Раз за разом (Time after Time)

*Шэнь Цинцю       Им понадобилось несколько минут, прежде чем они вынуждены были разомкнуть объятия. Даже бессмертным заклинателям и демонам время от времени нужно было дышать. Кроме того, Шэнь Цинцю хотел как следует рассмотреть своего ученика. Прошлой ночью было слишком темно. Совсем недавно он был сосредоточен на Лао Гунчжу. А сейчас — просто слишком напуган, чтобы решиться.       Он уже успел провести руками по этим мягким, пушистым локонам — всё те же, такие же приятные и успокаивающие, как и прежде. Но ему так и не удалось по-настоящему всмотреться в это потрясающе красивое лицо или задержать взгляд на этих тёмных глазах, в которых читался... страх? Страх? Ему хотелось спросить, что же, чёрт возьми, с этим мальчишкой не так, если он до сих пор убеждён, что его не желают?              Он понимал этот страх. Понимал его до самой сути своей души. Разве не тот же ужас он испытывал во всех своих жизнях? Ему и в голову не приходило, что даже в последней жизни, когда рядом с ним были мать и бабушка, Ло Бинхэ, вероятно, чувствовал себя брошенным, потерянным и отчаянно нуждающимся во внимании. Точно так же, как всегда чувствовал себя он сам.       — Ты вырос, — пробормотал он, понимая, что это была бессмысленная фраза, но ничего лучшего в голову не пришло. Он знал, что его хотят, знал, чего хотят, но не понимал, как перейти к этому от того, что происходило сейчас.       — Одежда, которую ты дал мне, подошла, — заметил Ло Бинхэ, глядя на Шицзуня. — Как ты узнал, что она мне понадобится? Что мне всё это будет нужно?       Вот теперь настало время темы, о которой он не мог говорить.       — Я знал, что ты наполовину демон всю твою жизнь, юноша. Я знал, через что тебе придётся пройти, чтобы научиться контролировать эту сторону своей природы. Всё, что я дал тебе, очевидно, предназначалось для выживания в Бездне. — Он коснулся метки на голове мальчика, которая сейчас сияла знакомым, узнаваемым светом. — И сейчас не время для таких разговоров.       — Шицзунь сам их начал, — заметил Ло Бинхэ с лёгкой укоризной.       — Шицзунь действительно это сделал, — согласился Шэнь Цинцю, снова колеблясь. Стоило ли им найти гостиницу? Или же он был достаточно смел, чтобы сделать это прямо здесь? Бамбуковые заросли были достаточно густыми, чтобы скрыть их. Если уж он собирается нарушать табу, связанное с близостью с учеником, то можно рискнуть ещё и этим. Кроме того, часть его уже не хотела больше ждать.       — Шицзунь? — голос Ло Бинхэ звучал обеспокоенно. Шэнь Цинцю, поняв, что его молчание снова тревожит мальчика, потянул того к себе, спрятав лицо у него на груди. Он покраснел, ощутил внезапные стеснение и смущение — чувства, которых он никогда прежде не испытывал. Ему пришло в голову, что, несмотря на его прошлый опыт в подобных вещах, он никогда не делал первый шаг полностью по своей воле. Даже в том прошлом цикле, когда он постепенно влюблялся в этого мальчика, всегда присутствовала скрытая потребность угодить клиенту. Теперь всё зависело только от его выбора, и одно это осознание разжигало в нём новый жар.       — Я хочу тебя, мальчишка, — сказал он, голос дрогнул, но он продолжил. — Здесь. Сейчас. Мне всё равно, что произойдёт потом. Просто будь со мной. *Ло Бинхэ       Был ли это тот сдержанный и собранный Шицзунь, с которым вырос Ло Бинхэ? Такой голодный, такой нуждающийся уже сейчас? Готовый броситься в объятия своего ученика и позволить ему делать всё, что тот захочет? Ответ был — да, безоговорочно и абсолютно. И Ло Бинхэ не мог быть счастливее.       