Уроки английского.

pov Yoongi. если меня однажды спросят, как всё это началось, я даже не задумываясь рассмеюсь. начало — самое комичное. я болел добрые пару недель. обычная простуда в перемешку с актёрским мастерством — гремучая смесь. все поверили. как итог. я имею пропуск начала последнего семестра. друга, который непереставая балаболит о новых преподавателях английского и хореографии. и если первое меня волнует, нет, то второе, меня не волнует от слова совсем. совру, если скажу, что мне было не интересно. слушать друга всегда отдельный вид удовольствия для меня. Чимин рассказывал и рассказывает так сладко, эмоционально и интересно. в какой-то момент я проникся новым хореографом; было очевидно, Паку он понравился. наверное, в том числе и потому что, он занимался этим всем. танцы были его страстью. — мне лениво, — чуть хриплый, из-за всё ещё простуженного горла, стон вылетает из горла, — не хочу в школу. мне на открытую шею прилетает нежно персиковый шарф Чимина и он улыбается, а после заботливо толкает вперёд, чтобы мы оба не теряли скорость. автобус ездиет по определённому расписанию и пропустить это, будет значить опоздать на первый урок. математику бы хотелось прогулять, но идея явно не одобрится. поэтому приходится действительно включить первую скорость. — Юни, — слышится со стороны и Пак расцветает вновь, его нежно-розовые волосы так забавно прижаты шапкой, но всё равно будто пытаются выползти на волю, от чего младший выглядит более красивым, чем он есть на самом деле. — мы не станем прогуливать математику и уж тем более весь день. ты итак сколько дома сидел?! неужели не отдохнул? — меня даже мама так не отчитывает, Чимин, откуда в тебе столько всего? да и к тому же, иди. мне не интересно и скучно, сегодня самые омерзительные уроки, только конченому идиоту на них будет интересно и занятно, — фырчу, но потом замечаю потухший взгляд карих глаз, — о, нет, нет. Чимин. к тебе это не относится, слышишь? у тебя красный аттестат и золотая медаль. тебя понять можно хоть. остаток пути до остановки нас сопровождает тишина, и разговаривать холодно, и есть о чём подумать. когда прибывает автобус Чимин заходит за мной следом и не долго думая плюхаеися на свободное место рядом, а потом, будто на что-то решившись склоняет голову: — я не пойду с тобой никуда, но отмажу, если купишь мне вкусного и мы увидимся после школы. всё-таки есть что-то в близком общении со старостой. мы познакомились, когда меня ещё только перевели в эту школу, в то время Чимин был лишь прилежным учеником, которого особо не слушали, задирали и старались всячески унизить. средняя школа как и начальная, полна дегеративных ублюдков, не следящих за языком и старающихся унизить всё и вся. даже не планируя, однажды заступился за эту кроху и слегка навалял тем придурям, что покушались на Пака и его вещи. после мы разговорились, разобщались и в последствии начали тесно общаться и дружить. наша дружба была выгодна для обоих. Чимин вырос морально и теперь его не смеет задирать даже самая борзая дрянь, я же напротив стал несколько мягче, более открытым и общительным. — для тебя — хоть звезду с неба, — смеюсь и Чимин, лицо которого до этого было серьёзным и задумчиво непроницательным, расцветает. ему нужно так мало для счастья. автобус дёргается на повороте и Пак буквально валится на мои колени, обнимаю его, удерживпю, чтобы он не пополз дальше. общественный транспорт — зло. по приезду выходим из транспорта в обратной последовательности и, вау, мне подали руку с тихим ‘скользко, не расшибись’. его внимательность меня всегда поражала. то, как он умел уловить настроение моё, компании и в целом, даже незнакомого человека — восхищало и располагало к себе очень сильно. вот только, находились и ублюдки, смеющие пользоваться его умением. те, что специально подходили к нему и просили чего-то, ссылаясь на что-то, что Чимин чувствовал, или умело делал вид. он видел их насквозь, как и меня, когда я притворялся самым низким образом, что вот, бедный больной или несчастный. все знали, что у меня была такая привилегия как поговорить с Паком и объяснить, что именно и чем этот спектакль был вызван. у других такой привилегии не было. учтивость Пак Чимина заканчивалась там же, где начиналась чужая наглость. внимание к деталям тоже было в Чимине на высшем уровне и, от меня лично поощралось лучшим образом. как сейчас. ухватившись за его руку, выхожу на остановке и благодарно обнимаю. — тогда, с меня не только вкусное, — выдыхаю хрипло, на морозе находиться просто омерзительно, горло гудело с новой силой и откашлявшись, — но, было бы заманчиво проваляться дома ещё пару недель с гипсом. — в лучшем случае на ноге, а если шею бы свернул? совсем головой думать перестал? — Чимин смеётся и треплет мои волосы, а после хмыкает и поправляет сумку на плече, — не загуливайся слишком сильно. с первого отмажу, но с остальным — выкручивайся сам. английский вторым, не вздумай опоздать. препод крутой, но за опоздание и выпороть может, я думаю. — у тебя крутая фантазия, доверюсь ей, не хочу быть разложенным перед всем классом, — плечи передёргивает, то ли от холода, то ли от представления неутишительной картинки, что всплыла в голове внезапно. прощаемся, и Чимин уходит, даже не оборачивает. чтож, его право, ему опаздывать никак нельзя. это несправедливо. именно сегодня, когда нет никого из совершеннолетних знакомых рядом, они вспомнили про возраст. — я совершеннолетний! — поправляю лямку сумки, и на очередную просьбу показать паспорт закатываю глаза, — я забыл. — нет паспорта — нет сигарет, вы ведь осведомлены о том, что за продажу несовершеннолетним полагается штраф? — да кт. — чья-то тяжёлая ладонь на плече меня обрывает на полуслове и, обернувшись, нахожу виновника. высокий мужчина, элегантно и строго облачённый в утеплённый плащ. тяжёлая подошва ботинок. поднять голову и заглянуть ему в лицо не удаётся. он почти сразу склоняется к окошку киоска: — красный мальборо и упаковку шоколадных конфет, те, что понаряднее, — уточняет, когда я отхожу на шаг и с недоверием наконец рассматриваю его лицо. черты слабо свойственные корейцу. что-то смешанное; когда незнакомец улыбается, у него проглядывают милые ямочки. он совсем не похож на курящего, так что выглядит комично. интересно, как долго он наблюдал за картиной, изучая киоск? — уверен, что совершеннолетний? — обращаются ко мне, голос низкий, или посажен морозом, что стоит на улице. однако, в голосе чувствуется улыбка, или насмешка. этот мужчина что-то знает обо мне? или кажется? — паспорт дома, — откашливаюсь и забираю пачку сигарет, руки сразу же на автомате открывают свежую упаковку, закуриваю. предлагаю сигарету, от которой вежливо отказываются. занятно. — если вы один из тех извращенцев, что покупают смазливым мальчикам сигареты за ми. — осекаюсь давясь дымом, глаза напротив вынуждают замолчать сию секунду, прожигая во мне дыру, — хорошо, я понял. и как мне вернуть вам деньги? у меня только карта. и он делает самую странную вещь, когда конфеты скрываются в его сумке. разворачивается, и как Чимин, уходит по-английски. вот только с Паком я сегодня увижусь, а с этим человеком вряд ли. я уже говорил о комичности начала моей истории? так вот. эта встреча была каплей в море. я не могу слишком долго говорить, поэтому, поверьте на слово. дальше — интереснее.