Только твой крик

Фильм — это отдельное произведение киноискусства, которое представляет собой монтажные кадры, связанные единым сюжет. Чаще всего, имеет звуковое сопровождение. Поначалу, сценаристы продумывают место, главные образы, действия и композицию, а потом уже оживляют готовую картину в явь. Как сказал известный писатель:

«Иногда вы должны окунуться в чужой мир, чтобы понять чего не хватает в вашем»

Хван тушуется, безвольно откидывая голову назад. Аудитория совсем безлюдная. И удары ручкой о парту — единственное, что не дает уснуть красноволосой девушке. Она фокусирует свой взгляд на блокноте, перелистывая седьмую страницу. Каждая написанная ею строчка кажется пустой — совсем нет смысла в её значении. Сюжет нового короткого романа описывает маньяка, яростно убивающего своих жертв. Крик? Почти все смотрели этот дурацкий фильм и Йеджи не исключение. Сложно ли описывать черный костюм с белой маской или замысловатей устроить море кровавых пятен? Хван ответит на этот вопрос, только немного позже. Ещё вначале, когда ей предложили поработать над новой историей, в голову пришла идея переписать этот масштабный триллер. А сейчас тело ломится от усталости: написание работы занимает почти всё свободное время. Неожиданный стук громких каблуков проходится по стенам коридора, и черный карандаш летит на пол. Руки нажимают на сердце, пытаясь обуздать вырвавшийся из груди орган. В такой час здесь уже не должно никого быть. Прямая деревянная дверь с тихим скрипом открывается, уже становится понятно, что в аудиторию вваливается чужой женский силуэт. — Йеджи, почему ты ещё здесь? — властный, но до жути знакомый голос. Боже, это всего–навсего Шин Рюджин. — Извините, я уже скоро буду уходить, — медленно всё приходит в норму. Стакан воды сейчас бы точно не помешал от накипающей ситуации. — Кто-то в такой час уже отдыхает, а ты сидишь здесь, совсем одна. Ты исключение из правил? — ну зачем же так улыбаться? Вы хотите довести меня до нервного срыва, мисс Шин? — слова, которые так и остаются не произнесенными. — Отмечу в свою очередь, что я не все. И кто сказал о норме правил? — Ты не так проста, как мне казалось, Йеджи, — обходя первый ряд парт, руки преподавателя цепляются за второй и отодвигают стул рядом со студенткой. — Расскажи, над чем так трудишься? — получится ли думать, когда даже дышать нечем? Аромат сладких духов, исходящий от женщины, дурманит разум. — Я… я пишу детектив, кажется, вам не стоит его читать, — и быстро собирая все свои вещи, девушка отправляется к выходу, — Извините, мне пора. — Постой, — Рюджин хватает тонкое запястье красноволосой, сжимая до розовых пятен, — не убегай от меня, — Она встала со стула, оперлась о ближайшую стену локтем и потянула младшую за собой. Боль? Да, это первое чувство, которое возникает после прикосновений. Страх? Он окутывает, спускается волной мурашек по всему телу. Она же не серьёзно решила допустить возможность того, чтобы остаться со мной наедине? — Вам не кажется, что вы перегибаете палку? — демонстративно пальцы выкручиваются, но выхватить руку не получается. Придерживая талию Хван, преподаватель, как ей кажется, незаметно проходится ноготками по оголенным участкам задернутой футболки, отпуская на волю чужое запястье. — Извини, я не хотела предоставить тебе неудобств, — и безудержно присаживается на стол, скаля свои и так белые зубы на всеобщее обозрение. Её мимика чем-то смахивает на психа. Если бы Йеджи не знала её, вероятно подумала бы, что встретила героя своего романа. Как после извинений она смеет делать подобное? — Я пойду, — младшая закатывает глаза и с неким намёком продвигается в указанный собою выход. — Реальность бывает обманчива, — тихо, до жути опасно, произносит про себя Рюджин.

🍌🍌🍌

Пламя в камине напоминает солнечный свет. Оранжевые искры летят в разном направлении, угасая в темноте комнаты. В гостиной негромко бормочет телевизор, перед которым на краю дивана сидит молодая девушка.

ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК

КЕЙСИ БЕКЕР, подносит трубку к уху. Ей не больше шестнадцати. Приветливое личико с невинными глазками.

