Предназначение. Кровь ангела 3. Часть 1

Нигар ехал в машине, беззаботно уставившись в окно, и уже почти не вспоминая прошедшую ночь. Глупые человеческие шлюшки выполнили свою роль, дав ему возможность сбросить напряжение и выплеснуть скопившиеся в душе раздражение и злость. Подружки Аленсы оказались настолько легко доступны, что ангелу даже не пришлось долго их разогревать. Эмма отдалась сразу, едва они переступили порог чьей-то спальни. Блондинка оказалась достаточно опытной, так что оставалось лишь вовремя зажимать ей рот, чтобы избежать криков и не всполошить всё общежитие. Когда девушка упала без сил, Нигар переключился на её подружку — Каталину. Эта хоть и висла на нём больше всех, но всё же, после первого, болезненного для человека, проникновения ангела, перепугалась и запросила пощады. Визжала так, что едва не спугнула Люсию, притулившуюся на краешке кровати и дожидавшуюся своей очереди. Нигару не нравилось, что он вынужден отвлекаться на эту маленькую куколку, чтобы контролировать её сознание и не давать уйти. Лучше бы конечно, и вовсе обойтись без этой пигалицы, но Нигар чувствовал, что двух прелестниц ему не хватит, чтобы достичь разрядки, и при этом их не угробить. Потому, доведя Каталину до полного изнеможения, он ворвался в узкое лоно Люсии, игнорируя предварительные ласки, и просто остервенело вдалбливался в неё до тех пор, пока её крики и стоны просачивались сквозь пальцы, плотно зажимающие ей рот. Когда же девушка стала хрипеть, Нигар, наконец, насытился, щедро затопив её семенем, после чего блаженно откинулся на подушки. Полежав так пару минут, он начал одеваться. Девушки не шевелились. Все три были без сознания. Пока они не впали в кому, Нигар обошёл каждую, всыпав им в рот по порошку. Средство, хоть и дорогое, но действенное. Ангелы редко им пользовались, предпочитая просто забывать о жертве своей «любви», не заботясь о том, что с ней будет дальше. Раньше Нигар поступал так же, пока не вычитал в одном из трудов Армисаэля рецепт некоего вещества, которое способствует быстрой регенерации организма у человека после соития с ангелом. Это вещество было очень сложным в составлении, требовало редких ингредиентов и допускалось к применению лишь раз, а при повторном использовании оказывалось смертельным. Естественно Нигар не обошёл вниманием новое зелье, и при первом же удобном случае проверил его действие на очередной шлюхе. Как выяснилось, чудодейственным средство не было, но оно гарантированно сохраняло жизнь человечке, если, конечно, там ещё оставалось, что сохранять. Учитывая достаточно разгульный образ жизни Нигара, который, как впрочем, и все другие Падшие, редко отказывался от настойчиво предлагающих себя женщин, он взял в привычку таскать несколько порошков всегда с собой, никогда не зная, где они могут пригодиться. Сегодня он истратил весь стратегический запас и потому вздохнул, с тоской подумав о том, что опять придётся торчать полночи в лаборатории, чтобы изготовить новое зелье. И вообще, ему всё это порядком надоело. Эти хилые визгливые человечки, эта пародия на секс, когда даже отымев трёх чувствуешь себя неудовлетворённым. Однажды попробовав близость с настоящей ангелиной, хоть София и была нефилимом, Нигар уже не хотел возиться с людьми. Но что делать, если все самки в клане шарахались от него, как от грязного демона, и бледнели от страха, лишь услышав его имя? Ждать, что какая-нибудь выберет его и предложит свою нежность и любовь — было смешно. А заставлять самку, или даже навязывать ей собственную персону, считалось равнозначным изнасилованию и строго каралось. Удерживать самку у себя против её желания так же запрещалось под страхом смерти. Они выбирали сами. Всегда. И сами решали, с кем проводить ночи. Уж не с Поющим