Сияние глаз твоих

Нет ничего чудовищнее того, что мы можем внушить себе сами

Неделя до тренировочного матча прошла довольно быстро, но настолько насыщенной, что каждый день что-то происходило. Сначала к нам пришёл новый тренер — Кейшин Укай, внук Икея Укая, который всё ещё находился на лечении. Кейшин Укай-сан показался мне резким, напористым и даже самодовольным, но это было оправдано тем, что нам и правда нужен такой тренер. Всё же Дайчи лучше подходит роль капитана. В день появления Укай-сана в спортзале так же произошёл матч Карасуно с, как я поняла, бывшими участниками Карасуно, так ещё волей случая на площадку был затащен Асахи. Именно он. А самое прекрасное то, что в игре Асахи снова обрёл уверенность, и, кажется, в этом ему поспособствовал Хината, который всю игру восхищённо наблюдал за ним. В конце концов Азумане вернулся в команду, а с ним и Нишиноя, который не меньше Хинаты радовался его участию в матче. Сегодня вечером мы должны собраться у школы, чтобы организованно поехать до места нашего недолгого проживания и проведения тренировочного матча с Некомой. Хоть в прошлом году мы не сталкивались, но про них столько можно найти матчей, что мне потребовалось сидеть за компьютером несколько дней, пытаясь понять стиль их игры. И с каждым просмотром понять их тактику было тяжело: они основывались больше на защите, чем на атаке, но не как Датэко; упорство помогало им играть дольше, а мастерство раскрывалось под конец, тем самым забирая победу из-под носа противника. Их стиль был словно лабиринт, запутанный, хаотичный, бесконечный, заставляя задыхаться, путаться и совершать ошибки. И если все друг друга дополняли, делая это всё совершенным механизмом, то их связующий был разработчиком: наблюдал, выискивая все слабости, но со скучающим видом, будто это была какая-то игра, в которую он играет не первый раз. Но и остальные игроки недалеко от него ушли. Короче, тяжёлые они соперники, очень тяжёлые… Собрав рюкзак, при этом хорошо замаскировав все предметы выдававшие меня, как непарня, выхожу в коридор. В гостиной сидела мама и гладила пушистое брюшко Юты, но, услышав мои собирания, поднялась, беря на руки питомца и подходя ко мне. Она нежно улыбалась, но в глазах можно было заметить тревогу. Папа же был ещё на работе. — Будь осторожна, Мичи, и пиши, если что, — с заботой просит. — Обязательно, — обувшись и накинув лёгкую кофточку, успокаиваю маму. — Всё будет хорошо. Не тревожься этими мыслями так сильно. Береги себя. — И ты тоже! Я приобнимаю её так, чтобы Юте было комфортно. Уходя, оборачиваюсь, чтобы ободряюще улыбнуться маме, она же мне на прощание машет ладошкой, в которой также покоилась лапка кошки, будто та тоже прощалась. И что-то в этом было тёплое.

