Бойся! Дракону исполнилось 18

      Грей с Джувией вернулись в гильдию. Парень все еще был удивлен тем, что увидел и услышал, когда они с Нацу и Люси были в тех руинах. Они о таком там говорили…       — Грей-сама, вас что-то беспокоит? — спросила девушка с синими волосами, придерживая согильдийца.       — Неа, — мотнул тот головой, отвлекаясь от всяких неприличных мыслей. — Всё нормально.       Нацу притащил Хартфилию к ней домой, и как только дверь захлопнулась, обернулся к девушке, вжавшейся в стену.       — Не бойся. Иди сюда, — улыбнулся он страшно. Да, инстинкты это вам не шуточки, но вот только весь его ужасающий настрой куда-то улетучился, потянуло каким-то родным теплом.       — Пожалуйста, поверь, Нацу, — тихо произнесла Люси, смотря на него. — Я всего лишь хотела проверить, как ты будешь ревновать. Но…       — Молчать, — приказным тоном распорядился розововолосый, прижимая блондинку к стене. Он не собирался ее слушать. — Сначала избавим тебя от этого противного запаха. Меня аж воротит от него.       Крепкие мужские руки прижимали к себе девушку как-то слишком сильно, но очень приятно, и она уже чувствовала, про что он говорил. Сначала Хартфилии это не слишком понравилось, но когда мягкие губы начали целовать ее, приводя все чувства в напряжение, она сразу же обвила его шею руками, запуская пальцы в мягкие волосы. На ухо послышался сладкий шепот, но ничего не разобрать. Саламандр подхватил девушку на руки и понес ее в комнату. Все-таки, на кровати-то всегда удобнее.       — В следующий раз сбежишь с каким-нибудь мужиком, — с улыбкой маньяка проговорил парень. — Трахну при всей гильдии, чтобы все знали, что ты — моя.       Люси покраснела и чуть отстранилась, но деваться было некуда, ведь под ней уже кровать, на которую ее аккуратно кладут, жадно рассматривая тело светловолосой и желая скорее избавить ее от одежды. Теплые, нет, горячие руки срывают с нее топ, юбку, особо не церемонясь. Это замечательное тело принадлежит ему и почти не сопротивляется, если некоторую бездейственность считать сопротивлением. Все-таки, ей страшно, вдруг что. И не зря.       Драгнил недолго так обхаживает ее поцелуями и ласками. Он не собирается сегодня быть нежным. Это лишь маска. Саламандр проводит руками по плечам светловолосой, затем берет ее запястия и резким движением прикладывает к спинке кровати. Еще секунда — и она уже прикована наручниками.       — Отлично, теперь я уверен, что ты не сможешь сопротивляться, дорогая, — глаза розововолосого сверкают недобрым блеском. Он легко оставляет ее без одежды и оказывается над девушкой. Он уже готов и хочет этого, но сперва ему надо ее немного помучить в сладких пытках. Он продолжает целовать ее шею, действуя специально именно там, где ее всегда больше всего возбуждает. За столько времени Саламандр успел неплохо изучить Люси, и это часто действовало ему на руку, если он хотел чего-то добиться. Вот и сейчас парень активно работал языком, вырисовывая причудливые фигуры на шейке девушки, а затем провел дорожку к ее груди и начал посасывать один ее сосок, теребя другой пальцами, провел новую дорожку языком, оставляя мокрый след, и роли поменялись — теперь он целовал и ласкал второй сосок, а после свел вместе груди светловолосой и начал посасывать оба соска, будто хотел овладеть ею всей и прямо сейчас. Драгнил наконец, оставил в покое ее грудь и начал вновь покрывать страстными поцелуями ее плечи, шею и ключицы. Все это время Хартфилия тихо постанывала, отдаваясь в волю ощущений, но ей уже хотелось, чтобы он в нее вошел, а тот только услаждал ее своими ласками. Внезапно парень прервался, и девушка почувствовала, как что-то входит в нее, но… Это всего лишь пальцы Нацу, который все с такой же улыбкой смотрит на девушку. Она начинает постанывать, а Драгнил ощущает, как его пальцы сразу же смачиваются вязкой теплой смазкой. Он довольно долго промучал так Хартфилию, но, в конце концов, она с радостью ощутила, как в нее вошел большой пульсирующий член Саламандра. Блондинка вся прогнулась ему навстречу в долгом стоне, с неменьшей радостью понимая, что он сразу же начинает двигаться внутри нее. Его орудие проникает глубоко, задевая за все основные места, нужные для получения удовольствия, да еще и с каждым новым толчком все сильнее проникал в нее, и это было больно, но боль иногда приносит дополнительное удовольствие, от которого оба вновь стонут, сжимая простыни пальцами в кулаках и вскинув голову. На лбу у Хартфилии и Драгнила выступили капельки пота, парень стиснул зубы в сильном напряжении и несколько раз остервенело вошел в нее, грозясь порвать ей там что-нибудь, но все обошлось, и юноша кончил в девушку.