Необычные друзья

● Пустое пространство растворяется в недвижимости, словно дыхание в голодном воздухе. Белесые столбы, уходящие ввысь, выглядят как искусной работы скульптуры, олицетворяющей безмятежность и бесконечность. Но за этими столбами, словно за занавесом, открывается затуманенный мир прозрачных прямоугольных окон. Они раскинулись среди стен, периодически прерывая пустоту, и находят себе место, стараясь пробиться сквозь стены времени. За стеклянным полом и потолком притаилась грустная тайна, куда-то ушедшая, оставив лишь эхо печальной забвения. Холод пробирает до самого костра, словно леденящая душу тоска. Уют и доверие исчезли вместе с теплом, оставив только одиночество, следующее каждому шагу. Но скорбные краски этого места приобретают фирменную подпись - "Тюрьма времени". Свидетель ограниченности и неотвратимости времени, это пространство порождено тоской и надеждой, где часы медленно, но верно отмеряют свою долю счастья и боли. В тюрьме времени, стены заменены болоснежными столбами, а окна раскрывают взгляд на белое пространство, напоминая о том, что каждый момент ценен и необратим. ● Наследие времени В темной тюрьме, заточенной в паутине времени, царит безмолвие. Шаги здесь звучат только воображаемо, неся с собой загадки и муки, ибо здесь заключены то, что нельзя покарать и то, что нельзя вызволить. В этом пугающем угрюмом пространстве властвует Надзиратель – смотрящий, пребывающий внутри времени. Тщедушное существо, облаченное в темное пальто как эмблема мрачных дней, сливается с окружающей тьмой. Только косматое белое мехо и его глаза, излучающие свет на этом черном фоне, делают его различимым. Бесшумно он перемещается по тюрьме, словно тень, наблюдая за видениями, плененными в своих клетках безвременья. От его присутствия веет пронизывающим холодом, касающимся не только кожи, но и самых скрытых уголков души. Он не нуждается в словах, ибо его молчаливый взгляд говорит громче всех речей в мире. В нем заложено владычество над временем, безразличие к пленникам и их угрюмая судьба, которая ожидает их в этом неоспоримом заключении времени. Смотрящий не просто наблюдает, он свидетель грехов и ошибок, плененных в этом судьбоносном месте. Его глаза проникают в самые глубины существа, открывая все тайны и заблуждения, навечно запечатленные в прошлом. В его власти находится решение, остающееся только в его немых глазах. Но есть заключенные, которые, встречая его взгляд, видят не только свои собственные грехи, но и судьбы измученных существ, забытых в мире нарушенного времени. В его глазах они находят озарение именно своей сущности – суть своей судьбы и сурового времени. Безмолвное послание смотрящего словно наполняет их камеры обещанием избавления — возможности выбраться из плену времени. Так продолжается вечный танец чей-то местью и прошлым, чье будущее сохранено в руках Надзирателя. В этой неизменно мрачной тюрьме времени лишь он творит закон. Истории прошлого, настоящего и будущего соприкасаются здесь, в сердце времени, и лишь смотрящий владеет мудростью, непостижимой для смертных, пребывающих вне этого заточения. Таково его призвание – наблюдать, ожидать и вместе с этим — нистать. Таков Надзиратель – вневременный хранитель, бессловесный провидец и верховный судья в темнице времени. Его глаза продолжают сверкать в углу нашего сознания, напоминая о неизменимой участи времени и горестных истинах, которые оно раскрывает. Удастся ли нам расшифровать печальное послание его безмолвных глаз, и разбудить в себе силу искренней покаяния, чтобы освободить свою душу от бесконечной темницы времени? ● Джодах был самопровозглашенным Богом. Его серая кофта с немного отдающим феолетовым, просторными рукавами и верхняя часть, скрытая серой накидкой, длиной чуть ниже груди, создавали загадочный образ. Черный пояс держал на месте лоскуты кофты, выходящие из-под его пояса, а просторные серые штаны завершали его одежду. Он ходил без обуви, оставляя следы своих непростых странствий по земле. Поразительным зрелищем были огромные крылья, торчащие из спины Джодаха. Перистые и черные у основания, они переходили в глубокий красный цвет к концам, создавая красоту и ужас одновременно. И на его спине, чуть выше, находились еще одни крылья, немного меньшие и той же расцветки, но с выделенными фиолетовыми очертаниями глаз, словно наблюдающими за каждым движением Джодаха. Его белые волосы торчали и заплетались в три небрежные косы. Две из них были поменьше и свисали на его плечи, а третья, подлинее, достигала спины и имела красные концы, придающие ему необычайную привлекательность. Некоторые пряди волос выходили из-под кос и превращались в маленькие черно-красные крылешки, словно еще один элемент его таинственного облика. Друг надзирателя тюрьмы времени, Смотрящий, уже почти прибыл к месту встречи. Джодах ожидал его в самом дальнем коридоре тюрьмы, где белые столбы и зеркала тюрьмы сливались с белым пространством, создавая атмосферу загадочности и неуловимости. Встреча двух существ, столь разных по своей сущности, наверняка принесет с собой нечто невероятно важное. ● Джодах сидел в пространстве и смотрел на своего друга с печальным взглядом. Руки его дрожали, но это не помешало ему подойти к Смотрящему. Взгляд Смотрящего был грустным и замкнутым, словно его душа была сокрыта от постороннего мира. Он приложил свою руку в черной перчатке к лицу друга, поглаживая щеку, словно ища утешения в этом одиночестве. Джодах наклонился и приложил свое лицо к месту на шубе, где должна была быть грудь Смотрящего. Их дружба была основана на том, что они сумели найти друг друга в этом безлюдном и холодном пространстве. Они были для друг друга единственными и надежными опорами в этом суровом мире. Своей рукой Джодах скрестил свои пальцы с пальцами друга и медленно начал лезть под перчатку Смотрящего. Он снимал перчатку, словно открывая доступ к его истинной сущности. И только она была снята, открылся перед ним вид на черную руку Смотрящего. Взгляд Джодаха наполнился нежностью. Он знал, что не смотря на свою необычность, этот друг был его опорой и позволял ему увидеть мир иначе, чем другие. Ведь именно Смотрящий открывал ему двери в новые миры и позволял ощутить душевное тепло, которого так не хватало в этом пространстве. Теперь, без перчатки, рука Смотрящего казалась еще более уязвимой и нежной. Джодах смотрел на нее, благодаря удивительной красоте, скрытой в этой чистоте черного цвета. Это был знак их соприкосновения, объемлющий их теплом близости и безграничным пониманием. Так они сидели в пространстве, Джодах и его друг, смотрящий. Их дружба была драгоценным даром, который нес в себе силу перемещаться сквозь любые преграды и найти в темноте свет, лишь прикасаясь друг к другу. И до самой кончины своих дней они будут оставаться верными собеседниками своих душ, никогда не потерявшими свою особенность и значимость в мире, который для других был лишь невидимым. ●