Он задумался — может, им стоит найти более уединённое место? С помощью Синь Мо это было бы несложно. Он мог бы унести их куда угодно, в этот мир или любой другой, чтобы удовлетворить их взаимное желание. Но прежде чем он успел предложить это, губы Шицзуня вновь нашли его. Руки начали пробираться под одежду Ло Бинхэ, изучая чувствительную кожу.       Как, чёрт возьми, Шицзунь стал настолько искусным? Как он мог так точно знать, что нравится Ло Бинхэ, чего тот хочет от своего возлюбленного? Каждое прикосновение разжигало огонь, особенно те, что скользили по линиям его мышц, вниз к животу и вокруг к изгибу позвоночника. Ло Бинхэ застонал, чувствуя, как пальцы Шицзуня находят то самое чувствительное место у основания спины.       Поглощённый желанием, он притянул Шицзуня ближе. Нашёл его язык своим, и был немного удивлён, насколько легко тот ответил. Было так много непонятного. Так много неизведанного. Но сейчас не время было задавать вопросы.       Он стянул с Шицзуня его накидку. Верхнее ханьфу полетело в сторону, за ним последовали остальные слои одежды. Гладкая кожа светилась розоватым оттенком в свете позднего полудня. Маленькие, внезапно выделяющиеся соски привлекли внимание Ло Бинхэ. Он провёл по одному большим пальцем, сжимая и лаская, пока Шицзунь не начал извиваться в его руках.       Дальнейшие исследования открыли новые способы вызвать реакцию. Мочки ушей Шицзуня оказались удивительно чувствительными. Его реакция на ладонь, изучающую изгиб ягодиц, была настоящим откровением. А его волосы... Ло Бинхэ не понимал, почему, но его волосы лишали Шицзуня всякой воли.       Расстелив свое верхнее ханьфу на траве, Ло Бинхэ опустил Шицзуня на него. Дал ему возможность уткнуться лицом в его волосы, пока он нежно целовал его грудь, исследуя тело. Он продвигался ниже, находя тепло, влажность и натянутую ткань. «Шицзунь так нетерпелив» — прошептал он.       Рука крепче сжала его волосы. «Не Шицзунь. Не сейчас.» Голос был строгим, командным, но в конце сорвался на умоляющий стон, от которого Ло Бинхэ стал ещё твёрже. «А-Цзю... Зови меня... А-Цзю...»       Глава Юэ иногда называл Шицзуня похожим именем. Но это звучало правильнее. Ещё ближе. «А-Цзю... так нетерпелив.»       «А-Цзю тебя укусит, если не сосредоточишься.»       Укус был бы ему скорее наградой, чем наказанием, но Ло Бинхэ не стал это озвучивать. Он знал, что испытывает терпение Шицзуня... своего А-Цзю. Он развязал пояс его брюк, стянул их и отбросил в сторону. Остановился, чтобы полюбоваться стройной фигурой рядом с собой.       Острый укус в предплечье напомнил ему о необходимости двигаться. «Ученик виноват! Ученик осознаёт свою ошибку.»       «Бин-эру лучше бы это знать. Не стой столбом.»       Бин-эр? О, это ему понравилось. Звучало так же правильно, как и А-Цзю. Ло Бинхэ снял оставшуюся одежду. Лёг рядом с А-Цзю. Нежно обнял, поцеловал, пробуя на вкус, исследуя. А-Цзю, казалось, знал все его чувствительные точки наизусть. Так хорошо. Так. Хорошо.       Следующий шаг был очевиден, но Ло Бинхэ всё же колебался. «Ш... А-Цзю... можно я...?»       