Пофиг

***

      Нет ничего тупее, чем тупить в телевизор.       Но как тогда понимать, что происходит вокруг? Встречал я людей, которые говорили что-то вроде: "Я не интересуюсь политикой". Ага. Я тоже не интересовался, пока политика не заинтересовалась мной. Так невольно и фамилию поменять можно.       А всё план нашей беспечной богини. - Я мазохист или нет? - спросил я вслух, пытаясь ущипнуть себя где-нибудь побольнее. - А-а. Братишка, с ума сходишь?       Комачи-сан, моя божественная родственница, в облике младше-старшей сестры пришла меня проведать. Сейчас, уже через пару слов, она начнёт выбивать из меня очки Комачи, чтобы набрать себе на новую жизнь.       Слишком многосмысленно получается. Впечатление, будто это не игра, а она просто собирает с меня мои миллионы.       Или чтобы получить левел ап. Интересно, она всё закидывает в харизму?       В последнее время она до конца заряжает свой девил-триггер, а поскольку это Комачи-сан, то она ещё и бессмертная. Или ведёт себя как бессмертная.       Намылить бы ей шею хоть разок за её шуточки, но тогда спокойной жизни мне в доме не видать. Вот бы становиться невидимым, возвращаясь домой, чтобы не видеть в её глазах страдание, силясь понять, оно настоящее или наигранное! - Зачем ты включил себе теледебаты? - спросила она. - Собрался в политику? - Эм...       Надо немного подумать. Если я сейчас пошучу, как хочется, то рано или поздно это может дойти до ушей кого не надо, и тогда моя жизнь станет полна удовольствий.       Но это измена моей госпоже, поэтому такого допустить нельзя. - Скорее хочу понять, как ведут себя клоуны, - вздохнул я с привычным мрачным взглядом на вещи. - Просто веди себя естественно, и всё получится, онии-чан.       Я покосился на неё. - Если мой братик не будет заставлять себя делать умный вид, то возможно, кто-то найдёт это забавным, и тогда я наконец от тебя избавлюсь. - Вот оно как. А ты сегодня не в духе, Комачи-сан, - подметил я. - Расскажи об этом своему врачу.       И правда не в духе. Должно быть, у неё дни, которые называют этими.       Подготовка к контрольной. - Брати-ик, по какому поводу грустим? - Да так, - отмахнулся я.       Она подошла и стала меня пинать, пока я не перевернулся на спину. Приготовив к удару босую ножку, она вздрогнула: - Ой, я убила братика!       Я отозвался. - Да я живее всех живых. - Ну, не то, чтобы меня это беспокоило, достаточно будет заявить о самообороне. Ты же всё равно что зомби, разве что ещё не разлагаешься. Что случилось, братик? - Да ничего, - отозвался я. - Ну, давай, доставай приставку, я поиграю с тобой, - вздохнула Комачи и села рядом.       Я принюхался к Комачи. - Эй! - возмутилась сестра. - Ты чего меня нюхаешь?       Была бы возможность - ещё бы и лизнул. Интересно, чем она таким намазалась. Пахнет мёдом и чем-то тонким, терпким. - Вкусно пахнет, - заметил я. - Мне нравится. - Вот уж не хватало, чтобы тебе нравилось.       Ну, точно какие-то дни. Моя сестра - чрезвычайно нежное и ранимое существо. - Если я зомби, то я могу тебя покусать, Комачи-сан, - сказал я, прикидывая плюсы и минусы.       У сестрицы была нежная кожа и очень умелые ручки. Когда она за мной ухаживает, мне исключительно приятно. - У-у, - скривилась Комачи. - Всё-таки надо как-то лечить твой комплекс, Хачиман. - Комачи-сан, что плохого в том, что твой брат тебя любит? - В том, что он любит совсем не по-братски! Кстати, можешь по-братски дать денег? - спросила Комачи.       Я помычал немного. - Давай так. Играем в гонки. Если ты выигрываешь, я дам тебе часть своих карманных, а если проиграешь, то я кое-что извращенское у тебя попрошу. - Почему с моей стороны ставки такие высокие? - возмутилась Комачи, но игрушку доставать стала.       Поскольку я постоянно поддавался Комачи-сан в играх, чтобы ей интересно было играть и проводить со мной время, то она и не знала, что в гонках я очень хорош. Впрочем, как и во всех наших играх.       