Вредные привычки

      Санджи много курил, и Зоро это раздражало. Поначалу. Постоянный запах табачного дыма от собственных рук и одежды выводил его из себя. Не то чтобы Зоро это действительно мешало, но он бы предпочел не пахнуть чужими сигаретами. Лучше бы вместо них был парфюм или кофе, который Санджи продолжал любезно заваривать для девушек несмотря на то, что сердце свое, вроде как добровольно, отдал мечнику. Тому самому, которого раздражала его вредная привычка.       Несколько позже тот факт, что Санджи выкуривает по пачке в день, стал не столько раздражать Зоро, сколько напрягать. Неожиданно и явно с опозданием до него дошло, что это вряд ли нормально. Против курения как такового Зоро ничего не имел, пускай сам вообще никогда не понимал, зачем люди это делают. Пробовал пару раз, но ему совсем не понравилось, и курить еще он даже пытаться не стал. Однако людей с сигаретами воспринимал совершенно равнодушно. До тех пор, пока дело не дошло до Санджи.       Зоро удалось смириться с тем, что кок курит. А что еще ему оставалось делать? Запах табака не казался настолько неприятным, чтобы лишать себя удовольствия подходить к Санджи ближе, чем на пару метров. Ему действительно удалось смириться, но только не с тем, какое количество сигарет Санджи выкуривал в день. Зоро понял бы, если бы Санджи ограничился тремя или, черт с ним, четырьмя штуками, но ограничиваться он, видимо, не собирался. Санджи курил постоянно. Зоро проще было сосчитать моменты, когда он видел Санджи без сигареты, чем моменты, когда она все же составляла ему компанию. И это напрягало. Даже расстраивало в какой-то степени.       Курить вредно — с этим не поспоришь. Хотя жизнь сама по себе штука не очень полезная. Зоро явно был не из тех, кто станет заботиться о здоровье, лишь бы прожить пару лишних лет. Учитывая их образ жизни, он не особо рисковал дотянуть до старости. И Санджи тоже, скорее всего. Исходя из этой логики, курить ему было можно столько, сколько вздумается. Однако Зоро было неприятно наблюдать за тем, как дорогой ему человек намеренно вредит себе. Сперва он принимал это чувство за раздражение, но потом все же признал самому себе, что переживает за Санджи, и дело тут совсем не в запахе сигарет.       Зоро не собирался просить Санджи меньше курить или, тем более, бросить. Он вообще ни о чем не собирался его просить. Зоро понимал, что какие бы отношения между ними ни сложились, на подобную просьбу Санджи все равно попытается устроить свидание между своим ботинком и его лицом. И все же он был бы рад, если бы Санджи начал курить меньше.       На позитивный исход оставалось только надеяться, наблюдая за тем, как Санджи вытягивает из пачки очередную сигарету. Кажется, сам он ни о чем таком даже не думал. Ему нравилось курить, и останавливаться он не собирался. Даже ради Зоро. Хотя, тот ни разу ничего ему об этом так и не сказал.       Но позже все-таки сказал. Зоро тогда был пьян и пребывал не в лучшем расположении духа. А все потому, что прикончил последнюю бутылку саке на корабле. Остаток плавания, не имеющий четких временных границ, придется обходиться без алкоголя. Зоро это опечалило, как опечалило и то, что, выйдя на палубу, чтобы подышать свежим воздухом и немного протрезветь, он увидел Санджи, привычно зажимающего между пальцев сигарету.       Стояла середина ночи. Морской воздух казался подозрительно теплым. Над головой мерцали звезды. Эта ночь могла бы быть хорошей, но…       Зоро подошел к Санджи и прислонился спиной к борту корабля, глубоко вздохнув. Несмотря на выпитое саке, голова оставалась тяжелой. Санджи, узнавший Зоро по шагам, даже не обернулся в его сторону. Наверное, это потому, что они оба давно научились распознавать настроение друг друга без слов. Сейчас у Зоро было такое настроение, что его лучше не трогать. Только вот самого Зоро тянуло на пьяные разговоры. Алкоголь всегда делал его более раскрепощенным и громким.       — Эй, Завитушка, — позвал он.       Санджи бросил на него короткий взгляд и поднес сигарету к губам, глубоко затягиваясь. Сначала лицо Санджи оставалось спокойным и отстраненным, но, когда он окончательно убедился, что Зоро пьян, в глазах мелькнуло разочарование, смешанное с досадой.       — Ты в курсе, что это вредно? — спросил Зоро, указав пальцем на тлеющую сигарету.       — Неужели? — совсем невесело усмехнулся Санджи, демонстративно делая еще одну затяжку.       Зоро тоже усмехнулся и без явных на то причин начал успокаиваться. Так всегда бывало рядом с Санджи. Сначала он злился для вида и уже после начинал испытывать истинные чувства. Зоро подошел к Санджи на несколько шагов, так, чтобы дотянуться рукой, и выхватил сигарету, почти догоревшую до фильтра. Без всяких сожалений Зоро отправил ее за борт.       — Почему ты столько куришь?       Этот вопрос Зоро задал впервые. Прежде он как-то не задумывался об этом. Просто он был не из тех людей, которым свойственно искать мотивы своих или, тем более, чужих поступков. Ему не нравилось, что Санджи много курит, но он никогда не пытался найти причину этого. Однако теперь задал такой вопрос.       — А сколько надо? — с некоторым издевательством спросил Санджи, сразу заметив, на чем именно Зоро акцентирует внимание.       Зоро пожал плечами. Он бы ответил, что ни сколько, но не стал. И о том, чтобы Санджи курил меньше, он не собирался просить. Он вообще думал закрыть эту тему, но Санджи сам решил развить ее дальше.       — Тебе что-то не нравится? — напористо спросил он, подходя к Зоро почти вплотную. — Давно заметил, как ты бесишься, когда видишь меня с сигаретой.       — От тебя воняет, — скривился Зоро. — И от меня потом тоже.       Санджи мог бы переступить через себя и пообещать не курить перед их с Зоро встречами, но он уже начал злиться, и это чувствовалось. Злиться не по-настоящему, но достаточно серьезно, чтобы встреча обернулась такой же ненастоящей, как и злость, дракой. А ведь можно было бы провести ночь совсем иначе, раз уж они оба столкнулись здесь.       — От тебя тоже воняет! — несколько по-детски передразнил Санджи и потянулся в карман за еще одной сигаретой. — Ненавижу, когда ты пьешь!       Зоро был в курсе. Санджи, в отличии от него самого, всегда был более разговорчивым. Он честно высказал Зоро все, что думает о его любви к алкоголю. В первую очередь, Санджи не устраивало, что запасы спиртного на корабле постоянно заканчиваются раньше положенного, из-за чего приготовление некоторых блюд, десертов и коктейлей, которыми можно угостить прекрасных девушек, переставало быть возможным. Но это не правда, конечно же. В действительности Санджи беспокоило то, что Зоро не знает меры. Он пил слишком часто, не имея на то никакого повода.       Санджи абсолютно нормально относился к алкоголю, если это было уместно. Он и сам с радостью пил вместе со всеми, когда Мугивары отмечали какой-нибудь праздник или очередную победу. Однако он с осуждением относился к привычке Зоро брать алкоголь тогда, когда ему вздумается. Санджи понимал, что это ненормально, и однажды сказал об этом Зоро, но, предсказуемо, был послан далеко и надолго.       Кажется, чтобы продолжать быть вместе, им ничего не оставалось, кроме как принимать недостатки и вредные привычки друг друга. Только вот ни Зоро, ни Санджи ничего принимать не желали.       — Ненавижу, когда ты куришь! — продолжил вспыхнувшую перепалку Зоро.       Он выхватил сигарету из пальцев Санджи и хотел было обойтись с ней точно так же, как и с предыдущей, но споткнулся о собственную ногу наиглупейшим образом, и чуть было сам не оказался за бортом. Ничего бы такого не произошло, если бы Зоро не был пьян. Алкоголь забирал у него часть концентрации и реакции, как бы упорно Зоро их не тренировал.       