Карликом, который питается душами и убивает ангелов крохотной каплей яда — это точно! Одно то, что Нигар не мог даже поцеловать свою партнёршу, говорило само за себя. Ядовитые железы располагались прямо под языком, и одной крупицы их смертельного яда было достаточно, чтобы мгновенно уничтожить Архангела, не то что простого Падшего. Никто, правда, не знал, что для того, чтобы убить, Нигару необходимо прежде активировать железы, разбудить их, или обернуться змеёй. Той самой, что когда-то укусила Касиэру, отправив богиню на свидание с Люцифером. Даже её сила и магия не справились тогда с ядом Адского Жнеца. Касиэра сражалась долго, но и она, в конце концов, сдалась в руки смерти. Самое удивительное, что исследуя собственный яд, Нигар так и не смог ни определить, ни повторить его состав. Вещества, из которых он состоял, просто не идентифицировались ни с одним известным веществом ни на Земле, ни в Раю, ни в Аду. Как Люциферу удалось заложить в сына подобную характеристику было непонятным. Нигар много экспериментировал со своими способностями, в том числе и с ядом, и понял, что в минуты, когда его захлёстывают сильные эмоции, он не всегда способен контролировать железы, а значит, может убить сам того не желая. После того, как умерли три подряд человеческие самки, он запретил себе целовать женщину в минуты близости. С тех пор строго придерживался этого табу…

***

Нигар удобно устроился на сиденье своего новенького внедорожника, беспечно рассматривая мелькавшие за окном деревья. Погода стояла на редкость тёплая. Ярко светило ласковое солнышко, слабый ветерок лениво гнал по голубому небу пушистые белые облака. Ирон уверенно вёл машину, явно торопясь поскорее вернуться домой, сложив с себя обязанности водителя и «опекуна» Аленсы. Человечка за всё время пути не сказала ни слова, лишь хмурилась, показательно отвернувшись к окну. Нигар внезапно поймал себя на мысли, что её мрачное настроение приносит ему странное удовлетворение. После того, что он услышал вчера про Белла, внутри словно что-то перевернулось. Захотелось причинить человечке ответную боль. Особенно после того, как он увидел, как дороги ей подружки. Как они тепло общаются друг с другом, смеются, вспоминают общие приключения. Аленса была с ними такой открытой, непосредственной, милой… Тогда Нигар почувствовал себя лишним. Ненужным. Чужим… Он в который раз ощутил в душе так опостылевшие ему за все эти столетия холод и пустоту. Захотелось вырвать Аленсу из этого круга, утащить прочь, спрятать, запереть… Чтобы она не смела так заразительно смеяться, шутить, так тепло улыбаться… другим… Не ему… Чёртовы человечки нагло украли у него робкую веру в то, что Аленса в нём нуждается, что он нужен ей, что не безразличен. Наверное, Нигар и решился развлечься с её подружками, только для того, чтобы доказать, что они недостойны её внимания. Что они, как и все её сородичи, глупые, беспринципные, пустые. Они не защитят её в случае беды, не помогут, не утешат, потому что не могут помочь даже себе. Они жалкие и беспомощные, такие же, как и она сама… Что ж, теперь дурной человечке есть о чём подумать. Особенно сейчас, когда Нигару больше не хочется её опекать. И вообще ничего уже не хочется. Пусть Аленса ищет защиты у Белла, если он так ей нравится, а Нигар лучше подберёт себе достойную самку среди ангелов. Ту, с которой будет легко найти общий язык и не придётся водить за ручку. Да, он теперь знает, что скажет на следующем Сборе. Ещё не было случая, чтобы Нигар не добился своего, добьётся своего и сейчас! У него будет самка! А заодно и Белл получит то, что так давно желает — свою Натаниэль. И пусть тогда Аленса поймёт, кому она здесь нужна, — мрачно заключил про себя Нигар, мысленно дав обещание забыть о человечке раз и навсегда.

