тыкал слишком сильно, поэтому тому пришлось в конце концов остановится. Почувствовав облегчение, Рейден переводит дыхание, делая глубокие вдохи, чтобы успокоить навязчивое жжение в лёгких. Кунг Лао запустил руки в волосы Рейдена и наклонился. Они разделили горячий воздух между собой. Кунг Лао чувствовал лёгкое покалывание на своих губах, когда его партнёр тяжело дышал. — Иди к чёрту. — Бормочет Рейден, разглядывая красивые глаза перед собой. На солнце они блестели янтарным. — Я ненавижу тебя. — Ты любишь меня. Никто не может устоять перед Великим Кунг Лао. — Щёки Кунг Лао забавно надуваются в недовольстве. Он немного оттягивает волосы Рейдена будто в знак обиды, из-за чего приходится вытягивать шею. — Моя сестра поспорила бы. — Зато её брат спорить не стал. Рейден бьёт Кунг Лао в плечо и хрипло смеётся над глупостью высказывания. Кунг Лао улыбается так нежно, что от этого Рейдену становится больно в груди. Его ямочки на щеках были самым прекрасным, что он когда-либо видел. Пока их лица так близко, можно было разглядеть любые малейшие детали. Как капельки воды всё ещё заставляли слипаться ресницы Кунг Лао. Небольшая россыпь родинок на его левой щеке и даже маленькие точки на переносице, напоминающие о временах, когда он помогал другу делать пирсинг. От ношения которого Кунг Лао в будущем отказался. — Лао, мы не можем целоваться здесь. — Почему нет? — Безразлично спрашивает он, точно также разглядывая человека перед собой. Рейден был словно вкусное блюдо, так и ожидающее чтобы Кунг Лао попробовал его. — Это общественное место. Кто угодно может прийти. — Мне всё равно. — Ну а мне нет. — Как только Кунг Лао пытается сократить оставшееся расстояние между ними, Рейден закрывает ладонью его рот. — Тебе что, температура в голову ударила? Они пару секунд смотрят друг другу в глаза, безмолвно споря. Рейдену слишком стыдно. Он слишком правильный для таких открытых проявлений любви. А Кунг Лао иногда сносит крышу, будто бы он всё ещё тот буйный подросток, у которого главное кредо по жизни это: «Вижу цель, не вижу препятствий». Хотя это вносило определённые.. интересности в их жизнь. Брови Кунг Лао слегка приподнимаются и Рейден чувствует у себя на внутренней стороне ладони улыбку, после чего горячий язык проходится по коже. Он моментально убирает её с выражением чистого недовольства на лице. — Кунг Лао, фу.. — «Фу»?! То есть, когда я вылизываю тебе тело это круто, но стоит мне лизнуть ладонь, так сразу «фу»? Рейден закатывает глаза и вытирает слюну о свой халат. Кунг Лао становится только настойчивее в своих желаниях и у них затевается небольшая драка. Из которой он, конечно, выходит победителем, прижав руки Рейдена над головой. — Сюда всё равно никто не ходит. Рейде-еен, я по тебе жутко скучаю. У нас почти нет возможности провести время вместе. Постоянные тренировки, лекции и прочая ерунда. Рейден преувеличенно громко вздыхает, но сам понимает, что его возлюбленный прав. В академии едва хватает времени на самого себя, что уж там говорить про другого человека. Они всегда либо находятся в компании, либо настолько уставшие, что хватает сил только на простые объятия. Рейден и сам глубоко скучает, привыкший к тому, что у них есть всё время мира для того, чтобы провести его вдвоём. Он не может дождаться окончания турнира и тогда всё вернётся на круги своя. — Хорошо.. Их губы тут же соприкасаются и Рейден прикрывает глаза, отдаваясь этому рискованному моменту. Кунг Лао целует нежно и немного нетерпеливо, вкладывая в движения всю свою любовь. Ему всегда нравилось, что несмотря на всё, тот находил момент, чтобы подарить Рейдену расслабление движениями своих губ. Рука Кунг Лао отпускает его запястья для того, чтобы опустить руку на щёку. Рейден почувствовал как его грубые пальцы от множества раз когда он резался своей шляпой слегка царапают кожу. И всё равно это было удивительно. То, с каким трепетом такая неугомонная личность, как Кунг Лао, относилась к нему. Губы его возлюбленного открылись, чтобы испустить тихий выдох и Рейден, воспользовавшись моментом, проскользнул языком в горячий рот. Он всё ещё может ощущать лёгкие нотки зелёного чая, который они пили незадолго до того, как пошли к источникам. Рейден позабавился, подумав, что даже в таких ситуациях любимый чай Кунг Лао успокаивает и бодрит. Их языки танцуют друг с другом, пробуждая жар внутри Рейдена. Его руки находят плечи Кунг Лао и