Пророчество Эйдотеи

      Маленький испанский городок Уэльва, расположенный на берегу океана, залитого солнечным светом. Розовая заря уже начинает сиять на небосводе и сгонять молоко тумана в закоулки садов. Семейное гнёздышко, спрятанное в окружении зеленых полей и небольших виноградников. Мария: Почему Вы ещё в кровати, Сеньорита? Аделина: Мария, ради всех святых: исчезни! Мария: Но Сеньора... Ваша матушка требовала Вас, Сеньорита. Аделина: Perra, она меня убьёт!       Аделина вылетела из кровати, как пушечное ядро. Схватив с пола накидку, брошенную там с вечера, кинула яростный взгляд на не в чём неповинную дуэнью. Убежала из комнаты вниз по лестнице во двор, наполненный мягким шёпотом деревьев.       Высокая женщина, облачённая в часть доспехов, стоит в ожидании и смотрит куда-то сквозь пространство. Вдалеке доносятся крики морских птиц. Только заметив свою дочь, она оживилась. Мама Луиза: Ты опоздала, mi cielito. Мама Луиза: Мария, подай завтрак через полчаса. Мария: Да, Ваша светлость. Мама Луиза: Чего ты стоишь, как кол проглотила? Спускайся, я тебя не укушу, bomboncita!Аделина: О чём ваши думы, мама?!       Спускаясь в сад, Аделина делает глубокий вдох, её грудь наполнился ароматом опалённой летним солнцем травы и цветов. Она хватает свою любимую рапиру со стойки, хищно бликующую в её глаза различной степенью летальности. Луиза указала на подол одежд, ниспадающих по лестнице водопадом из ткани. Мама Луиза: Закинь на руку, чтобы не мешала.       Не получив ответа, Лина пытаюсь угадать. Аделина: Стоит нам сегодня ждать гостей к обеду? Или может нас посетит дядя Игнасио? Мама Луиза: Будешь болтать, оставлю драться с чучелом.       Слишком уж она ценила тренировки с воительницей, поэтому умолкла, наматывая свою длинную накидку на левую руку. Мама Луиза: Мастер должен уподобляться музыкантам, которые, когда настраивают свои инструменты, натягивают одни струны и ослабляют другие, пока не настроят свой инструмент должным образом, и делают они это в соответствии с правилами и пропорциями музыки; поскольку если один поднимает все струны до одного уровня или опускает их все до другого, они не породят Гармонии как в том случае, если каждая струна будет на своем месте. Аделина: //Мама всегда так поэтично рассказывала о том, как вести бой. Хотя она и была во многих военных походах, участвовала в штурмах крепостей, она давно покинула орден Сантьяго. // Аделина: //Когда моего отца не стало, мне было около десяти лет. Мама стрелой примчалась с поля битвы и много ночей плакала в своей комнате. // Аделина: //Иногда мне кажется, что это её сломило, но я не уверена, что она не всегда была такой строгой и нежной одновременно. Может так она пытается меня защитить …? //       Мама Луиза: Единственной защитной стойкой может быть та, в которой ты угрожаешь своему противнику и не даёшь ему атаковать тебя.       Аделина выпала из своих мыслей, под строгим взором своей матери. Сейчас Луиза была похожа на неистового зверя, яростно желавшего защитить свою дочь от всего мира. Но не имея такой возможности, она продолжила готовить её к суровому будущему, которое, она хотела бы верить, никогда не настигло бы её.       Мама Луиза: Оружие держи выпрямленной рукой на уровне плеча. Остриём, направленным на противника.       Солнечные блики от поднятой рапиры, проходящие сквозь клубы пыли, стремились пронзить напряжённую атмосферу.       Мама Луиза: Выпрями ноги. Поставь на небольшом расстоянии друг от друга, что бы правая стопа была повёрнута на противника.       Желание матери выковать силу и стойкость духа, которыми она уже обладала, в своей дочери, могло затмить только стремление дочери превзойти славу своих родителей.       Мама Луиза: Корпус располагался вполоборота к противнику. Такая стойка позволяет постоянно создавать угрозу противнику своим клинком, к тому же, требует для защиты лишь небольших по амплитуде движений кисти. Аделина с трепетом старалась повторить все указания в точности. Оружие разрезало воздух. Развернулась боком к оппоненту. Её сжатые кулаки уже начали белеть от нетерпения вступить в поединок и показать свою силу.       Мама Луиза: Важно не разворачивать корпус в ту или иную сторону чересчур.       Бывший рыцарь ордена с толикой осуждения пояснила свои замечания.       Мама Луиза: При повороте совсем в профиль; хоть это и может показаться выгодным, так как таким образом мы уменьшаем зону, которой может угрожать противник; мы лишаем себя достаточной маневренности, нам будет тяжело двигаться чётко и в непрерывной манере.       Мама Луиза: Если же мы будем держаться слишком прямо, мы излишне откроемся противнику, к тому же, из такого положения неудобно атаковать.       