***

Едва машина въехала в посёлок, Нигар, не долго думая, переместился прямо к крыльцу собственного дома, оставив Ирону дальнейшие заботы о человечке и его новой машине. — А-а… Нигар… Он исчез! — ахнула Аленса, не сумев сдержать ошеломлённого возгласа, когда место, где тот сидел, внезапно опустело. Ирон лишь усмехнулся, пожав плечами. — Нигар много чего умеет, — просто заметил он, наслаждаясь смятением девушки. — Странно, что он вообще так долго с нами ехал. На его месте я бы давно сбежал. — Почему? — Аленса нахмурилась, уловив в голосе Младшего отголосок иронии. — Запах, — неожиданно выдал Ирон, многозначительно сморщившись. — Запах? — Аленса невольно побледнела, вспомнив слова Арниэля о том, что она воняет. — Ну, да, запах, — Ирон утвердительно кивнул. — Твои подружки вылили на себя столько духов, что можно задохнуться. Вот Нигар и не выдержал, побежал смывать с себя эту вонь. — Очень хорошие были духи, — Аленса упрямо насупилась. — Дорогие. — Угу, воняли, как свиная моча, — хмыкнул Ирон, скривившись. — Как вы люди вообще можете «удобрять» себя подобной мерзостью? Неужели, и правда, нравится? — он взглянул на Аленсу в зеркало, и от его взгляда девушку обдало холодом. — Если люди такие невыносимые, зачем вы вообще с нами общаетесь? — не выдержав, огрызнулась она. — У вас есть свои девушки, вот бы и красовались перед ними, лопаясь от самодовольства! — Наши девушки не так доступны, как человечки, — Ирон язвительно скривил губы. — Зачем же отказываться от того, что само плывёт тебе в руки? — А я думаю, дело тут совсем в другом! — И в чём же? — взгляд ангела стал насмешливым. — В том, что у вас просто нет совести! — отрезала Аленса, окончательно выходя из себя. — И вообще, вас на Землю никто не звал! Сидели бы себе на своём облаке, или где там вам положено, и не лезли к нам! А то возомнили себя невесть кем! — По-моему, это ты слишком о себе возомнила, — тон Ирона заледенел. — Нигар правильно определил — ты дурная. Разве тебя не предупреждали, что с ангелами нельзя говорить в подобном тоне? Что за этим последует наказание? — Вы только угрожать и умеете, — Аленса вновь побледнела, но остановиться уже не могла. Так хотелось высказать этим зарвавшимся существам всё, что она о них думает. — Люди для вас букашки, не достойные внимания, но это не мешает вам пользоваться всеми благами, изобретёнными человечеством! Интернет, телефон, телевидение! Да вот, хотя бы машина эта! Это люди, между прочим, создали, пока вы сидели тут и раздувались от гордыни! Что вы сами-то изобрели? Чем помогли планете? Чем заслужили особое к себе отношение? Да вы даже рубашки себе сшить не в состоянии! Тоже мне — хозяева жизни! Пользуйтесь тем, что вы сильнее — вот, и вся ваша мораль! Но и сила тоже не ваша заслуга! И дана она вам была не для того, чтобы вредить людям. Наоборот! Вы должны были нас защищать, помогать, поддерживать, разве не так?! — Не так, — не смотря на воинственный пыл девушки, Ирон остался почти спокоен. — Ты ничего не знаешь об ангелах, чтобы судить, — холодным тоном продолжил он. — К тому же путаешь Светлых и Падших. — А чем вы отличаетесь? — фыркнула Аленса, не собираясь сдаваться. — Тем, что предали своих собратьев и сбежали на Землю? И теперь портите жизнь людям? — Мы не сбежали, — взгляд Ирона потемнел. — И не предавали никого. Высших не так много, и почти все мы родились на Земле, поэтому у нас такое же право жить на этой планете, как и у вас. Это — первое. Что касается «благ человечества», то и здесь ты ошибаешься. Люди — лишь рабочая сила, способная воспроизводить нужные технологии. Сами же разработки вовсе не ваша заслуга. Вы бы до сих пор в шкуры одевались, если бы не мы. И если бы не разработки Ада, с которым торгуют ваши олигархи. — Ада? — Аленса