***

Здание на самом деле было не так уж далеко, среди множества деревьев, внутри было опрятно и пустовато. Хината, как только вошёл, принялся бегать и рассматривать все комнаты. Я же с второгодками пошли в указанную спальню, только вот Рю и Ноя куда-то убежали. Комната оказалась достаточно вместительна, так что тесноты и прижиманий некоторых личностей можно не бояться, и всё же я выбрала место в уголке. Справившись с постелью, оставляю ребят копошиться со своей. Нам сказали идти в столовую, как закончим с раскладыванием вещей, но вместо этого иду проверить где находится туалет и какие ванные. Нет… Эти японцы… Совершенно не знают, что такое границы! Если в туалете хоть как-то можно побыть одной, то в ванне нет! Там просто одна большая ванна и несколько кранов. Либо придётся спать грязной, либо ждать глубокой ночи и идти в тихую. В столовой многие уже сидели и уплетали еду, которая была заранее приготовлена Такеру-сенсеем и Киёкой. И, видимо, она тоже здесь с ночёвкой, хоть её дом вроде недалеко. Признаться честно, даже в таких условиях она выглядела прекрасно, её волосы были аккуратно прибраны в хвостик. Порций было так много, что оставалась добавка, от которой Танака и Нишиноя не отказались, конечно же. — Так! — немного громче произносит Укай-сан, чтобы привлечь внимание и сказать что-то. — Сейчас идите займитесь своей гигиеной и спать, и чтобы ночью по этажам не шатались! Поняли?! — Ос! — ответили ребята. — Сначала идут третьегодки, потом второй год, а затем — первый, — твёрдо произносит Дайчи, чтобы не было толкучки. Все закивали, соглашаясь и потихоньку покидая столовую. Ступор, что появился со слов капитана, покидает меня, а лихорадочные мысли наплывают, чтобы придумать причину не идти вместе с другими. Мой взгляд падает на посуду и Киёку. Точно! Это поможет мне потянуть время. — Киёко, ты не против, если я помогу? — немного рвано и дёргано встаю со стула, держа тарелку. — Буду благодарна, если можешь, — кивает она, сохраняя свою холодность, но при этом её губы приподнимаются в лёгкой полуулыбке. — Мичи! Ты идёшь? — из неоткуда в проёме возникает Юу, когда в столовой никого не оказывается, кроме меня и менеджера. Юу странно смотрит на нас, стараясь понять что-то. — Позже приду. — Минут через десять будет наша очередь мыться, так что поторопись или может мне сказать, чтобы мы тебя подождали? — Не надо. Всё в порядке, иди. — Хорошо, раз ты так говоришь, — он косится, но спустя мгновение скрывается за дверью, тихо прикрыв ту. — Ты уверен, что мы успеем, Хага? — спрашивает Шимидзу, стоя рядом. Я поворачиваю голову в её сторону, опуская взгляд. Всё же разница в десять сантиметров, конечно, с Юу у нас побольше будет. Но чаще мне приходилось поднимать глаза, так как ребята у нас в команде повыше меня. Если стоять поблизости с Шимидзу, то всегда можно почувствовать лёгкий, едва ощутимый, сладковатый запах ягод. С ней всегда было приятно находиться. Она словно старшая сестра для меня. — Может пойдёшь? Я сама справлюсь. — Не могу… — тихо произношу так, чтобы Шимидзу не услышала, и видимо это сработало, так как она недоумённо смотрит. Смущение накатывает волной, но я не позволяю ему сорваться в голосе. — Я хотел бы остаться. — …Надеюсь на твою осмотрительность, Хага-кун, — подозрительно смотрит. — Тебе не стоит волноваться. Мне просто… просто… Ха-а, забей, — устало произношу. Всё ещё страшно. Хоть Киёко и понимающая, и сэмпай, но какая есть гарантия того, что она будет молчать, когда узнает мой секрет? Она заслуживает доверия, но рисковать — будет слишком опрометчиво с моей стороны. — Я хоть и не знаю в чём причина твоей задержки здесь со мной, но мне кажется дело в том, что тебе непривычно ночевать с другими ребятами. Не стоит так переживать, Хага-кун. В крайнем случае сообщи либо Дайчи, либо сенсею и Укаю-сану. — Спасибо