Я на рассвете уйду с отрядом зеленогорских партизан. Часть 2.

... "А теперь, когда все решили, расскажи мне еще про свой квартал." - Зачем? - смутился Серхио, - что там такого интересного? "Все. Я же об этом ничего не знаю." - А говорил, знаешь то же, что и я. "Я соврал. Не сердись." Серхио вздохнул. - Тебе не понравится. "Пожалуйста", - попросили корявые буквы, и снова в памяти мелькнул Орландо, любопытный, беспечный и притом всегда готовый расплакаться. - Что тут рассказывать... говорю же, держались мы порознь. У девчонок своя компания, у нас своя. Хотя слово "компания" мы не любили, говорили "банда". В каждом квартале по банде. Каждой командует вожак. Он старше остальных, сильнее и дерется лучше. Но еще он должен быть умным, а то долго не продержится. При нем свита, трое-четверо сильных, но тупых, чтобы на его место не позарились. И еще обязательно есть подпевала, драться не умеет, но язык хорошо подвешен, может идею подкинуть, или насмешить, или обстебать кого-нибудь, главное - не идти против старшего. Потом - рядовые, тоже не слишком умные, но и не такие сильные, чтобы пробиться выше. Их больше всего. "А ты?" - полюбопытствовала тетрадка. - Я тоже был рядовым. Но таким... с отметиной. "Что это значит?" - Ну, что это было на самом деле - это мне уже потом объяснили, падре Себастьян и другие взрослые, настоящие, умные. А тогда я ничего понять не мог, только чуял, что дело плохо, а почему, за что - поди знай. Выйдешь во двор, а парни тебя по дуге обходят, шушукаются, толкаются, или цепляться начинают на пустом месте. Или тот, который при вожаке, несет про тебя невесть что, а все ржут. А я же смолчать не умею, мне слово, а я в ответ десять. Понимаешь, чтобы навалиться всем на одного, нужен повод. Чтобы не просто так, не на пустом месте. Не то сказал, не так посмотрел... А повод я всегда давал исправно. И так раз за разом, а я каждый раз как в первый, понять не могу, почему, за что. "А что это было на самом деле?" - стремительно, чуть не прорывая бумагу, вывело перо. - Падре Себастьян это называл политикой в пределах квартала. Вожак чует, что в банде зреет недовольство. Рядовым надоело его в вожаках терпеть, соседняя банда наглеет, новые кандидаты на его пост подросли, а то и просто народ заскучал. Да и свита - вчера по его слову кому хочешь морду била, а сегодня умишками ворочает, прикидывает, не переметнуться ли к новому вожаку, который вот-вот власть возьмет. В общем, надо срочно что-то делать. Например, кто наглеет - того окоротить, кто колеблется - припугнуть. Но это чревато, они и пересилить могут. Есть другой способ. Если бунтаря нет - создай его сам. Возьми того, кто драться не умеет, язык без привязи, да еще заводится с пол-оборота. Такого только подтолкни в нужную сторону - остальную работу он сам сделает за милую душу. А потом, как оклемается, будет долго голову ломать - как, да почему, да что случилось... "Это и есть политика?" - спросила тетрадка. Серхио мрачно кивнул. - Его величество подтвердит. Он такие дела всю жизнь проворачивает, только в мировом масштабе. А еще он воспитан лучше, на "вы" обращается. Какой-никакой, а плюс.