Наруто: Холодный Ветер Конохи

Торговая улица в целом была невелика по масштабам, но здесь находилось множество различных магазинов: небольшие овощные и продуктовые, цветочный, бар, ресторан барбекю, ювелирный, магазин одежды, оружейный, баня и даже небольшой игровой дом. Канпу остановился возле бани, моргая своими невинными большими глазками, и ему всё казалось, что чей-то голос в голове зовет его зайти. «Может ли это быть скрытое ниндзюцу Джирайи, одного из легендарных саннинов?» Юный Гекко собирался лишь глянуть одним глазком, но, к своему огромному сожалению, беспомощно обнаружил, что, для полной заинтересованности, похоже... еще не развился где надо. «Ну и ладно, просто подождите моего фантастического развития, а затем я попробую еще раз!» Канпу с трудом ушёл от бань и направился в ресторан. И каково же было его удивление, когда он прочитал название на вывеске. «Ресторан Гекко? Это место принадлежит клану Гекко? Почему я не слышал, чтобы отец и мать упоминали об этом?» Паренёк заглянул внутрь. Интерьер заведения оказался как в самом обычном ресторанчике. Слева у стены стоял ряд маленьких столиков на четыре человека, справа – длинная барная стойка, а слева от бара – ряд стульев. Поскольку время приближалось к полудню, там уже сидело довольно много гостей. С правой стороны бара находятся несколько занятых сотрудников, одетых в униформу. Они действовали очень профессионально в время приготовления всевозможных изысканных блюд для гостей. Канпу подошёл поближе и посмотрел на стойку. Здесь есть суши, оден, барбекю, а также пиво и саке. Все виды вкусов и запахов переплелись воедино, из-за чего жадные черви в желудке вылезли наружу. В конце концов, из-за кое-кого пареньку приходится каждый приём пищи есть только домашние онигири. Юный Гекко засунул руку в карман, но там не было ничего, кроме связки ключей. «Конечно же, пусто». Печальный вздох вырвался сам по себе. — Канпу-тян, что ты здесь делаешь? – внезапно сзади раздался знакомый голос. Гекко не нужно было оглядываться, чтобы понять, что это была его мать, Кейко. — Я хочу есть, – он указал на ресторан, не оборачиваясь. — Так нельзя, Хаяте все еще ждет нас дома, так что давай быстрее вернемся, – Кейко схватила сына за руку и с силой увела прочь. Канпу немного неохотно отвел глаза от заветного места и спросил: — Почему этот ресторан носит название Гекко? — Потому что он принадлежит клану Гекко, – Кейко произнесла это так, как будто данная информация была известна и малому ребёнку. — Значит, мне не нужно платить за еду, чтобы поесть там? – глаза Канпу загорелись в предвкушении. — Конечно же, ты должен платить за еду! – Кейко очень серьёзно начала объяснять важную вещь, – доход от ресторана будет распределяться среди одиноких стариков и сирот в клане. Если Канпу-тян не заплатит за еду, не принесёт ли это вред членам клана? Сын призадумался. — Тогда мы можем просто построить больше ресторанов. Чем больше денег они принесут, тем больше денег я смогу позволить себе на еду. Кейко позабавили «невинные» слова её ребёнка. — Канпу-тян, в деревне по меньшей мере 30 ресторанов, и конкуренция очень жёсткая. Поэтому очень сложно открыть больше наших ресторанов, понимаешь? Паренёк надулся. «Почему это прозвучало так, будто бы я мелкий сопляк, который ничего не знает о жизни?» Хоть Канпу никогда не занимался бизнесом, но в своей прошлой жизни часто ходил в эти японские, корейские и китайские ресторанчики быстрого питания. Он мог бы позаимствовать оттуда некоторый опыт управления, а блюда некоторых кухонь определенно смогут повысить конкурентоспособность ресторана Гекко! Жаль, что в глазах окружающих он все ещё ребенок, а его отца, который является главой клана, нет рядом. Итак, даже если его слова правдивы и логичны, ясно дело, что его никто не послушает. В конце концов, ресторан связан с жизненно важными благами одиноких стариков и детей клана и не терпит беспечности. — Канпу-тян, прежде чем идти домой, каа-сан купит немного