Мы встретимся снова, я обещаю

— Доу, ты ведь понимаешь, что эти печенья нельзя было есть! И твои прятки тебя не спасут. Мальчик прятался за диваном от монстра, он боится, ведь он даже не ел эти печенья. В ушах было громко слышно учащённое сердцебиение, было страшно, ведь если его найдут, то его схватят большие, морщинистые руки, они же из него выпорят всю его дурь ремнём. Это намного страшнее, чем сидеть за диваном, где вокруг лишь паутина, пыль и только кромешная темнота. Главной задачей было сидеть тихо и не подавать и звука, не смотря на то, что мальчишка до ужаса боялся пауков и темноты. Крыса, что наблюдала за ним, чуть ли не испортила эту задачу. Откуда она там взялась, было не ясно, но в такой среде ей как раз было место. Мальчик немного поменял положение, дабы отодвинуться от огромной крысы подальше, его босые ноги скользили по холодному и грязному полу, рука опустилась на пол и он услышал, как что-то под ней хлопнуло. Он кого-то раздавил. Мальчик дрогнул от испуга, тем самым ударяясь головой об холодный бетон. Тихий писк вырвался наружу. Он резко закрыл рот руками, чтобы повторно не издать звук, но крик так и просился вырваться наружу. Его глаза опустились вниз, чтобы посмотреть на пол, и среди кромешной тьмы он увидел раздавленного таракана. Слезы сами по себе потекли из его глаз от такой обстановки. Было неуютно, у мальчика было ощущение, будто его давят со всех сторон, будто воздуха становится всë меньше. Паника с каждой секундой всё нарастала и нарастала, было невозможно тут находиться. Он хотел было уже вылезти из своего убежища, но ручище монстра опередила его. Дряхлая рука схватила пацаненка за ухо, он запищал от боли и начал было вырываться, но это бесполезно. — Я ведь говорила, что это бессмысленно прятаться! Потратил моё драгоценное время, ничтожество! Она швырнула мальчика на пол, в левой руке она угрожающе держала ремень. Пацан понимал, что хотят с ним сделать, уже не в первой, но как только он вспоминает боль от кожанного ремня и тяжёлую руку воспитательницы, то хотелось бежать от этого монстра. Но сможет ли он сопротивляться? Кто-то отпер входную дверь. Зашла помошница дряхлой старухи. Девушка, что зашла, хоть и выглядела как добрая душа, но мальчик помнит, как она издевалась над ним и другими детьми. Она стояла у открытой двери с пакетами продуктов. — Ларисса, заканчивай с Доу и помоги мне! — Прозвучал звонкий голос девушки, что отвлёк старуху. Входная дверь была открыта. Там было темно, но там пахло свежестью, а не плесенью и сыростью. Холодный ветерок прямо манил его. Сбежать?Шанс на миллион, он не может упускать такую возможность. Воспользовавшись моментом, когда старуха Ларисса отвлеклась на голос девушки, мальчик мгновенно встал на ноги и рванул к выходу. Монстр сразу же отреагировал и побежал за ним, девушка у входа попыталась остановить мальчишку, но у неё в руках были пакеты, и ей не хотелось их ронять из-за какой-то сиротки. Так что малец легко толкнул девушку с пакетами и выпрыгнул на крыльцо. Он поскользнулся и чуть ли не упал, но быстро вернув координацию, побежал дальше не обращая внимания на оры. Мальчик бежал к своей цели — старый, заржавевший забор, который можно было бы легко перепрыгнуть взрослым людям, но с его ростом это остаётся проблематичным. Но возгласы воспитательницы заставляли делать непростые вещи — простыми, поэтому вложив все силы в прыжок, и он ловко перепрыгнул забор, который казался для его маленьких глазок под метров 10. Преодолев препятствие, ноги так и несли его куда-то вдаль, он бежал без оглядки. Вскоре он перестал слышать крики из детского дома. Монстры больше не гонятся за ним. Вот тогда-то он и остановился и понял, что произошло. Он упал на колени и началась отдышка, ножки, да и в принципе всё тело, ужасно ныло, хотелось есть и спать, но он туда не хотел возращаться. Только не туда. Не сейчас. Адреналин закончился и стало уже страшно. Казалось бы, он должен радоваться, что выбрался оттуда, но он ничего не чувствовал. Хотя, может быть, только немного страха. Посидев на земле и переосмыслев всё, он захотел пойти обратно, не к воспитателям, а к крыше над головой и может быть, к одному младенцу, что оказался в детском доме совсем недавно. Мальчик боялся, что на младенца также забьют, как и на него в его годы, что тот тоже станет изгоем даже в этом здании. Он, конечно же, это всё пережил, ему же уже 11 лет, он взрослый!...Хотя какой он взрослый, когда не может дать отпор даже старой бабки и принимать действия обдумав. Эта мысль разочаровала его. Он погрузился в свои мысли, и только спустя время, он понял, как глубоко задумался. Пацан забрёл куда-то к зарослям камышей и даже не заметил, как его босые ноги окутала холодная вода. Мальчик скривился от холода и неприятного чувства, но пошёл дальше, не идти же назад. Выйдя из зарослей камышей, для него открылся потрясающий вид. Он попал на маленький островок. Огромное дерево стояло прямо по центру, а ствол дерева окружало покрывало из пожелтевшей травы, в другой стороне голубая вода окутывала берега острова, вода была прозрачной, такой чистой и волшебной, что даже глубокое дно виднелось издалека. Рассвет солнца отражался прямо в воде, светив прямо в глаза мальчику. Но