Сияние глаз твоих

Весна — начало нового учебного года. Для кого-то она — пора юности, означающая время свиданий и ухаживаний, а для кого-то — новый старт в его начинаниях. В Японии придают этому временю году немалое значение. Солнце тёплым отпечатком покрывало кожу. За окном могли бы разлетаться лепестки сакуры, но около нашей школы они были посажены лишь только при входе, а вот во дворе и вокруг — простые лиственные деревья, которые не вырастали выше десяти метров. Прикрыв глаза и облокотившись на руку, слушала музыку в наушниках. Размеренная мелодия перекрывала шум новоиспечённых одноклассников. С прошлого года всех перетасовали, в классе со мной оказались пара знакомых одноклассников, в число которых входил Нишиноя. Мы с ним были в классе 3, год 2. Кто-то мог посчитать это везением, хотя отчасти так и было. В последних экзаменах мне пришлось приложить много усилий, чтобы Ноя сдал их, и для этого я время от времени занималась с ним. Также мне надо было самой написать на такие же баллы, как и он. Спросите, зачем мне это? Так было привычнее. Первая неделя прошла быстро, за которую в клубе было всего лишь несколько тренировок, и то неполноценных, на утренние я приходила редко, потому что рано вставать это не про меня. С Юу и его специальными тренировками пришлось повременить, так как повсюду много беготни, приготовлений к началу первого семестра, отчего хотелось в бессилии упасть на кровать. Первогодок мне так и не удалось увидеть, хотя рядом с спортзалом Сугавара отрабатывал с кем-то приёмы. Нишинои часто не было в классе, он каждый раз умудрялся найти что-то интересное на перемене, и с этим ему помогал Танака. Мне же удобней проводить свободное время не за беготнёй, а на стульчике в классе, где всё размеренно и нет резких движений, в особенности рядом со мной. Одноклассники будто бы уже заранее понимали, что лучше меня не тревожить, так как проводить свободное время я предпочитала в тишине. Хоть ни с кем у меня драк не было, но, наверное, их настораживал мой взгляд. Слишком прямой. Да и глупая привычка хмурить брови в случайные моменты, которые были нечастыми. А ещё вроде бы тот третьегодка, который уже выпустился и которого мне пришлось ударить, пустил слух о том, что я хулиган и якобы вожусь с якудзами. Многие не поверили, так как оценки у меня слишком хорошие для хулигана, да и поведение примерное. Сидя на лавочке в отдалённом углу внутреннего дворика, я читала статью из журнала, которая напечатана на русском. Еле смогла достать. Такие вещи запросто не найти, ведь никому они не нужны здесь. Хоть русский язык мне вряд ли пригодится, но обрывать, итак, тонкую ниточку с прошлой жизнью не хотелось. Не хотелось забывать то, кем я была, но… Воспоминания нещадно стирались, словно ничего и не было, словно это плод моего воображения. И чтобы не утонуть в безрадостных, одиноких мыслях, я искала ответ в когда-то родном языке, пытаясь заполнить образовавшуюся пустоту. Тень над головой появилась неожиданно, отчего сердце в испуге бухнуло, а тело мелко вздрогнуло. Подняв голову, замечаю