Тень прошлого

      Се Лянь взбирался на гору Тайцаншань. Шел неторопливо, держа в руке Фансинь.       В голове было пусто. Непривычный пейзаж горы перестал напоминать о Хуанцзи, красных кленах, былом пожаре. Ровная дорога из серого камня давно заросла травой, по которой впервые за много времени кто-то поднимался.       Се Лянь быстро забывал собственные слова. Он не думал о том, что говорил в Баньюэ, принц неосознанно вспоминал, как первый раз поднимался на гору после первого изгнания.       Тогда с ним был спутник. И Се Лянь до сих пор не желает вспоминать этого монстра.       Причина, по которой он поднимался сюда и в прошлом, и в настоящем, была той же — его царственные родители.       Се Лянь прислонился к дереву. В голове неприятно возникла мысль, напоминающая, что в прошлом он просто свалился с ног, а его спутник лишь остановился, не предпринимая попытки ему помочь.       Принц закрыл глаза. Сейчас на горе он был один. Но Се Ляню все равно было не по себе.       Он чувствовал на себе чужой взгляд.       Взгляд ожидающий.       Се Лянь махнул головой, пытаясь избавится от наваждения.       В голове тут же возник образ в траурных одеждах и маской на лице, который с нежностью и грустью повторяет: "Бедное, бедное дитя".       Се Лянь тут же открыл глаза и оглянулся.       Безликого Бая давно уничтожили.       Фансинь в его руках дрожал. Чуть позже Се Лянь понял, что это не меч дрожит, а его руки.       Жое мягко сжала его запястье, словно поддерживая.       Се Лянь глубоко вздохнул и продолжил путь.       Теперь же он четко ощущал, будто за ним кто-то наблюдает.       Стараясь отвлечь себя от этих чувств, Се Лянь перестал расчищать путь. Колючки рвали его одежду, царапали ноги, но это была лишь незначительная боль.       Грудная клетка принца тут же отозвалась глухой болью, стоило его лишь на секунду подумать об этом.       Се Лянь сжал зубы, но не остановился.       В прошлом он остался один. От него ушел Му Цин, после он выгнал и Фен Синя, а его родители скоропостижно скончались.       Его дыхание сперло. Се Лянь тут же ощутил, как его шею снова сдавливает белая лента.       Он тут же коснулся горла и единственное, что ощутил пальцами, это собственный пульс и проклятую кангу.       Се Лянь не останавливался ни на миг. Хотя шаг его ускорился, словно он бежал от кого-то.       В прошлом Се Лянь остался один. И лишь демоническая тварь его не бросила.       Он не думал о прошлом. Се Лянь сам говорил, что лучше будет помнить, какую маньтоу съел вчера, чем собственное прошлое.       Есть вещи, которые не забываются.