это никак не мешало любоваться этой красотой. Вид такой великолепный, что он позабыл о всех проблемах. До того шороха, что послышался за деревом. Опасность? Кто-то за ним следит? Сейчас нападут? Мальчик уже взял грязь в руки, готовя защиту. — Кто ты такой? Крикнул неизвестный детский голос за деревом. Тон был вовсе не угрожающим, а наоборот, напуганным. Может, он поспешил с выводами и зря так перепугался? Он выкинул грязь. — Кто я? — переспросил блондин. — Ну а кто ж ещё, вокруг вроде бы никого больше нет. И вообще, это моё тайное место, как ты сюда попал!? Да и в такую рань! Мальчик за деревом ещё больше высунул свою голову. Виднелись пряди его волос, они были прям как лепестки на ветвях, каштановые, как будто из мультика, не то что у него, обычные, белые, как пустышка. А его глаза были словно озеро, которое так бесшумно окутывало берег. Необычный. Мальчик взерал на него молча, будто бы ожидает ответы на эти вопросы:«Кто он?»« Как он сюда попал?» Но он не знает, что ответить, ведь ему самому неизвестно ничего из этого. Он только помнит, как сбежал из приюта, когда его хотели выпороть за какую-то мелочь. — Я не знаю. — одной фразой он ответил сразу на два вопроса. — Ты не знаешь кто ты? А как тебя зовут? — У меня нет имени. «Доу»— так его называли чаще всего, но он не считал это своим именем. Лучше он останется без имени, нежели получит их от монстров. От пацана он ожидал удивлённые взгляды, вопросы «как так?» «Такого не может быть», но в ответ он получил только этот взгляд. Он не понимал, что он обозначает, он не находил подходящих слов, чтоб описать это, но взгяд не изображал удивление или вопросы, как обычно он получал от сверстников, и это было...незнакомо ему. Он никогда не видел у кого-то понимание в глазах. Пацанёнок полностью вышел из под тени дерева, подошёл поближе и..как будто он вышел из книги. Он выглядел очень необычно, он точно нереальный. Ему это всё снится. — У меня тоже нет имени. То есть, есть, но оно не моё. Хм... Нет имени, хотя оно есть, но в тоже время оно не пренадлежит тебе. Возможно, он понимал, о чем речь. Мальчик напротив скрестил руки и начал делать вид, будто о чём-то думает. Сиротка начал изучать его глазами, и его взгляд сразу упал на книгу, что тот сказочный мальчик держал в одной руке. Он любил читать книги. Веснушчатый мальчуган сразу это заметил: — Это книга "Молчаливый мальчик" автор Эндрю Тейлор.— опять он принял ту же позу и задумался.— Раз, у нас обоих нет имён, — он протянул ему руку, и о, он заметил, что она была вся в бинтах — то ты для меня будешь Эндрю! Теперь тебя зовут прямо как автора, Эндрю! Эндрю? Имя? Для него? Что-то вдруг сердце затрепетало, а на щеках потеплело. Он ощущал что-то приятное находясь здесь, то ли свободу, то ли комфорт, и это имя, звучало так по родному. Теперь он не безымянный мальчик. Эндрю протянул руку в ответ. Эти голубые глаза прямо засеяли на взаимное рукопожатие. — Нил. — выпалил Эндрю. Он вдруг вспомнил, как воспитательница рассказывала о величайшей реке «Ниле», на картинках она была такая же голубая, как и цвет глаз мальчика. Нил вылупился на него. И, засмеялся. Это был приятный звук, настолько, что ему самому захотелось улыбнуться. — Классно! Теперь у нас есть имена! Имена. Имена, кторые предназначались только друг для друга. Для Эндрю было странно, что Нил довольно быстро очаровал его. Хотелось доверять ему. Может быть, потому что он в глубине души понимал, что они чем-то похожи? Что-то в нём было, что не было в других детях-сирот или детях, у которых есть родител, да даже во взрослых такого не было. Похоже, Нил тоже это понимал. Они молча смотрели друг на друга, так и не опуская руки. Было невозможно перестать пялиться в эти голубые, острые глаза. Это не око ребёнка. Как будто это дитя познало намного больше, чем дети в его возрасте. Это пугало, но одновременно и создавало интерес. Нил первый вышел из своих размышлений и опустил свою тёплую руку. — О черт, у тебя рука вся в грязи, — рука Нила тоже испачкалась из-за Эндрю, но он это не прокомментировал, а просто вытер руку об свою рубашку. Нил начала рассматривать Эндрю с головы до ног, его бровь поднялась в немом вопросе, когда увидел, что тот был босым. — Да и ноги тоже. Ты сбежал из дома? Эндрю не понравилось, что его начали рассматривать, поэтому он сразу съежился, как будто хотел укрыться от этих глаз. Но укрыться было негде. — У меня нет дома. — Просто ответил Эндрю. Он потопал к озеру, дабы помыть руки и ноги, но также и избежать эту тему для разговора. Он не хочет вспоминать и тем более говорить об детдом, не сейчас. — А сам ты что тут делаешь в такую рань? — Эндрю решил задать встречный вопрос. — Я как раз таки и сбежал. Не подумай, у меня, эм, — Нил начал прикусывать свою губу, — хорошие родители, мы с ними часто ходим в театры и ездим куда-нибудь вместе, — больно тоскливо ответил Нил, — а сбежал, потому что скучно! Да и люблю я это место, особенно утром. Врёт. Точно врёт. Зачем и про что именно, не понятно. Но Эндрю не стал распрашивать об этом, он просто отвёл свой любопытный вгляд. Раз врёт, то на это есть свои причины. Нил не должен выкладывать всю правду незнакомцу. Но всё же это питает интерес. — Эндрю, хочешь я научу тебя рыбачить?