напротив любопытного Сугавару. — Ты так неотрывно читаешь, — протягивает он, растягивая губы в дружелюбной улыбке и присаживаясь рядом. — О чём она? — Да ни о чём важном, — сворачиваю статью, зажимая в руках так, чтобы не было видно, что внутри написано. — Она совершенно бесполезна, просто описание природы, — выдумываю ложь, сохраняя обычное лицо. Врать Сугаваре гиблое дело, но у меня получалось, так как и врала я очень редко, да и по мелочам. Но врать ему было труднее, чем кому-либо. Всегда светлое лицо Суги смотрело на всех такими правильными, честными глазами, отчего возникал вопрос: «Такие люди и вправду существуют?» — Ты уверен, что там так напечатано? — в неверии надавливает, слегка сводя брови, а улыбка меркнет. — Конечно, Сугавара-семпай, — задабриваю и решаю перевести тему. — Ребята говорили о первогодках. Может ты хочешь поделиться впечатлениями? — Пока ещё рано что-то говорить, но задатки у них не плохие. С ними мы наверняка пройдём до Национальных! — А что насчёт Ка… — чуть не сболтнув провокационный вопрос, я себя одёрнула. Нарита рассказывал про Кагеяму, который был связующим и который мог заменить Сугу в основном составе. — Э… Что насчёт каникул, как прошли? — О, эм, дома с родителями, — опешил он, ожидая другого вопроса. — Ещё пару раз виделся с Дайчи и другими ребятами. Не сказать, что насыщенные, но и никакими назвать не получается. А у тебя? — Тоже самое. — Немного будоражит то, что ждёт нашу команду впереди. Не так ли? — Определённо. Такое чувство, что скоро все будут смотреть на нас. И это будет замечательной возможностью для Карасуно. — Ха-ха, вот так инициатива, Мичи! — сотрясся в лёгком смехе он. Я удивлённо взглянула, замирая. — Обычно ты бы сказал что-то вроде «Ага» или же кивнул бы. Походу ты стал относиться к волейболу серьёзней, — Суга похлопал по плечу. — Я уже давно серьёзно отношусь к нему, просто это не видно. — Верю. Ты и правда ответственный, если это касается того, чего упорно добиваешься, — продолжает улыбаться со смешинками в глазах. Тепло в груди разливается, лаская. — Спасибо, приятно слышать это от тебя, но не забывай про себя, — смотрю в упор на Коши, его рука на плече мелко вздрагивает и невесомо перемещается к себе на колено. — Ты заботливый, трудолюбивый и много ещё какой. — Вау, спасибо, — лучезарно улыбается. — Хм, может сделать тебя следующим капитаном? — Нет! — испугано восклицаю я и продолжаю уже более спокойней, заметив несколько взглядов в нашу сторону. — Не нужно мне такой щедрости. — Пхах! Хорошо-хорошо, тогда может вице-капитаном? — Я подумаю, но ничего не обещаю. — Ты подумай уж. О, там Дайчи! Ладно, я пойду, Мичи! Скоро будет звонок, так что ты тоже шёл бы уже к классу. — произнёс он, а, отойдя на некоторое расстояние, развернулся и крикнул. — Забыл сказать, приходи утром в субботу! Будет тренировочный матч первогодок! Киваю и тоже ухожу с насиженного места. После разговоров с Сугаварой становилось тепло не в физическом плане, а душевном. Будто бы он был моим старшим братом или тем самым другом, с которым прошли и огонь, и воду.

