Он пахнет любовью и мандаринами

Парень, задумавшись плеснул кипяток мимо чашки, обжигая чуть подрагивающие пальцы, но вместо того, чтобы рефлекторно отдёрнуть руку, просто остался смотреть на краснеющую кожу, воду на столешнице, некоторые капли которой отметились на домашней футболке и лениво заваривающийся пакетик чая, лишь наполовину утопленный в горячей воде. Заторможенно моргнув пару раз, Минхо с тяжёлым вздохом, принялся ликвидировать маленький беспорядок. На часах, чьё настойчивое ритмичное тикание оказывало чуть ли не терапевтический эффект, давно за полночь. Сквозь плохо задёрнутые шторы на кухню прорывается жёлтый свет фонарей, отражающийся от пушистых искристых сугробов. Всё-таки зима — это потрясающе красиво, особенно когда наблюдаешь за этим великолепием из окна, находясь в тепле. Если под термином «лучший друг» подразумевается кто-то, кто с тобой и в горести и в радости, то регулярная бессонница по праву может носить этот почётный титул. Последние пару месяцев Ли напрочь рассорился со своим одеялом и подушками, проводя практически большую часть длинных зимних ночей на уютной кухне, которая, словно стараясь хоть как-то сгладить это житейское неудобство, встречала ночного гостя самым тёплым приёмом, на который только было способно помещение в съёмной квартире. А когда сон всё-таки с опозданием навещал его, то парень сразу же возвращался в постель, аккуратно, чтобы не разбудить, поправлял съехавшее куда-то на пол одеяло Хёнджину и устраивался рядом, закрывая глаза хотя бы на пару часов. Как Хван до сих пор не заметил, что его оставляют одного почти каждую ночь, до сих пор остаётся для Минхо загадкой. Но он был благодарен даже этому, усаживаясь поудобнее возле подоконника, наблюдая за пышными хлопьями снега, то вихрями опускающимися вниз, то порывисто взмывающими вверх, кружась в хаотичном, но завлекающем танце. Очень медитативное занятие, успокаивает нервы и позволяет прикоснуться к вечности, умещающейся в скоротечные минуты, секунды и эти захватывающе беспорядочные снежинки. Вот и сейчас, тихонько раздвинув шторы, усталым карим глазам зима являла своё великолепие. Мороз постарался на славу, стекло было обильно украшено узорами, вензеля которых переливались от преломления света фонарей, играя гранями словно заточённые в кристаллах маленькие солнечные зайчики. Неожиданно взгляд привлекло движение внизу, парни снимали квартиру на одном из нижних этажей, окна выходили во внутренний двор, в котором располагался небольшой сквер. Летом они часто сидели тут на лавочках, спасаясь от палящего солнца в тени раскидистых деревьев. Зимой же это место было не менее приятным, разве что холод вносил свои коррективы щипая за щёки и нос, так что провести тут вечер за ленивой беседой в конце рабочего дня они смогут теперь разве что весной, однако не все отказывают себе в зимних и скорее уже ночных прогулках. Минхо невольно засмотрелся, прямо под окном, кружилась в танце, словно повторяя за снежинками, молодая пара. Они даже не подозревали, что за ними наблюдают. Конечно, ведь в такое время бодрствовать могут либо весьма несчастные, либо очень влюблённые люди, прочих ночь к себе в гости пускает крайне неохотно, разве что от скуки. Насколько он мог разглядеть, это были парень и девушка, они тихонько смеялись в морозной тишине, а после она, коротко поцеловав его в нос, устремилась к лавочке, как Ли понял, за телефоном. Пара внимательно всматривалась в получившееся видео, а потом снова счастливо закружилась, удаляясь дальше по дорожке. Этот традиционный зимний вальс — тренд, который не знает только изолированный от интернета человек. Парень узнал его с первых движений и кротко улыбнулся двум искренне влюблённым незнакомцам, которые ловили мгновение, словно мира больше не существует. Наверное, это и есть та самая радость за другого, от которой у тебя самого на душе становится теплее. Минхо вцепился в подоконник, он слегка смущён своим внимательным цепким интересном, но не в силах оторвать взгляда от пары. Что-то его тревожило, ему не хочется думать, что в столь светлый момент к нему в душе из сумерек подбирается маленькая, но вульгарная зависть. Он ведь тоже счастлив, по-своему, но счастлив. А причина сейчас спокойно сопит за стенкой, смотря пятый или десятый по счёту сон, Ли думает, что, наверное, стоит вернуться и обнять своё сокровище покрепче. Хёнджин, как всегда, начнёт улыбаться во сне и ему сразу станет