Без тени сомнения А-Цзю раздвинул ноги, позволяя Ло Бинхэ исследовать дальше. Поблагодарив всех богов за свою природную смазку, Ло Бинхэ покрыл ей пальцы, проник глубже, заставив А-Цзю изгибаться от наслаждения. «О. А-Цзю нравится это?»       «Не говори. Просто продолжай... делать это. Какой же ты шумный.» Приказ прервался внезапным вздохом, а затем и стоном.       «А-Цзю такой тесный. Такой тёплый. Бин-эр с нетерпением ждёт, чтобы почувствовать его полностью.»       Рука крепко схватила его за волосы, показывая, насколько диким становился А-Цзю. Ноги изгибались и дрожали с каждым движением пальцев Ло Бинхэ. «Бин-эр... Ты! Ты... войди в меня, чёрт возьми!»       Ошеломлённый, но разгорячённый, Ло Бинхэ больше не мог сдерживаться. Он старался быть медленным, аккуратным, нежным. Но А-Цзю больше не хотел этого. Или уже не хотел. Ло Бинхэ переместился между его ног, приподнял бёдра. Установил себя у входа, тёплого, влажного и настолько приглашающего. Без малейшего сопротивления А-Цзю принял его.       Это было всё, чего он желал. Он мечтал об этом. О домах удовольствий, о тёплых ваннах, о тихих мгновениях любви. Всё это воплощалось в этот момент.       «Ты хочешь меня?»       «Хочу.»       «Нуждаешься во мне?»       «Да.»       «Только во мне?»       «Абсолютно.»       «Любишь меня?»       Последний вопрос сорвался с губ Ло Бинхэ. Это был вопрос, который он никогда не задавал. Ответ, который он никогда не слышал ни от кого, кроме своих матери и бабушки. Это был ответ, который он отчаянно жаждал, но никогда не смел требовать.       Сильные руки поймали его лицо. Заставили смотреть в эти тёмные, глубокие глаза. «Люблю тебя» — сказал А-Цзю — «Всегда.»       Это сделало пик удовольствия ещё слаще. *Юэ Цинъюань       Юэ Цинъюань беспокоился о Сяо Цзю. Почему он так быстро ушёл, как только появились Су Сиянь и её муж? Избегал их? Или просто ему всё это надоело? К концу спора он выглядел таким усталым, холодно глядя на обезумевшего Лао Гунчжу.       В любом случае, хорошо, что он ушёл. Сяо Цзю не нужно было терпеть последствия. Безумные речи Лао Гунчжу и его трагический конец были уродливыми и наверняка напомнили Сяо Цзю о его собственном детстве. Нет, лучше ему было уйти. Все, кроме У Вана, который всегда оставался недовольным, успокоились, поняв, что Шэнь Цинцю не имел связи с сеятелями.       Тем не менее, Юэ Цинъюань хотел убедиться, что с его младшим братом всё в порядке. Убедившись, что проблемы города Цзиньлань были решены и он может уйти, он взял свой меч и последовал по пути, который, как он был уверен, выбрал Сяо Цзю.       «Эй! Ты... эм... возможно, не хочешь найти его прямо сейчас.» Лю-шиди догнал его, смущённо усмехаясь. «Его ученик уже нашёл его. Думаю, им нужно время, чтобы отметить знакомство.»       Учеником Сяо Цзю был Ло Бинхэ. Полудемон, сын Су Сиянь и Тяньлан-цзюня. Тем не менее, он вёл себя идеально, впечатляюще контролируя свою демоническую сторону. И это несмотря на вред, который Лао Гунчжу нанес его родителям. И очевидно, он уважал Сяо Цзю, оставаясь преданным учеником, исполняющим приказы своего мастера.       Так почему же мысль о том, что Ло Бинхэ последовал за Сяо Цзю, беспокоила Юэ Цинъюаня? Была ли это схожесть с его повторяющимся кошмаром? Видением его Сяо Цзю, разорванного руками тёмного и могущественного демона? Или же он просто знал, что у Ло Бинхэ были неподобающие желания относительно своего Шицзуня?       