Мой дорогой подарок

Проснувшись среди ночи от кошмаров, что никак не хотели покидать голову, блондинка выбралась из постели. Ничего другого не оставалось, как последовать совету павлина. Блуждая по коридору со свечкой, тихо шурша по полу босыми ногами, принцесса все-таки находит нужную ей комнату. Затушив свечу, она неуверенно проходит внутрь. Секунда, другая, и та решается забраться на постель. Ложится на краешек, спиной к мужчине и кладет руки под щеку, смотря в одну точку. Не слишком воспитанно и прилично, зато на душе стало спокойнее. Мужчина чуть поворочался, во сне что-то бормоча, а после повернулся к девушке и, заключив в объятия, притянул к себе утыкаясь в шейку девичью носом томно дыша. Кроме белья на том ничего и не было, не считая повязки на ноге. Приоткрыв глаза и сонный взгляд направив на девушку тот, надеясь, что принцесса спит, руку из-под нее убирает и отворачивается. Он даже не понимал, как та оказалась в его постели. Он, конечно, собирался ей предложение сделать, как и обещал ее матери, но уж точно не спешить так быстро. — Мне было страшно в комнате одной… ребята сказали, что я могу пойти к тебе… — тихо произнесла девушка в тишину комнаты. Та тоже надеялась, что он спит, но все равно решила зачем-то оправдаться. — Вот оно что, я то уже перепугался. Думал, как я умудрился забыть тот момент, как ты оказалась в моей постели! — он облегченно выдыхает и поворачивается вновь к девушке, руки раскинув для объятий. — Тогда иди сюда. Спать на краю такая себе идея, а так я хотя бы смогу отогнать твои кошмары. Она сначала нерешительно пододвигается немного, потом еще раз, а после забирается в наглую под одеяло, ложась на его руку как на подушку, но все-также лежа спиной к нему. — Спасибо… — проговорила Одри, — за все… Но… Стыдно немного признавать, что я до сих пор не знаю ваших имен… ни одного… — Меня зовут Морен, тот, что белый, — говорил он уже о павлинах: — Вей, а темный Кейн. Улыбнувшись, брюнет девушку к себе повернул и крепче обнял. Слышалось даже временами, будто довольное урчание, а хвост под одеялом вилял, радостно касаясь ножки девушки. Даже не смотря на то, что он был человеком, он так же был и животным, и потому такие моменты он особенно ценил и радовался им. — Вот как… теперь я хотя бы знаю их имена, — она чуть улыбнулась уголками губ и прикрыла глаза. Слушая стук чужого сердца, девушка успокоилась окончательно. — Мама никогда не рассказывала об этом месте, а отец лишь твердил о том, что здесь кругом враги. Не уверена теперь, что так он хотел меня защитить… Я жила как… в клетке? Даже смешно. Скажи мне до дня рождения, что так повернется — рассмеялась бы в лицо и приказала того выпороть… — Я хотел сделать это завтра, но, раз все так сложилось… — он привстает и аккуратно из-под девушки убирает руку. Поднимается с кровати и как-то взволнованно хвостом виляя, подходит к столу. Мужчина достает из него кое-что и, вновь вернувшись к кровати, ложится рядом. Опирается локтем о подушку, а головой о кулак. Второй же рукой протягивает девушке кольцо несколько смущаясь. — Не самая романтичная обстановка, но, станешь моей королевой? Тогда сможешь позабыть о прошлой жизни и можешь не возвращаться обратно… — А… эм… — она неловко чешет затылок и отводит взгляд в сторону, — Не уверена, что это хорошая идея я ведь… не слишком гожусь на роль жены… теперь уж точно. — Нельзя переспать сразу с двумя, а потом принимать предложения от едва знакомого мужчины. Так думала она: — Ты меня совсем не знаешь и… лучше найди того, кто правда этого заслуживает… — А разве это так важно? — он хмыкнул и позволил лишь в лобик ее поцеловать. Сжав кольцо в руке и приняв положение сидя, Морен девушку одним рывком на себя пересаживает и, держа ее ручку, на безымянный пальчик кольцо одевает, довольно