Санджи успел схватить Зоро за плечо и потянуть его на себя, тем самым спасая от падения. От падения за борт или, по крайней мере, от удара головой о поручень. Самого по себе падения избежать не удалось. Зоро навалился на него всем весом, и они вместе упали на палубу. Санджи при этом ударился затылком, но легкую вспышку боли проигнорировал, слишком увлекшись разглядыванием лица Зоро, находящегося в паре сантиметров от его собственного. Момент был совершенно неподходящий, но Санджи подумал о том, что Зоро красивый. И Зоро тоже подумал о чем-то таком. Как бы они не ругались, они действительно сильно нравились друг другу.       Спустя минутную заминку, Зоро слез с Санджи и, перевернувшись на спину, лег рядом. Его взгляд устремился в небо, туда, где мерцали звезды и светила почти полная луна. Воображение Зоро само дорисовало дорожку сигаретного дыма, он ощутил отголоски запаха табака. Однако, повернув голову в сторону Санджи, он обнаружил, что тот не курит.       Санджи, злой и раздраженный до этого, вдруг начал успокаиваться. Он молчал и на Зоро не смотрел, но это читалось в том, как выровнялось его дыхание и расслабились плечи. Быть может, легкий удар головой пошел ему на пользу.       — Ты становишься еще хуже, когда выпьешь, тупой Маримо, — задумчиво и немного меланхолично произнес Санджи. — Почему ты бухаешь так часто?       — А почему ты так много куришь, дерьмовый кок? — ответил Зоро вопросом на вопрос.       — Я первый спросил вообще-то! — возмутился Санджи.       Они так и не поняли, кто из них придвинулся раньше, но в какой-то момент их плечи соприкоснулись. На Зоро были только брюки. Сквозь тонкую ткань рубашки Санджи чувствовал тепло его обнаженной разгоряченной кожи.       — Ладно, — сдался Зоро, — я отвечу, но потом будет твоя очередь.       Впрочем, что говорить он плохо понимал. Зоро никогда не задавался вопросом о том, почему он много пьет. Ему просто нравилось и все. Выпивка поднимала настроение и помогала снять напряжение после изнурительных тренировок, от нее Зоро чувствовал себя лучше. Правда лишь до тех пор, пока не наступал следующий день, встречающий его похмельем.       Зоро ответил, как есть:       — Мне нравится. Это расслабляет.       Санджи задумчиво кивнул, продолжая смотреть на звезды. Его молчание затянулось.       — Твоя очередь, — напомнил Зоро. — Почему ты столько куришь?       — Мне нравится. Это расслабляет.       — А ничего, что это мой ответ?! — возмутился Зоро.       Он подумывал встать и замахнуться на Санджи кулаком, так, чтобы ударить что угодно, но только не его. Однако было слишком лень. Деревянная палуба еще хранила в себе тепло ушедшего дня, лежать на ней было слишком хорошо и приятно. Зоро убедил себя в том, что дело именно в ней, а не в том, что Санджи рядом.       — А что ты ожидал услышать? То что меня заставляет кто-то или… не знаю. Мне реально это нравится, ну и… зависимость, — будто бы нехотя признал Санджи. — Я давно начал, лет в тринадцать. Это был единственный повод отдохнуть во время работы в ресторане.       Зоро, вполне возможно, тоже поделился бы своей историей, если бы она у него имелась. Только вот он вообще не мог вспомнить, когда и зачем начал много пить.       — Я не понимаю, что тебя так раздражает, — продолжил Санджи. — Сигареты совсем не сильно пахнут.       Для него это действительно было так. Нет, разумеется, Санджи знал, что не всем людям может быть приятен запах табака, но никто никогда не жаловался. По крайней мере, вся команда Мугивар совершенно нормально относилась к тому, что он курит. Кроме мечника.       — Ты просто не чувствуешь, — усмехнулся Зоро. — Они охренеть как воняют. Но дело не в этом…       Зоро пожалел о том, что произнес последнюю фразу. Он не собирался проводить для Санджи лекцию об опасности курения. Из его уст это звучало бы странно и глупо. Но, если начал говорить, то приходится договаривать до конца.       — А в чем тогда? — нетребовательно спросил Санджи.       — Это вредно вообще-то, — едва слышно пробормотал Зоро.       