Аделина: //Надеюсь на этот раз я встала правильно. //       Прохлада металла, сжимаемого в руках, только повышала накал затянувшегося напутствия. Блеск драгоценных камней на боковых дужках хвостовика, отражал в себе сосредоточенность её юной владелицы. Луиза делает уверенный выпад правой ногой и победоносно маневрируют по площадке, пытаясь найти слабое место в защите её ученицы. Поднятая пыль, привносит в нос удар привычных запахов.       Мама Луиза: Что касается расстояния между фехтовальщиками, то в Дистрезе есть такое понятие, как Мера Пропорции, которое считается одним из ключевых.       Мама Луиза: Про него сказано, что расстояние должно быть таково, чтобы кончик оружия противника находился на уровне вашего перекрестья. Это условие просто выполнить, когда клинки одинаковой длины.       Мама Луиза: Но если длина их различна, то перед каждым диестро встает своя задача по выстраиванию необходимой дистанции, то есть возникает своя Мера Пропорции. Это расстояние так же называется защитной дистанцией.       Луиза проявляет свой опыт и силу, стремясь заставить Аделину отступить. Она использует свою закалённую боями мощь Валькирии и гибкость саблезубой кошки, чтобы уклоняться от ударов и контратаковать. Ее рапира движется быстро и неминуемо, обрушая непрерывный звон клинков, но Аделина борется до конца. Увернувшись, юная дева демонстрирует странный танец, направляя холодную сталь на мать.       Мама Луиза: Мы начинаем двигаться и сразу же сталкиваемся с тремя отличительными и важными принципами Дистрезы.       Звон в ушах от адреналина и духоты, дезориентировали Аделину.       Мама Луиза: Первый из них – это движение по кругу или «мистический круг».       Аделина://Я думала мистический круг это что-то связанное с сжиганием неверных, или символическое пространство для проведения магических ритуалов или обрядов//       Мама Луиза: Второй – принцип угловой атаки. И третий – принцип уклонения от атаки.       Мама Луиза: Большой или Великий Круг – это окружность, диаметром которой является расстояние между правыми ногами фехтовальщиков. Малый круг – круг, определяемый расстоянием между левой и правой ногой фехтовальщика.       Луиза проводит быстрый и мощный удар, немного разрубая губу и подбородок Аделины. Поражённая таким результатом своей невнимательности, беспомощное дитя вытирает капли крови рукавом, но не отступает, продолжая сражаться с напряжением. Ее глаза наполняются решимостью, а рот заволакивает металлический привкус страха. Потная одежа, пропитавшаяся запахом оружейного масла, начинает мешаться. Испытывая боль, ученица и не думает об отступлении. Она уверенна в победе. Ее движения становятся еще более несокрушимыми и напористыми. Наконец, Аделина проводит идентичный удар, собираясь проникнуть сквозь защиту Луизы и роковой провал. Аделина падает на колени, ещё не осознавая свое поражение.       Аделина:// Проявила малодушие…? //       Сидя, в оседающей на одежде пыли, растерянная, в замешательстве, Аделина с трепетом, и дрожью в руках, поднимает глаза на даму в доспехе.       Торжествующе обходя по кругу, еле читаемая усмешка на лице матери, всесокрушающий дождём обрушилась на её неопытную дочь.       Мария: Ваша светлость, завтрак готов.       Вновь появившаяся Мария на лестнице, испуганно взирала на Аделину в крови, на её лице читалось неуверенность. Кажется, она долго думала, стоит ли ей вообще произносить хоть слово. Наставница отреагировала спокойно, но в ей глазах промелькнула сомнение… относительно дочери? Она всего на долю секунды задержала взгляд на ней, возможно думала, стоит ли ей закончить.       Мама Луиза: Спасибо, Мария.       Луиза снова стала ласковой и добродушной хозяйкой какой её знали все соседи.       Мама Луиза: Пошли?       Луиза, протянув руку помощи, вновь проявляла свойственную ей материнскую заботу. Они покинули двор, оставив всё на своих местах. Трепет в душе Аделины сменился возбуждением от предстоящей трапезы.       На столе был накрыт обычный завтрак, состоящий из чашки крепкого кофе; как правило, не одной; с молоком и из пары кусочков поджаренного хлеба с оливковым маслом. Серебряный кофейник бликовал на солнце, звонкое пение соловья в ветках персикового дерева разносилось по мягкой траве заднего двора. У родового поместья были небольшие виноградники, уже залитые утренним солнцем. Недалеко от стены на пару метров над землёй возвышалось молодое деревце с инжиром, по которому в детстве обожал лазить старший сын. Лина улыбнулась своим воспоминаниям. Это заметила и мама, делая маленький глоток из чашки. Проследив за взглядом, она поломала зажаристый хлеб. Он прохрустел.       