очерчивают рельеф бицепса. Пальцы проходятся по прямым венам, идущим через всё плечо и он представляет как эти руки сжимаются вокруг туловища, заставляя кости трещать. Кунг Лао всегда обнимался так, будто от этого зависит вся его жизнь. Громкое причмокивание растворяется в шуме окружающей среды, когда Кунг Лао отодвигается буквально на сантиметр, чтобы поцеловать уголки губ Рейдена. Аккуратные и любящие движения заставляют его хотеть больше. Больше распаляющих взглядов, больше прикосновения рук. Рейдена почти трясёт от того, насколько его любовь к Кунг Лао переходит любые поставленные границы. Будто бы он то, что всегда должно было принадлежать Рейдену. Они должны были принадлежать друг другу. Сами Старшие Боги благословили этот союз. Губы скользят мокрыми движениями по всему его лицу. Кунг Лао не спешит, предпочитая выцеловывать каждую неровность на лице своего друга. Даёт сигнал расслабить сморщенный нос и касается закрытых век. Как только Кунг Лао убедился, что ни одна часть лица Рейдена не осталась без внимания он опускается ниже и строит дорожку из поцелуев начиная от челюсти и заканчивая ключицами. Их тела горячие словно огонь и это только добавляет интимности моменту. Кунг Лао посасывает загорелую кожу, наслаждаясь её вкусом на своём языке. И Рейден хотел бы выгнуть спину от того, насколько хорошо это ощущается, но руки его партнёра сразу же летят вниз, чтобы схватить бока и удержать их на месте. — Лао, только не оставляй-.. — Он не может закончить предложение из-за того, что боль разливается там, где Кунг Лао укусил его ключицу. Из его рта вырывается тихий стон, который он пытается заглушить прикусыванием губы. Непонятно зачем, ведь вокруг них только природа, а ближайшие люди находятся как минимум в пятнадцати минутах ходьбы отсюда. Всё равно факт того, что это общественное место вызывает у Рейдена стыд. Как только Кунг Лао убедился, что след достаточно сильный — что за придурок — то отпустил. Но только для того, чтобы припасть чуть выше, где начиналась уже опасная зона. Он повторяет все те же движения, почти отчаянно цепляясь за нежную кожу под собой. О, если бы Кунг Лао мог описать словами насколько он любит целовать и кусать Рейдена. Однажды это вылилось в не очень приятный момент, когда он решил, что внезапно сильно укусить внутреннюю сторону бедра это хорошая идея, за что получил коленом по голове и дезориентацию на пару секунд. Рейден тяжело дышал и цеплялся пальцами за плечи Кунг Лао, совсем немного царапая их тупыми ногтями. Горячие прикосновения по всей шее такие лакомые. Их всегда не хватает и Рейден понимает, что не хочет даже возражать такому, слишком явному для других, проявлению любви. В конце концов Кунг Лао отстраняется, в последний раз проводя языком по едва видному следу от зубов. Он выпрямляется, чтобы увидеть цветущую картину перед собой. Немного погодя, и эти отметины станут ярко-красными, а после посинеют. Кунг Лао сможет наслаждаться ими несколько дней, после чего кричащий сине-фиолетовый станет жёлтым и пропадёт. Что за чудесная жизнь, похожая на цветок. Зарождение с помощью Кунг Лао и смерть на мягкой коже. Рейден под ним дрожит и срывается на хриплые стоны, дотрагиваясь кончиками пальцев до своей шеи. Он немного морщится, понимая, что опять позволил своему парню делать что заблагорассудиться и после этого терпеть последствия. Хотя, будто довольное лицо Кунг Лао не стоило того? Явно стоило. — Не морщись так, Рей-Рей. Ты слишком красивый с этими следами. Рейден только сильнее смущается комментария и пытается приподняться на локтях, но подскальзывается, так как боль от предыдущей тренировки снова отзывается пульсацией. Оперевшись на другую руку, он тянет Кунг Лао к себе чтобы ещё раз поцеловать. Губы немного онемели и опухли, но всё равно было также приятно. Не могло быть иначе, когда Кунг Лао проводит языком по его губам. Но внезапно сердце пропускает один удар когда Рейден слышит голоса вдалеке. Он моментально отталкивает от себя Кунг Лао, зарабатывая недовольный крик. Пытается вслушаться и оглядывается в сторону маленькой тропинки, выходящей из арки. Рейден переглядывается с Кунг Лао и замечает, как его лицо меняется с раздражения на лёгкий испуг. Они быстро пытаются привести себя в порядок. Закрывая халат и натягивая его воротник по самую челюсть, расчёсывая пушистые волосы и принимая самые непринуждённые позы в мире. Кунг Лао садится на край