улыбаясь. Он кладет ее руку на свою голову, между ушек, чуть дергая ими. Она смущается от подобного жеста, благо ее лицо не видно в полумраке комнаты. На его коленях девушка смотрится чересчур уж миниатюрно. — Меня учили не так. Жена мужу должна быть покорна и верна, а меня уже трижды опорочили… — Значит, больше не посмеют, — уже более серьезно произносит тот. Он искренне не понимал, почему та отталкивает его. Руки чуть дрогнули, прежде чем лечь на девичью талию, и сжали ее. Желание было, однако без разрешения он и продолжать не станет, будет держаться на каком ни каком, но расстоянии. — Я согласился помочь твоей матери, выкрал тебя с твоего же дома, что мне еще сделать, чтобы ты согласилась стать моей? — он уже с толикой грусти произнес эти слова, а взгляд отвел, чуть опустив уши с досады. «Выбить из моей головы этих двоих, что одним своим взглядом разжигают внутри пожар» — подумала про себя девушка. — Что скажут Вей и Кейн? Не думаю, что они будут рады… — Они уже все знают… и знали с самого начала. Они мне и сообщили о том, что пора тебя забрать, — произносит тот вздохнув. Мужчина чуть сполз и лег на спину. Одна рука легла девушке на бедро, а второй он закрыл глаза. — Они… знали все? — для нее это было ударом ниже пояса, сразу после удара под дых. Их все-таки было двое. Знали и все равно сделали это? «Почему они…» — она даже сформулировать вопрос не могла в голове. Она им доверилась, отдалась вся без остатка… — Я дам тебе время подумать. Если откажешься, но не захочешь возвращаться — можешь жить и дальше во дворце, никто тебя выгонять не будет. Девушка слезает с мужчины и после с постели. — Я… все-таки пойду к себе. Похоже, мне уже стало лучше, — врет и не краснеет. Да еще и так уверенно, что сама готова поверить. Аж злость брала. Мужчина привстает и, схватив девушку за руку, обратно укладывает на кровать, нависая сверху и подминает ее под себя, захватив ее руки своими над головой, прижимая к подушке. Он опускается ниже и страстно целует девичьи губы, с каждой секундой только углубляя поцелуй. Она и пискнуть не успевает, как оказывается под ним, во власти его губ. Поддавшись эмоциям, он сжимает ее пальчики, впиваясь и сжимая так же подушку, тяжело и прерывисто дышит. Принцесса смотрит на того ошарашенно, машинально уперевшись руками в его грудь. «Что он… делает?» — саму себя спрашивает девушка, будто действительно не понимает, куда это все ведет. Она не отталкивает его от себя, но и не поддается, словно ждет, насколько тот далеко зайдет Поцелуй прерывается, а сам он хитро улыбается, довольно виляя хвостом. Его глаза чуть сверкают в темноте, а улыбка из-за длинных клыков кажется немного жуткой. — Может мне стоит тебя трахать, пока их место в твоей голове не займу я? От него пахло мускусом и еще чем-то… Чем-то животным, диким и необузданным, будто он до последнего держался, чтобы не напугать девушку тем чудовищем, что жило внутри него и жаждало овладеть лишь ее телом. — Что? — переспросила Одри, будто пропустила мимо ушей всю самую суть и в голове придумала себе новые слова, но, увы, это было правдой. Жуткой правдой, от которой сердце в груди бешено колотилось то ли от испуга, то ли от чего-то иного. Она чувствовала, как через белье член упирался в бедро, но даже так не могла прикинуть размеров. — Не… не надо, — она отводит стыдливый взгляд. От одной только мысли об этом понесло в сторону. — Отпусти меня и я пойду… — Ты сама ко мне пришла, сама забралась в постель… Я ведь держался, не хотел тебя пугать… — клокоча в шейку девушке произносит. Влажный язык проходится по нежной коже. Одежда в виде сорочки была сорвана. Мужчина опускается немного и, приподнимая нагло бедра девушки, губами впивается в лоно. Он проникает языком внутрь, весьма грубо лаская, пытаясь задевать каждую стеночку, каждое нервное окончание. Она прогибается в спине, цепляется руками за постельное и сжимает его в них, вскрикнув, нет, это был определенно стон. Он зашел слишком далеко, ей действительно не стоило приходить к нему в комнату. О чем она только думала, когда делала это? Стон второй, третий, она непроизвольно ножки раздвигает перед ним, поддаваясь вперед.