еды, – проходя мимо небольшого овощного рынка, Кейко остановилась. При виде этого глаза юного Гекко загорелись. «Наконец-то мне не придётся есть одни онигири!» Вернувшись домой и сняв обувь, Канпу услышал торопливые шаги, доносящиеся из гостиной. — Старший брат, ты вернулся! – босоногий Хаяте со вспотевшим лбом подбежал поприветствовать кузена, держа тренировочный меч в руке. Утром Хаяте перелез через забор, чтобы найти брата для тренировки кендзюцу, но обнаружил, что того нет. Поэтому всё это время он тренировался один на заднем дворе. — Младший брат, разве я не напоминал тебе не перенапрягаться? Глядя на пот на лице мелкого, Канпу ощутил себя беспомощным. «Знал бы ты, во что превратятся твои лёгкие в будущем из-за этого». Услышав недовольство старшего брата, мелкий смутился. — Забудь об этом, ты не поймешь, даже если я постараюсь объяснить тебе. В любом случае, помни, что в дальнейшем тебе обязательно придется отдыхать каждый день, понимаешь? – торжественно сказал Канпу. Хаяте утвердительно кивнул, но затем отрицательно покачал головой и громко сказал: — Нет, старший брат, сегодня днем мы будем тренировать кендзюцу! «Этот сумасшедший малолетний трудоголик!» Канпу беспомощно вздохнул. Он не знал, что дядя Сейсеки прививает своему сыну любовь к кендзюцу каждый день, заставляя того усердно заниматься в столь юном возрасте. С другой стороны, когда Узумаки Наруто было шесть лет, он не тренировал что-то серьёзное, тем более каждый день. Он вообще ничем не занимался. Но когда вырос, разве Узумаки не стал спасителем мира в целом и деревни в частности? Хаяте заметил, что Канпу игнорирует его, и настойчиво повторил: — Старший брат, давай потренируем кендзюцу сегодня днем! — Да, да, тренируйся, – кузен был раздражен, поэтому ответил весьма небрежно. — Старший брат, а давай сегодня вечером вместе потренируем кендзюцу! – мелкий очень взволнованно и радостно ожидал совместное занятие. — Хаяте, почему тебе так нравится тренировать кендзюцу? – пробормотал Канпу, прикрывая лоб ладонью. – Я хочу унаследовать кендзюцу стиля Конохи и прославить наш клан во всём мире шиноби! – громкий ответ последовал незамедлительно, а лицо младшего кузена сияло, как новенький отполированный кунай, – старший брат, давай сделаем все возможное вместе! — Да, да… – сын главы клана почесал затылок. «Если вспомнить Хаяте в аниме, помимо его слабого здоровья, его речь и монотонная работа создавали у людей ощущение некоторой лености. Но почему сейчас ты такой прилежный и энергичный, ведь ты Хаяте – тот же Хаяте из аниме, только младше? Какая головная боль». Через некоторое время Кейко вернулась из магазина и пошла на кухню готовить роскошный обед. Во время еды она начала говорить: — Канпу-тян, не уходи никуда днем и поиграй с Хаяте дома, понял? — Да. — Ночевать Хаяте будет в твоей комнате. Завтра утром я отвезу вас в академию. Отныне ты будешь отвечать за то, чтобы отводить младшего брата в школу и обратно, понял? Из-за этой войны с Суной больница Конохи также отправила немало ниндзя-медиков на передовую, поэтому персонала в госпитале не хватало, и Кейко, естественно, была занята работой. Ей было трудно вырваться. — Я понял, – её сын почувствовал себя беспомощным и слегка раздражённым, поскольку знал, что теперь будет исполнять роль няньки. Канпу взглянул на Хаяте, тот уже почти закончил есть. Вспомнив просьбу о совместном обучении кендзюцу, старший Гекко поспешно бросил посуду и палочки для еды и убежал в свою спальню, заперев раздвижную дверь. Стоило только повернуть защёлку, как в следующий миг раздался стук и послышался крик Хаяте. — Старший брат, давай тренировать кендзюцу вместе! старший брат, давай тренировать кендзюцу вместе... Канпу растянулся на футоне, чувствуя сонливость. «Хотя Хаяте очень шумный, будет очень здорово заснуть под этот методичный и размеренный звук. Ты надеешься прервать мой послеобеденный сон этим? Не смеши меня!» Веки Канпу отяжелели, и он медленно погрузился в пучину сна.