раскрыла рот, не сумев скрыть потрясения. — Этого не может быть! — Люди порядочные, говоришь? — Ирон криво усмехнулся. — А то, что ваше правительство продаёт Аду души — это нормально? То, что ради обогащения развязываются войны, а ради власти отправляются в преисподнюю целые народы — это высокоморально? Вы — люди, живёте такой незначительный срок, но успеваете так нагадить на своей планете, так замарать душу, что нам — Падшим и не снилось. Конечно, мы тоже не эталон добродетели, но у нас есть чёткие законы, которые мы неукоснительно исполняем. Я понимаю, почему ты разозлилась — тебе дороги подруги, и ты за них переживаешь, но не торопись судить о том, о чём не имеешь представления, Аленса. Повторяю: с твоими подружками ничего не случилось. Нигар не убивает шлюх. — Они не шлюхи! — всхлипнула Аленса, упрямо поджав губы. — Они — шлюхи, — спокойно повторил Ирон, оставаясь серьёзным. — Тебе обидно это слышать, но это так. Ещё сто, или двести лет назад, мораль людей была куда выше, и нам приходилось искать доступных женщин по борделям, платить им, осторожничать. Теперь ваши женщины не ценят себя и сами вешаются на шею. Они давно переступили границы дозволенного и предпочли плотские удовольствия, внутренней чистоте и добродетели. И если ты попытаешься быть честной сама с собой, то признаешь, что твои подруги — шлюхи, которые буквально напрашивались на то, чтобы их отымели. — Просто вы на них воздействовали!.. — Аленса, мы очень редко трогаем девственниц и замужних дам, — Ирон устало вздохнул, покачав головой. — И насилие у нас запрещено. Твоих подруг никто бы не тронул, если бы они сами не захотели. — Они… — Аленса лихорадочно искала слова возражения, но не находила. — Они просто повелись на вашу красоту! — Это ничего не меняет, — Ирон вновь качнул головой. — И не делает их чище. Вряд ли мужчины, с которыми спали твои подружки до этого, были неотразимыми. Но это их не остановило. Значит, дело не в красоте и не в наших чарах. Дело в них самих, Аленса, пойми. — Всё равно это… Это не честно! — буркнула Аленса, растирая по щекам набежавшие слёзы, потому что больше не смогла подобрать ни одного аргумента в защиту дорогих ей людей. — Мой тебе совет: перестань об этом думать, — помолчав, тихо бросил Ирон. — И ещё… Держись подальше от Беллора… Даже не вспоминай о нём, если хочешь остаться в живых… — При чём здесь Беллор? — недоумённо вскинулась Аленса, но Ирон не ответил. Он вообще больше не произнёс ни слова. Просто высадил девушку у её дома и тут же уехал.

***

Нигар не стал долго медлить и, как правильно определил Ирон, сразу отправился в душ. И только тщательно вымывшись и переодевшись в чистую одежду, он облегчённо вздохнул. Дома никого не было. Арниэль, судя по всему, находился в школе, куда его с утра отвела София. На кухне ждал обед, чем Нигар тут же воспользовался, ощутив зверский голод после прошедшей бурной ночи. Только основательно подкрепившись, Нигар позволил себе расслабиться и подумать о предстоящих делах. Стоило решить, что предпринять в первую очередь: поговорить с братом, или отправиться сразу к Тадиэлю. Предвкушение того, что у него есть отличная возможность потрепать Жрецу нервы, заставило ангела улыбнуться и сделать выбор в его пользу. Не долго думая, Нигар переместился прямо к дверям скрытого в лесу бункера. — Нигар? — стоявший у входа Фармиэль, один из Младших, прислуживающих Жрецу в бункере, настороженно поднял голову, заметив внезапно воплотившуюся тень среди деревьев. — Тадиэль здесь? — не ответив, сразу спросил Нигар, приняв полностью беззаботный вид. — Здесь, но он занят, — ответил ангел, заметно напрягшись. — Чем? — Проводит занятие с Эрикой. — Вот как? — Нигар на мгновенье задумался. — А кто её