Мой дорогой подарок

Примерно часа через два, когда был готов и суп, а там и блинчики, ведьмочка накрыла на стол и поставила стеклянный бочонок, маленький, с золотистой густой жидкостью в ней, это был мед. Позже зашел и Джозе. Руки, как и сама одежда, были в крови. Он лишь молча прошел в сторону своей комнаты и, взяв сменные вещи, прошел за дом, где была хоть и небольшая, но вырытая и обложенная камнями емкость, в которую шла небольшая речка. Благодаря магии камни грели воду. Тот раздевается и, пройдя по снегу, забирается в это подобие ванны, где голову назад откидывает на камни, шумно выдыхая. Одри проследила за тем взглядом через дверной проем, а потом посмотрела на ведьму. — Он всегда такой… разговорчивый? Прямо душа любой компании! — она чуть посмеялась с того, что сама пошутила. — Это, разве не его? — блондинка указала на предмет одежды на полу, что очевидно выпал из кучи вещей в его руках. — А? Да, наверное, его. Похоже, устал настолько, что уже не замечает ничего. Если хочешь, можешь ему отнести, — мило улыбнувшись, ведьмочка принялась молоть травы в ступке, чтобы из них после заварить чай. Хотелось ли ей? Не очень то, но она все равно поднимается с места и, чуть прихрамывая, доходит до предмета одежды. Это были штаны, без которых тому точно никуда не дойти. Подойдя к двери, девушка посмотрела на свои потрепанные туфли и стоящие рядом теплые сапожки, сваляные из шерсти, а потом обула свою обувь. Не станет она трогать чужих вещей. Взяв с вешалки шаль, в которой она бежала из дворца, открыв дверь, девушка выходит на улицу. Она идет точь в точь по следам, уткнув взгляд в землю, чтобы не столкнуться с взглядом охотника. Уперевшись о камни, принцесса видит кучку чистой одежды прямо близ воды, и кладет поверх штаны, а потом разворачивается, чтобы также тихо уйти. — Если думала, что не замечу, то это большая ошибка! — говорит тот устало и, подтянувшись, придвигается к краю. Он берет девушку за руку и в наглую усаживает на небольшой камень. Обувь с той снимает и ножки в теплую воду опускает, принявшись их массировать. — Если будешь меньше двигаться, то совсем ходить не сможешь… — проговаривает он, а на девушку даже взгляд не поднимает. — Как же тут походишь, если каждый шаг, как будто по осколкам ступаешь? — пробормотала она ворчливо. Наступила минутная пауза. — Почему не рассказал королю правду? — спросила она тихо, будто сама боялась услышать ответ на вопрос. — Слышал о том, как тот обсуждал… — он вздохнул и, отпустив ножки девушки, повернулся спиной к той, сев обратно в емкости. Чуть голову опустив, распустив все-таки волосы, что до этого были собраны в хвост, он продолжил: — Он говорил с кем-то о том что бы отдать тебя работорговцу, от того и решил не говорить, что ты тут! — честно он признался. Всё тело парня было исполосовано, на шее было клеймо с буковкой «р» которым и отмечали еще давно рабов. Похоже, зная какого быть всего лишь вещью на продажу, он и решил спасти девчонку от этой участи. — Значит… вот как он решил поступить, отвергни я его предложение снова… — девушка как-то печально вздыхает. — Я даже не удивлена. Как только я немного оправлюсь — сразу же уйду. Не хочу, чтобы из-за меня у вас были проблемы. Но и бежать дальше с такими ногами долго не смогу, — она скользит взглядом по чужой спине, замечая клеймо. — На крайний случай, всегда успею вернуться домой… если еще есть куда. — Говорят, будет война. Лилит завтра отправиться в столицу. Не стоит высовываться. Угодья сейчас самое безопасное из всех мест… в обоих королевствах, — все также спокойно тот говорит и опирается спиной о бортик. Он задевает девичьи ножки, от чего вновь вперед поддается чуть сгорбившись. На лице того выступает легкий румянец, но благо его можно было свалить на то, что была зима. — Ты чего? — она удивленно на него посмотрела от того, как тот дернулся. — Вода слишком горячая? — девушка наклоняется вперед, чтобы потрогать воду, но наворачивается и падает носом вперед. Нахлебавшись воды, пытаясь поймать дно ногами, та наконец выныривает. — Вот… черт… — ругается принцесса. Тот успевает подхватить девушку, ведь реального трупа им явно не нужно было. Однако понимая, что вот он сейчас мало того что с девушкой в ванной одной, так еще и в таком виде, смутился больше прежнего и взгляд отвел. — В… возьмешь мои вещи, иначе заболеешь… — тихо тот произносит, однако сам того не понимая даже не отпускает ее, будто боится, что та снова воды наглотается или еще чего. — Да я нормально. — посмеялась Одри, выплевывая лишнюю воду. — Зато искупалась, — похоже, ее это радовало. Впервые за какое-то время она смеялась с того, что ей действительно смешно. В этот момент вспомнились купания с павлинами и улыбка с лица слезла. — Ладно… это, пойду я. Отпустишь? Или я так и буду в воде болтаться? Я не против конечно, но не думаю, что купания сейчас мне так полезны. — Д… да, извини, — также тихо и даже смущенно тот произносит и, подхватив блондинку за талию, помогает вылезти ей, а сам спиной к той отворачивается мол «я не смотрю». — Передашь Лилит, что я не буду ужинать сегодня? Хочу сразу пойти спать. Завтра много работы… — уже сдержаннее он произносит, уткнувшись взглядом в воду. — А мы так старались… — немного печально произнесла девушка, обмотавшись шалью. Не отбирать же у человека одежду, в конце концов. Даже если сам предложил. — Знаешь, никогда сама не готовила. Несколько блинов подгорело, но я все равно довольна… впрочем… — она не стала слишком настаивать, просто пошла в дом. Сам придет, если пожелает.