Схватка была простой, настолько, что Комачи-сан уставилась на меня в гневе. - До трёх раз! - сказала она. - Ты проиграла, - сказал я. - До трёх раз!       В глазах у неё появились слёзки, и я сперва начал ей сочувствовать, а затем остановил себя. Нет, я не пойду у неё на поводу, и вкушу прелести взрослых отношений.       В любом случае, я победил. - А-а-а! - закричала Комачи-сан. - Отлично, - отложил я джойстик и улёгся на спину на пол. - Т-ты чего? - возмутилась Комачи-сан.       Она была напугана. - Комачи-сан, моё желание таково: наступите мне на лицо босой ногой так, чтобы пальцы вашей ножки касались моих губ.       Вот он, момент истины. Получу ли я столь же большое наслаждение, как представляю? - Хачиман-нии-чан, - в ужасе выдохнула Комачи-сан. - Приступайте, прошу. - М-м-м...       Комачи-сан нехотя сняла носочек и встала надо мной. И хотя скорее она хотела меня пнуть, она поставила мне ножку на лицо ровно так, как я просил.       Это было странное, хоть и весёлое ощущение. Неизвестно, кому из нас было неприятнее - но Комачи-сан покраснела и скривилась, а значит, мне менее неловко. Это меня заводило, честно говоря, и потому, понюхав её лапку, я задумался о том, что ещё стоило бы попробовать в этом плане, чтобы понять: мне нравится Хирацука потому, что она меня бьёт, или же Хирацука мне нравится, и поэтому я чувствую себя так, даже когда она меня бьёт. - Всё? - Твои ножки прекрасно пахнут и очень нежные, Комачи-чан, - прогундел я, и тут Комачи начала надо мной издеваться, буквально надавила мне на челюсть. - Ты омерзителен, братик!       Её пальчики пролезли мне в рот - было неприятно ощутить ноготочки на своей эмали - но получилось так, будто я её пальчики облизываю.       Комачи-сан взвизгнула и отпрыгнула. - Ты идиот! Идиот! Ба-ака! - закричала сестрёнка и стала спешно натягивать носок.       Выглядела она при этом занятно, однако, я кое-что про себя понял. Нет, на самом деле я не мазохист, скорее наоборот.       Тренироваться на кошечках всё-таки весьма полезно.       Будет возможность - купите своей кошечке ободок с ушкам, пусть будет ещё милее. - Извращенец. Ужас! - Комачи-сан убежала в свою комнату. И хотя я слышал наигранные всхлипывания, я туда не пошёл.

***

      Хотя учёба действительно стала для меня одним из приоритетов после аварии, в Токийский я поступить и не надеялся, хотя документы всё-таки подам. Просто на всякий случай. У меня была возможность стать врачом или учителем, и не стоит просто так отбрасывать эти профессии, предпочитая им финансового брокера или же научную часть. На самом деле, можно было бы и на слесаря выучиться. Тогда, как гласит немецкое порно, все домохозяйки будут мои.       Зарабатывать таким образом тоже можно было, правда, так не очень ясно, как быть с налоговой. Но в любом случае я никогда не останусь без работы, если стану: врачом, стоматологом, что не совсем врач, сантехником, распорядителем кладбища, электриком и электронщиком. Технические навыки крайне важны для выживания в условиях перманентного радушия, вежливости и каросу.       Работа же в офисе только сокращает жизнь. Я никогда не хочу работать в офисе, уж лучше жить у Комачи-сан.       Но всё же стоило бы задуматься о приоритете и походить в кружок электроники, посмотреть, чего дают для подготовки к будущей жизни. Например, всякие курсы помогут с определением, что моё, а на что лучше положить, как на музыку. - Мутта! Туду-ду, туду-ду-ду! Мутта!       Рамштайн - очень хороши при поступлении в техническое училище. Обожаю индастриал, хотя не очень хочу жить в саже и копоти. Но с каким только дерьмом люди не работают, чтобы добыть себе пропитание.       С другими людьми, например.       