теплее. Но он не успел. Крепкие изящные руки обвили его талию со спины. Хёнджин неслышно подкрался и уткнулся носом в изгиб шеи своего парня, промурчав что-то несвязное прямо ему в ухо, вызывая у Минхо смешок. — Ты чего встал? — тихо спросил он, запуская руку в светлые растрёпанные волосы. — Мне стало холодно, и я проснулся, а тебя нет, вот я и пошёл тебя искать, — честно отозвался Хван. Его голос был чуть хриплый и такой капризно сонный, что сердце щемило. Казалось, что он вот-вот снова уснёт, прямо здесь, стоя на кухне, цепко держа в объятиях своего любимого человека. Только что выбравшийся из постели, Хёнджин был таким домашним и тёплым, словно прямо за спиной у Минхо загорелось ещё одно солнце, которое предназначалось лишь ему одному, ценный подарок мира или если угодно судьбы, способный скрасить происходящее одним своим присутствием. Они ещё пару минут так и простояли, молча, думая каждый о своём, прежде чем Хёнджин, сонно выдохнув прямо в шею Ли, всё-таки нарушил тишину: — Я ещё испугался, может, случилось чего, а ты тут за прохожими подсматриваешь, — еле слышно хихикнул он, чуть щипая Минхо сквозь футболку и выпуская из объятий. — Да я так, тут… случайно, — парень сам не понял, как начал оправдываться, а кончики ушей чуть покраснели, словно его действительно поймали за чем-то постыдным. — Ну-ну. Развеселился от ситуации Хван, рассеянно плюхнулся на ближайший стул и потянулся к вазе с мандаринами, которые он уничтожал с невозможной скоростью, Минхо только успевал покупать килограмм за килограммом. — У тебя не слипнется, душа моя? — скептически выгнул он бровь, наблюдая за счастливым лицом Хёнджина, с наслаждением жующего очередную цитрусовую дольку. Тот отрицательно помотал головой, и потянулся за следующим мандарином. — Ну даже если и слипнется, — флегматично пожал он плечами. — Ты же мне разлепишь, в первый раз что ли. Это было сказано так просто, даже без обычного ехидства, словно они тут только этим и занимаются. Минхо не сдержался и рассмеялся, нежно разглядывая этого полностью счастливого человека. Растрёпанные волосы, домашний вид и непозволительно довольное лицо. Очередная мысль, что Ли очень повезло по жизни встретить его, быть рядом, жить с ним, встречать каждое утро и провожать каждый вечер в его компании, заглянула отметиться в голову, отгоняя уже начавшую там хозяйничать тревогу. Ведь бывает же такое, вроде всё в порядке, все живы здоровы, живут в достатке, но как-то не так. Что-то ускользает от внимания неясным сквозняком, оставляя за собой приоткрытую дверь в неизвестность завтрашнего дня, которая слишком очевидна, чтобы её отрицать, но достаточно скрытна, чтобы полностью подготовиться к ней. Как сказали бы многие «с жиру бесится», «радуйся тому, что у тебя есть и не забивай пустяками голову, она так-то должна думать о более важных вещах», а личное счастье разве к этой категории не относится? Вопрос риторический, но все же спорный. — Тебя что-то беспокоит, хён? — внимательные глаза Хёнджина встревоженно разглядывали помрачневшего парня. Тот и сам не заметил, как позволил своим скрытым переживаниям вырваться из-под маски довольного всем человека. Запоздало натянув виноватую улыбку, он поспешно отвернулся к окну. Парочки там уже не было, усилившийся снегопад поспешно скрывал их следы, словно никто и не танцевал под окнами. Мимолётное радостное воспоминание, из доказательств которого лишь видео на память. — Ну я же вижу, — чуть с нажимом продолжил Хван. — Всё хорошо, честно, просто… — Минхо запнулся, нервно вырисовывая что-то пальцем по подоконнику. — Просто? Хёнджин снова подошёл сзади, кладя подбородок на напряженное плечо, всматриваясь в их практически незаметное отражение на оконном стекле. Парень молчал, словно собираясь с мыслями, не зная толком с чего начать и как объяснить то странное беспокойство, предательски овладевающее им по ночам, когда он абсолютно беззащитен, задевая самые чувствительные струны где-то очень глубоко внутри. Был ли это страх будущего? Или, может, что-то из этой категории? Парень не знал, а пока он не разберётся, то не сможет этим поделиться, так уж он устроен. — Ну? — нетерпеливо прошептал Хван ему в шею, ведя носом от изгиба до уха и обратно. Обычно, такая прилипчивость ему не свойственна, просто сейчас он чувствовал, что Минхо в нём нуждается, что даже если он внешне не реагирует на прикосновения, то ему действительно легче, когда он чувствует его