Йеджи полностью окунается в уютную атмосферу своего дома, внимательно поглядывая в экран на и так уже заученные фразы кинофильма Кевина Вильямсона «Крик».

КЕЙСИ: Алло?

МУЖСКОЙ ГОЛОС (из трубки): Привет.

Тишина.

КЕЙСИ: Да.

МУЖЧИНА: Кто это?

КЕЙСИ: А кому вы звоните?

МУЖЧИНА: Какой это номер?

КЕЙСИ: А какой вы набирали?

МУЖЧИНА: Не знаю.

КЕЙСИ: Мне кажется, вы набрали не тот.

МУЖЧИНА: Правда?

КЕЙСИ: Бывает. Не переживайте.

ЩЕЛЧОК! Она вешает трубку.

Йеджи наблюдает за Бекер, в одиночестве стоящей в гостиной. Кажется каждый раз, когда смотришь видео, будоражится не только сердце в экране, но и своё. Актриса разбирается с телефоном, а после направляется в другую комнату. Возникает вопрос, зачем? Вместо того, чтобы обратиться в полицию и рассказать о странном незнакомце, она просто идёт на кухню и повторно поднимает трубку.

КЕЙСИ: Алло.

МУЖЧИНА: Извините. Кажется, я набрал неверный номер.

КЕЙСИ: Так зачем опять звоните?

МУЖЧИНА: Чтобы извиниться.

КЕЙСИ: Вы прощены. Пока.

МУЖЧИНА: Постой, постой, не вешай трубку.

Как здесь не сделать акцент? Йеджи переписывает нужные моменты и продолжает концентрироваться на своей работе.

Кейси стоит напротив раздвижной стеклянной двери, выходящей на задний двор. Снаружи абсолютная темнота.

КЕЙСИ: Что?

МУЖЧИНА: Я хочу минутку с тобой поговорить.

КЕЙСИ: Для этого есть телефон доверия. Пока.

ЩЕЛЧОК! Кейси кладет трубку и недобро усмехается, обращая свой взгляд на окно:

Большой загородный дом с большой заросшей лужайкой и множеством дубовых деревьев. Соседских домов не видно — дом стоит отдельно.

Фильм ставится на паузу, и Йеджи включает свет. Может хватит смотреть на ночь ужасы? Мобильник красноволосой загорается сигналом от поступившего только что звонка. Шин Рюджин: чем занимаешься? Чего, блять? Три часа ночи, а ей звонит её преподаватель с целью узнать, чем она занята?

Хван Йеджи: ложусь спать. Вы что-то хотели?

Шин Рюджин: не думаю, что ты собиралась спать. и я просто интересуюсь, легла ли спать моя студентка. Прикусив до крови губу, Хван чешет голову, в попытке отпустить выгоревший из её мыслей вопрос.

Хван Йеджи: вы спрашиваете об этом всех своих студентов?

Шин Рюджин: нет, только своим любимых учеников. Как ты оцениваешь сюжет Крика? Стоп, ей не показалось? Крика? Йеджи накручивает прядь волос на палец, нервно жестикулируя руками. Хван смотрит в окно. Это что-то напоминает.

Хван Йеджи: … Повторите, что вы сказали?

Шин Рюджин: Какие фильмы тебе нравится смотреть?

Хван Йеджи: Вы не так сказали.

Шин Рюджин: А как я сказала? Йеджи включает внешнее освещение во дворе, и яркий свет освещает заднюю его часть. Ее взгляд бегает по территории. Но там пусто. Никого. Она выключает свет. Телевизор сам убирает видео с паузы, и фильм продолжается. Девушка уже не обращает внимание на звонок. Какого хрена?

МУЖЧИНА: Не вешай трубку.

КЕЙСИ: Мне пора.

МУЖЧИНА: Не…

— Хван, ты ещё здесь? — Телефон валяется где-то на полу, неизвестно конечно каким образом он там оказался. Из динамика слышится приглушённый голос преподавателя. — Нет, — и Йеджи сбрасывает.

ЩЕЛЧОК! Кейси кладет трубку. Она дергает стеклянную дверь, проверяя, заперта ли она и идет к плите, когда…

ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН

Она снимает попкорн с плиты и берет трубку.

КЕЙСИ: Да?

МУЖЧИНА: Я тебе говорил не бросать трубку.

Йеджи поправляет волосы, на телефон снова звонят.