***

Суббота, как выходной день прекрасен, но как учебный… Утро тянулось так долго. Задремав в пустом классе, я погрузилось в беспорядочные дебри мыслей. Всё чаще меня стали пугать долгие взгляды на мою персону. Их было мало для популярного парня, но много для необщительного. Приходилось гадать, были ли это заинтересованный взгляды или что-то подозревающий. Я была уверена, что плотно прилегающий топ скрывал грудь, а сверху надетая майка, точно скрывала какие-либо очертания, которые могли показаться, вдобавок поверх всего была надета мешковатая футболка. Шорты или штаны никогда не облегали. Поведением и жестами я тоже старалась не выделяться. Нервозности не было, но были сжатые кулаки, возникающие от мысли: «Я попалась». Но ничего пока не происходило. Надеюсь, это безобидные взгляды, обозначающую симпатию. И что я всё навыдумывала, а то мне конец… — Хага-кун! — в класс заходит Хасаши, а за ним Чикара и Казухито. — Пойдёшь сегодня на матч первогодок? — Конечно, иначе стал бы я переться в такую рань. — А что тогда сидишь тут? — Всё то тебе надо знать, Киношита. Класс свободен, так почему бы не поспать ещё лишних десять минут, — закинув портфель на плечо, я направилась по коридору в сторону нашего спортзала. Ребята шли рядом. — Понятно. А класс ты не собираешься закрывать? — Нет. До меня пришла наш президент, она скоро должна будет вернуться. — Тогда ладно. Дальше мы дошли до спортзала, парни говорили о каком-то сериале, а слушала, сильно не вникая. Простой спортивный костюм уже надет на мне, поэтому необходимости переодеваться не было. Из зала доносились голоса, и среди них точно можно услышать Рюноске. С первогодками он стал гораздо шумнее, хвастаясь чем-нибудь и успевая ухаживать за Киёко. Мне бы его активность. — Утра, — проговорил Энношита, вся остальная наша компашка произнесла тоже самое. — Ну наконец-то! — как всегда громко вскрикнул Рю. — Скоро должны подойти Киёко-семпай, Савамура и Сугавара, а с ними и оставшиеся первогодки. Положив сумки, мы стали разминаться. Поверьте, я и сама не знаю зачем, но такова привычка, особенно, для тех, кто ходит по утрам. Для меня же это была прекрасная возможность размять затёкшее тело после сна на парте. Вспомнив про первогодок, на которых я не обратила внимания, когда заходила, мне стало очень интересно взглянуть на них, и захотелось удостовериться в своих догадках. Парень с тёмными волосами полностью сосредоточен на разминке. Его голубые глаза несли пронзительный взгляд, словно он уже заведомо знал все твои слабости, не оставляя шанса на противостояние. Кагеяма Тобио — гениальный связующий с точными пасами, но с эгоистичным характером. Именно так отзывался о нём Дайчи, и не только он. Для первогодки рост Кагеямы был хорош, как и физические данные. Перевожу взгляд на того, кто значительно выделялся не только из-за маленького роста для волейболиста, что совершенно не имело значения, но и из-за ярких рыжих волос. Первогодка Хината Шоё. Удивил многих своими быстрыми и высокими прыжками. Есть большое стремление и желание, но нет техники. Совершенно неожиданно, он переводит глаза на меня, и тут же вздрагивает то ли от моего взгляда, то ли от неожиданности. Я спокойно отвожу глаза, будто бы ничего не было. — Танака-семпай, а это остальные члены волейбольного клуба? — послышался тихий шёпот Хинаты. — Ну конечно! Это наши второгодки: Энношита Чикара, Киношита Хисаши, Казухито Нарито и Хага Мичи, — показывая поочередно на нас, говорил Танака. Кагеяма заинтересовано взглянул на нас, в то время как Хината восхищённо смотрел. Дверь спортзала приоткрылась, а затем зашла Киёко в своём неизменном светлом спортивном костюме с сиреневыми полосками по бокам. Танака тут же оживился, что-то увлечённо говоря ей. За Шимизу показались остальные: капитан, вице-капитан и двое первогодок. Сугавара говорил, что высокого блондина в очках зовут Тсукишима Кей, а парня с веснушками Ямагучи Тадаши. Первый выглядел немного высокомерным и безучастным, а второй дружелюбно и скромно. Даже не видя всех первогодок в игре, можно сказать: в этом году мы по-настоящему будем опасной командой. Матч 3-на-3 был впечатляющим. Динамичность и слаженность Кагеямы и Хинаты сыграли в этом главную роль. Но что удивило всех так это то, что при атаке Хинаты тот закрыл глаза. Тсукишима же оправдал свой внешний вид. Весь матч он вставлял язвительные комментария, на что Танака громко вспыхивал. И когда первогодки получили форму, послышался чей-то запыхавшийся голос: — Всё решено! Тренировочный матч! — из-за дверей показалась тёмная макушка Такеды-сенсея. — Матч с Аобаджосай! — О? Аобаджосай? — тихо проговорил рядом стоящий Энношита. — У них сильная команда, — сказала я, вспоминая их последнюю игру. — Капитан Аобаджосай — Ойкава Тоору. Его навыки в волейболе на высоте. — А ты хорошо осведомлён, Хага-кун, — заметил Киношита. — По другому и не может быть, — усмехаюсь. Мой взгляд снова случайно натыкается на Шоё, который опять же вздрагивает, но не отводит глаза. Хоть я уже поняла какой Хината, но свободно общаться с тем, с кем вижусь впервые, не хотелось. Молчаливость и отстранённость сковывали. Мне нужно время, чтобы привыкнуть к ним, а пока буду неразговорчивой второгодкой.