Мама Луиза: Антуан будет только к обеду, он придёт с другом. Можешь позвать Дебору.Аделина: //Как она поняла, что я хочу узнать. Всё наперёд знает. //       Аделина: Я вчера видела, как под окнами Деборы снова ошивался очередной мачо. Интересно, что скажет ее отец. Он, наверняка, будет не очень доволен таким новостям.       Юная интриганка в ожидании реакции мамы, откусывает персик, растекающийся по её рукам.       Мама Луиза: А под твоими окнами по вечерам никого нет?       Как молний поражённая Аделина, открыла рот в изумлении.       Мама Луиза: Ко мне постоянно приходят письма от молодых юношей или их родителей, мечтающих о твоей руке.       Покорительница сердец сидела в немом изумлении. Собрав себя в руки, она подняла полные неподдельного испуга глаза и побелевшими губами спросила.       Аделина: Что же Вы им отвечали?       Мама Луиза: Что моя дочь не нуждается в выгонной партии.       Мама Луиза: Но мне не всё равно, что ты думаешь по этому поводу.       Луиза перевела свой испытывающий взгляд на до сих пор неподвижную дочь. Прикусив губу, Аделина думала целую минуту, пока её мама помешивала маленькой ложечкой свой горький кофе с неприкрытым интересом поглядывая на неё.       Аделина: Вполне возможно… Я не против, если бы это как-то помогло семье. Но пока проблем нет, я предпочту одиночество.       Мама Луиза: Спасибо. Никто не может знать, что будет впереди и чем закончиться дорога, по которой он решиться пойти.       Мама Луиза: Но теперь, принимая какие-либо решения относительно твоего будущего, я обязательно буду учитывать твоё мнение.       Губы женщины сложились в лёгкую ухмылку, Луиза была рада каким-то своим мыслям.       Мама Луиза: Ты думаешь я знала, что стану рыцарем ордена, или женой герцога? Никогда не знаешь куда тебя приведёт твоё решение.       Мама Луиза: Главное оставайся собой… Только так ты сможешь сделать правильный выбор, когда придет время.       Улыбка озарила лицо мамы лишь на пару секунд, после ее взгляд полный тоски был устремлён на двери дома.       Аделина: Кого ты ждёшь?       Она оттаяла, дёрнула плечами и взялась за кофейник, от которого исходил пар.       Мама Луиза: Твоего отца… просто… его больше нет. Мне никак не свыкнуться…       Лина потянула руки к маме, печальная полуулыбка на её лице дала понять малышке, что это, именно то, что ей было нужно в данный момент.       Аделина: Расскажи о нём.       Мама Луиза: Не сегодня, но однажды…       Ещё какое-то время женщины делились своими мыслями, обсуждая последние сплетни за чашечками кофе, они не заметили, как солнце достигло зенита. Лина собрала немного персиков и инжира в корзину, и пошла в виноградники. Живая изгородь заднего двора отделяла её от встречи с Деборой. Её было неохота идти до ворот, поэтому она протиснулась сквозь заросли. Листья и ветки цеплялись за волосы и одежду, но Лину это мало волновало. Ведь её милая подружка всегда вытащит всё и заплетёт копну волос в прекрасную причёску, какую умеет делать только она.       Вот уже виднеется их излюбленное место для встреч. Колодец в тени высоких вечнозелёных дубов. На маленькой полянке в окружении гигантских деревьев, они собираются с девства. Здесь, на границе миров, в дали от родителей Пчёлка делилась всеми своими секретами, и сегодняшний день не стал исключением.       Приближаясь, Аделина видит её, сидящей у колодца, и кричит, махая рукой.       Аделина: Niña! Я принесла тебе инжира!       Дебора: Беги быстрее, сколько я должна тебя ждать?       Дебора: Мне тебе столько рассказать надо!       Аделина: Мы с тобой не виделись меньше светового дня, а у тебя как обычно случилось столько, что ты мне до обеда всё не расскажешь.       Аделина уселась рядом, поставив корзинку у ног Деборы, пока подруга, как совершенный ребёнок, делала вид, что обиделась.       Аделина: Ты мне ещё язык покажи, чтобы точно осознала всю вину содеянного.       Дебора: А вот и покажу! Ах… Что у тебя торчит в волосах? Что с губой? Это кровь на рукаве?Аделина: Я честно спешила как могла, пришлось даже пробираться через кусты, и проходить сквозь болота. Я преодолела горы и реки, чтобы принести тебе эту корзинку с редчайшим фруктом.       Дебора: Ахаха, ты врёшь! Не делай вид, что это сделали ветки, а не твоя мама.       Аделина: Мы просто тренировались. Я пыталась ей подражать. И поплатилась за глупость. Забудем это.       Аделина: Мне так редко выпадает возможность позаниматься с ней, а я её глупо растрачиваю. Буду больше заниматься с манекеном и тогда…       Заливаясь смехом, Дебора прервала Лину, переводя тему разговора, который ей был абсолютно неитересен.       