Хван Йеджи: Что вам нужно?

Красноволосая очень зла. Нет тюрьмы страшнее, чем в голове, а Шин хуже надзирателя.

Из телевизора:

МУЖЧИНА: Поговорить.

Шин Рюджин: Надеюсь ты услышала, чего я хочу.

КЕЙСИ: Позвони кому-нибудь другому, ладно?

Шин Рюджин: Страшно становится?

КЕЙСИ: Нет — скучно.

ЩЕЛЧОК. Она кладет трубку. Телефон опять ЗВОНИТ. Она хватает трубку.

Всё это время Йеджи стоит молча, совсем не двигаясь.

КЕЙСИ: Слушай, придурок…

МУЖЧИНА (очень серьезно): НЕТ, ЭТО ТЫ СЛУШАЙ, МАЛЕНЬКАЯ СУЧКА. ЕСЛИ ТЫ ПОЛОЖИШЬ ТРУБКУ, Я РАСПОТРОШУ ТЕБЯ КАК РЫБУ. ПОНЯЛА?

Мертвая тишина. Хван молчит и Бекер тоже. Крик полностью завладел её вниманием.

КЕЙСИ: Это какая-то шутка?

МУЖЧИНА: Скорее игра.

Шин Рюджин: как тебе представление?

Кейси смотрит на стеклянную дверь, затем смотрит в коридор, ведущий к входным дверям… бежит к ним. Не заперто. Она закрывает задвижку.

Шин Рюджин: поступишь также?

Хван Йеджи: я... я не поддаюсь на ваши махинации.

КЕЙСИ: Я сейчас позвоню в полицию.

Шин Рюджин: полиция ни за что не успеет. Как же хорошо я знаю слова.

Кейси поворачивается к дверям, она смотрит в глазок.

ВИД ИЗ СМОТРОВОГО ГЛАЗКА:

Искаженное изображение крыльца у дома. Пусто. Она немного расслабляется.

Хван Йеджи: Чего вы от меня хотите?

До слабых порезов доводит давление ногтей девушки на свою же ладонь.

Из телевизора:

ЗВОНИТ ДВЕРНОЙ ЗВОНОК

Кейси вздрагивает от неожиданности. Она поворачивается к двери, когда снова раздается звонок.

Шин Рюджин: нравится наблюдать за тем, как твой любимый фильм превращается в реальность? Не хочешь открыть? И речь заглушается громким стуком в дверь. Студентка садится обратно на диван, поднося трубку ближе к уху.

Хван Йеджи: что дальше?

Кейси в фильме громче и громче повторяет кто там, пытаясь выяснить зачинщика такой злой шутки.

Шин Рюджин: смотри в экран.

Опять звонок. Кейси подходит ближе.

КЕЙСИ: Кто там?

Никакого ответа. Черт с ним. Время звонить в полицию. Она подбегает к телефону и когда уже собирается набирать номер…

ОН ЗВОНИТ

Хван льнёт к подушке, зарываясь в ней, как в спасательном круге. Монотонно говорит про себя все слова, рвущиеся наружу. Шин Рюджин: Знаешь, что произойдет дальше?

Кейси готова его бросить, ей тяжело дышать…

Дрожащей рукой она подносит телефон к уху, ничего не говорит… слушает, ждет…

Хван Йеджи: Только не говорите, что Саймон.

Из телевизора:

КЕЙСИ: Мой парень будет тут с минуты на минуту, и он рассердится, когда я ему скажу…

Шин Рюджин: Ты преувеличиваешь, я же не монстр какой-то, который убьёт твоего парня.

Хван Йеджи: Он мне не парень, близкий друг.

Шин Рюджин: Тогда почему ты сказала именно о нём? Чёрт, младшая бьёт себя по лбу, понимая насколько сейчас облажалась. Весь свет в доме тухнет. Шин Рюджин: мне надоел фильм, выключай. Я хочу с тобой поиграть вживую. Йеджи крепче сжимает телефон в руке и берет пульт в руки. Шин Рюджин: не думай, просто выключи. Она говорит так расслабленно, будто сейчас не старшая пугает студентку до мурашек по всему телу. Хван передёргивает, когда во всём доме становится темно. Один лишь экран на мобильнике загорается ярким светом. Пошатываясь, рыжеволосая идёт к своей кровати, ложится, прижимая ближе к себе подушку. Дыхание частое? Да, но не настолько, чтобы в районе сердце было больше ударов, чем нужно.