привёл? Сандал? — Нет, Натаниэль. — Давно? — Уже пару часов занимаются. — Ладно, я подожду, — кивнул Нигар, после минутного размышления. — Передай Тадиэлю, как освободится, чтобы не уходил. Я вернусь через час. — Хорошо, — Младший ангел покорно кивнул, и незаметно облегчённо выдохнул, когда Нигар исчез. Чтобы скоротать с пользой появившееся время, Нигар телепортировался на берег моря. Это было холодное море, с пустынными пляжами, широкими бухтами, закрытыми со всех сторон серыми скалами, заселёнными одними лишь чайками. Забытое, продуваемое всеми ветрами место, где почти невозможно было встретить человека на сто миль вокруг. Нигар любил приходить сюда, когда слишком уставал от общества, или хотел подумать в одиночестве, не отвлекаясь на вечно снующих туда сюда за окном ангелов, или на патруль, бдительно отслеживающий каждый его шаг. В жизни в общине было немало плюсов, но и минусов тоже. Первые несколько лет Нигар даже спать не мог спокойно, пробуждаясь от каждого шороха за окном, и морщась при любом резком звуке, долетавшим от соседних домов. Привыкший к отшельничеству в своей пещере, ангел с трудом адаптировался в новой реальности, медленно подстраиваясь и меняя укоренившиеся привычки. Он перестал рассуждать вслух, читать дни напролёт, забыл, что такое поддерживать в порядке жилище, чтобы сохранить крупицы созданного им комфорта. В его новом доме всё было доступно и удобно. Тепло и вода не требовали больше никаких вложений и усилий. Продукты в магазине продавали отменного качества, всегда в достатке, так что заботиться особенно было не о чем — живи и наслаждайся. В этом был несомненный плюс. Нигару нравился и новый дом, и расслабляющий комфорт, и то, что Белл всегда рядом. Даже к маленькому Арниэлю Нигар привязался, хоть и раздражал его малец иногда не по детски. Но и к этому ангел мало по малу привыкал, учась не обращать внимания на неизбежные трудности. Большим минусом новой жизни оказался тот самый контроль, под который Нигар попал сразу же, как только поселился в общине. Первое время ангел мирился с этим, понимая, что заслужить доверие Падших, да даже самого Белла будет нелегко. Репутация Поющего Карлика бежала впереди него, не оставляя ни малейшего шанса на реабилитацию. Падшие шарахались от него, как от чумы, бледнели, заикались, даже не здоровались. Некоторые подчёркнуто игнорировали, старались не замечать, словно он был для них пустым местом. Патруль круглосуточно вился над его домом и провожал, куда бы Нигар не направился. Даже сегодня, едва покинув душ, Нигар ощутил присутствие одного из патрульных у себя над головой. И это не смотря на то, что испытательный срок был снят, и Нигар теперь являлся полноправным членом общины. К тому же Высшим, который в праве ни перед кем не отчитываться. Об этом Нигар и хотел поговорить с братом, потому что даже его терпение уже подходило к концу. Встретиться с Беллом придётся, а пока… Пока Нигар отложил неприятную тему подальше и, глубоко вдыхая чистый, наполненный солоноватой свежестью воздух, медленно стал раздеваться. Не спеша снял куртку, рубашку, скинул штаны и обувь и немного побродил голыми ступнями по ледяному, чуть влажному песку. Потом, нерешительно распахнул крылья и долго изучал их, рассматривая со всех сторон. Закончив тщательный осмотр, неловко взмахнул ими один раз, другой. Остановился, набрал в лёгкие побольше воздуха, и, поймав порыв ветра, заработал крыльями в полную силу. Его оторвало от земли и потащило к воде, швыряя из стороны в сторону, словно сорванный с ветки осенний лист. Потом подхватило воздушным потоком, подняло над землёй и закружило, ввергая в штопор. Нигар запаниковал, пытаясь выровнять полёт, но ветер вертел им как игрушкой, не давая возможности сориентироваться и перевести