рядом. За всё время их отношений, Хван понял, что Ли до последнего будет барахтаться в своём враждебном море в одиночку, но ему необходим человек, который будет терпеливо ждать его на берегу, будет верить, что он вернётся и обязательно всё расскажет. Ему просто нужно время и ненавязчивая поддержка. Ты будешь со мной? — Потанцуешь со мной? — тихо отозвался Минхо, смотря ему в глаза сквозь призрачное отражение. Хёнджин на секунду задумался, осознавая подтекст вопроса и хрупкую надежду, которую он скрывал. Ответ был «да», разумеется «да», как же иначе? Но для Ли требовалось другое, он редко выражал свои чувства напрямую, чаще демонстрируя их через бытовые проявления заботы, помогая в делах и выделяя время для того, чтобы побыть вдвоём, неважно, чем они будут заниматься, главное, что вдвоём. Так что Хван понял к чему он клонит и отчаянно пытался вспомнить те слова из песни, которую превратили в какой-то там тренд в этом несчастном тиктоке. Минхо было опустил снова взгляд на свои руки, как его резко развернули, утягивая в медленный танец на небольшой, но самой уютной кухне в мире, пусть даже на съёмной квартире. — So come on, let's go, — бархатным голосом прямо в ухо, напел Хёнджин. От него пахло любовью и мандаринами. Сладкий цитрус чуть щекотал, тепло обволакивало, прогоняя все ненужные тревоги, а мелодичный смешливый голос подтверждал то, что он не один, их двое. — На-на-на, не помню текст дальше, на-на, — не растерялся он, кружа своего парня по кухне, пытаясь вальсировать в условиях весьма ограниченного пространства. — Let's go below zero, — напомнил ему Минхо. — And hide from the sun, — чуть не врезавшись в край стола, они остановились глядя друг другу в глаза. — I love you forever and we'll have some fun, — закончил Хван, прислоняясь лбом ко лбу. — Вообще-то там I love you forever where we'll have some fun, — поправил его Ли, смущённо пряча краснеющее лицо на плече своего парня. Для него это действительно было очень важно. Он никогда особо не боялся показывать себя с уязвимой стороны, это больше относилось к Хёнджину, которому сложно было первое время открыто говорить о своих больных вопросах. Но Минхо так привык быть сильным и направлять его, что, стоя здесь сейчас, растерянный и подавленный он не мог спокойно сохранять даже простой зрительный контакт. И на маленькую ошибку указал только для того, чтобы чуть сбавить обороты и дать себе время хотя бы поверхностно собраться с мыслями. Они об этом обязательно поговорят, просто не сейчас, ему ещё есть над чем подумать. — Мог бы ограничиться и началом фразы, вот обязательно придираться надо, да? — наигранно простонал Хван, чувствуя, как вздрогнули плечи парня от плохо сдерживаемого смешка. — Люблю тебя, спасибо, — пробормотал он, прикрывая глаза и просто наслаждаясь тем теплом, которое исходило от самого дорого человека в его жизни. — Я рядом, хён, ты же знаешь, — Хёнджин украдкой чмокнул его в висок. — И заканчивай со своими ночными бдениями, а то я решу, что ты мне изменяешь, сталкер несчастный. — Да говорю же, случайно я на них засмотрелся, — Минхо закатил глаза. — Значит, засмотрелся всё-таки, — хитро сощурился Хёнджин, удерживая не слишком старательно вырывающегося из объятий парня. — У тебя нет шансов выиграть этот спор, — победно объявил он, когда Ли всё-таки освободился от неожиданно крепкой хватки изящных рук. — Кроме, разве что, одного. Минхо поднял на него усталый непонимающий взгляд, он готов было уже протестовать против этого наглого: «у тебя нет шансов выиграть», но Хван быстро перебил: — Пойдём спать, — умоляюще добавил он, беря его за руку и утягивая за собой в комнату. — У меня с тобой это как-то лучше получается. И Минхо пошёл за ним, сейчас он знал, что пойдёт за ним куда угодно, если он будет так держать его за руку. Хватка была крепкой, Хёнджин его не отпустит, не даст утонуть, будет сигналить маяком так, что у него шансов не будет уплыть в сторону. Он будет рядом, он будет ждать. А Минхо постепенно выгребет, как выгребал всегда, ведь ему есть к кому, наверное, это то самое решение извечного вопроса: «что будет завтра?». Парень знал ответ, завтра он проснётся с ним в одной постели и будет счастлив, вернее, счастлив он уже сейчас, просто очень устал. Ночь пинком отправила его в самые тёплые в мире объятия, прогнав бессонницу и строго погрозив ей пальчиком, чтобы та и не думала возвращаться. От Хёнджина пахло любовью и мандаринами.