Прошлое всегда следует за тобой

– А почему ты на глазу повязку носишь? – внезапно для Гоголя спросила Ито. – Есть такое понятие как имидж, – ответил Николай. Он врал. Была абсолютно другая причина. Причина от которой ему было противно. – А если по правде? – девочка часто могла определить лжёт человек или нет. И даже если за улыбкой Гоголя это было сложно понять, главное внимательно следить. И сейчас мужчина хоть и казался весёлым, но он был каким-то отстранённым. Вроде улыбается все также, но что-то иное отражало противоречивые чувства, чем могли показаться сейчас. Николай же, когда Хотару отметила то, что хотела бы слышать правду, был озадачен. Как ребёнок её возраста может такое почувствовать? Почувствовать ложь. Она умна не по годам. А что будет, когда она станет взрослее? А есть ли у неё способность? Если же это и есть проявление способности "чувствовать ложь"? Хотя вероятнее всего у неё не должно быть способности. Шанс один на миллион. – Умеешь хранить секреты? – даже не подумав, спросил фокусник и подсел ближе к Хотару. – Умею. Даже если бы не умела было бы некому рассказать. – отозвалась девочка и ожидала правдивой истории от псевдо писателя. Что это за повязка? И почему он её носит? Слишком просто если ответы были бы из разряда: это часть костюма, я слеп и не вижу одним глазом. В то, что Гоголь слеп девочка бы не поверила. Внутри зарождалось чувство , это было что-то другое, а не слепота. Тут Николай протянул руку к повязке и аккуратным движением убрал карту от лица. Теперь перед девочке открылась необычная внешность мужчина. Да, она и до этого была есть и будет необычной. Но когда Ито увидела его второй глаз...это было так красиво. Как же это притягивающе выглядело. Так необычно. И почему Гоголь прятал такую свою отличительную черту? – Некрасиво, правда? – отметил Николай и почти уже одел повязку назад, но рука девочки потянулась к руке мужчины и Хотару остановила фокусника. Он замер и удивлённо посмотрел на неё. – Зачем ты его скрываешь? – Это уродливо. – Не смей такое говорить. Может быть...ты не замечаешь этого, но это выглядит так волшебно! – первый раз за всё их знакомство Хотару восхитилась чему-либо. Именно показала это. – Мне всё моё детство твердили, что я уродец, чудовище... – он опустил взгляд, а Ито убрала руку. – Забудь о чужом мнении. – спокойно ответила девчушка.