Но сразу стоит закладываться на оплату проституткам. Похоже, никакого будущего в социальном плане у меня не будет. - Мутта! - рыкнул я, насколько мог, своим жалким голосом в пустом коридоре.       Постучавшись, я снял наушники и зашёл в кабинет клуба волонтёров, кивнул Юкиношите. - Ос. - Коничива, - поздоровалась со мной девушка, поправив свою причёску. - Эм, Юкиношита-сан, а как вы относитесь к курению? - спросил я её внезапно для самого себя.       Тоже стоит попробовать, я думаю, хотя сам запах этой фигни меня редкостно раздражал. - Простите? - не осознала вопрос Юкиношита. - Как я отношусь к курению? - Да, - решительно кивнул я, присаживаясь на свой стул неподалёку от Юкиношиты.       Сейчас она должна меня лечить, поэтому не стоит обнажать свой пофиг, можно и поговорить. - Резко отрицательно.       Я должен начать курить. - М-м, - протянул я. - Вы что, курите? - изумилась Юкиношита. - Пока нет, - задумался я.       Но источник сижек нужно как-то найти ещё, всё не просто так. Не хотелось бы попасть в полицию с таким, если уж отмораживаться - то совсем, на всю катушку. - Что значит ваше "пока нет", и почему вы пришли с этим ко мне?       Я подумал о том, что драконы на мне смотреться будут странно, но ведь главное, чтобы люди были хорошие. - Я думаю, что заставлять начинать курить на работе - неправильно, - сказал я и стал разглядывать Юкиношиту. - Никто никого не заставляет. - Тогда почему семьдесят процентов молодых работников начинают курить? Даже женщины.       Юкиношита подумала и сказала с улыбкой: - Так вот в чём дело. Вам не нравится, что Хирацука-сенсей курит, я полагаю? - Нет, мне всё равно.       Ответил я предельно честно.       Ну, не совсем всё равно, но это уже мои проблемы. Не хочу стать предметом для тушения сигарет, мне казалось это слишком болезненным. - Тогда к чему этот вопрос? - Юкино отложила книжечку и достала свой блокнотик.       Опять она ходы записывает. Это жутко! Уберите ещё этот пристальный взгляд голубых глаз, пробирающий до глубины души. - Я думаю, что общественная жизнь заставляет их это делать. Например, чтобы меньше работать, приходится постоянно ходить в курилку, - заметил я. - Или, чтобы наладить отношения с сэмпаями...       Я прикусил язык, потому что дальше следовало "но вам этого не понять". - Проблемы слабых личностей, - вздохнула Юкиношита, - всегда начинаются с "общество виновато". - Э? - удивился я.       Может, не стоит с ней разговаривать? Ну, просто чтобы показать, как это работает. Семпаи могут устроить обычную итальянскую забастовку, и это будет очень болезненно. Всё просто: выполняй работу дословно и буквально, а любые грехи скидывай на инициатора - сам сказал так сделать.       Пожалуй, я хочу овладеть такими навыками. - Гораздо проще обвинять других, чем признать, что виноват сам, - сказала Юкино. - Любая работа движется к упрощению, - пожал я плечами. - Да. Для тех, у кого простейший разговор - это уже работа, это, пожалуй, так, - согласилась со мной принцесса.       Я глубоко вздохнул. Почему я должен терпеть её подколки и не могу уйти? Я хочу к своей госпоже. Немного подумав об этом, я погрузился в грёзы.       Первое, что нужно, это купить богине чулочки, как у Юкиношиты, затем короткую юкату и купальник. Да, Хатия должна выглядеть именно так.       Аж сердечко застучало сильнее. - П-продолжим лечение? - спросила Юкиношита. - Мы остановились на том, что вы рассказывали о ваших неудачных контактах с представителями другой цивилизации. - Я такого не говорил, - поскучнел я. - Но вы сумели сложить именно такое впечатление. Скажи, Хикигая, после твоего недопонимания с Оримото у тебя были контакты с другими девочками? - До - были, а после нет, - ответил я прямо.       Комачи-сан и Хирацука-сенсей, а так же продавщицы и библиотекари явно не подразумевались по вопросу.       