за заботу, Шимидзу. Она кивает, продолжая убирать, в чём я ей и помогаю. Приятная тишина разливается по комнате, прерываясь лишь отдалёнными голосами парней. За окном изредка раздаются лишь шелест листвы и тихое уханье совы. Закончив дело, мы с Киёкой направились в разные стороны коридора, так как она ночевала в совершенно противоположном направлении от наших комнат. Чтобы потянуть ещё время, я пошла к автоматам с едой, находившимся недалеко от нашей комнаты. Подходя к ним, слышу, как кто-то настороженно переговаривается. Мне приходится заглянуть за угол, чтоб понять, что происходит. Там стояли испуганный Хината и такой же, но старающейся выглядеть уверенным, Танака. — Мне показалось, что я-я видел р-ребёнка… — заикающе произнёс рыжеволосый. — Что? Н-не может быть. Так! Не о чем беспокоиться! Всё будет в порядке, Хината! Я уже хотела вернуться обратно к автомату, как на весь этаж прозвучали крики этих двоих, заставляя вздрогнуть. Разворачиваюсь, всё ещё незамеченная никем, и вижу Юу. Осознание медленно накрывает, и я начинаю смеяться. — Эй! Кто там? — испуганно произносит Шоё, не ожидая такого резкого звука со стороны. — Это всего лишь я. — Перестань смеяться, Хага! — вскрикивает Рю. — Посмотрел бы я на тебя в такой ситуации! — Потише, Рю! Иначе нам достанется от Дайчи-сана, — произносит Ноя. Снова. Его волосы снова так лежат после душа, прикрывая лоб. Не смею отвести взгляд. Проходит всего лишь пару секунд, но и этого хватает, чтобы понять, что пялиться больше не позволительно, иначе будет всё трудно. — Кстати, Ноя-сан, вы уменьшились? — спрашивает Хината, также тихо, как до этого, что заставляет глянуть на рыжика. — Пха! Точно! — Рю пробивает на смех, я же позволяю себе только мягко усмехнуться. Меня уже давно не волновало насколько был Юу ниже. — Что?! А ну прекрати-и-и!!! — угрожающе закричал Юу. А в следующее мгновение появляется Асахи, который до чёртиков испугал всех так (у меня же только прошли быстрые мурашки), что на этаже раздались повторные крики, а за ними уже крик Дайчи. 12 парней. В одной комнате. И я. Это… не самое худшее, что со мной случалось, но, чёрт! Хоть радует, что смогла помыться одна, и какое же благословение, что там можно было закрыться на замок! Лёжа у стенки, я слушала музыку, параллельно написав маме: «Здесь хорошо, мам! Вечер прошёл спокойно и сейчас также нормально». Получив стикер и «спокойной ночи», отвечаю и кладу телефон на одеяло, которым плотно укрылась. В комнате уже потушен свет, а все начинали засыпать, только Сугавара что-то писал в тетрадке, включив неяркий фонарик. Ниже, в другом ряду, мирно храпели Рю и Хината. Сбоку от меня спал Юу, чему я рада, ведь нам спать рядом не впервой (как бы это не звучало, факт остаётся фактом), если бы рядом был Танака, то на утро не осталось бы меня. Уверена, что ночью тот бы отпинал все мои бока. А если бы был или Суга, или Тсукки, то от их внимательных глаз не укрылась бы какая-нибудь еле заметная деталь, которая обязательно выдала бы меня. Поэтому сейчас наиболее безопасный вариант расположения. Убрав наушники и телефон, поворачиваюсь к стене, позволяя волосам распределиться по всей подушки. По комнате раздаётся громкое сопение ребят. В глаза начинает светить пучок солнца, из-за чего мне приходится разлепить веки. Повернувшись на спину, рассматриваю комнату в поисках сокомандников. Не обнаружив Хинаты и Кагеямы, обращаю внимание вбок. Нишиноя крепко спал в своей излюбленной футболки «One-Man Army» на спине, приоткрыв рот. Блондинистая чёлка прикрывала лоб и брови, очерчивая их контур. Свет, проникнув в комнату, идеально лёг на лицо Юу, не задевая глаза, подчёркивал щёчки и нос. Словно заворожённая этой милой и приятной картиной, я потянулась к его волосам, едва касаясь, поправила. Но тут же поняв, как это выглядит со стороны, оглянулась. Не встретившись ни с кем взглядом, я обеспокоенно выдохнула и пошла умываться. Нельзя больше поддаваться своим желаниям, так и заметят ненароком! Не только, что я девчонка, но и что трогаю спящего парня! Хотя что трогаю — сильно сказано, всего лишь невинное касание…