***

– Ммм, Ан...Хотару, а ты знала, что ты русская? – внезапно при разговоре спросил Гоголь. Девочка, что при разговоре смотрела на ночное небо в окне, удивилась. Она росла всю жизнь среди японцев. А тут Николай оповещает её о том, что она русская. Занятно. Нахмурившись, Ито повернула голову в сторону собеседника и пыталась найти в его словах какой-либо подвох. Но он смотрел на неё вполне серьёзно. – Моя мама русская? – не подумав, спросила Хотару. – Даааа, и отец твой тоже русской национальности. – ответил фокусник. Может быть он прокололся с ответом в такой форме, но как он уже понял, "Анну" не интересовало её происхождение. Ей лишь было важно знать, что она сделала не так. Что сделала отчего её бросили. Он посмотрел в её полные любопытства глаза. – А говоришь ты по-японски оттого что с рождения прожила в этих краях... – даже призадумался Гоголь, приложив палец к губам и отводя взгляд в сторону. – А знаешь, у меня есть дом в России... хочешь покажу?! – внезапно весело у него вырвалось и он с безумной улыбкой вновь посмотрел на Хотару. Девочка с нескрываемым удивлением смотрела на него. Даже с отдаленным испугом от такой резкой весёлости Николая. Ещё не менее резким казалось его предложение. Он любитель спонтанно что-то предлагать? – Не знаю...если хочешь. – Как же чудесно!... – сначала мужчина вскинул руки над головой, а потом быстро погрустнел. – У тебя есть зимняя одежда? – более серьезно и даже заботливо спросил фокусник. – Нет... Фокусник задумался. Сейчас посреди ночи они вряд-ли найдут магазин. Сейчас в России зима. Наверняка вход уже засыпало снегом. Он не был там месяц. Точнее даже перестал туда приходить, когда познакомься с дочерью Достоевского. С утра до вечера у него были дела, связанные с организацией. Даже по большей части с "Крысами мертвого дома". В "Смерти Небожителей" работы для него собственно пока не было. А с вечера и до первых лучей солнца, озаряющих комнату Ито, он проводил время с ней. Почему? Ему действительно хочется с ней дружить. Она дочь Фёдора. А Дос-куну всё равно на неё. Он знает, что у него есть ребёнок. Он её не признаёт. Она ему не нужна. Гоголь в раздумьях вспомнил тот диалог. – У тебя...дочь появилась сегодня...– грустно проговорил Гоголь , находясь в тёмной комнате, где сидел Федор и даже не взглянул на Николая. – Ммм занятно, но мне это не интересно. – То есть тебе абсолютно всё равно? Фёдор, у тебя ребёнок! – Предположим. А что дальше? Чего в этом столь важного? Пусть живёт с матерью, которая за мной поплелась сюда, хотя я не просил. – В этом и проблема...мать у неё умерла... – Всё очевидно, приют, что в этом сложного, Гоголь? – Ты совсем не переживаешь?...– голос Николая стих. – Она мне не нужна. Николай заметно погрустнел, но Хотару ждала хоть какого-то ответа. Гоголь попытался откинуть воспоминания из головы и снова натянул улыбку, только на этот раз фальшивую. – Дай мне пол часа. Хорошо? – вдруг сказал мужчина. Девочка улыбнулась и кивнула, соглашаясь. Тут Гоголь встал с кровати, открыл портал и исчез.

***

Хотару сидела и задумчиво смотрела в окно. Прошло уже больше получаса и она думала что фокусник уже не придёт. Всё же он взрослый человек. Может у него появились неотложные дела. Но ему бы стоило предупредить. Девочка спрыгнула с кровати и подошла к тумбочке. На ней стояла лампа. Она горела совсем тускло, но чтобы осветить комнату, годилась. Ито немного постояла на месте и выключила лампу из розетки. Тут как по щелчку пальцев прямо перед её лицом возник портал Гоголя. От неожиданности она отступила на пару шагов назад. Из портала вышел Николай. – Пришёл всё таки, – сказала Хотару, улыбаясь. – Ну как же я мог тебя оставить? Ты сомневаешься во мне? М? – склонился над девочкой мужчина и внимательно посмотрел ей в глаза. – Не сомневаюсь. Просто прошло больше времени, чем ты пообещал. – ответила темноволосая. – Оу, извинии, возникли проблемы, которые я решил. В связи с этим зимняя одежда тебе не понадобится! – Тогда простительно! – улыбнулась Хотару и пожала плечами. У неё будто было табу на людей, которые не умели сдерживать обещания. Такие люди не надёжны. С ними взаимодействать только в ущерб себе. А смысл когда от человека нет выгоды? Конечно, с Николаем все было иначе, но всё же. Гоголь же улыбнулся и открыл портал. – Итак, если страшно, могу за руку взять. – заключил фокусник. – Ха! Я лишь убежусь, что это безопасно. О каком страхе идёт речь? Когда Хотару и Николай взялись за руки, то шагнули в портал. А Гоголь в момент прикосновения подумал насколько же у Достоевской холодная рука. Ледяная.