Впрочем, я думал о чулочках Юкино, поэтому не особенно размышлял над ответом. - Удивительно, как вы достигли такого результата... - Зачем разговаривать с кем-то, кто себя заставляет? - спросил я. - Я не хочу мучать себя разными мыслями о том, что сказал или сделал что-то не то. Общение довольно утомительно. - Поверить не могу, что такая логика вообще существует.       Я снова не стал спрашивать. На самом деле чем быстрее мы закончим, тем быстрее я вернусь к возвращению своей человечности в логове финального босса. А в кабинете Юкиночки я совсем не хотел быть искренним.       Юкино прищурилась, прижала обычную скучную ручку к губам и задумалась.       Могу ли я сфотать её в таком виде? Распечатки будут пользоваться большой популярностью.       Я схватился за телефон. Такая симпатяга с ручкой у губ будет сто-оить... Йен пятьсот?       Учитывая все риски, а так же обращение за медицинской помощью из-за потери пальца - маловато будет, вот что я скажу. Тем не менее, я беззвучно щёлкнул Юкиношиту и стал прикидывать барыш, разглядывая фото под столом.       Качество-о, ой... Проклятье. Запихнуть в фотошоп и подретушировать?       Что-то фото стоит всё больше и больше. - И тебя это устраивает, Хикигая-кун? - спросила она.       Я поморщился. Моему бизнесу мешали. Может, предложить ей лицензионное соглашение? Откажется... Она же не проститутка с глянцевого журнала, а дочь члена собрания префектуры. - Вполне, - ответил я спокойно. - Это неправильно. Человек остаётся человеком лишь пока взаимодействует с другими. - Да-да, эусоциальное, - согласился я. - Но не обязательно же затягивать меня в коллективные игры? Дайте мне мой уголок с моей работой, думаю, так будет лучше для всех. - Кх-кх-кхм! - покашляла Юкиночка, недовольно покрутив головой.       Проблем, на мой взгляд, не было. - На это очень сложно реагировать. Какой же ты жалкий, Хикигая-кун, - вздохнула Юкино.       Сказала птица в клетке.       Но, опять же, я об этом не сказал. - Это называется независимость, - сказал я, пряча телефон после второго снимка.       Этот получился приятный, хоть и без той необходимой пошлинки. Но я должен был расширить базу покупателей. Для девочек... Будут ли брать? - Независимость подразумевает самостоятельность, ты же сам не способен даже передавать сообщения. Ты подменяешь понятия, Хикигая. На самом деле это уродство, - сказала Юкино.       И. Что она себе только что позволила? - Вот и поговорили, психиатр-сенсей, - расстроился я и стал собираться. - Пойду я.       Категоричность подростков, не имеющих никакого понятия о жизни, и никакого чувства такта, всегда приводила меня в нервное и злое состояние. Я окончательно убедился, что не хочу иметь с ровесниками ничего общего.

***

      Юкино хотела сказать что-то ядовитое мне вслед, но не успела - в клуб ворвалась госпожа. Хирацука-сенсей осмотрела нас весело, а затем хмуро. - Поругались? - выдохнула она. - На второй день насмерть поругаться могли только вы, ребята.       Покачала она головой. - Это нельзя считать ссорой, - ответила Юкино, - поскольку у нас деловые отношения. Похоже...       Хирацука её не слушала. - Что, сбежишь, Хикигая? - спросила она меня, провоцируя. - Госпожа мудра, но ниндзя - не воин, - ответил я, собираясь пройти мимо.       Хирацука поймала меня за руку и улыбнулась. На секунду я забыл обо всём на свете, но тут же за мои романтические чувства меня наказала боль. Хирацука-сенсей вывернула мне плечо и взяла его на рычаг. - А-а-а-а!!! - завопил я и постучал ей по ноге в брюках. Когда меня отпустила нечеловеческая хватка богини, я рухнул у её ног.       П-почему это не приятно? Что происходит? Может, богиня в гневе? Как же так, Хатия? - Понимаю, - сказала Хирацука-сенсей. - Когда сталкиваются две разные точки зрения, определить правого можно только битвой! Так заведено в сёнен-манге.       Я не очень понял, но надо поискать возможность сбежать отсюда. - Хирацука-сенсей, - начала Юкиношита.       