дух. Крылья не слушались, а Нигар не представлял, как ими управлять. Врождённое, как у обычных ангелов, чувство полёта давно атрофировалось, исчезнув за ненадобностью, и теперь Нигар был подобен едва оперившемуся птенцу, неожиданно выпавшему из гнезда. Он хаотично бил крыльями, и тем только ухудшал своё положение, превращая полёт в череду экстремальных цирковых трюков. В конце концов, ангел рухнул в ледяную воду, подняв тучу брызг и хлебнув солёной влаги. Хорошо хоть успел сложить крылья прежде, чем они вымокли. На берег ангел выбрался мокрый, несчастный и счастливый одновременно. Счастливый от того, что впервые смог полететь, а несчастный потому, что понимал: управлять крыльями в одиночку он не научится. Не спасёт даже, если прикрывшись невидимостью, удастся понаблюдать за другими ангелами. Во-первых, в небе за ними не понаблюдаешь, а во-вторых, всё равно не поймёшь, как они определяют правильный воздушный поток. Как взлетают, приземляются и всё в том же духе. И всё же, не смотря на постигшее его полное фиаско, лицо Нигара сияло полубезумной блаженной улыбкой, а в глазах горел сумасшедший, торжествующий огонь. В голове билась только одна мысль: Теперь он — Ангел! Настоящий Ангел, а не уродец, заслуживающий обидного прозвища — Карлик! И он может летать… Летать!!!.. Нигар закрыл глаза, наслаждаясь бурлящим в крови адреналином и бешеным стуком сердца, отдававшимся где-то в висках. Счастье переполняло его. Ещё сегодня утром он не смел и надеяться… Боялся нового разочарования, и потому не бросился сразу испытывать крылья, после того, как заметил в них изменения. Не разрешил себе строить иллюзий, остужая разгорячённый мозг холодными реалиями. Рассуждениями о том, что ему просто показалось и крылья не так уж и сильно выросли. Что даже, если и подросли немного, то этого всё равно окажется мало, чтобы взлететь. Нигар даже представил себе картину, где он, на виду у всей общины, гордо разворачивает крылья и, словно безмозглая курица, машет ими, глотая поднявшуюся пыль, и тщетно пытаясь взлететь. Не в силах удержаться, чтобы убедиться окончательно, что первая попытка не была лишь простым совпадением, а его полёт — шуткой разыгравшегося ветра, Нигар повторно распахнул крылья и уверенно сделал несколько полных взмахов. Как и в первый раз его оторвало от земли, подняло на несколько метров, и потащило вслед за ветром в сторону воды. Ангел сделал ещё несколько взмахов, поднялся выше, но как не пытался задать направление полёта, так и не смог. Крылья без труда поднимали его, но что делать дальше Нигар не знал. Он работал заплечными мышцами, пытался сориентироваться, последовательно шевеля маховыми перьями, но всё заканчивалось дёргаными поворотами, и нелепыми кульбитами. Даже приземлиться Нигар не мог. Пришлось складывать крылья, чтобы вновь позорно плюхнуться в воду. Впрочем, Нигара и это больше не огорчало. Пока он, отфыркиваясь от солёных капель, выбирался на берег, в голове уже привычно созрел план. Поэтому, не теряя зря времени, он быстро оделся и телепортировался прямо к дому Табриса. Не дожидаясь, пока его заметят патрульные, ангел не стал стучать, бесцеремонно шагнув в дом. — Нигар? — Табрис, казалось, даже не удивился наглому вторжению соседа на свою территорию. — Что-то случилось? — встревоженно спросил он. — Где София? — коротко поинтересовался Нигар, проходя в гостиную. — Ушла в школу, забрать Арниэля… — Ты один? — Нигар огляделся, даже принюхался. — Один, — подтвердил Табрис, нахмурившись. — Что случилось? — повторил он вопрос, заметив, как его гость напряжён. — Ты сказал, что готов исполнить всё, о чём я тебя попрошу, — убедившись, что в доме больше никого нет, Нигар поднял голову и взглянул прямо в глаза Падшему. — Что готов отдать мне