Наруто: Холодный Ветер Конохи

– Эй, Канпу-кун, я не видел тебя с начала летних каникул. Ты, кажется, стал выше, – Котецу подошел и сел прямо рядом с другом, чтобы сравнить рост. Он провёл рукой над головами и сказал с улыбкой, – но ты все еще не такой высокий, как я, ха-ха! – Это потому, что мой рост зависит от длины моих ног относительно тела, – небрежно ответил Гекко. «Вот вроде это был и первый раз, когда я разговаривал с Хагане Котецу в этом теле, но ощущение давнего знакомства невозможно стереть». – Что ты имеешь в виду? – островолосый был немного сбит с толку. – Он сказал, что у тебя короткие ноги, – Камизуки Изумо подошел и помог поддразнить друга на пару с одноклассником. – Что?! – Котецу немедленно вскочил, – ерунда, у меня ноги растут ниже груди! Канпу-кун, смотри, смотри! Они определенно длиннее твоих! Гекко бросил взгляд и уклончиво что-то промычал. Котецу стиснул зубы, когда увидел это: – Ты такой злой! – Гав-гав, гав-гав-гав! Внезапно Ширамару, нинкен Цукасы, сидящий у неё на руках, рявкнул на попаданца. – Нет, Ширамару, нельзя! Разве ты не узнаёшь Канпу-куна? Инузука Цукаса – маленькая девочка с двумя растрёпанными косичками и с красной боевой раскраской форме клыков на щеках. Всё это делало её довольно милой. – Уии-уи, – нинкен жалобно заскулил, как будто ему самому было интересно, почему он так сорвался на знакомого человека. – Цукаса-чан, Ширамару так медленно растёт. Собака моего соседа выросла до колена взрослого мужчины за год. Твой щенок, похоже, за тот же год ни капельки не изменился, – Ирука наклонил голову. – Гав-гав! – щенок дважды гавкнул в знак протеста. – Поскольку Ширамару – нинкен, цикл его роста намного медленнее, чем у обычных щенков. Канпу поднял голову и взглянул на белого щенка с коричневыми пятнами в руках Цукасы. В его глазах мелькнуло удивление. «Кажется, он почувствовал перемену в моей душе, как и ожидалось от Нинкена клана Инузука». После того, как он заменил настоящего Гекко Канпу, его поведение и речь также также претерпели изменения. Другим людям, включая его родителей, эти различия не показались бы слишком странными. В конце концов, парнишка все еще ребенок, а дети наиболее восприимчивы к внешним изменяющим факторам. Поэтому, пока Канпу сам не признается, другие никогда не подумают, что это тело «одержимо» другой душой. Но вот собак изменения в поведении человека заставляют чувствовать небольшой дискомфорт и некое отрицание. Остаётся надеяться, что эти неудобства скоро исчезнут. – Ребят, мы можем поговорить об этом позже? – Анко не смогла удержаться и пожаловалась, – давайте сначала поговорим о пикнике после школы. И Канпу, и Ирука не хотят идти! И что с этим делать? Гекко пожал плечами. – В этом году мой кузен пошёл в Академию, и мне нужно отводить его домой после занятий. Так что сейчас у меня действительно нет времени. – У меня тоже есть кое-какие дела дома, – Ирука поднял руки в защитном жесте, беря пример с друга. Котецу и Изумо переглянулись, а затем сказали в унисон: – Анко-чан, нам тоже нужно кое-что сделать. – Эй, и вы туда же?! – Цукаса надулась, держа Ширамару на руках. Всё же она девочка, которая любит десерты. Восхищение к данго Инузука не питала, но ей очень нравился суп из красной фасоли. Анко беспомощно вздохнула и упадническим голосом недовольно сказала: – Поскольку вам всем есть чем заняться, то сегодняшний пикник придётся отменить. Канпу, Ирука, Котецу и Изумо переглянулись, мысленно довольно усмехнувшись. – Однако, поскольку сегодня ничего не получится, давайте соберёмся завтра! – Митараши мечтательно закатила глаза, – давай пойдём на пикник завтра после занятий! – Согласна! – Гав! – Цукаса и Ширамару радостно воскликнули. – ... Канпу и остальные мальчишки посмотрели друг на друга в полном смятении. «Эта Анко слишком настойчивая, вам так не кажется?» Как раз в тот момент, когда парни собирались начать протестовать, вошёл Кадзима Исаму, классный руководитель восьмого класса. Исаму чуть за двадцать, у него средний рост, обычное лицо. Носит протектор Конохи на лбу. Он шиноби гражданского происхождения, но унаследовавший Волю Огня и не боящийся трудностей или усталости. Кадзима – один из