Оставь все сомнения!

И вот, снова, наступил понедельник. Опять придется рано вставать. Собравшись, выходить с ним в одно и тоже время, нога об ногу идти до школы, приходя в один класс и садясь за одну парту. Отсидеться на никому не нужных уроках и идти домой, опять же, вместе. Доходить до одного двора, приближаясь к одному подъезду и поднимаясь на один этаж. И на завтра снова все повторится. И так по кругу... Таков будет каждый день. Такая будет жизнь. К подобному Сигма давно успел привыкнуть, хоть и Гоголь появился в его жизни отнюдь недавно. Стоило подметить, что как только этот беловолосый парень появился у порога его класса, серая и мрачная жизнь заиграла новыми красками. Так уж повезло, что белая косичка села с Сигмой за одну парту. Сигма не обращал на Николая никакого внимания, так как не был особо общительным человеком. С самых первых минут Гоголь доставал двухцветного своими тупыми вопросами. Понимая, что лучше хоть что-то сказать, нежели слушать постоянную болтовню беловолосого, Сигма начал хотя бы что-то говорить в ответ. Именно с этого и началась их немного необычная дружба. Каждый день сопровождался огромным набором порой и тупых шуток, с которых Сигма, почему-то заливался смехом, а Николай довольно задирал нос. Дни проходили одни за другим. И Сигма даже не пытался их считать. В компании этого человека он был счастлив. И вот, дружат они года два. Уже перешагнули порог одиннадцатого класса, и ничто уже не сможет разрушить их крепкую дружбу. Хоть их характеры были довольно разные, они сразу нашли общий язык. Все только и делали, что удивлялись, когда такой непоседа и прогульщик, как Гоголь и столь прилежный ученик Сигма успели спеться. Наверное, просто так и должно быть. Если бы такое не случилось, то произошло бы рано или поздно. Они просто должны быть... Просто... *** —Сигмааа, ну Сииигмаа!!! Давай прогуляем физику, все равно последний урок! – беспрерывно тараторил Гоголь, чьи слова глухо въедались в уши Сигмы, — Ну пожалей своего бесценного друга! Я же опять 2 получу... — Ну получишь 2, и что? На душе от этого тяжелей не станет. Как всегда домой пойдешь довольный жизнью. –категорически отказывался Сигма, —а физику из-за таких оболтусов, как ты, я прогуливать не собираюсь. Коля лишь надул щеки и поплелся вслед за Сигмой в кабинет физики, постоянно повторяя, какой его друг жестокий и безжалостный. Их школа была не сказать, что новая. Большое четырёхэтажное старое здание. Бесчисленное множество кабинетов давно нуждалось хоть в малейшем ремонте. Класс физики в том числе. Четыре больших окна пропускали мало света из-за пасмурной погоды. Впереди была небольшая доска, а противоположную стену закрывали большие темные шкафы. Всюду расклеены плакаты с формулами и прочими вещами, касающихся физики. В самом классе было шумно и наверное, весело, но не всем. Чьи-то вещи постоянно летали по классу, побывая в двух-трёх пар рук за пару секунд. Сигма с Николаем благополучно вошли в класс, но неожиданно чей-то пенал прилетел двухцветному в лоб. Знаете, ощущения не самые приятные. — Айщ! – только и пронеслось по всему кабинету. Все сразу замолчали, и все взгляды были прикованы к нему. Все, что было видно – жалко потирающий свой лоб Сигма и разъяренного Николая.... — Ты пидор, что-ли?! – разнеслись по классу слова Гоголя. Если бы здесь не было Сигмы, Коля бы однозначно прибил на месте того, кто это сделал. Он сам по себе был очень эмоциональным и за... любимого человека был готов на что угодно. И да, Николай давно испытывал романтические чувства к своему приятелю. С самого их первого их первого знакомства. С первого взгляда... Иначе, было бы не объяснить учащённое сердцебиение при его присутствии, спутанные мысли и неконтролируемые слова и действия. Но сомнения никуда не девались. Благо, Сигма всего этого не замечал. Гоголь боялся позволить себе лишнего, в пытался скрыть свой нервоз красивой улыбкой и многочисленными тупыми шутками. *** В класс как обычно зашёл преподаватель и вся эта картина оказалась перед его уже широко распахнутыми глазами. — Что здесь случилось?! – задал он довольно нервный вопрос. Как можно было не волноваться, когда весь класс собрался возле одного ученика? При том, что один что-то яростно говорил другому, а у двухцветного появилось огромное красное