Кровь на асфальте

А вот у светловолосого парня дела обстояли не очень то и радужно. И действительно, у Андрея в жизни за это время произошло столько всего, что если бы кто-то знал не поверил бы. Знакомство с Маратом, что-то похожее на уроки английского, в итоге светловолосый делал домашку за парня, но не суть. Им было весело и это главное. Первая кража, издёвки Искандера и вступление в группировку. А ведь он даже не мог подумать, что бросит уроки фортепиано в музыкальной школе, ввяжется в первую драку и почувствует вкус свободы. И первой влюбленности? Инспекторша, конечно, подставила его тогда в кино. И зачем ей нужно было так делать? Андрей не понимал, был обижен. Ему было очень неприятно от этого. Выставили каким-то ублюдком, который чуть-ли людей не убивал и магазины грабил. На самом деле всё же было совсем не так! Он просто не хотел больше быть чушпаном, хотел защитить себя, хотел стать для кого-то своим пацаном, а не чушпаном с района. И за это его никто не смел осуждать. Так думал он, но люди привыкли по-другому и всем было всё равно на то, что на самом деле хотел Андрей. За сигареты побили недавно, да и мама ругается постоянно. Но он научился себя защищать, хотя ещё не слишком умело. Пацаны относятся к нему не то чтобы плохо, скорее нейтрально, наверно просто не поняли какой Андрей на самом деле. А на самом деле мальчик очень добрый и всегда был готов помочь, он был за справедливость. Пацаны сидели во дворе после наказания за недавнюю «проделку» с сигаретами. Голубоглазый то и дело хватался за голову, Марат уже видимо привыкший к таким наказаниям от старших, спокойно набирал охапку снега в руку, подал товарищу со словами: «На, приложи». Парень слушается и принимает помощь друга. - Прикинь, Турбо нас в Москву берёт, - с воодушевлением проговорил парень, прикуривая сигарету. - Завтра едем. - Зачем? - поинтересовался блондин, всё ещё держал ледышку возле щеки. - Ты чё дебил? Это ж Москва, - усмехнулся он, вновь затянувшись. - Деньги есть у тебя на билет? - Нет. - Надо собирать значит, - хмыкнул кареглазый. На этом и разошлись. Андрей поплёлся домой, а Марат как он сказал - по делам. Мать нарезала хлеб, а парень активно работал вилкой, наконец-то его желудок наполнился вкусной едой впервые за день. - Конкурс значит? - женщина повернулась, положила хлеб рядом с тарелкой. Взгляд мамы ему сразу не понравился как только он переступил порог квартиры. Сестрёнка, как обычно, ходила за женщиной хвостом, но сегодня почему-то она не обращала на неё внимания. Была в своих мыслях. Это Андрея очень насторожило. - Ну да, по три рубля, - мальчик окинул маму взглядом, темноволосая была совершенно спокойна. - Мне час назад звонил твой педагог по сольфеджио… - она вздохнула. - Не было тебя на сольфеджио. Ты три дня уже нигде не появляешься, признавайся, - женщина скрестила руки на груди, разочарованно посмотрела на сына. Парень стал оправдываться. Ему было очень стыдно перед мамой, но по-другому он уже не мог. Мать присела рядом. - Сынок, скажи, тебя обижают? Если тебя обижают, ты обязательно должен сказать, - она гладила его по плечу. - Я с ними поговорю, я к директору пойду… - все не унималась она. - В крайнем случае мы переедем, раз такая ситуация. Отец бы такого не допустил! - женщина закрыла лицо рукой, заплакала. Андрею стало не по себе. - Да зачем переезжать, мам? Да всё нормально, мам, - мальчик пытался успокоить плачущую мать, хотя бы словами, но это не особо помогало. - Не нормально, Андрей! Не нормально! Ты совсем другой стал, ты какой-то как замороженный! - кричала женщина, впадая всё в большую истерику. Она встала, вытерла заплаканное лицо ладонями, обернулась,- Завтра ты никуда не пойдешь, мы пойдём в милицию. - она вышла из кухни. Парень вскочил с места. Его настолько разозлили слова её колкие. Как это он стал другим? Он такой же хороший сын и брат, хороший ученик, просто Андрей с района в конце концов. Что за бред она говорит? Голубоглазый взял фотоаппарат, понимая, что у мамы денег уже не возьмёшь, а они сейчас нужны как никогда. Стал обуваться. - Ты куда это? Нет, Андрей, ты никуда не пойдёшь! - женщина встала у прохода, не давая