Юэ Цинъюань собирался высказать свои опасения Лю Цингэ, когда что-то изменилось в его мыслях. Поток образов пронесся сквозь его сознание с головокружительной скоростью. Рождение и смерть, рождение и смерть, снова и снова. И всё это сосредоточено вокруг двух людей. Сяо Цзю и Ло Бинхэ. *Лю Цингэ       У этой гуевой Системы всегда было отвратительное чувство момента. Восстановить их воспоминания было отличной идеей, но не в полёте же! Лю Цингэ справился быстрее, чем Юэ Цинъюань. Вероятно, потому, что эмоции из их других жизней не были для него такими яркими. Он заботился о Шэнь Цинцю, даже любил его и испытывал к нему желание. Но он не лелеял этого человека так, как это делал Юэ Цинъюань.       Едва не врезавшись в дерево, он сместил центр тяжести, развернулся и схватил Юэ Цинъюаня за запястье, не давая ему упасть. Каким-то образом им удалось приземлиться вместе, сквозь ветки деревьев, сопровождаемые криками птиц и укусами насекомых, которые явно не ожидали, что два заклинателя потревожат их покой.       Наконец оказавшись на земле, Лю Цингэ убедился, что Юэ Цинъюань стоит на ногах, затем осмотрел окрестности на наличие опасности. Несколько демонических зверей подкрались было к ним, но поспешно отступили, осознав, с кем имеют дело. Лю Цинге знал эти леса, как свои пять пальцев, и они знали его не хуже. Мало кто из существ осмеливался противостоять ему. К сожалению.       «Эй? Всё в порядке?» — спросил он своего шисюна.       «Всё... в порядке. Да. Ничего страшного.»       «Не говори, что воспоминания обо всех тех других циклах — это ничто» — Лю Цинге стряхнул с себя грязь. Убрал меч в ножны. Взглянул на Сюань Су. Но с мечом Юэ Цинъюаня что-то было не так. Он всё ещё сиял, всё ещё был мощным, но чего-то не хватало. «О, этот модуль исчез?»       «Он... сказал что-то про завершение миссии и испарился.» По крайней мере, Юэ Цинъюань не пытался притвориться, что ничего не произошло. Было бы раздражающе, если бы его нельзя было убедить в том, что Лю Цингэ тоже помнил их прошлое. Лю Цингэ не любил играть в словесные игры.       «Мне нужно найти Сяо Цзю.»       «Ты не слушал? Шэнь Цинцю ушёл, а его маленький демон-питомец умчался за ним, как потерянный щенок.»       «Тем более... нет, ещё больше причин найти их. А если...»       Лю Цинге сомневался, что опасения Юэ Цинъюаня оправданны. «Ладно. Полагаю, я знаю, куда он пошёл.» Он снова встал на свой меч и дождался, пока Юэ Цинъюань сделает то же самое. «Тут недалеко есть бамбуковая роща. Он всегда останавливается там, когда мы охотимся.»       Юэ Цинъюань молчал, пока они летели через небо, окрашенное закатом. Было очевидно, что он хочет найти своего друга. И столь же очевидно, что он боится того, что обнаружит. Лю Цинге полагал, что для его шисюна было бы лучше испытать смущение и облегчение, чем оставаться в неопределённости и страхе.       Поэтому, когда они приблизились к роще, он заставил Юэ Цинъюаня приземлиться заранее. «Тсс. Не спеши.»       «Но...»       «Доверься мне.»       «Ты хочешь сказать, что они...»       Мускусный запах в воздухе дал Лю Цинге понять, что ему не нужно гадать, верно ли он предположил. «Тсс» — повторил он, ведя его к краю поляны сквозь бамбуковые стебли. Ах да, вот они. Делали именно то, что он ожидал. Причём довольно шумно. Судя по обстановке, это явно было не в первый раз. Пришлось восхититься выносливостью Шэнь Цинцю, который мог выдержать темп полудемона вроде Ло Бинхэ. Осторожно отведя главу секты в сторону, Лю Цинге тихо сказал: «Я уверен, они скоро вернутся домой.»              «Прямо здесь, на открытом воздухе.»       «Да.»       «Где их может увидеть кто угодно.»       «Боюсь, что так.»       «Они не боятся быть съеденными?»       Судя по тому, чем они занимались, Лю Цингэ подумал, что уже поздно об этом волноваться. «Всё в порядке, шисюн. Мы с тобой очистили этот холм от самых опасных угроз.»       «И всё же...»       «И всё же, оставь их. оставь его. Мы заставили его вернуться и всё исправить в одиночку. Мы не можем жаловаться, что он хочет получить свою награду.»       В конце концов, она была заслуженной. *Шэнь Цинцю       Как всегда, Шэнь Цинцю проснулся раньше Бинхэ — и с зудом и болью в местах, которых не касались уже много лет. Что на него нашло, чтобы просто взять и сделать это без практики и подготовки? Его тело не должно было так гнуться.       Но это было хорошо — и именно то, чего он так долго ждал. Почти всё. Он не считал, что поступил неправильно, не совсем. Пусть он только что разделил постель с парнем физически вдвое младше его, но, в конце концов, он был настолько стар ментально, что в этом мире уже не осталось никого, кто мог бы быть ему ровесником.       И всё же, это было не совсем правильно. Он скучал по той нежности, которую дарил ему Бинхэ из других циклов. Тот Бинхэ знал его до самой сути, понимал его искаженную душу. Принимал. Любил. Лелеял его, несмотря на разрушительную сторону его натуры. Этот Бинхэ любил идею его, изменившегося его, но не до конца знал или понимал, как он стал таким.       Ему просто придётся привыкнуть к этому Бинхэ. Привыкнуть к тому, что он один помнит все ужасные вещи, которые они сделали, и как много усилий потребовалось, чтобы всё исправить. Было немного одиноко, но так должно было быть.       Выскользнув из объятий Бинхэ, он потянулся, намереваясь размять затекшее тело, как вдруг был резко притянут обратно. «А-Цзю всегда забывает, что Бинхэ не любит просыпаться в одиночестве.»       Шэнь Цинцю только начал расслабляться в этих объятиях, когда до него дошёл смысл сказанного. «Бинхэ?»       «Бин-эр. Твой Бин-эр, А-Цзю.» Голос мягко мурлыкал у основания его шеи, чуть угрожающий, но такой знакомый и любящий.       Он повернулся в объятиях Бинхэ. Взглянул ему в глаза. Затем уткнулся лицом в ему в плечо и еле сдержал слёзы от облегчения, усталости и множества других чувств. «Ты вспомнил.»       «Теперь вспомнил.»       Большая рука нежно убрала волосы с его лица. Эти глаза, когда-то полные гнева, безумия и искажённой страсти, теперь были наполнены только любовью. Он посмотрел в ответ — картинка размывалась от внезапных слёз. «Чёрт тебя побери, мальчишка. Не смотри на меня так.»       «А-Цзю знает, что теперь Бин-эр будет смотреть на него только так.» Совершенно внезапно, Бинхэ притянул его ближе. Поцеловал. «Ты сделал это, А-Цзю. Только ты. Я знал, что ты сможешь.»       «Я должен был. Вы трое доверились мне. Как я мог не справиться?»       Вздох Бинхэ был тем самым старым, знакомым вздохом, который будто говорил: «Почему ты такой?» Они оба знали ответ, конечно. Оба знали, что потребуется много времени и усилий с обеих сторон, чтобы Шэнь Цинцю смог увидеть в себе хоть какую-то ценность.       