***

Прошло несколько упорных дней, из которых мне чудом удалось остаться живой, ведь кое-кто чуть насильно меня не запихнул в общую ванну. Клянусь, Танака очень пожалеет когда-нибудь об этом так сильно, что всю оставшуюся жизнь будет просить прощения! Подходя к зданию, где у нас будет матч с Некомой, заметила команду противников, которые уже ожидали. Встав напротив них, мы поприветствовали друг друга, и, конечно, без одной странности не прошло. Оказывается, что на днях Шоё познакомился с их связующем, при этом не зная кто он. Рыжик часто удивлял меня своей непосредственностью и забавным поведением. Зал был большим, наполненным всем необходимым инвентарём. На места болельщиков пришли несколько человек. А на площадке у нас располагался такой состав: Савамура, Хината, Танака, Азумане, Тсукишима (Нишиноя) и Кагеяма. И снова запасной состав. Мне показалось, что этот Укай вообще будто не замечал меня, хоть я и слышу его редкие нагоняи в свою сторону. Но он не заикается обо мне даже вскользь. Состав Некомы был таковым: Кай (третьегодка, играет на позиции доигровщик, спокойный и надёжный игрок), Ямамото (второгодка, позиция — доигровщик, напоминает многим Рю), Инуока (первогода, центральный блокирующий, кажется легкомысленным, но довольно быстро схватывает), Куроо (третьегодка, центральный блокирующий и по совместительству капитан, напоминает хитрого кота), Фукунага (второй год, доигровщик, выглядит обычным, но на самом деле ловкий и умён), Козуме (второгодка, тот самый связующий, тихий и закрытый), также либеро — Яку (третий год, замечательные рефлексы). Игра началась замечательно. Мы забивали мяч, получая очки, но и Некома сильно не отставали. И я догадываюсь, что они просто изучают нас, словно просчитывают каждый шаг, каждый взгляд, каждую мысль. Смотря на Карасуно, можно сказать, что они точно не ожидают какой-то ловушки, подставы. Хината заставляет понервничать. Соглашусь, что он забивает, но на мяч смотреть — не его приоритет. Доверяет Кагеяме. Видимо это поняли как их тренер — Некомата, так и вся команда. А значит, чтобы победить нас, нужно повлиять на игру Тобио. И это проблема. После перерыва, которые взяли Некома, стало напряженно. Хинату теперь могли остановить, но кто меня порадовал, так это Тсукки. Он заметил. Только вот это всё равно не помогло… Первый сет за Некомой. Могла ли я просить о большем, чем просто стоять в запасе, конечно, могла, как и любой другой, находящийся в таком же положении. Пока все стоят и пьют воду, незаметно подхожу к тренеру. — Укай-сан, — твёрдо произношу, тот от неожиданности вздрагивает и смотрит на меня с вопросом. — Дайте сыграть во втором сете. — С чего бы, мелкий? — пренебрежительно кидает. — Пожалуйста, — не отступаю. — И вместо кого же? М? Хинаты? — Тсукишимы, — тихо говорю, так чтобы названный не повернулся и не убил бы меня своим взглядом. — Это н… ты уверен, что справишься? — недоверчиво произносит, на что получает уверенный кивок. — Ладно, но ты не расслабляйся! — Спасибо, Укай-сан. И он вдруг пару раз хлопает, привлекая внимание. — Во втором сете играет Хага-кун вместо Тсукишимы, — услышав, блондин впивается взглядом в меня, словно острый нож, но молчит. — О! — вскрикивают Рю и Ноя, за ними с таким же лицом Шоё. — Положись на нас, Хага, — воодушевлённо говорит Дайчи. — Ага. Кажется, будто бы всё круто поменялось, но в первой половине большую часть был на поле Юу, которой как бы «заменял» мою позицию. Как только настала моя очередь выходить на площадку, то некоторые заинтересованно взглянули. Подойдя к