свою жизнь, если она понадобится… — Тебе нужна моя жизнь? — всё ещё спокойно поинтересовался Табрис, чуть заметно побледнев. — Хорошо, — он кивнул. — Я не отказываюсь. Если нужна — забирай, Нигар. — Не нужна. Но я заберу её сразу же, если ты разболтаешь, или хотя бы намекнёшь кому-то о том, о чём я тебя попрошу. Софии это тоже касается. — Я Никогда Тебя Не Предам, — выделив каждое слово, невозмутимо произнёс Табрис, твёрдо глядя в глаза собеседнику. — И не трать время на то, чтобы мне угрожать, Нигар. Просто скажи, что тебе нужно, и я сделаю всё, чего бы это ни стоило. — И всё же, я предпочитаю честно предупредить о том, что будет, если ты меня разочаруешь, Табрис, — не обратив внимания на его реплику, сухо продолжил Нигар. — Если проговоришься, я тебя убью. А твоя душа не попадёт даже в Ад — я её просто раздавлю. Как крысу. Сапогом. Запомнил? — Конечно, — и опять Табрис остался невозмутим. — Если тебе так спокойней, то можешь считать, что я проникся и дрожу от страха… Теперь говори, наконец, чего ты хочешь. — Ты научишь меня летать, — помолчав, негромко бросил Нигар, наблюдая, как невольно вытягивается лицо Падшего. — Прости, я ослышался?.. — после долгого напряжённого молчания, переспросил Табрис. — Ты сказал — летать? — Ты не ослышался, — кивнул Нигар, распуская крылья. — Они поднимают меня в воздух, но я не умею ими управлять, — пояснил он после паузы. — Дети осваивают это с пелёнок, ими руководит инстинкт. Мой инстинкт давно себя изжил, Табрис. Теперь мне нужен учитель. Чтобы объяснил, показал каждое движение, каждый нюанс. Научил распознавать ветер и ориентироваться в его потоках. — Но почему ты раньше… — начал было Табрис, но запнулся, натолкнувшись на заледеневший взгляд собеседника. — Ты прав — не моё дело, — быстро поправился он, подходя и пристально рассматривая крылья Нигара. — Все ведущие перья полностью сформированы, — удовлетворённо кивнул он. — Ты позволишь? — спросил, и тут же его рука опустилась на спину Нигара, прощупывая суставы. — Немного слабоваты плечевые мышцы, но это поправимо. Тренировка быстро их укрепит… Попробуй взмахнуть крыльями… Нигар послушался, сделав широкий взмах. Его опять поволокло в сторону. — Правое крыло сильнее, отсюда и перекос, — хмыкнул Табрис, комментируя свои наблюдения. — Теперь постарайся обездвижить плечи и поработать только нижними перьями… Сразу всеми… Нет, не напрягай плечи, опусти их. Вот так… Получается. Значит посадка тоже получится, правда, не сразу. Работы предстоит много, но если ты готов… — Мне спешить не куда, — перебил Нигар, складывая крылья. — А ты готов, Табрис? — Да. Но для этого нужно несколько условий. — Каких? — Во-первых, нужно придумать, где тренироваться так, чтобы никто не узнал. — Об этом не заботься. — Ещё нужно не попадаться на глаза патрульным. Если они слишком часто будут видеть нас вместе, это привлечет ненужное внимание. — Не волнуйся, они не увидят, — Нигар криво усмехнулся. — Что-то ещё? — Да, Нигар, — тон Табриса стал немного вызывающим. — Ещё мне нужно твоё доверие. Ничего не выйдет, если ты, по-прежнему, будешь воспринимать меня, как и остальных Падших… Как своего врага… — А чем ты лучше, Табрис? — замечание Табриса Нигара даже не смутило, лишь заставило немного скривиться. — Ничем. Но ты можешь сделать исключение хотя бы на время тренировок, и перестать быть Поющим Карликом, оставшись только Нигардиэлем? — Считаешь, это необходимо? — Нигар фыркнул. — Да. Считаю, без доверия, у нас ничего не получится. — Что ж, я подумаю, — помолчав, Нигар неохотно кивнул. — Начнём завтра, Табрис. Я приду за тобой сразу после того, как отправлю Арниэля в школу. Будь готов. — Я буду, — подтвердил Падший, наблюдая, как Нигар быстро тает в воздухе, исчезая прямо на глазах.