ему выйти из квартиры. - Я скоро вернусь, - сказал он, снимая пальто с вешалки, накинул его на себя. - Нет. Я тебя не пущу никуда! - завопила она, не пропуская к выходу. - Пусти, пожалуйста, - спокойно проговорил, пытаясь выйти. - Нет, не пущу, пожалуйста, - слёзы пеленой стояли в глазах, но от двери она не отходила. Андрей молча открыл дверь и вышел из квартиры, минуя плачущую мать. Она кричала ему вслед, сестра выбежала и тоже плакала, но светловолосый уже их не слышал. Стоял возле стоянки, где скопилось большое количество машин. Подумал, что продаст фотоаппарат. Это было самым лучшим решением, как ему казалось. Но никто почему-то брать не захотел. Андрей ходил возле машин, предлагал, но все то отказывались, то просто молчали, безмолвно глядели на мальчика. Опять получив отказ от темноволосого мужчины с бородой на жигулях, парень уже хотел уйти, но тут его окликнул чей-то голос. - Чего это у тебя? - спрашивал у парня милиционер. «Вот же дурак, надо было уходить сразу же, даже бежать, не останавливаясь». - Ничего, - сказал он, спрятав за спину чёрненький фотоаппарат. - Да покажи, не отберу, - милиционер, развёл рукой, подходил всё ближе. Парень достал из-за спины фотоаппарат, показал мужчине. Говорил, что ему отдаст за восемь. Это дядьку не устроило и его взгляд устремился на часы Андрея, подаренные ему отцом. - А часы? - спросил мужчина. - Это папины, - Андрей убрал руку, спрятав её в карман. - Они не продаются, - проговорил он, с грубостью в голосе. - 4 рубля, - предложил дотошный милиционер. Это заставило Андрея задуматься… **** В вагон поезда он зашёл уже без часов, но зато с фотоаппаратом. Пацаны радостно его встретили и под разные шуточки и громкие возгласы, решили пойти покурить. Поезд двигался быстро и с характерным для себя жужжанием. Андрей уже представлял у себя в голове, что когда будет стоять на перроне, то в ногах будет неприятно жужжать, словно, сам до сих пор едешь в поезде. - Кури, - Турбо протянул сигарету парню. - А можно? - спрашивал он. Думал, что после того инцидента при старших курить нельзя. - В таком пальто нельзя, - грубо ответил Зима. - Как чушпан. - выдохнул дым и посмотрел на кудрявого. Андрей опустил глаза вниз. Чушпан? Да он же вроде уже свой. Какой чушпан? Да и пальто вроде хорошее, дорогое. Что не нравится им опять?! Не понимал. Блондин считал Зиму самым грубым и жестоким из старших. Вспомнил ситуацию с сигаретами… Он ведь ударил Марата, хотя Турбо делать этого принципиально не стал. Даже брат Марата его не остановил. Андрей задумался про то, будет ли ему что-то за это, когда брат Марата всё-таки вернётся? Ну, а пока голубоглазый опустил взгляд в пол, ничего не смея произносить в слух. - Да ладно, в Москве за своего сойдёт, - усмехнулся кудрявый, с сигаретой в зубах. - Кури, пальто, - смеясь, он протянул сигарету Андрею. Все парни засмеялись, да и сам Андрей тоже пустил смешок, подкуривая сигарету. Неоново-оранжевый огонёк вспыхнул и в нос ударил запах никотина. - Будешь пальто у нас теперь, - прыснул от смеха Марат. Разговоры пацанов о том как они поднимутся в Москве, воодушевили Андрея. Это он даже маме сможет денег принести и она не будет говорить плохие вещи, а наоборот обрадуется. Тут разговор плавно перетёк во что-то повседневное, парень даже как-то не вникал особо, летая в своих мыслях. Но разговор про утюг привлёк его внимание. - Утюг?! - воскликнул кудрявый. - Ералаш, зачем тебе утюг? - во свою смеялся Турбо. Светленький парень пожал плечами: - У меня у бабки утюг старый, с войны ещё. Она его на плите греет, - парень продолжил. - Я ей обещал, что разбогатею и новый утюг ей куплю, - Ералаш улыбнулся своим же словам. - Прикиньте пацаны, «Порш», «Дукати» и утюг, - Турбо усмехнулся. - Москва, встречай! Все засмеялись. И так они доехали до Москвы. Всю дорогу шутили, смеялись и постоянно выходили на перекур. В этот момент Андрей чувствовал необъяснимое спокойствие и тепло, даже постоянные грубости Зимы уже не казались такими уж и грубостями, а шутки Турбо про утюг Ералаша разбавляли колкие слова картавого парня в шапке. Ну, а Марат просто был рядом. Этого Андрею было достаточно и он даже подумал, что начал привыкать к постоянной суете банды. Москва встретила их снегом и холодом. Они дурачились, даже сфотографировались на память. Потом пристали к какому-то парню, отняли кроссовки. Ну было забавно. Пытались влиться в местную культуру. Грубо говоря, проводили время с пользой. Ну, а потом в толпе заметили панка… Турбо отправил за ним Андрея и Марата, Андрей к слову, об этом пожалел. - Дяденька, так нельзя! - подал голос Андрей, вышел из-за угла. - Да пошли вы нахрен! - крикнул в ответ «ирокез» на обращение светловолосого. - Ты чё, потерялся? Кому хамишь?!