Хван Йеджи: где вы?

Молчание в трубку. Что-то шуршит на заднем плане, кажется это… Шин Рюджин: я рядом. И девушку, словно током пробивает. Внутренний голос шепчет сохранять спокойствие, но как? Если сам по себе начинает гудеть чайник, и пол на кухне скрипит, точно кто-то прошёлся ногой. Она здесь. — Малышка, Хван? — боже… Этот голос, он не из телефона. Отдалённое эхо рвет гортань. Хван второпях бежит к двери, закрывая её на замок. — Не запирай дверь, дорогая, — младшая девушка испуганно вздрагивает и склоняет свою голову, словно мечтая свернуться калачиком и исчезнуть. Закрывает глаза и делает несколько глубоких вдохов. Она глядит на дверь, гадая насколько сейчас близко Шин; надеется, что та, далеко и не подступит к её спальне. — Прошу, уйди, — срывается обычный голос на заикающийся монолог. Поистине ужасающая картина. За дверью слышен шум, Джи дотрагивается до своего лба, вытирая пот. Скрипит зубами от подступающего холода. Окно занавешено шторами, только немного выглядывает тюль. И вот оно — загорается свет в коридоре. — Тили-тили-бом Закрой глаза скорее, Кто-то ходит за окном, И стучится в двери. Тили-тили-бом. Кричит ночная птица. Он уже пробрался в дом. Исполнение песни получается идеально красивым, старшая девушка, наклоняется к замочной скважине, дёргая ручку. — Йеджи, открой дверь, — броско. Мир рухнул. Пахнущий чай с малиной, который доносится прямо за дверью, затягивает своим ароматом. Рыжеволосая чувствует приближение смерти. Преподаватель стоит сейчас в нескольких метрах от неё. Понятное дело, что маленькое препятствие её не остановит. Лишь в душе какая-то часть отчаянно верит в спасение, наверное это и есть надежда. — Открой дверь, иначе я ее выломаю. Хван, ты слышишь? — явно она злится. А Йеджи уже видимо не до этого. Втыкнув наушники в уши, включая новогодние новинки в музыке, она тушит телефон. Убирает на тумбочку и укрывается теплым одеялом. — Спокойной ночи, — и глаза на автомате закрываются.

🍌🍌🍌

С застывшими, широко распахнутыми глазами, сидящего на раскладном стуле… живот Саймона распорот… месиво крови и кусков плоти… его внутренности лежат на земле между ногами… от них поднимается пар. — Хочу сказать, мисс Хван, это довольно впечатляет, — Шин ручкой ставит зачёт и смотрит на красноволосую, улыбается. — Так правдоподобно описано, словно основано на реальных событиях, — Джи шмыгает носом, залипая на своего преподавателя. — Да, вы в некотором роде правы, неделю назад мне приснился сон, — она поворачивает голову в сторону, не может так долго находиться под чужим взглядом, заводит руки за спину, разминая. — И я кстати тоже люблю малиновый чай. Мм, можешь идти, — стоп, что это значит? Младшая вначале не осознаёт сказанное, а потом совсем собирается уходить, — пригласи следующего. — Как пожелаете, — и от неё и след простыл.