Он подался вперёд, целуя Бинхэ в лоб, в нос, в губы. «Кроме того, я знал, что смогу это сделать. И мы оба знаем, насколько я упрям, когда ставлю перед собой цель.» Хихикнув, Бинхэ притянул его ближе. «И правда» — согласился он. Затем добавил: «Итак, кого ты предпочитаешь? Нерешительного нового любовника Бин-эра, который ничего не умеет? Или опытного Бин-эра?»       «Это нечестный вопрос. Я предпочитаю Бин-эра, который любит меня, а это вы оба.» Он запустил руки в волосы Бинхэ. Поцеловал его страстно, что, возможно, было ошибкой, а может и нет. «Боги, мальчишка. У тебя слишком много выносливости!» Его тело, твёрдое и горячее, прижималось к животу Шэнь Цинцю, полное желания. Не говоря уже о многом другом.       «А-Цзю уже знает это. Или зачем бы А-Цзю делал такие вещи, чтобы возбудить Бин-эра?» Бинхэ засмеялся. Его рука скользнула вниз, находя То Самое Место у основания ягодиц Шэнь Цинцю. «И почему бы твое возбуждение упиралось в меня, если не из желания повторить? Хм?»       Шэнь Цинцю засмеялся. Прижался ближе. Рано или поздно им придётся остановиться и заняться делами. Но не сейчас. Ещё не сейчас.       И больше не в одиночестве. Коментарии после части завершающие от автора: Найти более удобное место или просто сделать это прямо там. Хммм. Личный фетиш Шэнь Цинцю — возможность решать, когда он хочет близости, и самому просить об этом. Ло Бинхэ, вероятно, разорвал халаты в процессе, но что поделать — так бывает с Шицзунем. Шэнь Цинцю — властный нижний, и с этим нельзя спорить. Если честно, Ло Бинхэ немного поддразнивает его в этой ситуации. Липучесть Ло Бинхэ неизменна вне зависимости от цикла. Его мать была доброй и заботливой, но подарить ему достаточно нежности просто не успевала, вероятно потому, что постоянно заботилась, как бы их не нашли адепты Хуань Хуа. Юэ Цинъюань всегда будет беспокоиться о Шэнь Цинцю. Лю Цингэ понимает всё, что происходит, потому что хорошо знает Шэнь Цинцю и Ло Бинхэ. Ло Бинхэ удивляется, что Шэнь Цинцю всегда просыпается первым. Его жёны так не делали. Воспоминания Ло Бинхэ стали невероятным облегчением для Шэнь Цинцю, так как это освободило его от необходимости хранить секреты, которые он не хотел скрывать. Зажгите свечу в честь Шэнь Цинцю — ему придётся выдержать ещё несколько раундов, прежде чем кто-то из них признает усталость. С этой главой я закрываю книгу. Возможно, я напишу несколько побочных историй, например, о том, как Су Сиянь спасла Тяньлан-цзюня, или других деталях. Однако это будет не скоро, потому что у меня есть другие проекты. Примечания: (это саммари всего текста, на аозе так делается — прим. беты) В которых Ло Бинхэ узнаёт, что на Бай Чжане было бы не лучше, а может, даже хуже. Он действительно не осознавал, сколько внимания Шицзунь уделял ему, пока Шицзунем не стал Лю Цинге. Если честно, можно ли вообще назвать ли Лю Цингэ учителем? Возможно, я сделаю список всех итераций, через которые они прошли. Их было много. Шэнь Цинцю: Бегство, похоже, не помогает, даже если ты делаешь это до того, как он тебя увидит. *вздыхает* Шэнь Цинцю: И ещё, ненависть весенних гор? Серьёзно? Шэнь Цинцю так привык к этому сценарию, что почти перестал обращать на это внимание. Почти. Но ему всё ещё не нравятся предыдущие концовки. Большая часть усилий Шэнь Цинцю была направлена на то, чтобы Юэ Цинъюань не погиб. Он всё ещё старается защитить своего любимого дракона. Ло Бинхэ пока не в том положении, чтобы угрожать. Пока. Но это его не остановит.