Два идиота.

Молодёжный клуб - место шумное, пару подростков там особо никто не заметит, если они не будут сильно мешать. А никто и не мешал, просто расследовал. — так, что будем делать? — спрашивает Сал, как только они поднимаются на второй этаж с игровыми автоматами. — есть идея! — заявляет Ларри и, взяв листовку, идет между автоматами к одному, который постоянно не работает. — а, нет идеи.. — остановившись перед ним, он тупо смотрит на автомат, как будто в его голове что-то только что щёлкнуло и включило режим адекватности тогда, когда он больше всего не нужен. Салли подходит ближе, смотря на автомат. Обычный сломанный автомат, с подранной черной краской, кажется, с пакманом. Так вот почему здесь всегда пусто! В какой еще автомат играть, если не в пакмана, да? — дай сюда. — Фишер отбирает листовку и, сложив, с трудом запихивает туда, откуда вылезают билеты. Внезапно автомат уходит под пол, открывая лестницу. Без задней мысли друзья заходят туда, после чего автомат возвращается на свое место, запирая их в полутьме, освещаемой лишь неоновыми лентами, прилепленными к потолку. — ебать. — выражение лица Джонсона остается абсолютно безразличным. — ну нахуй. — по синеволосому тоже не скажешь, что он удивлен. Длинная лестница в неовом розовом, под который обычно сосутся в клубах настоящие крутые подростки, уводила куда-то вниз, где гремел бас, сотрясая лестницу. — черный, пригнись, а то ебанешься. — Салли начинаеть спускаться. Ларри закуривает, после чего идет следом, пригибаясь, чтобы не удариться о потолок. Спуск занял целых десять минут, за это время оба идиота уже успели родить по шесть детей и пережить по одному аборту. Если что, это была шутка. Могу только сказать, что Ларри выкурил штуки две, пока они шли. — ебаный в рот... — Салли останавливается резко, как только достигает последней ступеньки. Высокий потолок, обстановка комнаты делает ее похожей на какой-то старый заброшенный храм и просто куча голых людей. Абсолютно голых. — бля, что это за хуйн-... — Фишер видит,как Ларри, развивая скорость света, бежит к бару выпрашивать дозу курительного, а затем, явно расстроенный, возвращается с пустыми руками. — чо? — ну чо, чо... Эт какая то секта, как я понял. Мне сказали, надо вступить, чтобы дали халявной наркоты... — голубоволосый грустно кивает. — пошли? — не дожидаясь ответа, подхватывает крокодылдика под руку и уводит прочь из этого места. *** Они выходят из здания с двумя банками сидра. — чтоб их метеоритом уебало... — шипит все еще разочарованный Ларри, открывая банку зубами и делая глоток. — знаешь, я тут подумал... — Фишер садится на бордюр, даже не открывая свой сидр. Повисает неловкое молчание. Пока один подбирает слова, стуча банкой по бордюру, другой успевает все выпить и придумать себе в голове ультраплан по захвату шоколадных конфет. — мы с тобой так долго дружим, и всю нашу дружбу предлагаем друг другу переспать... Ну... Ты предлагаешь. Я в начале не понимал, но теперь, кажется, начинаю: это такой глубокий код, у нас такое уважение... Бля, что я несу... Ну короче... — Сал обрисовывает руками круг, как бы пытаясь что-то объяснить. Слышен удар железа о железо - это Джонсон выкинул банку. Сало поднимают с бордюра, после чего берут под руку. — поебемся? — темноволосый закуривает сигарету, сгибаясь вдвое. Голубоволосый хихикает. — Нам надо разобраться с тем, как вот этих разъебать — да они сами как-нибудь. Давай ебаться. — и, взявшись за руки, два идиота начинают свой долгий путь от бара до ближайшей ебательной поверхности.