🍌🍌🍌

Нарочно ничего не бывает и за помощь спасибо не скажешь. Обливаешь гостя мохито, плати, нагрубила официанту плати, а как же чувство ответственности? Пошло в задницу, не стоило отправляться в ресторан с незнакомым человеком. Сидящий напротив парень хорош, но не настолько чтобы прожить с ним всю жизнь. Слишком нежный, уступчивый, маменькин сынок. — Знаешь что? Я наверное пойду, извини, — Хван еще раз просит прощение, а позже вызывает такси. Если расслабляться то только по взрослому, а как это делают студенты? Однозначно в клубе. — Текилу, пожалуйста, — рассматривая окружающую атмосферу, она забирает сделанный официантом напиток и выпивает разом. — Повторить, — оставляет за собой нагретый стул и отправляется в центр. Девушка продолжает танцевать в одиночестве и как будто даже не замечает чьи-то руки на своей талии, что обхватили её как младенца. Она приседает, трётся руками о живот, поднимается, снова спина к груди. Судя по всему это девушка, но температура в теле говорит послать это нахуй. Отрываться так до конца. — Поехали ко мне, — хватает чужое плечо, одевает на себя пиджак и снова садится в такси. Когда горячие губы трутся о её, в животе летают бабочки. Так хочется более ближнего контакта, (а не в тридцати сантиметров в такси, поскольку за тобой наблюдает пара лишних глаз) может у себя на кровати. Лечь и с надеждой ждать, пока сверху заберётся кто-то другой, даже не кто-то другой, а та, которая сейчас возится с ширинкой её брюк. Йеджи не справляется, временами даже хнычет, опускаясь на свой мягкий матрас. Так как аккуратно зайти в дом не получилось, её занесли. — Быстрее, — она притягивает к себе светловолосую, целует напористо, врываясь в красный рот языком. Жмется к бедру своим пульсирующим центром. Стонет только от мысли, что она не одна и скоро получит долгожданную разрядку. С брюками покончено, руки незнакомки гуляют по ногам, и конечно, Йеджи забыла спросить имя. О каком ещё приличии идёт речь? Громкий стук кровати о пол, неограниченное пространство для действий и пик наслаждения…