пятно во лбу? Разузнав и оценив всю ситуацию, физик отправил Сигму в медпункт. Николай, конечно же, вызвался помочь. Как же Сигмушка может пойти один? А если внезапно плохо станет? Весь путь до медпункта проходил молчании. Каждый думал о своём, по крайней мере Сигма. Только вот Гоголь не отводил взгляд от своего пушистого комочка. Тонкие черты лица, изящные ключицы... Ему нравилось абсолютно все! Нравилось, как он смеётся. Николай всегда умилялся, когда тот на кого-нибудь обижается, забавно надувная щёки. В груди всего сжималось и ныло, когда Сигма плакал. А когда тот улыбался, сердце таяло, словно до этого было навеки заморожено. Каждый чёртов раз его хотелось обнять. Прижать к себе так сильно и никогда не отпускать. И вот, они уже перед дверью медкабинета. Сигма осторожно постучался в дверь, словно боясь и опасаясь чего-то. Ответа не послышалось. Не желая больше ждать, Гоголь нетерпеливо толкнул дверь, и та открылась. Но в старом и потрёпанном кабинете медсестры не оказалось. Посадив своего бесценного друга на койку, Николай принялся искать мазь и пластырь. Нервно и с силой открывав старые шкафчики, Коля старался найти хоть что-то. Вскоре тот с облегчением выдохнул, найдя все нужное. Присев рядом с Сигмой, парень стал выдавливать мазь на палец. Аккуратно прикоснувшись ко лбу двухцветного, сердце бешено забилось. "Блять, только не это"– подумал Гоголь. Мысли стали перемешиваться и вовсе улетать, оставляя в глазах лишь его силуэт. "Блять блять блять..." – то и дело, повторялось в голове Николая. В то время он уже заклеил пластырем лоб Сигмы. Парню оставалось лишь облегчённо вздохнуть, подумав, что самое трудное позади, и сердце ещё не успело выпрыгнуть... —Спасибо... – тихо произнес Сигма, словно чего-то боясь. — Сейчас, наверное, не самое подходящее время, но я хотел тебе кое о чем рассказать... — И о чем же? – уже в волнением спросил Николай, думая, что скоро это чудо сведёт его с ума, ну, а если быть точнее, из-за него он уже давно стал безумцем. — Ну же, не молчи! Несколько долгих и мучительных секунд для обоих, и Сигма наконец собрался с мыслями: — Ты мне нравишься... Нравишься так, что я каждую ночь не могу нормально заснуть, постоянно думая о тебе... О Боже!! Как же Сигма волновался, когда говорил эти совершенно простые слова. Да, ему нравился Николай Гоголь. Да, он думал о нем каждую ночь. Хоть он и не сразу осознал свои чувства, но был уверен, они были с самого начала. Естественно, у него было куча сомнений, но ждать он больше не мог ни капли. Любовь и сомнения так похожи... Влюбленность становится жадностью, а потом... Появляются сомнения. Сомнения в своих чувствах и в чувствах любимого человека. Тем не менее, Сигма каким-то образом сумел набраться смелости, и рассказать о том, что он чувствует... ТЫ.. МНЕ.. НРАВИШЬСЯ... – эти слова въелиль в его сердце и теперь останутся там навсегда. Казалось, сердце не выдержит, и либо выпрыгнет из груди, то ли просто остановится. Теперь он не осознавал, что говорит и делает... Разум полностью отключился, дав полною свободу чувствам и эмоциям... Николай, не осознавая, что делает, аккуратно прикоснулся к чужим губам. Оба застыли в нежном поцелуе, который был наполнен не только любовью, но и сомнениями. Теперь они не на земле. Они витают в облаках, отдавая всю свою любовь. Они больше не принадлежат реальному миру... Коля начал углублять поцелуй, проскользнув одной рукой на талию своего возлюбленного, а другой зарылся в мягкие длинные волосы. Воздуха категорически не хватало, поэтому, пришлось разорвать столь страстный поцелуй. —Сука... Что же ты творишь со мной?...– еле слышно произнес Николай. Он уже не мог себя контролировать. Он не верил, что все это происходит с ним, думая, что это просто сон. Сигма ничего не ответил, а просто вовлек Гоголя в более яркий и нежный поцелуй, наполненный страстью, сжав своими тонкими пальцами плечи возлюбленного. Серый понедельник заиграл новыми красками, как и сама жизнь. В голове больше не осталось ни малейших сомнений. Они смогли. Смогли оставить все томящие и тяжкие сомнения, дав волю душе и сердцу. --------------------------------------------------------------- Они просто должны быть вместе. Сама судьба переплела их между собой своими алыми нитями. Она создала их друг для друга...