сетке, заметила, как Кенма смотрит на меня, затем неловко отводит взгляд. Куроо же смотрел прямо, с ухмылкой, тут уже неловко стало мне. Становлюсь полубоком, наблюдая, как Шоё будет подавать. — Почему же блондина заменили на тебя? — вслух начинает рассуждать капитан Некомы. — Для блокирующего ты низковат, хотя у вас есть и пониже, но он хоть забивает. Что же из себя представляешь ты? Игнорирую, ничего не говоря и даже не смотря. — Хэй, мы всё равно будем наблюдать за тобой, — хитро произносит. И пристальное внимание отпускает меня, когда Хината наконец подаёт. Резкие атаки нам приносят очки, но их заполучить выходит только внезапностью, ведь за каждым ударом следует крепкая защита Некомы, не позволяющая никому пробиться. А сами они играют чисто и гармонично. В моменте начинается одновременная атака Некомы, которая заставляет потерянно наблюдать за каждым, но на задней линии мелькает Фукунага. Пас идёт ему и казалось прошла бы красивая атака, но успевшая заметить я подпрыгиваю, стараясь блокировать. Это происходило очень быстро, но всё же среагировала поздно. Удар прошёлся над моими руками, который чудом отбил Хината! Снова атакует одновременно Некома, а затем забивает очко Куроо. Так быстро, но не невозможно. Теперь можно будет предсказать пасы Кенмы. Видимо в сложный момент он доверяет капитану… — Всё в порядке, заберём следующее очко! — подбадривает Дайчи. Несколько ещё удачных серий Некомы, в которых решил блеснуть Куроо и не только он. — Вдарьте по ним мощно и быстро! — раздаётся резко голос Укая, заставляя взбодриться и отвлечься от мешанины в голове. Называемая мешанина на самом деле план по тому, как набрать хотя бы пару очков. И всё же мы забиваем ещё очков и уходим на тайм-аут. — А ты, Хага-сан, оказывается что-то из себя представляешь, — ядовито усмехается Тсукишима. — Спасибо, Тсукки, — вытираюсь полотенцем. Его издёвки уже не трогают меня, да и характер насильно не поменяешь, но это и не нужно. Лицо Тсукишимы кривится, будто ему сказали что-то противное. — Ты должен был не так отреагировать… И не зови меня так. — Я подумаю, — возвращаю едкую ухмылку. После тайм-аута до конца второго сета оставалось всего ничего. Хоть я и вышла позже ребят, но успела так набегаться, что пот в прямом смысле стекал с меня. Когда бы сет-поинт Некомы, быстрые атаки казалось сменились на наш победный удар, но Кенма, неожиданно добежав до мяча (обычно он находился на одном месте), ударил по нему, отправляя на сторону Карасуно прям на край площадки. 25:23 в пользу Некомы. Выиграли коты. К счастью, это был лишь тренировочный матч. — Ещё одну игру! — резко и громко просит Хината. — Разумеется, мы можем, ведь для этого был устроен товарищеский матч, — улыбаясь, произносит тренер Некомы. И так был ещё два матча по два сета, в которых я мягко ретировалась в запас, под конец меняясь с кем-нибудь. В конце всего мучения Некомата, тренер Некомы, произнёс наставление и следующее нас всех ждала уборка. Просто прекрасно. Видимо обратно придётся ползти. Все начали бегать, убираясь, а я, увидев, Шимидзу с большой сумкой бутылок решила помочь ей. — Спасибо за помощь, Хага-кун, — в привычном тихом тоне говорит. — Не стоит, просто лучше помочь тебе, чем бегать по всему залу, — мы подходим к месту, где можно промыть бутылки и по надобности набрать воды. — Хоть мы и играем таким составом относительно недавно, но противостояли Некоме достойно. — Это точно, а ещё я рад, что наконец, хоть и немного, но поиграл на площадке. — Ага… Стой, надо мыть не так, — она одну руку кладёт на моё запястье, а другой забирает бутылку. В возникшем молчании она показывает, как надо делать. А меня одолевает неловкость момента. Что это было и главное зачем? Я внимательно смотрю на неё: она, будто погружена в себя, решается на что-то. — Хага. — М? — Ты ведь не парень? Это