🍌🍌🍌

Не зря говорят, стоит только взглянуть на жизнь трезво, как сразу хочется напиться. Клуб. А разве вчера что-то произошло? — рыжеволосая спрашивает себя трижды перед тем, как полностью паникнуться. Встаёт с холодной пустой постели, огнув ещё раз её взглядом. Секс точно был, ведь внизу живота до боли пощипывает и шея вся в засосах. Но если он был, то с кем? Из любопытного искателя ощущения она превращается в большого ребенка. И с неутолимой жаждой повторить содеянное прошлой ночью отправляется в душ. Первая пара у Шин. Почему всегда, что бы не происходило, всё связано именно с ней? На входе в университет Йеджи встречают друзья. Юна рассказывает о своём новом парне, пока Черён тяжело вздыхает. Да как тут не заметить такую симпатию? Ли по уши влюблена в свою подругу, но сказать напрямую не уверена. — Скоро начнется пара, — Юна поправляет подол юбки, даже не замечая съедающего взгляда на себе. — Полегче, тигрица, поубавь свой пыл, — Хван дёргает бровями и Черён ударяет её по плечу. Прощается со всеми и идет к вышесказанному преподу. Пара ещё не началась, поэтому Джи бесшумно садится на задние парты, доставая телефон. Сегодня она не планировала учиться. Когда пара начинается, девушка наклоняется корпусом вперёд, подпирает голову руками и окунается в мир снов. — Вот вам пример неуважительного поведения. Хван Йеджи демонстрирует свое отношение к моему предмету. Ничего не хотите мне объяснить? — по аудитории распространяется беглый смех и все смотрят только на рыжеволосую. Она открывает сонные глаза, потирает переносицу и поднимается с места. — «Убийца сидит напротив». — Я спросила не об этом, — Шин закатывает глаза, садясь на своё учительское кресло, — останешься после всех пар. Расскажешь мне услышанную тему и ответишь на поставленный вопрос. Все свободны. Время пролетает незаметно: столовая, скучная пара у Чона, не менее интересная у математика и так далее. Одевать с утра короткую юбку и чулки было такой себе идеей. За сегодня рыжеволосая получила больше комплиментов, чем за прошлый месяц. А это всего лишь голые бедра и иногда задирающаяся юбка, что не оставляла без чужих взглядов кружевные трусики. — Хван, ты задержалась, — ставя сумку на пол, Рюджин пишет на доске некоторые слова. — заново объясняю тему, не будешь слушать, накажу. Хван смеётся с тона преподавателя, но продолжает внимательно его оглядывать. — «Убийца сидит напротив». Давай начнём с твоего романа… — убирая мел в сторонку, Шин подходит к двери и запирает её. — О чём он? — Что вы делаете? — младшая закатывает глаза, вставая с места. На какой хрен понадобилось закрывать дверь? — Хочу помочь тебе лучше понять тему. — Но… , — останавливается, — ладно. Ну эта история рассказывает о психопате… — Подожди, — старшая девушка перебивает, задумываясь. Она прокручивает в голове основную мысль и подходит к студентке, — Ты не знаешь, что в голове у человека под маской, так откуда сведения, что он маньяк? Может он просто устал от жизни или у него на пути возникли трудности, из-за чего ему пришлось прибегнуть к таким мерам? — Вы что, его защищаете? Но он ведь убийца. — Йеджи, у каждого есть свои мотивы, даже у тебя. — Вы не правы, я не смогла бы кого-нибудь убить. — Давай представим ситуацию, — Шин достаёт что-то из своей сумки, в миг оказываясь возле рыжеволосой. Подставляет к шее острый нож, надавливая, чтобы образовалась маленькая царапина. А Йеджи трясется, какое безобразие.. — Ты одна ночью идёшь по улице и к тебе пристаёт наркоман. Он прижимает тебя к стене. — старшая толкает Джи к доске, — Заламывает руки наверх, – В голове Хван нет никакой идиллии. Ей правда сейчас угрожают? Рваный стон выходит из её горла. Рю хватает запястья и закрепляет сверху. — Касается носом шеи, вдыхая твой запах. – У младшей краснеют уши и Рюджин это замечает. Она облизывает кожу на мышце, проводя носом вдоль вены. — Твои действия? — Я… я, не знаю. Мне хочется вырваться из его мерзких рук, — Хван должна говорить хотя бы что-то, хотя нож у горла мешает. Девушка волнуется, это не то же самое, если бы к ней приставали. Сейчас её преследует какое-то иное чувство. Может Йеджи и нравится такое обращение к себе, то, которое вызывает страх. — Я могла бы ударить его коленом в живот, — и она бьёт, не так сильно, но всё же. Светловолосая скорчивается от боли, бросает нож и отпускает от себя девушку. — Хорошо, а вдруг он не почувствует боли и толкнет тебя грудью к поверхности, а сам подойдёт вплотную, — Рюджин резко хватает рыжеволосую и с лёгкостью оказывается позади неё. Впечатывает подрагивающее тело, держит за голову, когда та хнычет у стены. Хван теперь совсем не по себе. — Его не будет смущать, когда он опустит свою руку тебе на живот, залазя под майку. Будешь одевать такую короткую юбочку, — оттягивая этот элемент одежды вниз, — лишишься и трусиков. Йеджи стоит в шоке с происходящего или даже лежит. Такая неудобная поза, что ноги подкашиваются, а прикосновения преподавателя к голой коже отдают возбуждением внизу живота. Всё руки покрылись мурашками, а пальцы с недавних пор перестали шевелиться. Она сейчас как добыча для более опасного зверя. Стоит с задернутой юбкой и сделать ничего не может. Вторая даже и отпускать не хочет, ждёт, пока младшая начнет сопротивляться. Но она не начинает. — Я закричу, — Йеджи очень тяжело дышит, стоя так соблазнительно, и преподаватель отводит глаза, которые только и смотрели вниз. — Он закроет твой рот ладонью, — Шин прикрыла чужие губы рукой, — своим пахом прижмется ближе, — и надавила сильнее своим телом. Йеджи облизывает руку, и когда другая девушка хочет возразить, выбирается из плена и сама толкает старшую на то место, где была сама. Хватает за горло и сжимает. — Что скажете на это, мисс Шин? — Хван довольна. Её самооценка сейчас возросла настолько, что если бы ей сказали, что у неё по всем предметам автоматы, она бы послала этого человека. — Знаешь, а ты ловкая, — светловолосая ухмыляется, — но никогда не радуйся раньше времени. — Почему… — и не успевает договорить, как уже лежит на полу придавленная весом сверху. — Вот поэтому, — младшая дёргается, но все действия заблокированы. Ноги — коленями, а руки — тонкими пальцами. Рюджин давится смехом и отходит на расстояние. Подаёт руку, — вставай, Хван. Рыжеволосая берет помощь, но вместо того, чтобы встать толкает на себя старшую. Переворачивается, оказываясь сверху, — никогда не радуйтесь раньше времени, — имитирует речь Рю. Джи смотрит на черты лица светловолосой и не может отвести глаз, — красивая. — Что? — Говорю, вы красиво упали. Теперь пожалуй нужно вставать, — младшая поднимается вместе со второй девушкой и продолжает слушать тему, как не в чём не бывало. Будто это только что не к её горлу приставляли нож, и не она завалила на пол своего преподавателя.

🍌🍌🍌

— Кто-то пустил слушок о том, как ты вчера развлекалась с Шин.