Еще пара толчков внутри и он уже снаружи меж складочек язычком водит, на горошине вырисовывает незамысловатые узоры, чуть покусывая. Приподнимается и, чуть спустив белье, уже органом по взмокшему от естественной смазки лону водит. Член мужчины явно не уступал ни одному, что в той побывать успели. И не только из-за того что природа его наградила, но и из-за того что он был зверолюдом. — Такая невинная, просишь отпустить… А сама ножки уже раздвигаешь. — Один раз я уже сопротивлялась, это ни к чему хорошему не привело. Так что лучше просто принять все как есть, — она говорила то, о чем думала, хотя этот раз явно отличался. Здесь она и сама не сильно была против. Он входит медленно. Сначала лишь головкой, после на половину и, подождав немного — полностью, шумно выдыхая. Мужчина делает толчок за толчком входя в это как ему казалось хрупкое тельце, целуя шейку и оставляя на том следы от легких засосов будто клеймо. Она стонала сдержанно, цеплялась коготками в его грудь и чуть закусывала губы. «Когда я стала такой? Когда стала падкой до подобного? Неужели… Я настолько нуждалась во внимании, что ложусь под каждого, кто его проявит?» — девушка посмотрела Морену в глаза. — Не жалей меня, — попросила она. «Это будет моим наказанием» — Я хочу слышать каждый твой стон… Такая прекрасная, даже лучше всех тех, кто у меня был до тебя… — Шепчет он ей в губы и вновь страстно целует, но не долго. Выходит из нее и повернув спиной упирает ее ручки об изголовье кровати и входит еще грубее, чуть наваливается на нее корпусом. Заведя руку вперед и ножки той пошире раздвинув, он водит по клитору пальчиками. Она прижимается к нему, насколько в этом положении позволительно и сладко стонет, когда рука его проходится по горошинке, как по туго натянутой струне. Приятно, настолько, что голова кружится, но разрядка не наступает, а лишь мучительно близка. Он будто специально дразнил её, заставляя стонать слаще, громче, пока в голосе не появляется лёгкий хрип. — Прошу… Позволь мне закончить… — умоляет она его, потираясь об него, толкаясь навстречу лишь сильнее. Завтра кому-то будет тяжко с пробуждением. — Настолько хочешь? Попроси еще… — тихо он шепчет ей на ушко и за руку притягивает плотнее к себе, перехватываясь за шейку, чуть ее сжимая. Сам уже еле сдерживается и тяжело дышит вперемешку со стонами. — Скажи мое имя… Назови господином и тогда…я может быть подумаю… — сквозь стон, даже с какой-то издевкой он произносит, переведя взгляд на девушку. — Господин Морен… Позвольте… Мне закончить, — жалобно скулит Одри, жадно глотая воздух ртом. Его рука, что держала её… Эти чувства были так остры, что она почти чувствовала как взорвётся изнутри, если он не позволит ей наконец сделать то, чего она так жаждет. Он останавливается и, уложившись на спину, вновь девушку насаживает на свой член, уже постанывая весьма громко, что больше напоминало рычание. Ласкал ее грудь язычком чуть покусывая то один, то другой сосочек пока спустя пару толчков не излился в ту, внутриутробно прорычав от того на сколько это чувство было приятным. Она кончает вместе с ним, обмякая в его руках точно безвольная кукла. Стонет на выдохе и смотрит чуть усталым взором ему в глаза. Чуть приподнимается сама, притянув его за шею навстречу и кратко целует, а потом опять падает на постель без сил. Слишком они её всю вымотали. Мужчина ложится рядом, прижимая к себе и обнимая. После он укрывает их обоих, прикрывая глаза.