обрушилось так внезапно, так резко, без предупреждения. Где же я успела накосячить? А что будет дальше? Она же расскажет! Природа словно почувствовала встревоженность атмосферы вокруг нас. Ветер то усиливался, то затихал. Лучи солнца едва пробивались сквозь облака, хотя недавно палило очень сильно. Дрожь рук успешно получилось скрыть в карманах ветровки. В горле застревает ком, а глаза внимательно смотрят на Шимидзу через чёлку, что удачно прикрывала лишь их внешние уголки. — О чём ты, Шимидзу? — быть умным — вовремя прикинуться дураком. — Не думаю, что есть смысл отнекиваться, Мичи, — её голос не звучал угрожающе, а скорее спокойно, как и всегда, будто мы разговариваем об обычной вещи, а не о позорной причине моего потенциального исключения. — Да, не в твоём стиле снимать футболку, как Рю во время матча, но ребята не стесняются засветить свой пресс или переодеться с другими. Я понимаю, что у всех разные рамки, но всё же… И знаешь хоть моя комната находится в другом крыле, видеть, как парень глубокой ночью всё время оглядывается и идёт мыться один, избегая идти с другими, довольно странно. Не находишь? — Может я просто брюзга? — решаю привести другие варианты, которые звучали бы логично. — Или я по мальчикам, поэтому стесняюсь? — …Мичи, скажи правду, и тогда я обещаю это останется между нами. Честно, я бы не стала лезть, если бы это не касалось команды. — Агх, — опёршись одной рукой на умывальник, другой приложившись ко лбу, обречённо выдохнула. — Да… я девушка. Казалось, будто я выбрала правильный, признавшись. На душе был одновременно и осадок, но и чувство, дававшее свободнее дышать. Это был бы вопрос времени, когда бы добавились ещё несколько пазлов для полноты картинки. И сейчас лучший вариантом было признаться, ведь иногда для верности нужна частичка правды. — Ты не пожалеешь, Мичи.

***

+дополнение (один из вечеров до игры с Некомой)

Шум в комнате прекращается, когда в неё неожиданно врывается Укай-сенсей, хитро улыбаясь, что аж на затылке пробежались мурашки. Отложив телефон, в котором до этого смотрела концерт живой музыки, повернулась в сторону открывшейся двери. — Нашёл для вас в архивах трансляцию матча Сборной Японии, — воодушевлённо начал тренер. — Короче, заканчивайте все дела и прямо сейчас идите в холл! Будем наблюдать и запоминать их тактику против Бразилии! Все поняли?! — Ос! Время было только десять, так что мне показалось заманчивым скоротать время за просмотром. Хината и Кагеяма тут же вскочили и наперегонки побежали, чуть не застряв и не сломав проём в дверях, за что получили вдогонку злой крик Дайчи. Остальные тоже засобирались, только Тсукишима перед тем, как пойти, сначала поворчал. Сделав аккуратный невысокий хвостик, я последовала за ребятами. Около стоявшего посередине холла телика парни расселись полукругом на ковре, хотя стоял диванчик, но тот был недостаточно вместительным для всех нас. Шимидзу здесь не было, наверное, другим делом занята. Села слева от всей нашей компании, скрестив ноги, рядом с Нишиноей. Я с интересом, как и другие, смотрела разворачивающийся матч. Каждый забитый мяч Сборной Японией сопровождался громким гулом, который постепенно становился тише, так как Дайчи грозно смотрел, как бы говоря не шуметь. Погружённая в просмотр совершенно не заметила, как Юу, стараясь удобно усесться, задел меня локтем. — Ой, прости, Мичи, — повернувшись, шепнул он, стараясь никого не отвлекать. Затем он словно в озарении спрашивает, — Ты же не против? Даже не удосужившись увидеть хотя бы мой кивок, Юу берёт маленькую подушку, которая до этого лежала на диванчике, и кладёт её мне на бёдра, а затем — голову. За всей процессией никто не обратил внимания, так как парни были либо заспанные, либо слишком заинтересованы просмотром. Но у меня тогда, когда Ноя лёг, взглянув наверх, и