***

Вторник. Время после занятий. Ожидавший нас школьный автобус уже стоял. Нам предстояла недолгая поездка. Вместе с Танакой и Хинатой я заняла место в хвосте, слева от рыжеволосого. — Хага-сан? — послышалось тихое от Хинаты. Его вид меня немного насторожил: кожа бледнела с каждой минутой, а глаза как-то странно замирали, будто в ожидании чего-то. — А почему у вас так много проколов в ушах? — Простое желание. Да и возможность была, — решила ответить. — Кстати, Хината, ты нормально чувствуешь себя? — Д-да. Я промолчала, хотя было видно, что тот чувствовал себя плохо. Видно он очень волнуется перед первым его матчем. Посмотрев на Танаку, поняла, что бесполезно тому что-либо говорить, так как он вообще на своей волне. — Хината, Хага, хотите палочек? — беззаботно произнёс Рюноске. — Пало.? — В-воздуха… — Хината потянулся к окну. И в следующее мгновение произошло худшее из возможных событий. — Хината-а-а!!! Штаны были бесповоротно испорчены, над чем я тихо посмеивалась всю оставшуюся дорогу. Танака громко ворчал на меня из-за этого, Хината же извинялся перед ним. Приехав, все разбрелись, кто куда. Заметив высокую блондинистую макушку у края чужой школы, подошла к нему, тут же замечая ещё несколько человек. Рю стоял около стенки здания, мрачнея с каждой секундой. — Тсукишима? Что вы тут делаете? Он оборачивается, нахмурив брови, и кивком головы указывает на ребят из Аобаджосай за углом. Замираю, стараясь прислушаться к тому, из-за чего Рю, Кей, Тадаши и Тобио выглядели угрожающе. -А этот лысый! Он реально идиот! — послышалось уже ближе. И Танака, не выдержав, с устрашающим лицом вышел, а за ним Кагеяма, Тсукишима и Ямагучи. Два парня испуганно застыли. Облокотившись о стену, я стала наблюдать за разворачивающейся сценой, которой решила видимо подыграть даже природа, несколько воронов пролетели над нами. Я бы и сама подошла, чтобы высказать, что думаю об этих ребят, но тогда будет уж слишком нечестно, да и нагоняй от Дайчи получать не хочется. После пары ласковых слов, появился Дайчи. Спортзал Аобаджосай был больше нашего в два раза. На втором этаже около перил стояло несколько групп учеников, поддерживая команду своей школы. Значит будет напряжённо. Переодеваться мне было не обязательно, так как я не играю в матче. Все засуетились, переодеваясь и разминаясь. Хината всё ещё с больным лицом побежал в туалет. Если задуматься, то в мой первый серьёзный матч я была настолько сосредоточенной, что не замечала, как кто-то обращался ко мне. Первый сет вышел комом. Хината буквально путался под ногами, путался в своих ногах и руках, мешая тем самым игре. Его руки непрерывно дрожали, а во время подачи он попал по затылку Кагеямы, что вызвало смех не только у меня, но и у Танаки с Тсукишимой. Скоро этот Кей опередит меня в колкостях. Даже