—Можем продолжить, но не на улице.

—Энн! Молодец, хорошо потрудились сегодня. Можешь идти отдыхать, — с радостью сказал Эллиот, —и да, завтра у тебя тоже выходной, слишком много работы вредно для тебя. —Хорошо! Спасибо. — Энн немного грустно, ведь чем меньше она работает, тем меньше прогресса, но отдыхать тоже нужно, поэтому она смирилась. На улице царит лето. Энн обожала эту погоду, ведь можно не укутываться в тысячу одежек, лишь бы не замерзнуть. За окном ярко слепит солнце, невозможно жарко. Мастерица хотела пойти прогуляться, но в такую жару это будет опасно для ее здоровья, поэтому она решила что лучше дождаться вечера, когда будет более прохладно, дабы не схватить солнечный удар. А пока, она направилась в свою комнату, чтобы почитать любимые книги. Девушка любила читать о сахарных изделиях, особенно она это полюбила, когда потеряла свои способности делать сахарные сладости. С момента потери прошло уже около трех месяцев, и у нее уже были большие успехи. Она много работала и трудилась, как пчелка, и поэтому она так быстро обучалась. Шалля не было в мастерской уже около двух недель. Он уехал «по делам», и сказал что вернется примерно через месяц. Энн скучала по нему. Ей было грустно без его шуток, без ее краснеющих щечек от его слов. Она сказала ему, что будет с нетерпением его ждать. *** Как оказалось, Шаллю удалось решить свои дела раньше, поэтому вечером он уже был в мастерской Пейджа. Как только он загнал лошадь, сразу же направился в комнату Энн, дабы увидеть ее. Все время, пока она отдыхала, она думала о нем. Да и все время, пока он был в отъезде, она всегда желала его увидеть. Даже при создании сахарных сладостей, она загадывала поскорее его увидеть, ведь сахарные сладости приносят удачу. И вот, ее удача стоит у порога. —Эй, Энн. Девушка обернулась, и ее глаза засверкали. Она спрыгнула с кровати и побежала к нему в объятия. —Шалль! Наконец-то ты вернулся! С возвращением. А почему так рано? —Я закончил свои дела быстрее, чем думал. Я скучал. Энн мягко и искренне ему улыбнулась. Уже вечерело, а значит можно выйти на улицу и прогуляться. Одной идти не вариант, поэтому она пригласила Шалля, на что он согласился. *** Девушка побежала к небольшому полю. Ей хотелось посидеть там и полюбоваться ночным пейзажем. Шалль медленно следовал за ней. Ему было интересно наблюдать за Энн. С того момента, как они встретились, ему только и хотелось смотреть на нее. Казалось бы, чем примечательна жизнь сахарного мастера? Обычного мастера, возможно, ничем, но этой, вроде как простой, но сильной духом девочки очень интересна. При малейшем касании она сразу же мило краснела. А если ей прошептать какую нибудь незначительную пошлость на ушко, то она сходила с ума. То, как она делала прекрасные работы, то, как она справлялась со всеми трудностями заставляло его холодное сердце биться чаще. Он был холоден ко всем, до этой маленькой девочки, она изменила его взгляд на мир от и до. С каждым днем ему хотелось все больше и больше времени находится с ней рядом. Энн с улыбкой до ушей сидела на небольшом поле, думая обо всем, чем только можно. Она счастлива, что ее друзья и ее возлюбленный с ней. Шалль присел к ней рядышком, и хотел с ней о чем нибудь поговорить. Именно в этот момент Энн не смущалась, не краснела. Она хотела высказать свою благодарность ему за все и показать свои чувства. Уже было совсем поздно. Она подумала, что наверное нечего стесняться. Ведь если она скажет ему пару добрых слов, мир не рухнет, а ему будет приятно. Ночь ее раскрепощала. —Шалль… Знаешь, так приятно. Ночь, мы с тобой вместе и никто нам не мешает. Мне приятно, что я могу провести с тобой время, —ей все же немного неловко так без колебаний говорить свои чувства, поэтому ее щеки немного покраснели, — спасибо тебе за все, что ты сделал для меня. Без тебя бы я ничего не добилась. Я люблю тебя. — Мне радостно, что ты так сейчас открыто говоришь об этом. Спасибо что перевернула мой мир в лучшую сторону. — он немного улыбнулся. Его лицо прекрасно. Энн посмотрела вверх, на небо. Там светились маленькие звездочки, они были похожи на мерцание его крыла. Вспомнив о нем, она немного повернулась и протянула свою руку к его крылу. Энн проводила по крылу своими тоненькими пальчиками, обводя все узоры. Он вздохнул, показывая свое удовольствие. Под луной его крыло мерцало иначе, чем днем. Оно было нежно голубым, белые узоры ярко переливались серебром. Природа фей удивительна. —Твои крылья как небо… Такие прекрасные. Ты у меня с ночью ассоциируешься, прохладный и красивый, но в душе тепло, — она говорила все что придет в голову. Шалль молчал и улыбался. Ему нравилась та смущающаяся Энн, которая краснеет от всего, но также ему нравилась эта открытая Энн. От нее веяло уютом и теплом. Он потянулся к ней, кладя руку на ее шею. Фей мягко коснулся ее губ. Энн немного опешила и покраснела от такой внезапности, но начала отвечать ему тем же. Шалль начал углублять поцелуй, добавляя язык. Ее губы были теплыми, Шалль чувствовал какие они мягкие. Прикосновение к ней ощущалось пушистым и мягким. Чувствовалась вся его настойчивость, но он старался целовать ее как можно нежнее, дабы не спугнуть. Губы немели и воздух заканчивался, поэтому он немного отстранился и продолжил дорожку поцелуев от щеки к шее. Шалль впился в ее тонкую бледную шею и оставил там маленький засос. Энн, почувствовав это, сразу же покраснела. Все таки, ее натура оставалась такой же, краснеть в ее репертуаре. А ему это нравилось. Для большего эффекта он прошептал ей на ухо: —Можем продолжить, но не на улице.