Рвение и «больше»

Ночь. Тихая, пробирающая до дрожи. От холода бегут мурашки по рукам. Город спит, лишь несколько окон домов горят. Кто-то не спит, кто-то боится темноты, поэтому не выключает свет. Но Сынмину собственно плевать. Вместо окон, у него горит сердце. Горит от боли, от досады, от ностальгии по тёплым временам. А ещё горит щека, от следов слёз, что раз за разом скатываются с прекрасных глаз, в которых отражаются звёзды. Он скучает. Он жалеет. Он постоянно возвращается к мыслям о нём. Не сказать, что у него плохая жизнь. У него заботливый и чуткий парень, хорошие друзья, которые всегда поддерживают его, понимающие и добрые родители. Он занимается своим любимым делом: поёт и сочиняет песни. И вроде бы пазл целый, но в самом центре, в глубине этих миллионных частях, не хватает маленького кусочка – его. И сейчас, стоя на балконе, ежась от прохлады, Сынмин держит телефон с открытым приложением «Контакты» и хочет позвонить ему и услышать его родной голос. Он ненавидит себя за то, что обманывает друзей, родных и своего парня, он клянётся ему в вечной любви и пылающих чувствах, которые на самом деле отданы другому. Но он не может и не хочет иначе. Он мечтает лишь о нём, видя во снах их счастливую реальность. Он хранит их старые фотографии, некоторыми вечерами просматривая их. В старой коробке, где они лежат, Сынмин надеялся, что похоронил свою любовь. Но она покоится у него в сердце, выжидая таких ночей, как эта. Ему не безразличен его парень, честно. Хёнджин – замечательный человек. Он рядом всегда: в моменты счастья, радости, грусти, гнева. Он замечает мельчайшие изменения в Сынмине, помогает ему справляться с проблемами, что грузом давят на плечах. Он дарит заботу и тепло, окутывая своей лаской, позволяя падать в свои объятия. Но и даёт личное пространство, не настаивает и не заставляет. Он даёт право выбора. Он всегда верит и поддерживает новые хобби, начинания в чём-то. Он восхищается и любит. Сынмин не достоин Хвана. Но старший с ним. Лежит на кровати и сопит в подушку. Их разделяет лишь стекло. Нет, их разделяет пропасть в душе Кима. Их разделяет его любовь к другому и ненависть к себе. Хёнджин не заслуживает такого отношения, не заслуживает любить того, кто любит не его. Не заслуживает мыслей про другого парня. Не заслуживает быть пластырем для сердца, что залечивает раны. Он заслуживает кого-то также любящего, столь хрупкого и чудесного. Коим Сынмин не является. Секунда раз, два и палец нажимает на номер, выученный наизусть. Длинные гудки и слышится ответ: — Сынминни? Судорожный выдох. Он столько не слышал его, лишь проматывая в памяти нотки его голоса. И вот – на другом конце трубки, он ждёт его ответа. — Минхо? — Голос Кима сиплый из-за длинного молчания. — Да. Что-то случилось? — Я.. — Сынмин не знает, для чего и почему он позвонил. Он просто захотел. — Ты соскучился, так? — Минхо хорошо чувствовал Сынмина, хорошо его понимал, до сих пор понимает. — Да, — снова судорожный выдох. Он не уверен в правильности поступка, но уверен, что соскучился. Он ждал, но не представлял их разговор. Он в недоумении что говорить, но Минхо не нужно слов. — Знаешь, я тоже. Иногда я вспоминаю наши моменты, как мы гуляли, держались за руки, целовались, как мы ели мороженое и я вечно вытирал его с твоих щек. Я вспоминаю их с теплотой. Потому что именно они мне помогали жить, ты помогал мне жить. Ты дарил мне счастливые моменты, и я благодарен за это. Без этого - я бы не был тем, кем сейчас являюсь. То время, те чувства и переживания были прожиты не зря. Я вынес уроки, я понял ошибки и понял, что такое «счастье». Ты показал мне, какого радоваться и восхищаться любой мелочи. — В лёгких расцветает эдакое, что согревает в эту ночь. Сынмину теплит в груди и ему приятно от этих слов. — Но нужно идти дальше, понимаешь? Некоторые вещи не могут быть вечны. Они заканчиваются и не нужно зацикливаться на них. Нужно идти только вперёд и не оглядываться назад. — Треск. Что-то, что расцвело в лёгких – сломалось. — Я прошёл, Сынминни. И ты пройди. Оставь это, как напоминание. И иди. Улыбайся, замечай прекрасное, как ты учил меня. Ты заслуживаешь больше, ты знаешь это? Мне жаль, что я не смог дать тебе это «больше». Но Хёнджин может. Его любви к тебе нет предела, даже вселенная меньше, чем его чувства. Его не надо учить жить, он уже умеет. Он дарит тебе заботу каждый день. Даёт ласку каждое утро и каждый вечер. Он помогает и не отвергает тебя. Это то, что ты заслужил. Это то «больше», что я не смог тебе дать. Цени его, свои чувства и своё время, ладно? Цени себя. Живи и наслаждайся, не грези прошлым. Секунда раз, два и палец нажимает на номер, выученный наизусть. Длинные гудки и слышится ответ: — Сынминни? Судорожный выдох. Он столько не слышал его, лишь проматывая в памяти нотки его голоса. И вот – на другом конце трубки, он ждёт его ответа. — Минхо? — Голос Кима сиплый из-за длинного молчания. — Да. Что-то случилось? — Я.. — Сынмин не знает, для чего и почему он