Но Хирацука не слушала, и слышать ничего не желала. - Победитель получает право на исполнение одного желания.       Тут я навострил уши. Фотосессия с Юкиношитой - многообещающая инвестиция.       Однако терпеть её отношение из-за этого - слишком сложно. Может, ну их обеих? В конце концов, я найду способ поговорить с классным руководителем, никуда она не денется.       Всё-таки, расстраивать госпожу нельзя.       Я потёр плечо и поморщился - больно было очень. - Исполнение желания? - удивилась Юкино. - Простите, сенсей, это уже слишком.       Она поднялась и собралась убеждать учительницу, что не собирается в этом участвовать. - Что такое, Юкино? - удивилась сенсей. - Испугалась? - Нет, но мало ли, что у него в голове! - сказала Киношита. - Хм-м. - Простите, - я решил поддержать девушку. - У меня нет намерения в этом участвовать. - Хм-м!       Госпожа была в гневе, и смотрела на меня сверху вниз, как на какого-то жука.       Она не оставляет нам никакого манёвра! - Более того, - начал я нервно, - вы серьёзно, учитель? Я официально заявляю, что моё желание - совершить сек... - Серия!       Фигура учительницы смазалась. - Обычных ударов. - О-ка-кха-кх! - я скорчился на полу, чувствуя, как из меня выбили дух       Каким-то чудесным образом я остался в сознании, хоть и отплёвывался на полу. - Это из современной манги, - выдохнул я. - Что поделать, если дедовские способы не работают?       Как же больно-о! Дышать не могу! - Ты должен принять свою участь, - сказала мне богиня. - Если он что-то посмеет, просто набери меня, - сказала Хирацука-сенсей Юкиношите.       Так вы же изначально лишаете меня моих инструментов борьбы! Подкуп, шантаж и угроза насилием - именно так я собирался действовать в крайнем случае. - Не нужно. Уверена, что в этом случае я справлюсь самостоятельно, - теперь и Юкино морозила меня своим взглядом разгневанной принцессы.       Чувствуя себя жуком, я всё-таки заухмылялся гадко.       Давай, откажись. - Можете больше ничего не говорить. Для меня будет честью размазать его по стене.       Я побледнел.       Чего?       Так не должно быть.       Как я умудрился ей понравиться? Может, она просто похотливое садистское животное, а вовсе не нежная принцесса?! - В чём заключается соревнование? - спросила Юкиношита. - Чтобы доказать свою правоту, вы будете помогать ученикам школы с их проблемами. Побеждает тот кто помог большему числу, - сказала сенсей решительно. - Это я придумала. Ну, разве я не умница? С вашими взглядами...       Она заткнулась. Для начала, просто из возмущения спрошу: а кто, блин, считать будет?       Но я могу за неё продолжить: вы никому не поможете, и вам придётся действовать вместе. Дальше наша владыка собиралась бросить пару фраз там, пару здесь, привести сюда ещё кого-то, чтобы стимулировать разговоры, а так мы всё-таки начнём общаться. И тогда гормоны всё сделают за нас, с телом бесполезно спорить.       Я не хочу попасть в политику через постель. Нет, это уже слишком, но близко к чувствам.       Всё-таки с холодным разумом было легче понять взрослых.       Юкиношита это поняла?       Я взглянул на неё с интересом, но пока слишком мало о ней знал, чтобы точно понять. - Побеждённый исполняет любое желание победителя, - повторила Хирацука после паузы. - Госпожа Хирацука, - попробовал я через вопрос узнать, о чём думает Юкино, - почему бы вам в таком случае не спорить? - Так это ваш конфликт. - Нет никакого конфликта, - сказал я и удивился, что Юкино мне вторила, но высокомерно. - Хикигая, - Хирацука положила мне руку на больное плечо и сильно сжала. - Это твой противник. Сражайся честно. - А-а-а! - задрожал я от боли.       Мой противник смотрел на меня как героиня с нагинатой в начищенной красной юкиношите на мерзкого болотного слизня первого уровня. Да мне сто лет до неё качаться!