Он ожидал, что Санджи рассмеется или вновь начнет злиться. Но долгое время ничего не происходило. Санджи молчал, изредка постукивая кончиками пальцев по палубе, на которой они продолжали лежать. После он повернул голову, и Зоро тоже повернул. Их взгляды встретились.       — Пить тоже вредно, — произнес Санджи.       В том, что они оба говорили не было ни иронии, ни издевательства. Слова звучали серьезно, но без какого-либо упрека. И Зоро, и Санджи прекрасно понимали, что они оба — взрослые люди, которые вольны делать все, что им хочется. Они ни в коем случае не пытались друг друга исправить. Они лишь заботились. И пускай прямым текстом они никогда об этом не скажут, но это чувствовалась в теплых взглядах, в том, как сбилось дыхание и чаще начало стучать сердце.       Зоро, все еще пьяный, коснулся руки Санджи своей. Провел кончиками пальцев от ладони до локтя, после вернулся к ладони и погладил пальцы. Ему определенно нравилось трогать Санджи. Даже больше, чем пить саке.       — Есть еще кое-что, что мне нравится и помогает расслабиться, — загадочно сказал он, улыбнувшись. — Кроме выпивки.       Санджи тоже улыбнулся, прекрасно понимая, о чем Зоро говорит, но все равно спросил, желая услышать ответ от него:       — И что же это?       Зоро резко прекратил касаться руки Санджи, но лишь для того, чтобы нависнуть над ним сверху и поцеловать в губы. Как только это случилось, голова приятно закружилась, и алкоголь здесь был ни при чем. Зоро давно хотелось поцеловать Санджи. Еще со вчерашнего вечера, ведь именно тогда они делали это в последний раз. Но вообще Зоро хотелось целовать Санджи всегда. Или хотя бы тогда, когда длинные красивые пальцы тянулись за очередной сигаретой. Он хотел целовать Санджи, чтобы тот напрочь забыл о том, что такое курение, отдаваясь чему-то куда более приятному. И, если бы Санджи тоже целовал его чаще, Зоро переосмыслил бы свою потребность в саке. Наверное. Шанс имелся, по крайней мере.       Санджи с упоением ответил на поцелуй, обнимая Зоро руками за шею. Если в этом мире и было что-то, помимо сигарет, чему он по-настоящему не мог противостоять, так это их поцелуи. Они ощущались слишком хорошо и действительно приносили удовольствие и расслабление. И вместе с этим разжигали внутри яркое пламя. Такое случалось всякий раз, когда они целовались. Однако поддаваться этому пламени была возможность далеко не всегда. Здесь, к примеру, лежа на палубе в прохладном свете яркой луны, лучше было этого не делать. Поэтому Зоро целовал Санджи самозабвенно, но сдержанно.       Разорвав поцелуй, он так и не отстранился. Зоро дотронулся своим лбом до лба Санджи и прошептал:       — Когда в следующий раз захочу выпить, будь рядом. Возможно, я передумаю.       Санджи поцеловал его еще раз. На этот раз поцелуй вышел нежный и почти невесомый, трепетный. Слишком непривычно для них, но, глупо отрицать, слишком приятно. Настолько, что они целовались до тех пор, пока откровенно не надоело.       После Санджи широко распахнул глаза, посмотрел на Зоро и улыбнулся. И закашлялся, потому что курение явно снижало способность задерживать дыхание.       — Я ради тебя курить не брошу, но…       Зоро перебил, так и не дослушав:       — Да у тебя все равно не получится.       Возможно, это прозвучало слишком грубо, зато честно. Все было бы лучше, умей Зоро в полной мере высказывать то, о чем думает. Он хотел сообщить, что в один момент у Санджи точно не получится бросить, не после тех долгих лет, что он курил. Но вот если постепенно, то вполне может быть.       — Я был готов пообещать отказываться от одной сигареты за один поцелуй, но теперь тебе придется предложить мне нечто большее! — наигранно обиделся Санджи.       Что ж, Зоро был совсем не против. Эта спонтанная встреча посреди ночи с самого начала намекала на то, что лучше бы ей закончится в отдельной каюте.       — Идет, — согласился Зоро. — Но тогда и тебе придется порадовать меня чем-то, помимо поцелуев.       