шезлонга, будто бы просто болтал со своим другом. — А потом я захожу в комнату, вижу их в одной постели, беру того парня за воротник и выбиваю всё дерьмо. — Несомненно узнаваемый голос Джонни Кейджа становится всё ближе. — Кенши, чувак, ты должен увидеть этот фильм. Он просто пушка! Клянусь, он не похож на Ниндзя-Мима. Спустя вечность, как казалось Рейдену, они перешли порог арки и вошли в горячие источники. Джонни, одетый лишь в купальные шорты, упёр руки в бока и глубоко вдохнул: — Наконец-то! Я думал, мы никогда не доберёмся сюда.. О, фермерские мальчики. Обратив внимание на сидящих друзей, Джонни стал ещё счастливее. Голливудская улыбка на его лице угрожала ослепить каждого, кто находился в целом километре отсюда. Спасибо хотя бы за то, что сейчас он был без очков. Кенши поздоровался более спокойно, немного наклонив голову и идя к бассейну, попутно снимая с себя такой же халат, который был на Рейдене. Кажется, Кенши чувствовал себя некомфортно слишком сильно оголённым, поэтому слегка ёжится и залезает в горячую воду по плечи. — Сидите здесь и теряете время, вместо того, чтобы искупаться в этой чудесной водичке. — Бурчит Джонни и идёт следом за другом. Правда, чуть ли не подскальзывается на скользких камнях. Он одаривает всех вокруг угрожающим взглядом и садится недалеко с Кенши. — Мы уже искупались, Кейдж. — Кунг Лао хохочет и поворачивается к Рейдену, чтобы тот подтвердил. Но видит только то, как он уставился в землю глазами размерами с чайные блюдца. Его уши горят. Слишком подозрительно. Из-за чего Кунг Лао приходится пнуть его в голень и, когда Рейден вернулся в реальный мир, кивнуть в сторону новоприбывших. — Нет, нет, ты не понял, Кунг Лао. — Эта небольшая перепалка остаётся незамеченной Джонни, потому что он тянется к лежащей рядом сумке, доставая оттуда четыре бутылки чего-то, что Кунг Лао не может разобрать на таком расстоянии. — Что это? — Это, друзья мои, способ расслабиться перед скучными лекциями. — Будто бы ты не спишь на них. — Кенши недовольно хмыкает, но бутылку забирает. — Я сплю не на всех лекциях, Кен. Просто большинство из них говорят то, что я итак знаю. Идите сюда. Кунг Лао и Рейден переглядываются. На лице последнего написано сомнение и страх того, что друзья могут заметить то, чем они занимались до их прихода. Кунг Лао шепчет простое «Всё будет нормально» и легонько касается пальцев парня, прежде чем подойти к бассейну. Помявшись, Рейден всё же встаёт, убедившись в том, что халат плотно обвязан вокруг его тела. Он садится на край, окунув лишь ноги в горячую воду. Джонни подозрительно косится на него, когда протягивает оставшиеся бутылки. На этикетке написано «Yanjing Beer». Брови Рейдена хмурятся. — Откуда ты взял пиво здесь? — Фокусники не раскрывают своих секретов. И он предпочитает не думать об этом, открывая крышку и пробуя на вкус. Ожидаемая сладость разливается во рту. Не то, чтобы Рейден был любителем выпить — его воротило от чего-то более крепкого, чем пиво — но в такой компании можно было пригубить одну бутылку. Хотя бы снять напряжение и стыд. Как и во все остальные разы, что они присутствовали здесь своей компанией, каждый рассказывал что-то из своей жизни или какие-то события в академии. Больше всех болтал Джонни. Даже Кунг Лао уступал ему в громкости голоса и нескончаемом потоке информации. --- Спустя некоторое время, когда уже пустые бутылки лежали на камнях около бассейна, Джонни поймал момент, когда двое фермерских парней болтали между собой и придвинулся поближе к Кенши, чтобы тихо пробормотать ему: — Тебе не кажется, что Рейден и Кунг Лао ведут себя как-то странно? Такахаши посмотрел на парочку, сидящую неподалёку. Их лица были красными от алкоголя и горячего воздуха. Между ними бежала заметная искра. Затяжные прикосновения Кунг Лао к ногам Рейдена. Или то, как последний втягивал голову в плечи, то и дело поправляя халат. Они смотрели друг на друга так, будто каждый нашёл целый мир в глазах другого. Кенши не был любителем влезать в чужие отношения, но тут и идиоту было понятно, как обстоят дела между двумя выходцами из Фэнцзяня. Что заставило его сильно сомневаться в компетентности Джонни. Бросив на Кейджа нечитаемый взгляд, он откинулся назад, чтобы поймать лёгкое дуновение холодного ветра и расслабиться от того, как алкоголь кружил голову. — Что? Почему ты так посмотрел на меня, Кенши? Ответь! Я серьёзно. Ну не молчи же, Такахаши.