***

      Я не могу выбрать.       Я не хочу оставаться здесь с этой ледяной принцессой, и в то же время не хочу огорчать Хирацуку-сан. Это невыносимо.       Если же я тут останусь, то моё тело сделает всё за меня. Я и отдавать себе отчёта в этом не буду, поскольку близости с кем-нибудь хочется. Хочется и говорить, и дурачиться, и ругаться, преодолевать какие-то препятствия.       Но. Будучи честным, предельно честным с собой, я понимаю, что подобное для большинства школьников не доступно. Не говоря уже о том, чтобы таким стало какое-то чмо.       Лох - это судьба, как говорят недоразвитые особи человеческого рода. Я даже будучи одним из таких, я всё же...       Не желаю глупо страдать!       Оставив нас наедине, Хирацука поставила перед нами вопросы, каждому - свой, на которые нам нужно было совместно ответить. Она изначально понимала, что в одиночку эти ответы мы не найдём. У Юкиношиты свои проблемы с головой, и то, что беззаботно она жить не хочет, наводит меня на мысль о схожем характере наших ран.       Учительница собиралась сделать нам обоим больно, и таким образом сделать из ран связь.       Я же не собирался в этом участвовать, как ни посмотри. - Ну, что ж, полагаю, нам стоит дождаться первого проблемного ученика, - сказала Юкиношита и присела обратно на стульчик.       Я демонстративно посмотрел ей на ножки, на что получил ужасающий холодный взгляд. - Если вы хотите продолжить борьбу в целости, не стоит так делать, - предупредила Юкино.       Я не могу сказать наверняка, смогу ли я разубедить её. Стоит так же и о себе подумать: мне-то вся эта игра зачем? Что будет, если я с Юкино договорюсь, и мы станем изображать деятельность? Почему всё это такое энергозатратное?       Лучше будет сэкономить и сразу признать своё поражение. Однако я не уверен, что такой побег примут остальные стороны, когда дело касается этих двоих.       Я потёр свои ледянющие пальцы, пытаясь домыслить какой-то выход из положения, который устроил бы этих двоих, и не был бы слишком обязывающим для меня.       Признать поражение сейчас значит показать свою полную незаинтересованность и в Юкиношите, и в Хирацуке, а мне нужно проделать это только с первой. - Почему ты до сих пор стоишь? - спросила Юкино. - Хики, эм... Как тебя зовут?       Вот её ответ. Война на истощение, если я правильно понимаю.       Тогда у меня есть противодействие этому.       Я подошёл к Юкиношите и взял свой стул, отодвинул его на другой конец стола и сел там. У меня было над чем поразмыслить, и потому я стал игнорировать Юкино.       Таким образом, первая команда определилась. Схожие цели Юкиношиты и Хирацуки ставят их обеих моими противниками по поддержанию порядка в моём квартале развлечений, где женщинам платят за ласку и красоту. Я не собираюсь играть по их правилам, хотя меня и просили сражаться честно, ведь таков мой путь ниндзя.       Успокойся. Рассуждай холодно.       Судя по тому, как спокойна Юкиношита, она полностью уверена в своих силах. Я не могу сказать точно, но очевидно, что задохлика вроде меня она не боится и в физическом плане. Что же касается Хирацуки, то она непрошибаема, у неё вообще нет слабостей, на которые я мог бы воздействовать. Прямая конфронтация не пойдёт мне на пользу, а в дипломатии они вдвоём занимают позицию силы.       Мне нужна своя команда. Которая, кроме всего, ещё и не будет знать, что она моя. Да как этого вообще добиться?!       Почему так сложно, почему я не могу просто сдаться?! Я что, извращенец?!       Хотя да.       Ножки моей богини рано или поздно наступят на меня!       Кого я знаю из тех, кого смогу тем или иным путём заставить следовать своему замыслу? Будем честны, никого, и даже себя порой нужно включать в список "никого". Как мне сражаться с таким ресурсом?       Думай!.. Дума-ай. На разведку можно пустить Комачи-сан. Комачи-сан, как и я, довольно одинокая, и потому большую часть времени её можно застать дома. Используя её, можно получить относительно надёжный источник сведений, поскольку она вряд ли откажется от знакомства с такой красивой сэмпай.       Ей нравятся принцессы.       Следующий шаг - завести знакомство с другими учениками. Мне нужны те, кто не будет понимать ценности моего непревзойдённого интеллекта, и не станет меня замечать. Это... Ну, просто в классе. Миура-доно и Хаяма-доно. Подвести первую и второго к Юкиношите, посмотреть и послушать. Скорее всего, первая сама не полезет, а отправит на разведку одну из своих подчинённых, кто у них там задвинутая? Юигахама, если я не ошибаюсь.       Второй же постарается выглядеть круто и попрётся сам.       Так. Что выгоднее? Если Хаяма узнает, что у нас тут спор на любое желание, то я получу, поскольку альфасамцовость должна поддерживаться. Отпадает. Но и Миура может от меня отмахнуться.       Нужно, чтобы они оба это слышали?       А что говорить?       Нужно будет унижаться, как на работе, а этого совсем не хочется.       Нет, и всё-таки сперва нужно определиться с задачей. Я должен не довести дело до победы, а заставить Юкиношиту сдаться.       Меня беспокоит, что богиня могла это просчитать заранее. Это признание поражения из-за невозможности продолжать легко можно назвать победой, но это не так.       Как звучит моя задача на самом деле?       Сенсей. Выходите за меня.       Пожалуй, это единственное, с чем я сейчас был с собой согласен.       Тогда соревнование должна прекратить Хирацука, но у неё нет уязвимостей, во всяком случае сейчас. Давить через Юкино чревато проблемами с её родителями и законом. Доведение до самоубийства, как бы, наказуемо.       ...это если она меня не доведёт..       Это странно, ведь выходит, что у нас с госпожой схожие цели. Блин!       Я тяжело вздохнул.       Напоминает известный ромком. Я знал, что эта любовь меня убьёт.       Стоп. Есть кое-кто, кто может быть похожим на проблему внешне, но по сути станет моим троянским конём!       Или нет? К ней даже подойти страшно.