Он многозначно подмигнул и медленно провел языком по нижней губе, намекая слишком очевидно. Санджи, кажется, не собирался отказываться. От приподнялся на локте, и Зоро показалось, что прямо сейчас они должны встать и пойти в каюту, но вместо этого Санджи придвинулся к нему вплотную и уронил голову на грудь. Туда, где билось сердце.       Зоро прикрыл глаза и запустил пальцы в светлые волосы. Странно, но от них почти не воняло сигаретами. Несмотря на то, что Санджи курил недавно, его волосы пахли морской солью и чем-то сладким, похожим на карамель. Располагай их поза к чему-то подобному, Зоро непременно зарылся бы в них носом.       Санджи положил руку на обнаженную грудь Зоро, и принялся вырисовывать на ней пальцами замысловатые абстрактные узоры. Ему стало хорошо и спокойно без всяких сигарет. Санджи даже не расстроился из-за того, что дал обещание, которое теперь придется выполнять, потому что иначе никак. Понимал, что первое время без привычного ненормально огромного количества сигарет будет тяжело, но по-настоящему расстраивать Зоро для Санджи будет еще труднее. Согласившись курить меньше, он думал именно о нем, а не о своих многострадальных легких. На них по-прежнему было как-то все равно, но вот на Зоро — нет.       Продолжая играть с мягкими волосами, Зоро смотрел на звезды и думал о том, что ощущал бы сейчас себя куда лучше, если бы не выпил ту последнюю бутылку саке. Алкоголь притуплял чувства и, как Зоро казалось, не давал ему сполна насладиться волшебством момента. Правда волшебством, учитывая то, насколько редко они с Санджи могли просто вот так вот лежать и разговаривать о том, что их тревожит.       Все еще не до конца веря, Зоро решил переспросить:       — Ты реально попробуешь меньше курить, если я буду тебя чаще целовать?       — Да, — достаточно серьезно ответил Санджи. — Это стоит того. Ты слишком редко меня целуешь.       Зоро ощутил укол вины. Он не со зла так поступал. Не было у него склонности к романтике и понимания того, как выражать свои чувства, здесь ничего не поделаешь. Впрочем, один единственный выход все же нашелся.       — Теперь буду целовать тебя всегда, когда мне хочется выпить.       Будь Зоро трезв, он бы вряд ли такое сказал. Он бы тогда о таком только подумал. В этом смысле саке играло ему на руку, но причина была все равно недостаточно веской, чтобы продолжать выпивать так часто, как он привык, лишаясь удовольствий другого рода.       — Хороший план, — сказал Санджи.       Зоро не видел его лица, но чувствовал, как Санджи улыбается.       Еще какое-то время они лежали молча, наслаждаясь теплом спокойной летней ночи и теплом друг друга. Санджи встал с Зоро только тогда, когда шея начала затекать. Зоро поднялся на ноги следом за ним. Ему пришлось ухватиться рукой за первую попавшуюся поверхность, потому что голова вдруг закружилась. Санджи усмехнулся беззлобно и покачал головой, как бы намекая, что с выпивкой правда лучше завязывать.       Дождавшись, пока Зоро посмотрит на него, Санджи с театральной медлительностью полез в карман за пачкой сигарет и зажигалкой. Зоро успел вовремя. Сократив расстояние между ними, он перехватил запястье Санджи и отвел его руку в сторону. Свою свободную ладонь он положил ему на щеку, приблизился и поцеловал. Санджи, не скрывая своего счастья, крепко обнял Зоро, отвечая на поцелуй.       У соприкосновения губ с губами все еще был привкус сигарет и саке, но с каждой секундой он становился все слабее и слабее, пока не пропал вовсе.       Наверное, было бы хорошо, если бы вредные привычки Зоро и Санджи пропали также скоро. Жаль, что это невозможно. Избавиться от зависимостей совсем непросто. Даже невозможно, если нет должной мотивации. Благо теперь у них она имелась. Как имелась и новая, только начавшая появляться привычка. На этот раз совсем не вредная, даже полезная в каком-то смысле. И это привычка — целовать друг друга, когда хочется чего-то нехорошего.