позвонил. Он просто захотел. — Ты..? — Минхо тянет «ы», ожидая продолжения. — Я соскучился, — снова судорожный выдох. Он не уверен в правильности поступка, но уверен, что соскучился. Он ждал, но не представлял их разговор. Он в недоумении что говорить, но Минхо не нужно лишних слов. — Знаешь, я тоже. Иногда я вспоминаю наши моменты, как мы гуляли, держались за руки, целовались, как мы ели мороженое и я вечно вытирал его с твоих щек. Наши жаркие ночи и твои глухие стоны. Твои засосы на шее от моих губ. И как ты царапал мне спину. — Тепла в груди нет. И боли тоже. Сынмин ждал разговора, но не такого. Не про их секс, а про их любовь. — Наверное, ты был лучшим партнёром. Сынмину тошно. Его мутит. В горле стоит ком, что мешает дышать. Руки трясутся, норовя упустить телефон. — Ты скучал по этому? — Ким звучит жалко, но ему обидно. — А по чему ещё? — в голосе Ли проскакивают нотки удивлённости. — Для тебя это было самым лучшим в наших отношениях? — тон повышается, остатки здравого рассудка рассыпаются. — Ты любил меня? — Вопрос в лоб. Либо «да», либо «нет». — Сынминни, ты чего? Успокойся, не психуй. — Увиливает. Что же ты скрываешь, Лино? — Ответь. — Голос – сталь, холодный и непоколебимый. — Да, любил. — Минхо отвечает вынуждено. — И что для тебя значит «любовь»? — тот, кто любит, может рассказывать целые оды, даже если выражает свою любовь действиями. Иногда да выстрелит «люблю тебя», иногда да захочется расписать, как ты ценишь и бережёшь. И эти слова ты прокручиваешь каждый раз, когда смотришь на любимого человека. Ты думаешь и думаешь, насколько он прекрасен. — Ты. — Иногда и одного слово достаточно, чтобы понять, что чувства правда искренны. Но не в этом случае. — И что для тебя значу я? В ответ молчание. Не придумал. Сынмину также не нужно лишних слов, чтобы понять. «Цени его, свои чувства и своё время, ладно? Цени себя. Живи и наслаждайся, не грези прошлым.» Это не то, что он хотел. Не то, что он ждал. Это не тот, кто любит. — Сынмин, ты же знаешь, что я.. — звонок завершён. Ким не хочет слушать глупые оправдания. Щёки горят ещё больше. Слёзы скатываются и скатываются, словно водопад, их не остановить. Образ идеального и доброго Минхо сломал реальный и жестокий Минхо. Сынмин был лишь для него игрушкой. Новым разбитым сердцем в его коллекции. Как он так долго этого не замечал? Почему он воспринимал это любовью? Что для него самого значит «любовь»? — Сынни? — хриплый голос раздаётся за спиной. Ким поворачивается и видит заспанную мордашку Хёнджина. Живот скручивает. Непонятно, то ли от страха и тревоги, то ли от смущения и милоты этой мордашки. — Ты чего тут? — Хван честно пытается полностью проснуться и разлепить глаза, но пока что у него это плохо получается. Ким хмыкает. — Да я тут прохлаждаюсь.. — его голос тихий, на большее он не способен. Не сейчас, когда его сознание перевернулось. Не сейчас, когда у него была истерика. — Не похоже, — парень хмурится, он не верит и правильно делает, — что случилось, маленький? Небольшая пауза. Слышно шелест листьев от ветра. — Хённи, если я попрошу тебя вспомнить что-то связанное со мной, что ты вспомнишь? — Сынмину хочется чувствовать любовь, он хочет быть для кого-то значимым. — Ну.. — Только что проснувшийся мозг не сразу исправно работает, но Хёнджин каждый день прокручивает у себя в голове ответ на этот вопрос. — Твой щенячий взгляд и твои зацелованные щёчки. Наши походы в кино и прогулки под дождём. Твою улыбку от подаренных мной конфет. Твои песни и твой волшебный голос. Твои чудесные объятия и твоё дыхание в шею, когда мы спим вместе. Нашу квартиру, заваленную бумагами с нотами и моими рисунками. Твою руку на моей руке и твои губы на моих губах. Наши выгулки Кками в парке и твой смех. Твой.. — договорить Хёнджину не даёт поцелуй. Он выходит мокрым и солёным из-за слёз младшего, но им обоим плевать. Старший обволакивает руками талию Кима, а тот, в свою очередь, обвивает шею другого. Сейчас – когда никто не мешает: ни друзья, ни домашние питомцы, ни мысли – им так хорошо. Они вдвоём, они делятся уютом и им тепло. Их сердца бьются в унисон, потому что оба пылают. Неважно от любви или от разочарования. Они согревают. Даже если на улице холодина. Их сердца рвутся навстречу к друг другу. Они хотят слиться воедино, потому что уже давно пора. Они — две половинки одного целого, одна из которых затерялась и желала не того. Но хватило лишь одной ночи и одного разговора, чтобы понять, что не всегда то, что мы представляем, является на самом деле. И нужно быть готовым к тому, что ваши идеалы пойдут крахом. Главное, осознать и не терзать себя. Ведь каждый заслуживает большего. Каждый заслуживает любить и быть любимым. В приятных объятиях любимого человека все проблемы кажутся настолько мелкими, что даже один кристалл сахара был бы больше, чем они. И пусть чувства пылали к другому человеку, сердце рвалось к нему, Сынмин готов сохранить это в тайне, ради них — его и Хёнджина. Ведь они заслужили намного больше.