***

      Весь следующий день я смотрел на Кавасаки, вроде бы, и обдумывал подход. Она, порой, ловила мои взгляды, и поскольку я был погружён в свои мысли - то пялился нагло. На переменке она вышла, тщательно подготовив все свои вещи и забрав с собой ценные.       Не решился. Может, написать ей письмо? - Фойер унд вассер комт мир цу заммен, - пропел я вместе с Тилем.       Как он прав! Это невозможно, мы огонь и грибочек, нас никак нельзя соединить.       Она ещё и симпатичная очень. Особенно родинка милая под глазом, да и волосы пушистые. Боюсь, я не смогу толково ей объяснить, что от неё требуется, поэтому всё выльется в очередное унижение.       Надо вставать и идти за Кавасаки, если следовать плану. Мне нужны люди, чтобы бороться с войском Хирацуки, нужны посланники, которые не ведают страха и способны перечить живому божеству.       Когда-то я писал свою новеллу, и там было попроще. Как-то так получалось, что герою всё удаётся...       На самом же деле я разбит. Но почему меня вообще беспокоит подобное? Я не собирался и не собираюсь сражаться. Моё дело - наблюдать со стороны.       Как ниндзя своей госпожи, я не должен участвовать в боевых действиях.       ...       Хоть бы был какой-то иной выход! Я не хочу заводить никаких знакомств и тратить время на "необязывающее общение"!       Хотя секса хочется, если быть предельно честным.       Итак. Что мне делать в действительности?       Если подходить с прошлой моей точки зрения - то нужно становиться серым кардиналом. Но разве тогда Хирацука всё равно не добьётся того, что ей нужно? Мне же нужно, чтобы она мне сдалась.       С моими навыками это невозможно. Нужно тренироваться на ком-то, иначе растопить сердце госпожи не получится.       Лёгкая, простая мишень...       Ой, ну и бре-ед.       Есть ещё один способ не участвовать в той битве - просто не ходить в клуб, а если заставят, то разрушать его деятельность. Всё-таки воздействовать на Хирацуку через Юкиношиту - что опасно - будет эффективнее любых других подходов.       Нужно довести Юкиночку либо до слёз, либо до оргазма.       По-настоящему возможен первый вариант.       Но как же не хочется ничего делать, тем более такого!       Повышение уровня в одиночку в условиях, где отсутствуют игровые условности, невозможно. Даже сэлфмэйд-персоны опираются на помощь огромного количества людей! Так что моя новелла "Я завоевал богиню на первом уровне" невозможна даже на бумаге.       Прозвенел звонок, учитель по биологии вошла в класс.       А я так и не нашёл в себе смелости подойти к Кавагое!