завидно, но в принципе ладно. Во время перерыва между сетами Рю произнёс какую-то забавную, вдохновляющую речь Хинате, чтобы тот перестал нервничать, что на удивление сработало. Так ещё теперь Рю зовут сенпаем. Если он будет этим хвастаться, то синяков он от меня столько понаберётся, что не сосчитает! Второй сет был уже лучше. Блоки Тсукишимы с Кагеямой имели большой потенциал. Быстрая атака поразила противников столь неожиданно, что те замерли. Хината не смотря на роль центрального блокирующего, стал хорошей приманкой. Его опасались, за ним внимательно следили, он путал их. Меня немного удивил доигровщик Аобаджосай — Хаджиме Иваизуми. Я видела его игру с их связующим, и с ним Иваизуми был сильным, надёжным, более точным, да и атаки чаще проходили. А сейчас он будто не отличался ничем от других. Перед третьим сетом появился Ойкава, и это насторожило всех. Чёрт! Наши шансы быстро покончить с последним сетом уменьшились. Последний сет начался, и пока «Великий Король», как его назвал Шоё, разминался, надо было заработать побольше очков. Спустя несколько забитых очков, на площадку вышел Ойкава. И тут стало по-настоящему напряжённо. Практически каждая его подача забивала очко. Подачи были настолько точными, что принять нормально мог только Дайчи. Намного лучше моих. Руки тут же зачесались, мне захотелось тоже сделать пару подач в ответку, но я была не на площадке. Ойкава наверняка проделал большую работу. Поразительный. Теперь я понимаю, почему Кагеяма восхищался им. Хоть он и раздражал, но игра от этого не была хуже. И всё же победили мы. Приятно уставшая команда направлялась обратно к автобусу, чтобы вернуться к вечеру к своей школе. — Уверен, тебя этот Ойкава не на шутку напугал. Да, Рю? — мы направлялись обратно к автобусу. — Конечно же нет! С чего бы мне его бояться?! — Подачи у него, что надо, — продолжила я. — Кое-кому было бы интересно их принять. Около ворот показалась каштановая макушка. Ойкава. Почему он здесь? — Драки хочешь? — всполошились Танака и Хината. — Ну что вы? — с приторной улыбкой произнёс. Он вызывал у меня неоднозначные чувства: вроде бы, такой сильный связующий и хороший капитан, но характер слишком скользкий, хотя было бы весело пообщаться… — В следующий раз давайте посоревнуемся в полную силу, хорошо? У вас поразительные атаки, но… остальные приёмы не очень. Скоро межшкольные отборочные, вы должны не провалиться, иначе как мне победить своего милого кохая? — Дело в приёме?.. — отозвался Хината, взбудоражено реагируя. — Нам тогда помогут спец тренировки! — За столь короткий срок ничего не получится. Ваш капитан уж точно знает. Развернувшись, тем самым заканчивай диалог, Ойкава пошёл в сторону школы. Он был прав. Но скоро сможет вернуться к тренировкам Нишиноя, только захочет ли он играть без Асахи… Думаю, нет.