Дебора: Ну что мне с тобой делать? Ладно, сначала ты, потом инжир. Садись ко мне спиной, я сейчас всё вытащу.       Аделина: Gracias, Пчёлка. Рассказывай, что у тебя приключилось?       Дебора: De nada! Помнишь Орландо? Он вчера презентовал мне свои стихи, а Антуан играл для него.       Аделина: А, так вот где он пропадал! На виуэлэ играется. Неужели мой братец не осознаёт, что если он единственный мужчина в семье, то его действия влияют на статус всей нашей семьи? А такое легкомыслие может привести к проблемам и не понимаю. Ребячество! Почему мама позволяет ему это?       Дебора: Но у него же виртуозно получается играть на этом куске дерева.       Ты действительно считаешь, что это проявление легкомыслия? Но я такая же…       Аделина: Да, ты наивная, но тебе такой и должно быть. Ты ещё совсем малышка. Я оберегаю тебя от взбалмошности и нерасчётливости. Ты же мне как младшая сестра. Лучше бы ты и правда была моей сестрой, а не Антуан.       Дебора: Возможно… Ты готова променять брата на меня?       Аделина: Да… Или нет, я не знаю. Он не делает ничего для семьи, но возможно я слишком стога к нему.       Дебора: Так и есть! Он потерял авторитет в лице отца, и через музыку справляется с его потерей. Вспомни как это делает твоя мама. Она поглощена твоими тренировками.       Пока юные девы щебетали, Дебора успела вытащить все листья из кудрей и сделать несравненную в своём изяществе причёску. Начав лакомиться освещающим, в этот знойный полдень, инжиром, она смотрела на поля и горы, витая где-то в своих мыслях. Лина тоже была поглощена мыслями, на которые её натолкнул диалог с Пчёлкой.       Время неумолимо пролетело, они разошлись каждая по своим домам, чтобы прилично выглядеть к обеду.              Незаметно проскользнув в дом тем же путём, она скрывалась от глаз немногочисленной прислуги, снующих из кухни в столовую. Они уже накрывали на шесть персон обеденный стол.       Зайдя в свою комнату, Лина сразу же закрыла за собой дверь, ведь не хотела, чтобы её подслушивали. В своей спальне она была одна. Медленно подходя к шкафу, она попутно снимала накидку и снова кинула её на пол. Оглянулась на себя в зеркало, стоящее у стены. Заметила кровь на рукаве ночной рубашки.       Аделина: Совсем забыла.       Сняла и её, цокая на себя.       Аделина: Создала проблем Марии.       Раскрыв дверцы гардероба, она начала перебирать вещи, которые сегодня подходили под её настроение.       Аделина: Вот это подходит. Или нет?       Спрашивала она у зеркальной нимфы, как будто оно знало что-то о её дне и могло дать ответ. Но не услышав ответа, она закрыла лицо руками и навзрыд начал задавать себе вопросы, чтобы разобраться хотя бы с половиной того, что на неё сегодня рухнуло.       Аделина: Зачем мама так жестоко со мной обошлась на тренировке!?       Аделина: Ну конечно я понимаю, что это для того, чтобы я стала её преемницей, но ведь она не в ордене и я вряд ли вступлю в него.       Аделина: А хочу ли я туда вступать? Чего я вообще хочу?       Она выдохнула, опустив руки, и спросила уже у своего отражения.       Аделина: А чего хочу я? Я хотела стать воительницей, как и моя мама. Что бы меня уважали.       Аделина: Не хочу чувствовать себя ребёнком, которым повелевают и указывают что делать и как.       Аделина: Но поступаю так с Деборой? Неет…       Аделина: Я её не контролирую, только приглядываю.       Аделина: Иногда возникает ощущение, будто всё, что она говорит, служит лишь для заполнения пространства вокруг неё и созданию иллюзии своей интересности.       Аделина: Надеюсь, я успею среагировать и направить её в «нужное» русло, не перегнув при этом.       Мария постучала в дверь, и Аделаида как ошпаренная кинулась к гребню для волос. Не издав ни звука и с душой в пятках, она встала спиной к двери. Мария зашла в комнату и похвалила туалет своей сеньориты.       Мария: Вы прекрасны! Ваш брат уже в обеденном зале, он пришёл не один. Вам лучше спуститься и поприветствовать их.       Аделина: Я поняла, спасибо Мария, сейчас спущусь.       Положив гребень дрожащими руками на место, она сделала пару вдохов и выдохов, чтобы успокоиться. Она так часто разговаривала с собой, что, могла стоять перед зеркалом несколько часов, погружаясь в свои мысли, пока не достигла сути. Но всё стороннее пугало её в тот момент, когда вмешивалось в пространство между ней, стеклом зеркала и отражением.       Спускаясь в обеденный зал, залитый светом, Лина замечает сидящих вместе Антуана с Орландо.       Аделина: //Спелись//       Антуан: Приветствую, Bonita! Ты где пропадала?       Аделина: Это ты где пропадал?       