- грубо ответил Марат, убрав руки в карманы. - А если отвечать придётся, тогда чего? - закипал кареглазый. - Говнюк ссаный, - кидался оскорблениями панк. И так уж получилось, что они отвлекли его от очень «важного дела», ну ирокезный недолго думая, хотел задеть струей и Марата. Парень отпрыгнул и после полетел на панка, попал в нос кулаком. Андрей повалил того на землю, но Марат не стал «отдавать» панка Андрею, стал сам бить куда попало и даже не думал останавливаться. Светловолосый пытался остановить друга, но тот его даже не слышал, тогда тот оттянул его силой и только тогда Марат пришёл в себя. - Отпусти говорю! - кричал он, уже стягивая ботинки с ирокезного. - Все, давай в разные стороны, встречаемся на вокзале, - запыхавшись проговорил Марат, стал уходить. - Живой хоть? - спросил голубоглазый. - Эй! - подошёл поближе, посмотрел на панка. Дела у него были плохи: лицо все побито и в крови, но хотя бы дышит. - Дойти то сможешь? - парень наклонился к нему. А панк в свою очередь, перетянул парня на себя. - Милиция! - завопил на всю улицу ирокез. И как бы Андрей не пытался выпутаться из его хватки, ему не удалось… Так он и оказался в милиции. *** В кабинет к инспекторше Андрей зашёл первым, мать зашла следом. Они поздоровались и парень присел на стул рядом. - А вы у нас? - сказала Ирина, посмотрев на женщину. - Мать Андрея Васильева, - темноволосая закрыла за собой дверь. - Мы отмечаться пришли, - быстро проговорила женщина. - Вот вы там пишете, что он ходил где-то и совершил грабеж… Молодая инспекторша перебила взбунтовавшуюся Васильеву. - Подождите, сядьте. - Что якобы студент какой-то, якобы пострадал, продолжила она. Вы его лично знаете? - спросила мать. - Студента? - спросила Ирина, листая документы. - Нет, сына моего, вы лично знаете?! - с мольбой в голосе спрашивала она. - Вот у вас там написано, что он кого-то раздел. Да посмотрите на него, его же самого раздеть можно! - воскликнула Васильева. Инспекторша глянула на Андрея. У парня внутри всё перевернулось. Впервые она посмотрела так. Жалобно что-ли? - Можно я с ним поговорю? - будничным тоном попросила Ирина. - Нет, в моём присутствии! - она вновь заплакала. - Он пианист у меня, в музыкалку ходит! Посмотрите на эти руки! - женщина взяла руки сына до этого находившиеся в карманах, увидев ранки на костяшках, она охнула и ещё больше заплакала. - Мам, я скоро, поговорю и приду, - Андрей коснулся плеча женщины, но она дёрнулась и выбежала из кабинета. - Мне объяснительная от тебя нужна и укажи группу лиц, - Ирина достала листок и ручку. - Пиши, - подвинула листок к Андрею. - Что писать? - Андрей поднял на неё свой взгляд. - Имена. - Я не буду ничего писать. Я же говорил уже, - высказался он. - Ну смотри, Андрей, - вздохнула она. - Ты вроде неплохой парень. Тут такие иногда приходят, только могила исправит, но ты то не такой, - заключила инспекторша. - Ты только сделай правильный выбор… - Ирина отошла к окну. - И ты прости за кино, я как лучше хотела… - Она взяла ручку и маленький листок бумаги. Что-то написала и дала Андрею. - Тут адрес, приходи в среду. Мы с ребятами собираемся, они на гитаре играют, поют, - темноволосая убрала листок, который давала Андрею. - Подруга ещё с Питера приехала, на фортепиано хорошо играет, - она улыбнулась. - Хорошо, буду , - он улыбнулся в ответ. - Буду ждать, - Ирина кивнула и головой указала на дверь. Поняла, что смысла держать его нет, всё равно ничего не напишет. - До свидания, - Андрей засунул листок в карман пальто и вышел из кабинета с улыбкой во весь рот. Жизнь начала налаживаться?