Merry Christmas || svt stories

Его холодные руки согревались внутри карманов. Надо было бы потеплее одеться потеплее, но несколько часов назад было не так ветрено, и он понял, что его обманули, как только вытащил руки из карманов. Но он бы не стал заходить слишком далеко. Он бы выдержал.

***

Проходя по улице, он заметил, что в округе никого нет. Но не было жутко, а было очень красочно благодаря типичным рождественским гирляндам, украшавшим ее то тут, то там. Чан не был счастлив. Последнее, что было на его лице, — это улыбка. Но он не злился и не грустил. Рождество было для него просто еще одним днем. Он еще не умел пить, но все равно собирался. Никто его не видел, потому что он жил один. Что может случиться? Он шел домой в медленном темпе. Казалось, что меньше всего он хотел дойти до места назначения из-за своего опущенного взгляда. В общем, он продолжал идти. Идти куда-то еще ему тоже не хотелось. И даже если бы он сильно отвлекся, невозможно было бы не обратить внимания на тело, лежащее перед ним на полу. Он был недалеко от своего дома, когда столкнулся с этой сценой, заставившей его на мгновение замереть. Он не знал, что делать, и уже думал об этом на случай, если такое случится, но в его воображении, вернее, в той сцене, которую он себе представлял, вокруг него было много людей. Он никогда не представлял себя в одиночестве. Он подошел к телу и подробно осмотрел, нет ли у него серьезных повреждений или серьезной раны. К счастью для него и как бы он ни нервничал никаких следов не было. Но его лицо выглядело так, словно по нему несколько раз хорошенько ударили. На руке была царапина, но больше беспокоиться было не о чем. Он проверил, дышит ли он, и да, он дышал. Он не стал медлить и попытался позвать на помощь. Вскоре он вспомнил, что не взял с собой мобильный телефон, оставив его дома, и несколько раз крикнул. Но через несколько минут никто так и не появился. Он подождал еще немного, и ему ничего не оставалось, как отнести парня домой. Там он мог бы позвонить кому-нибудь из родственников — если бы ему стало лучше. Его тело было тяжелым, но он мог нести его, не роняя. Впервые он почувствовал себя сильным человеком. Как только он пришел, он осторожно опустил его на свой диван. Ему не потребовалось много времени, чтобы достать аптечку и стакан воды. Это был первый раз, когда он помогал человеку таким образом. Он понимал, что сейчас не время, но воспользовался возможностью рассмотреть его во всех подробностях. Он был симпатичным, и, казалось, у него была очень нежная кожа. Он не знал почему, но его беспокоило, что шея слишком закрыта для него. Он решил раздеть только верхнюю часть своего тела, эту часть он не проверял. Там не было ничего, даже следов побоев. Но совершенно неожиданно, как только он открыл глаза, он закричал. И это было вполне объяснимо. Представьте себе, что вы просыпаетесь и понимаете, что вас раздевают, а рядом незнакомый вам человек так сосредоточенно смотрит на твой живот. Он попытался успокоить его, как мог, и рассказал, что произошло, когда он его нашёл. И он, в отчаянии прикрывая свое тело, согласился рассказать, поскольку он его спас и ему можно доверять. Он был человеком, который легко доверял другим, так подумал Чан, увидев, как быстро он начал говорить. — Меня ограбили, — сказал он на грани слез. Чан почувствовал жалость и в то же время сочувствие к нему. Он не знал, что делать, и просто пару раз похлопал его по спине, чтобы подбодрить. — А твои родители? — было первое, что он спросил. Это было важно, и было уже почти одиннадцать часов. — Они не знают. И лучше бы они не знали, потому что мобильный телефон, который у меня украли, совсем не дешевый, — сказал он, его голос немного дрогнул. Через несколько секунд он начал смеяться, потому что включился телевизор, и по нему показывали свинку Пеппу. Чан был ошарашен, но улыбнулся. — Как ты себя чувствуешь? — У меня все тело болит. Не знаю, может, они продолжали меня бить, потому что я потерял сознание, — сказал он, вздохнув. — Я не знаю. Чан рассмеялся тому, как он преуменьшил то, что можно было бы считать самым важным. — Я пытался защищаться, но их было трое или четверо, — сказал он, обрабатывая раны на лбу и щеках. — Я не хочу возвращаться в свой дом. К тому же, я уверен, что они даже не заметили моего отсутствия. Чан кивнул, внимая, но в то же время сосредоточившись на своей работе. — Хотя теперь, когда я думаю об этом, я не знаю, потому что у меня нет мобильного телефона, и, возможно, они звонили мне. — Наступило небольшое молчание, в котором ни один из них не чувствовал себя неловко. — Как тебя зовут? — спросил он с очень маленькой улыбкой. — Чан, а тебя как? — Сынгван, — теперь он улыбнулся, — ты живешь один? Чан кивнул и ответил шепотом. Ему не очень нравилось жить одному, но родители были далеко, и ему нужно было только сосредоточиться на учебе и оплачивать некоторые вещи. — И ты проведешь Рождество...? Один? — Сынгван тут же пожалел, что задал этот вопрос, так как его выражение лица изменилось. — Да, но это неважно. — Это имеет значение. Это должен быть день, когда ты встречаешься со своими родственниками, или я не знаю... — Но я не могу, — надулся Сынгван, не зная, что ответить. Но через несколько секунд его осенило. — Смотри, что я принес, — радостно сказал он. Но когда он попытался нащупать свой рюкзак на спине, то понял, что там ничего нет. — Мой рюкзак! — А, твой рюкзак там, на стуле. Ты его носил, но он был открыт. Сынгван подбежал к нему и проверил, что там лежит. Ничего не было украдено. — Спасибо, Чан, — сказал он, вздохнув с облегчением. Затем он начал что-то искать. — Я взял с собой десерт, потому что знал, что в какой-то момент проголодаюсь, — продолжил он. — Я собирался пойти к другу, но тут случилось это. Чан ничего не сказал, но уделил ему все свое внимание. — Если хочешь... Мы можем съесть его вместе. — Это заставило его покраснеть. Он никогда раньше не говорил ничего подобного, тем более незнакомому человеку. Но это показалось ему милым. — Мне много раз говорили, что нужно меньше доверять незнакомым людям. Но я знаю, что хорошие люди еще остались, — сказал он, открывая десерт. Две большие шоколадные конфеты и сок. — Как и ты, Чан. До этого дня, который должен был стать для него первым, он никогда не знал, что такое провести Рождество без семьи. Но он и представить себе не мог, что проведет такой особенный день с человеком, которого даже не знал. Тем не менее, это была очень уютная и приятная компания. Он был очень веселым и позволял ему чувствовать себя не так одиноко — к тому же странный, но прекрасный десерт, который он нес, еще больше поднимал ему настроение. Ему стало так хорошо, что он предложил провести его домой, когда было уже почти полночь. Сынгван поцеловал его в щеку и поспешил домой. Ему не нужно было спрашивать его номер телефона, ведь он жил не так далеко, и, кроме того, он хорошо запоминал улицы. А на следующей неделе у Сынгвана уже созрел новый план. Вскоре он собирался нанести неожиданный визит тому, который когда-то спас его. От автора: Упоминание о свинке Пеппе — первое, что пришло мне в голову, клянусь.