***

Как только мы вернулись, то провели небольшую разминку, после которой надо было ещё убраться. Сил за матч у меня не убавилось, так как в нём моего участия было. Определённо, это вызывало какое-то раздражение, будто украли место, которое, хоть и было периодически занято другими, но чаще моим. Я знала… знала, что вскоре появятся эти первогодки, которые, конечно же, будут играть, а не стоять среди запасных. Знала, что и в основном составе играть мне не придётся. Вроде бы тогда и напрягаться не нужно будет, но… Я хочу этого. — Хага-сан? — окликнул меня Ямагучи. Убрав швабру, я посмотрела на него, ожидая продолжения. — А почему в подсобке лежит сломанная швабра? Сугавара не дал мне её выкинуть. Та швабра всё ещё находится там? Я и не знала. Видимо для нашего связующего она хранит тяжёлое воспоминание, но нужно ли ему вообще такое воспоминание? Лишь только мучает себя. Заинтересованный Кей, услышав друга, подошёл к нам. — Не думаю, что смогу ответить тебе. Лучше спроси самого Сугу, — направилась к выходу из зала, так как уже все собирались расходиться по домам. — А давно вы занимаетесь волейболом? — последовав за мной, а за ним и Кей, произнёс Ямагучи. Подружиться что ли решил? — Со средней школы, — немного помолчав, решила узнать побольше о первогодках. — Ну а вы как подружились? Тадаши отвёл глаза, немного поникнув. Похоже я затронула не лучшую тему. Мне показалось, что его губы дрогнули, но из-за темноты вечера не было видно. Вдалеке около знакомого магазинчика стояла часть команды, к которой мы медленно приближались. — … Мне пришлось сказать пару слов обидчикам Ямагучи, — сухо начал вместо паренька Тсукишима. — После этого он записался в волейбольный клуб, и мы начали играть вместе. На этом и всё, пожалуй. — Повезло тебе с другом, Ямагучи. — Ага. А вот кому точно не повезло, так этим двоим, — хитро улыбаясь, указал кивком Тадаши на Кагеяму и Хинату, когда мы уже практически подошли к большей части команды. — Соперники стали сокомандниками. — В Шираторизаву я не поступил, — послышалось от Кагеямы. — Вступительные у них безумные. — Э-э, а у короля то успеваемость не королевская! — посмеиваясь, произнёс Кей, вызвав язвительный смешок у Ямагучи и раздражённый взгляд Кагеямы. Я улыбнулась краешком губ. Мы пошли дальше, отдалённо слыша обрывки разговора, который продолжался. — Так нравится называть его королём, а не по фамилии, Тсукишима? — спросила я. Кей хоть и бесил некоторых, но не меня и не Ямагучи. Для веснушчатого он был крутым парнем, что виднелось по глазам. А мне казались фразочки Тсукишимы забавными, пропитанные язвительностью, которая многих не обходила стороной. — Дело не в том, что мне нравится или нет, а в том, что бесить короля — весело. — Не смотря на это он всё же остаётся гениальным связующем и одним из лучших игроков Карасуно, — усмехнулась я на скорченное в гримасе лицо Кея. — А что насчёт Хинаты? — задумчиво спросил Ямагучи. Заметив мой вопросительный взгляд, дополнил. — Что думаешь по поводу его навыков в волейболе? — Хин… — Прыгающий мандарин, — перебил Тсукишима, на что я лишь раздражённо поджала губы, закатывая глаза. — Высоко прыгающий мандарин с сумасшедшим глазами. — Почему с сумасшедшими глазами? — тут же растеряла всю раздражительность. — Его мания к волейболу не имеет границ. Таких людей я не выношу больше всего, — последнюю фразу он с неприязнью выплюнул. Я ничего не ответила, решив промолчать. Для него, наверное, тема волейбола довольно щепетильна. Казалось, что кроме как клубной деятельности, он не видел в этом смысл. И я понимаю и принимаю его выбор, но вот только… У Тсукишимы есть многое для того, чтобы стать замечательным игроком, как тот же Ойкава. Но он, совершенно, не выкладывается на всю мощь! И упускать шанс или играть вполсилы — ошибка, на которую открыть глаза ему поможет лишь только он сам, в крайнем случае — близкий человек. Ямагучи, потупив взгляд, шёл между мной и Тсукишимой. Проведя небольшое время, можно было понять, что Тадаши вёл себя открыто, но чаще только, когда Кей рядом. С ним общаться не трудно, если знаешь о чём поговорить, иначе неловкого молчания не избежать. — Мне туда, — сказала я, заметив, что ребята повернули в ненужную для меня сторону. — До завтра. — Пока! — скованно попрощался Ямагучи. Тсукишима махнул пару раз рукой из стороны в сторону.