Орландо: Chica, ты слишком много болтаешь. Почему бы не поинтересоваться что сегодня на обед? Мария?       Мария: Олья подрида, густой суп, тушёное мясо с овощами.       Орландо: А как же вино?       Мария в замешательстве переводит взгляд на хозяина дома. Антуан кивает и с невозмутимым выражением лица продолжает что-то рассказывать Орландо, который явно доволен своему влиянию в данном доме.       Мария: Сию секунду, Ваша светлость.       Орландо: А где же твоя очаровательная подруга, сеньорита де Крой?       Аделина: Чем же ваш буйный разум так зацепила столь юная сеньорита, Ваше благородие?       Орландо: О, ну что Вы, я все во лишь беспокоюсь о том, что бы по пути сюда с ней ничего не случилось.       Аделина: Право Вам не о чем беспокоиться, её сопровождает её отец: граф Шароле.       После этих слов Орландо немного сменился в лице и умолк, став шёпотом переговаривать с Антуаном.       Спустя некоторое время, как нам принесли вино, пришла мама вместе с дядей Игнасио и Деборой. Все сели обедать. Сначала все молчали, но довольно скоро лёгкая беседа о городских слухах между мамой и дядей переросла в обсуждение планов на наше будущее. И брат со своим другом о чём-то судачили. Молчали только мы с Деборой, нам было о чём порассуждать, после разговора у колодца. Мы не вслушивались в разговоры наших родителей, поэтому услышали их только когда в дверь постучали.       Мама Луиза: Мария!       Мария побежала к двери настолько быстро насколько ей позволял возраст.       Прибежав обратно, испуганная Мария сказала маме на ушко что-то. Мама молча встала, поблагодарила всех за столом и вышла к двери сама. Все переглянулись.       Все сидели в напряжённом ожидании. В полном молчании мы делали вид, что еда нас интересует больше, чем приватный разговор на пороге дома. Прошло не меньше двух минут, и Луиза вернулась в зал. Матушка была охвачена волнением. Все взгляды были направленны на неё. В её руках конверт со сломанной печатью.       Наконец она начинает зачитывать текст письма в своих дрожащих руках.

      Мама Луиза: Уважаемые сеньоры и сеньориты дома де Крой,

      С радостью приглашаем вас на праздник, который будет посвящен двум значимым событиям - окончанию Реконкисты и празднованию постройки кораблей, предназначенных для путешествия в Индию уважаемым Кристобалем Колонем.

      

      Величайший город Севилья, временная резиденция королевской семьи, будет являться местом сбора нашего торжественного события. В этом месте зародилась идея и родился план, которые приведут нас к новым горизонтам и откроют новое направление торговли и взаимодействия с восточными землями.

      

      Как известно, в 1492 году был завершен долгий процесс Реконкисты - изгнания мавров с Пиренейского полуострова. Этот исторический период наполнен героическими битвами и стойкостью наших предков. Таким образом, мы хотим отметить нашу благодарность всем, кто внес свой вклад в эту великую победу.

      

      С уважением,

      

      Изабелла Кастильская и Фердинанд Арагонский

                    Дядя Игнасио: Это шутка?        Глава 2. Южный ветер              Тёплый бриз залетел в распахнутые окна столовой. Вальсируя с тюлем, только они были «живыми» после оглашения воли королей.       Аделина: //Что вообще происходит? //       Мама Луиза: Доедайте и начнём собираться.       Мама Луиза: Мария, тебя это тоже касается. На этот раз ты не отвертишься.       Помедлив перед выходом из зала, Луиза в пол голоса добавила.       Мама Луиза: Как и мы…       Доедать никто не собирался, поэтому семья графа Шароле поблагодарила наш дом и отправилась забирать такое же письмо. Антонио и Орландо улизнули до того, как растерянный взгляд Луизы мог бы упасть на них. Аделина осталась одна в комнате.       Аделина: // Estar jodido //       Аделина: // Почему все так отреагировали? //       Аделина медленно встала и собралась уходить, чтобы столовую могли наконец убрать.       Аделина: // Надо ли у мамы спросить? //       Решив, что сейчас не время, Аделина пошла наверх собираться. Она была не из тех девушек, которые отказывали себе в удовольствии покрутиться перед зеркалом в красивом платье. Удобные наряды, в которых она чувствовала себя комфортно поднимали ей настроение. Поэтому перво-наперво она достала парочку любимых рубашек и юбок, так же аккуратно стопкой переложив их к себе в дорожный сундук. На этом она собиралась закончить, но в дверях появилась Мария.       Мария: Я могу закончить за вас. Вам не было нужды делать это самостоятельно.       Аделина: Всё в порядке, я положила то что хотела, теперь только не выкладывай это, пожалуйста.       