***

Эспер и девчушка вышли из портала, оказавшись в гостиной. Это был дом Гоголя. На потолке висела красивая люстра, освещающая пространство. Дом был достаточно большим. Где-то справа от выхода стоял диванчик. Напротив камин. Панорамное окно открывало вид на падающий снег. В камине потрескивали поленья. Всё в округе было таким непривычным, но уютным. Деревянный пол немного поскрипывал от удаляющихся шагов Гоголя. Хотару рассматривала все вокруг себя. Между камином и диваном был белый ковёр. – Я решил будет проще растопить камин, чем искать для тебя вещи, а потом бы ты все равно мёрзла пока бы я расстапливал его, но только после нашего прибытия. Девочка отвлеклась от рассматривания вещей и взглянула на мужчину, который закончил подкладывать поленья в камин и закрывая дверцу. – Да, это более рационально. – Чем займёмся? Может чаю? – весело спросил Николай. – Можно...припоминаю ты говорил, что я русская? Может научишь языку? – вспомнила Ито. Эспер задумался. А как он будет учить? Он для этого не создан. – Можно попробовать! – повеселел мужчина и даже поначалу не понял что он успел сказать. Хотару улыбнулась. – Можно вопрос? – спросила вдруг девочка. – Конечно. Что такое? – Сегодня когда ты спросил меня о национальности, запнулся при произношении моего имени. Что это значит? – почему то именно сейчас ей припомнился их диалог. Может это просто было запинкой, а может он хотел её назвать как-то по другому? Или хотел сказать что-то другое, но какая-то причина его остановила? Тут Гоголь застыл. Что сказать? Правду? Вдруг она его неправильно поймёт. Почему её вопросы были такими радикальными? Почему она сразу находила то, что нужно? Он не такая как дети её возраста. В этом Николай убедился в очередной раз. – Давай в другой раз... – Гоголь, я хочу знать. – Тогда давай устроим обмен информацией. Я тебе расскажу о том, что требуется тебе, а ты расскажешь о том, что требуется мне. – Припоминаю ты что-то говорил про чай. Это было победой Николая, о которой Хотару не подозревала.

***

– Начнём? – склонив голову, спросил эспер, когда начался процесс "обмена информацией". – Младшим нужно уступать, – хитро улыбнулась девочка. Любопытство распирало её изнутри. Этой улыбкой она тут же напомнила Николаю Федора. Он так же улыбался когда что-то затеивал. – Ладно, я действительно не всё тебе рассказал. Ты русская, как я уже упоминал ранее. Но ведь Хотару Ито это явно не русские имя и фамилия. Тебе было дано имя при рождении, но ты родилась в Японии, в Йокогаме, поэтому тебе было приписано иное имя. А твое настоящее имя... – Николай остановился и вздохнул. – Анна Федоровна Достоевская. Девочка даже не сразу уловила все имя. Только через время обдумывания она смогла произнести в голове что-то напоминающее. Гоголь, заметив замешательство девочки, продолжил. – Анна - это имя, как Хотару. Достоевская - это фамилия как Ито. А вот Федоровна - это отчество.Часть родового имени, которая присваивается ребёнку по имени отца. Исходя из этого получаем, твоего отца зовут Фёдор. – Вау. Чего же ты сразу не сказал что я Анна? – Не хотел вываливать на тебя с ходу такое. Слишком много информации для такой светлой головушки!– улыбнулся эспер, поняв что хотя бы немногое теперь Достоевская знает. – Фамилия такая длинная... – донеслось до мужчины. – Это не проблема, раз уж решила обучаться родному языку станет в разы проще произносить! – Чай вкусный. Спасибо! Тут Гоголь, подперев голову руками, злорадствовующе посмотрел на девочку. – Теперь мояяя очередь! – девочка посмотрела на Николая чересчур серьёзно. – Откуда синяки? Внутри все похолодело и тут девочка опомнилась. – Чёрт. Знала что что-то не так. – Откуда, Анна? – он выделил такое непривычное для неё имя. Темноволосая вздохнула, понимая, что от ответов ей не уйти. Она даже не в Йокогаме. Она на родине. В России матушке. – Знаешь...есть люди...которым правда глаза режет. Многие в приюте считают меня ненормальной из-за того, что я постоянно одна и ни с кем не дружу. Сначала молчали. Потом обзывали. А потом я более сознательной стала. И начала отвечать на колкости и задевать за живое. Итог ты сам знаешь. – под конец девочка выглядела очень мрачной. – Ужас...