лучших чунинов в Конохе (по мнению самого Кадзимы). – Итак, ребята, мы снова встретились. У вас хорошо прошли летние каникулы? – Исаму скрестил руки на груди с улыбкой на лице, а затем сказал, не дожидаясь ответа учеников, – независимо от того, хорошо ли вы провели лето или нет, наступил новый семестр, так что все должны взять себя в руки и начать усердно заниматься. – Да… – ученики вяло реагировали на слова учителя. – Почему такая бездушная реакция? – Кадзима возмутился, – вы забыли свои мечты, которые принесли с собой, поступая в академию? Кажется, нужно вам напомнить! – учитель начал перекличку, – Фута Итодзи. – Здесь! – Итодзи был немного толстоват, но, когда услышал, что учитель назвал его имя, то немедленно встал по стойке смирно. – Громко и чётко скажи свою самую заветную мечту! – крикнул классный руководитель с суровым выражением лица. – … – Итодзи был немного смущен и прошептал, – ну, сенсей, моя мечта – стать самым крутым шеф-поваром. Исаму «добросердечный-учитель» Кадзима глупо моргнул. – Понял, садись. Тогда, Митараши Анко! – Сенсей, я мечтаю есть данго, суп из красной фасоли и пасту из красной фасоли каждый день, а также... – девочка вскочила с места, начала загибать пальцы один за другим, пока перечисляла свои мечты. – Хорошо-хорошо-хорошо, Анко-чан, садись! Лоб Исаму «уже-не-очень-добросердечного-учителя» Кадзимы слегка запульсировал, он огляделся. – Гекко Канпу, а как насчет тебя? Мальчик встал и решительно сказал: – Хочу быть самым незаметным человеком в мире, медленно и не спеша развивая свои навыки. – ...пфф! – Ха-ха-ха! – Во Канпу-кун рассмешил! Ученики буквально легли на столы, прикрывая рты, и смеялись. Уголки рта Исаму начали нервно подёргиваться. – Канпу-кун, твоя предыдущая мечта… разве не было твоей предыдущей мечтой унаследовать кендзюцу стиля Конохи и стать превосходным джонином? – Серьёзно? – мальчик начал вспоминать и понял, что когда предыдущий владелец тела впервые пришёл в академию, то действительно сказал что-то такое во время знакомства. Эта сцена казалась немного постыдной и глупой теперь, когда это тело принадлежало ему. Юный Гекко обиженно сказал: – Сенсей, в прошлом году я был всего лишь шестилетним ребенком, который ничего не смыслил в жизни. Как вы можете воспринимать слова ребенка всерьез? – Я... – Исаму открыл рот, чтобы что-то ответить, вот только слова этого ученика имели смысл, поэтому Кадзима не смог их опровергнуть. – Садись. Исаму «как-вы-меня-все-задолбали» Кадзима посмотрел на Ируку, сидящего рядом с Канпу. – Ирука-кун, а твоя мечта? Тот встал, выпрямив спину, и громко на весь класс произнёс: – Сенсей, я мечтаю стать отличным шиноби и защищать нашу деревню и её жителей! – Хорошие слова! Исаму «теперь-можно-умереть-счастливым» Кадзима расплылся в довольной улыбке: «Конечно же, Ирука-кун меня никогда не подводил». Исаму тут же энергично хлопнул в ладоши и громко поставил Умино в пример: – Ученики, вы все должны учиться у Ируки-куна. Не забывайте о своём первоначальном намерении при поступлении в Академию. Поскольку вы решили стать шиноби, то должны пройти через все испытания и невзгоды! С какими бы трудностями вы ни столкнулись, каждый должен твёрдо и смело следовать за своей мечтой! Воодушевлённая речь наконец-то разожгла страсть в сердцах этих детей, и каждый из них захлопал в ладоши с горящими глазами. Исаму улыбнулся, протянул вперёд ладонь, и аплодисменты немедленно стихли. – Ребята, чтобы проверить, не ленились ли вы на летних каникулах, все собираемся на тренировочной площадке за Академией через десять минут и готовимся к тестированию. – Ааа, не надо! – Ненавижу это! – Какой смысл, если после лета почти все получат не зачёт? – Я просто надеюсь, что буду не самым отсталым. Канпу-кун, рассчитываю на тебя! Ученики жаловались один за другим, и кто-то из них повернул голову, выжидающе посмотрев на Гекко. Лицо Канпу на мгновение застыло, а затем он пришел в ярость. «Что за черт! Этот парень нарывается? Это потому, что ты не хочешь быть номером один с конца и хочешь спихнуть туда меня? Мы же были одноклассниками в течение целого года! Неужели лодка дружбы внезапно пошатнулась из-за такой мелочи, как учёба?»