Мария: Снова что-то из старых вещей вашей Матушки?       Аделина: Хи-хи, она носила удобные вещи под броню, что я могу поделать с собой? К тому же, если я собираюсь стать рыцарем как она, то это самый лучший выбор в дорогу.       Мария: Возможно войны больше не будет.       Аделина: А?       Мария: Рыцари закаляются на поле битвы, а если ни поля, ни битвы не будет, то и рыцари не нужны будут…       Аделина: …       Потрясённая Аделина замерла на пару секунд в смятении, глянула в большое зеркало у стены, и уже собиралась уходить, но Мария её остановила.       Мария: Вам не о чем переживать. Вы хороши во множестве других вещей, и, если сбежите к берегу, накиньте платок потеплее.       Она протянула платок со своих плеч. Аделина взяла его и молча вышла из комнаты.              Лина любила сбегать на берег океана. Она восхищалась величием и вечностью воды и неба. Но на земле ни что не вечно. И ровно как камень у дороги однажды мог быть самой высокой горой континента, со временем всё менялось. Она могла думать только об одном. Она опоздала. В своих намереньях, действиях, желаниях. Как и одежда, которую она любит носить, она останется в прошлом. Никому не нужная.       Аделина: // Что теперь делать? //       Аделина: // Мария права. Война закончилась. Мы едем праздновать победу. //       Аделина: // Но почему мама готовила меня воевать на ней? //       Аделина: // А если бы она не сбежала… Война могла закончиться раньше? //       Аделина: // И тогда моё обучение выглядит ещё более бессмысленным. //       Сидя на камне, прогретом солнцем, день уже близился к закату. Последний луч настиг её справа, перед тем как совсем попрощаться. Волосы залились золотом, а небо окрасилось багряным светом. Тонкий серп стал полноправным владельцем морей и трав.       Аделина: // Нужно придумать план. //       Аделина: // Невозможно более полагаться на Матушку. //       Аделина: // Меня воспитывали как наследницу семьи, и я не собираюсь предавать эти надежды забвению. //       Аделина: // Я сделаю это по-своему. //       Туман начал густеть в прохладной темноте, закрывая вуалью влаги жемчуг звёзд на небесном куполе.       Аделина: // На празднике будут все влиятельные семьи королевств. //       Аделина: // Мне нужно завести полезные знакомства, которые помогут мне прославить фамилию Де Крой. //                     Аделина: // Это должны быть влиятельные люди, с большим будущим. //       Аделина: // Я стану одной из них, но для начала… их помощницей. //              Аделина: Всё обдумала?       Аделина: Конечно нет…       Аделина: Уже поздно… пойдём домой.       Аделина: // Нужно выспаться на этот раз. На заре мы отправляемся. //              Только ступив за порог, Аделина услышала в доме разговор на повышенных тонах. Антуан и Луиза спорили о чём-то не слишком горячо, до криков не дошло. Но мама была требовательна к своему первенцу.       Мама Луиза: Ты перестаёшь играться со своей жизнью! Ты же Антуан Де Крой! Веди себя соответственно!       Антуан: Хорошо. Я услышал Вас, матушка.       Аделина: // Я думаю мама права. Он тратит жизнь на то, что не принесёт никому пользы. //       Аделина: // Я не буду лезть в это. //              Все разошлись по своим спальням. Их ждала дальняя дорога, и новые горизонты. Стрекот цикад и шёпот моря доносились из распахнутого окна. Мерцание звёзд в сонной тишине освещали цветы на окне. Они уже засохли, видимо вода на удушливой жаре закончилась раньше, чем предполагалось. Опал лепесток и с хрустом приземлился на пол. Аделина вздрогнула. Этот день был слишком тяжёлым и длинным. Её сердце никак не хотело успокаиваться. Губы горели со стыда. Она жалела, что так поступила с Антуаном. Всё же он не чужой человек.              Неподвижный воздух стал душить её. Она подошла к цветам и осмотрев сердцевину без лепестков, собиралась выкинуть их в распахнутое окно. Собрав их с пола, она замахнулась, но заметила на горизонте корабль. Лёгкий туман скрывал его почти целиком, и, если бы не медленное движение она могла бы и не заметить его в этой бархатной темноте. Жизнь в портовом городе предполагала, что это обычная ситуация, но что-то было не так. Всё же, вышвырнув сухоцветы из своего уютного уголка, она ещё раз глянула в сторону моря. Но либо корабль пропал из виду, проскользнув за раму окна, либо его скрывал густеющий туман. Не найдя в себе силы выяснять это, Аделина вернулась в постель. Затаившись в гнезде из подушек, заставила себя ровно дышать, чтобы быстрее заснуть.              «Сон»       Я иду по лабиринту, нет…это сад. Он низкий. Опускается в землю ещё ниже. Я вижу порт за маревом сумрака. Из воды поднимается корабль. Это трёхмачтовый галеон. Призраки на пирсе замерли. Оторвались от своих дел. Перестали таскать бочки и катить ящики. Их пустые глазницы обращены не на меня. Колокол на корабле звенит, но звона нет. Я его не слышу? Только вижу, что он раскачивается из стороны в сторону. Повернувшись, вижу церковь, которая отвечает на этот звон своими маленькими колокольчиками. Теперь я слышу только это. Церковное пение. Металлический стук! Это битва! Незаметно для себя я повернулась и передо мной возникла схватка. Битва продолжается. Однако уже многие пали в этой схватке. Тела валяются под ногами. Многие бросили свое оружие и побежали врассыпную. Сломанные копья и град стрел преследуют меня. Вдали на быстром коне сражается неизвестный рыцарь. Это одно существо - кентавр! Он защищает меня от стрел. Одна из них попала в мою грудь. Падая на мёртвую плоть, я оглядела горизонт в последний раз. Бесчисленные полчища и триумфальный крик. Мое белое платье уже пропитано кровью, но я не чувствую боли. Я лежу на земле, а передо мной только небо. Лунное божество спускается, чтобы взглянуть на своих детей. Её венец состоит из звёзд и морей. В её руках полумесяц и зеркальный щит. Разбив зеркало серпом, осколки обрушились на меня, словно ливень. Оставалось только закрыть глаза. Холод проникает из глубин моей души, покрывая изморозью мои пальцы. Вновь открываю глаза. Звездопад. Я на берегу бездны. Мириады цветных огней, соприкоснувшихся с пучиной, застывали как в патоке. Их свет исчезает, поглощенный тьмой. Созвездия обрушаются, словно фрески с потолка соборов, с грохотом и брызгами падая в морскую бездну. Вот конец. И начало бесконечности.              Аделина раскрывает глаза, на неё завалилась подушка. Она мало что видит. Не может двинуться и убрать подушку.       Аделина: // Меня что, похоронили заживо? //       На панике начинает вспоминать молитвы.       Аделина: // Бог наш единый, Отец небесный, прости меня и сохрани... //       Не помогает… Она продолжает, пока тело её не просыпается. Только заимев возможность сделать вдох, она спрыгивает с кровати. Коснувшись ногами прохладного пола, она принялась втягивать воздух, успокаивая себя.       Аделина: // Maldito sea! //       Предрассветные сумерки уступали престол светлеющему небу. Заря ещё не показалась над горизонтом, но ласточки уже во всю пировали.       Аделина: // Лучше бы это они меня разбудили…//       Аделина: // Я думала я умерла… Ах-ха, ну и la idiota. //       Стук в дверь.       Мария: Вы проснулись, Сеньорита?       Аделина: // Уже? //       Аделина: Да, Мария… входи.       Мария вошла в комнату и с удивлением посмотрела на стоящую в прострации Аделину.       Мария: Рада, что вы проснулись вовремя и мне не пришлось тащить сюда кувшин с водой.       Мария: С вами всё в порядке? Вам помочь умыться?       Аделина колебалась пару секунд, теряясь в вопросах, которые хотела бы задать.       Аделина: Да, пожалуйста.       На скорую руку закончив утренние обряды, все стали стекаться перед домом. Экипаж уже был подан, лошади запряжены, вещи сложены. Без лишних разговоров все расселись по своим местам и молча тронулись. Топот подкованных копыт грохотом разносился по переулкам ещё не проснувшегося городка. Хотя пекари уже во всю трудились, а собаки лаяли, постоянным оставался только звон сбруи и шелест одежд. Дорога предстояла недальняя, но безынтересная. Около трёх часов до Альмонте, там позавтракать и ещё часов пять, чтобы к обеду добраться на тожество в Севилью.              Величественный замок Альказар, великолепие которого пробуждалось уже при первом приближении, искрился благородством, словно жемчужина в сердце живописной Севильи. Входя внутрь, каждый посетитель окутывался волшебством эстетического мира, где красота становилась воплощением самой жизни.              Роскошные фонтаны, сочащиеся струями света, и цветущие сады, словно полотна живописных пейзажей, встречали гостей, окружая их атмосферой утончённости и роскоши. Розовые розы и белые лилии, раскрывая свою нежность, украшали каждый уголок, словно создавая мир, в котором богатые ароматы и изысканные цветы пробуждают особую привлекательность.              В центре уютного дворика располагалась площадь, где развернулся восхитительный праздничный приём. Длинные столы, украшенные белоснежными скатертями и переливающимися серебряными посудами. Повара и слуги, с искусством готовящие изысканные блюда, радовали хозяев замка и приветствовали гостей, предлагая им лучшие деликатесы – творения кулинарного искусства, прекрасно сочетающие вкус и визуальное изящество.              