Бродячий ансамбль

Разлом прекрасен в любой миг Своей печалью, тишиной, Словно море, где чайки крик, Ты лишь слышишь над собой. Мерцали звёзды на пути; В млечном бале торжества. Сложили руки на груди, У камня сердца божества. Путешественник поднялся на мыс; Город в сонме голосов утопал. Он спасён от маски, полчища крыс: Здесь не было сил на скандал. «Вижу, у тебя остались вопросы» Махнул на них парень рукой «Тогда позволь в сени берёзы Историей поделиться одной» Хоть и прилёг он у обрыва, Взгляд влекло во мрак дыры, Где из дышащего разрыва Ревели твари пустоты. Пасть смыкалась зверя-грота, Вилась пыль шлемов-огней, Рёв раскатистого грома Бил из горла батарей. Сталь гремела, плещут искры, Клыками рвут доспех и плоть, Сливается в протяжный визг, Наказ друзей рубить-колоть. Трещало древко алебарды, Под напором волны зверей. Стояло войско из команды Держаться валом из камней. А на ящике ядер пустом В дымке рассветной росы Парень, бледный лицом, Тихо смотрел на часы. Шагала стрелка смирно В ногу с рядами солдат; Величие их не погибло: Горит ещё копий парад. Шеренга встаёт за шеренгой, Труб перекличка звенит; Не отступят они и ступенькой; Бьёт пока сердца гранит. Якса великий, их командир, На чашу взирал у стола. Скалился ему в ответ дезертир; Тошнило от глади вина. Товарищи скандируют в голос, Подзывают того под плечо, Он лишь угрюмо боролся; Совесть хлещет горячо. Грехи искупят болью, Но душу ли спасает смерть? Труса омоет кровью, А его кости втопчут в твердь. В громе бойкого тоста Спелись доблестью клятв Байки армейской берёсты И гимны звёздных плеяд. «Пиршество во время чумы» Мальчишка качал головой: «Отчаянным криком души, Зовут они смерть за собой» Блеснул тонко огонёк, В рамке – угол фотографии. Хранят на шее брелок: Голос праха эпитафии. Взглянул он на пещерные своды, Вспыхнула во мраке комета. А на плечи, как и в давние годы, Набросили плащ с эполетом. Пищаль вонзили в песок, В бок пихнули с усмешкой, Тут же убрали брелок, Снежанка спросила потешно: «Ну что, надежда есть?» «Её луч сверкает всегда» «А если факты учесть?» «Не вижу её и следа» «Не таким угрюмым ты будь, А то станешь тем командиром» Ему тут же надавило на грудь Дыханием с тяжёлым мундиром. Лик он вспомнил Снежной, Пожираемые огнём леса, Прощанье с могилой нежной, Тварей Бездны голоса. Их стрёкот, крик и смех, Что будоражат мех, Он топил со всею силы В ревущем грохоте мортиры. Вот ударил бездны шторм, А до людей Богам нет и дела: Где-то там – тень реформ! Искра отступничества тлела! А он ведь здесь, протягивает руку, Тем, кто по грудь увяз в беде, Несмотря на прения, культуру, В оскорблений новой череде. Потому что на бранном поле, Забудешь сразу все обиды, Смерть рассудит. А что после? Чудовищ новые лавины. На ногах он третий день В штормах, стенаниях Разлома Сидит на месте, словно тень, А в сердце борозды пролома. Стрелки медных часов, Точно стрелы времени, Вместо дюжи слов, Валили хладом бремени. Тихий смех его отвлёк От ломких чёрточек стекла. Тусклый блеск, глаз огонёк, Надежды взмах её крыла. Перчатки скрипнули с натяжкой, Улыбнулась скромно снежанка, Отбросили дерево с пряжкой, Не скрывало лицо её маска. Замер грохот, визг и голоса, Чтоб он запомнил навсегда, Чёрные пряди, голубые глаза, Тонкий ремень пуховика. Пищаль подняли за приклад, Замком выбил берцев клин, Головой качнули на расклад, Оставив выбор лишь один: «Ты честна сама с собою, Несёшься в бой на всех парах?» «Я иду своей судьбою, И не останусь в дураках!» «Ты умрёшь здесь на чужбине» «И что с того? Да ну и пусть!» «Не учтут тебя в помине» «Не нужна мне ваша грусть!» «Ты отступишь, и весь отряд» Он глянул время на часах, «Ещё не поздно, они стоят. Лифты шахты в трёх шагах» «А ты, не оборвётся пока нить, Будешь с ними пировать!?» «Я сам решаю, как мне жить, С кем дружить и умирать» Взгляд сковали словно цепью, Этих горящих синим глаз, Она же знала, с какою целью, Сорвался спором в этот раз. В короткий миг перезарядки В аккордах пушечной пальбы, Он отбросил всё, и без оглядки Склонился в тихие мольбы: «Мы спасли десятки жизней Как солдат, так горожан, Но важней всего Отчизне, Чтобы я сберёг снежан» «Помощь здесь – лишь мой поступок, Наш долг – помочь родной земле, И я не позволю в свой проступок Записать потери во скале» «Чин команданте тебе отдаю, Вот мой приказ и завещанье, И коли я здесь на жизни краю, Взять это прошу в назиданье» Фуражки полоску чёрную, Дрожащею рукой, Шапку почти походную Подняли пред собой. Перчатки сцепились уже за плащом, В чужом плече топили грусть, Солдат улыбнулся лишь мельком, «Вот тебе твоё и пусть» «Помни, люди – не твердь, И не славный гранит. Наша жизнь – тонкая жердь, Которую удача хранит» «Чувствуешь боль? Такая пора, Которую нам надо пройти, Чтобы осталась ты сильна, И не сбилась на тяжёлом пути» Отзвучали последние залпы, Взлетел прощальный салют; Скрывают товарищей шахты, Плеча касается друг. «Пройдём ко столу, поднять обязаны тост» «Выпью только одну: держать надо пост» Алым взыграла чаша, Обетов кладезь древности, Не опала чёрным сажа: Застыли души в вечности. «Я отдаю свои слова С оружьем братьям павшим, Что ещё с лучей утра В бою отвагой пели нашим» «Внесу и я свою же лепту: Воздам все почести адепту, Что сражался во строю Перед Бездной на краю» «Благодарностью полна К вам, друзья, моя душа, Свой исполним чести долг. Подвиг наш в легенды шёлк Прожжёт наши имена!» *** Во тьме палатки смотровой Он катал в руке бокал вина Когда алой гладью с головой Его утянуло во мрак дна. Стекала с камня капля крови, Застыла в гроте тишина, И остался кроме боли Тихий смех угла крыла. Сложили головы они На плаху вечности-тюрьмы. Замолкли песни, вой и стон, Едва слышен стрелок звон. Медь застыла, бьётся тихо В пустой надежде на ответ, Пока во тьме с ветром свиста Не взыграет лазурный цвет. Наваждение пропало, Взыграло, да и с глаз долой, Бьётся сердце куда попало, Поймают себя на мысли одной. Он поднял взгляд на неба свет. Ведь там, Бездна его как знать, Вдруг через столько сотен лет Станут про их души вспоминать. \*/ И в дань человеческой жертве Властелин камня хмуро молчал, Итэр, на миг забыв о смерти, Лицо поднял к дыханью скал. Среди гранитного покоя В волнах влекущей пустоты Уснули души тех героев У лишённой неба звезды. Не скрипнет боле кран наверх, Забыли рельсы стук колёс. Печально, что имена их всех Ветер времени унёс.