улыбнулся, чуть сердце не выпрыгнуло. И ответом ему была такая же улыбка. Он вернул взгляд обратно на матч, но возможность смотреть на его лицо всё равно представлялась мне. Позволить себе пялиться так откровенно я не могла, поэтому наслаждалась близкому присутствию и тоже наблюдала за игрой. Слишком волнующе. Всё подрагивало от счастья. Моя рука легла на волосы, медленно и невесомо перебирая прядки, особенно долго — светлую чёлку, вторая рука — на ключицы, которые прикрывал ворот красной футболки. Улыбка Юу стала по-настоящему яркой, ослепительной, а в глазах искрились озорные огоньки, словно он хотел насладиться моментом как можно дольше. — Лицо не треснет? — наклоняюсь к нему поближе, чтоб другие не услышали, беря щёки в ладони, — Могут возникнуть глупые вопросы. — Тебя это волнует? — Не совсем. — пробежавшись взглядом по всем, отметила, что некоторые едва держат глаза открытыми. Особенно, Тсукишима, который, если бы увидел, то обязательно напомнил и рассказал бы об этом всем, ставя в неловкое положение. — Тогда и меня… Твои руки всегда такие холодные? — Только когда обхватывают столь тёплое личико, — ухмыляюсь, всё также находясь около его уха. Из-за смущения он краснеет и хлопает меня по коленке. Если бы не скорое время сна, то, уверенна, он бы возмущённо вскрикнул. Оторвав глаза от Юу, замечаю взгляд Сугавары, у которого под боком тетрадь с учебником и ручкой. Как он только не устаёт от постоянной учёбы? Суга вопросительно поднимает брови, словно спрашивая, что мы устроили. Поднеся к губам палец, прошу его молчать об этом. Он без слов и жестов кивнул и вернулся обратно к учебнику. Как же я рада, что Суга понимает с полуслова! За окном уже стояла полная луна, а на экране телевизора показывались лучшие моменты атаки Сборной Японии. Они выиграли, взяв два сета. — Так, теперь все идём спать! — говорит Дайчи, — Киношита, разбуди Нариту, иначе тащи его в комнату, тоже относится к Танаке и Нишиное. Савамура кивает головой на названных, а я непонимающе смотрю на Юу. Только что же переворачивался на другой бок. — Юу просыпайся, и пойдём в комнату, — хлопаю того по плечу. Танаку же разбудил Хината, а Тсукишима и зевающий Ямагучи первые отправились в комнату, за ними сразу Кагеяма. Ноя нехотя поднялся, приоткрывая глаза. До самого спального места я держалась поблизости с ним, ведь если Юу споткнётся или ударится, то будет не очень хорошо. На матчах и так синяков хватает. Каждый из ребят занял место, и Дайчи, удостоверившись в этом, желает «спокойной ночи» и выключает свет, который так ослеплял. Тихая гладь ночи убаюкивает, только где-то далеко звучит неслышное стрекотание сверчков. Перед тем, как наконец-то заснуть, аккуратно дотрагиваюсь ладонью щеки Юу, который лежал на боку с закрытыми глазами, крепко прижавшись к подушке. Он сейчас выглядит таким умиротворённым. Всегда жизнерадостный, весёлый и энергичный, на матчах серьёзный и сосредоточенный, и только иногда расслабленный рядом со мной. Только ли со мной? Даже не хочу знать ответа. Кажется мы встретились вчера, а на самом деле дружим больше года. Но дружбы для меня недостаточно, хочется больше… нежных касаний, долгих взглядов и бесконечное осознание взаимного чувства. Юу вдруг прижимается к ладони и приоткрывает глаза. От неожиданности мурашки пробегаются вдоль рук. — Мичи, холод твоей ладони разбудил меня, — обвиняющим шёпотом говорит Ноя. — Прости, — виновато бросаю и хочу убрать руку, как её тут же накрывает его ладонь. — Оставь. В этой летней духоте твои руки — спасение. — Ха, ладно, — от беззаботности момента на лице растягивается лёгкая улыбка, а сон накрывает.

И если солнце опрокинется, а небо станет холодным, Если облака так отяжелеют, что начнут падать, Я буду нуждаться в ком-то, кого я мог бы назвать родным, Я хочу стать кем-то для кого-то, Кем-то для тебя.