Вокруг площади расположились музыканты, позволяющие музыке проникнуть в самые глубины души. Их инструменты звучали мелодичными голосами, наполняя воздух нотами чарующей гармонии. Танцоры и акробаты, исполняющие свои изящные движения перед восхищённой публикой, создавали на площади ощущение взлета и красоты, наполняя все вокруг магией своих навыков и талантов.              Таким образом, замок Альказар воплощал в себе не только величие, но и неповторимую живую энергию, создавая в своем окружении мир из музыки, танца, красок и вкусовых изысков. Любой, кто ступал на его утонченные покрытия, погружался в сказочный вихрь прекрасного, который оставался в сердце на долгие годы, навсегда сохраняя красоту тех незабываемых мгновений.              Главный зал замка восхищал своим величием. Высокие сводчатые потолки словно поддерживали небо, а в стеклянные окна проникали лучи солнца, окрашивая пространство в золотые оттенки. Величественные стены были украшены портретами, изображающими правителей и отважных рыцарей, создавая чувство благородства и великолепия.              На полу лежали пышные ковры и мягкие шкуры животных, словно приглашая гостей на шествие по дорогим тропам. Похоже, что с каждым шагом по залу, присутствующие впитывали энергию великих историй, заложенных в этих камнях и стенах.              Во дворике замка собрались гости, избранные аристократы и высшие духовные лица. Они были облечены в наряды изысканной роскоши, отражающие их высокий статус и вкус безупречности. Женщины пленяли своей неподражаемой красотой, одетые в платья из тончайшего шелка, украшенные золотыми вышивками и мерцающими драгоценностями. Их волосы были аккуратно заплетены и украшены перьями и жемчугом, отчего озаряли их лица изящной элегантностью.              Мужчины вели себя с такой гордостью и достоинством, что казалось, будто они вышли прямо из картины великих художников. Их широкие шелковые мантии купались в сиянии дня, украшенные утончёнными золотыми узорами, выражающими их превосходный вкус и высокое положение. Над каждой головой плавали шляпы соразмерные их пышной внешности, украшенные перьями, которые казались крыльями мудрости и доблести.              Радость и восторг охватили всех присутствующих. Их лица искрились радостью, а в глазах гостей отражалось восхищение и гордость за свою страну. Наступил долгожданный момент празднования, окончания долгой и трудной битвы. Старания и отвага, вложенные в эту победу, превратили тяжкий путь в незабываемое приключение.              Этот вечер был настолько удивителен и волнующ, полный великолепия и восторга, что его нельзя было забыть. Победа была достигнута, и Изабелла Кастильская, великая королева, являла собой воплощение самой благородности и силы. В ее белоснежном платье она сияла, словно звезда на ночном небе, символизируя свою бескомпромиссную страсть и решимость. Ее глаза горели огнем страстей, а ее красота притягивала взоры всех, оставляя в сердцах незабываемый след.              Толпа: Изабелла Кастильская, непревзойденная королева, воплощение элегантности и ума.       Толпа: Благодаря свей проницательности и решительности она привела нашу страну к славе и процветанию, став настоящей легендой и источником гордости для всех.              Луиза не решалась переступить порог зала, чтобы поприветствовать королеву и короля. Антуан, кажется, со вчерашнего дня не проронил ни слова.       Аделина: // Как всегда, остаётся только Аделина и решает проблемы. //       Аделина: // Могу ли я…ага! //       Держа стан, она поправила складки на платье и плывущей походкой подошла к церемониймейстеру. Шепнув ему на ухо свою просьбу, Аделина вернулась к семье и взглядом заставила их выйти в свет. Мама Луиза: Милая, я не думаю… Аделина: Нас пригласили, значит мы обязаны здесь быть! Обязаны быть счастливы! Церемониймейстер: Прошу за мной Вас, Дама Луиза.       Он посмотрел ей за спину, и добавил: Церемониймейстер: И ваших наследников. Королева лично хочет познакомиться с ними.       Луиза оказалось в безвыходном положении, сжав челюсть настолько сильно, что черты её лица изменились, она взяла сына под локоть и выпрямив спину двинулась вперёд, к своему самому страшному кошмару. Подойдя к монархам, все они поклонились. Как полагается дамам: сложив руки на груди, отодвинули одну ногу на расстояние шага, а затем медленно приседая на опорной ноге, опускаясь так низко, что почти касались пола коленом отставленной назад ноги. В конце поклона дамы подняли головы и, подтягивая отставленную ногу, выпрямились в рост. Глубина этого поклона соответствует степени уважения, оказываемого адресату. Изабелла Кастильская: Я очень рада видеть твою семью, Луиза.