***

      В клубе была тяжёлая атмосфера. Зайдя внутрь, здороваться с Юкиношитой я не стал, вместо этого вытащил почему-то убранный стул и сел за стол. - Ты вернулся, Хикижаба? - спросила Юкиношита. - Я думала, что пережитого стыда тебе хватит... - Могу я тебя попросить, о мой благородный враг? - спросил я.       Прервал я её, заставил смутиться и заткнуться на полуслове. Юкиношита сильно удивилась. - Не думаю, что человек твоих качеств может быть моим врагом. Нельзя воевать с насекомыми, - заявила Юкино.       Она задумалась, высокомерная, как и всегда. Это высокомерие явно часть какой-то защитной реакции, или что-то подобное, потому что я не вижу ни одной причины, почему Юкиношита запирается здесь, в клубной комнате. - Ударь меня по щеке, - попросил я.       Всё ещё не могу до конца понять свои желания - в первую очередь нужно разобраться с этим. - Что? - удивилась Юкиночка. - Э-это какой-то странный фетиш? - Подави своё высокомерие и ударь. Или ты даже этого не можешь? - перенял я модель поведения Хирацуки. - Это не высокомерие, ты надумываешь, - отозвалась Юкино и отвернулась. - Я долго ждать буду? - Я не хочу к тебе прикасаться. Я не обязана удовлетворять твои извращённые потребности, - ответила Юкиношита. - Значит, слабо? И ты всё ещё думаешь, что сможешь меня по...       Юкиношита встала и быстро подошла. Удар был сильным, громко шлёпнуло. - А-ай! - протянул я.       Будучи под разгневанным взглядом белого от ярости лица, я неожиданно почувствовал мрачное удовлетворение.       О, да, это было неплохо. - Всё, или ещё? - процедила Юкино. - Всё.       Мои инстинкты прокричали о том, что я в опасности, но я же этого и добивался, разве нет? Превратить игрушечную битву в настоящую было интересной мыслью, пока не стало больно. - Хотя ты уже не можешь выбирать.       Тыщ! Тыщ!       Ай! За что?       Юкино била, и била больно. И поскольку в этом виде взаимоотношений я имел опыт либо с другими мальчиками, либо с сестрой, то в первую очередь я попытался поймать Юкино за руки и прижаться к ней головой, чтобы бить ей было неудобно. Однако кое-чего я про Юкино не знал.       И уже через секунду я оказался на полу с завёрнутой назад правой рукой, с ногой Юкино на спине. - А-а-а!       Больно! Больно! Больно! - Вот в таком положении ты оказался из-за своих жалких...       Я постучал рукой по полу, но Юкиношита проигнорировала.       Что это за чувство? Что это?       Маленькая госпожа?       Не-ет! Заткнись, мой внутренний мазохист, я люблю только Хирацуку-сенсей! - У меня даже слов нет, чтобы передать всю мерзость, исходящую от тебя, Хикимои!       Она соединила мою фамилию и помои.       Пришлось ждать, пока она успокоится и отпустит, отвечая на вопросы "да", не слушая суть. Когда же она меня отпустила и ушла сидеть на свой стул, я заметил: - Ты приятно пахнешь, а твои руки такие нежные.       Она уставилась на меня, и я почувствовал страх.       С которым трудно было бороться! Но я это сделал. - Отлично. Полагаю, стоит считать, что ты победила, и я должен исполнить твоё желание.       Сказал я быстро.       Чем обидел Юкино, та прищурилась и сказала: - Так вот ради чего это всё было? - Да. Или ты думала, что это ради наших объятий? - спросил я устало. - Итак, ваше желание, и закончим на этом. Я не верю, что в это место придёт хоть кто-нибудь, а заставлять тебя находиться в моём обществе я не имею права. - Ты слишком много о себе думаешь, - отмахнулась Юкино. - Да, это не слишком популярное место, однако, я не испытываю никакого стеснения или неудобств, будет достаточно просто загнать тебя под стол...       Ну, точно! Маленькая госпожа!       ЗАТКНИСЬ, МАЗОХИСТ!       Я улыбнулся, полностью довольный. Я чувствовал, что победил. Не понял, как, но это ощущалось в воздухе.       По взгляду Юкиношиты я видел, что я и правда победил, потому что столько злобы победитель излучать не должен.       Не очень понятно, что же в итоге произошло, но я буду делать вид, что так и планировалось с самого начала. - Я не это хотела сказать, - сказала Юкиношита. - Эм... - Не смей ничего говорить. - Но... - Просто. Замолчи. Садись, - разрешила она великодушно, отворачиваясь.       Я сел на стул и стал коситься на Юкиношиту. - Кх-кхм! - откашлялась она. - Я должна извиниться. За излишнее насилие. - Не стоит, я получил удовольствие от прикосновений.       Сказал я.       ДА! ОТЛИЧНЫЙ ХОД, МАХОХИСТ!       Не захочет она быть рядом с таким человеком. Ну, хотя бы потому что сложно признаться самому себе в наслаждении от власти. Хирацука тому пример: если бы она не испытывала удовольствия в издевательствах надо мной, она бы не... - Очень рада за тебя, - вздохнула Юкино. - Но если ты думаешь, что всё закончилось, и теперь пришло время для переговоров, то ты ошибаешься.       Улыбнулась она. - Я ещё даже не начинала.       А, кх-кхм!       Если честно, после этих слов я начал нервничать. П-почему бы не уступить сенсею и её младшей подруге и просто не начать общаться с людьми? Н-немного труда, и я на свободе. Всего-то полтора года потерпеть...

***