Сердце против разума

Мир на 80% состоит из людей, которые имеют причуды и всего 20 оставшихся родились без сверхспособностей. Однако, болезнь ханахаки касается любого мирно живущего человека. Это заболевание, которое может убить человека, ведь не все же чувства оказываются взаимными. Ханахаки проявляется тогда, когда ты испытываешь тёплые чувства к человеку и хотел бы отдать ему своё сердце, выражается тем, что в лёгких начинают распускаться любимые цветы возлюбленного. Это больно. Мучительно больно, когда ростки проявляются внутри, а после распускаются и выходят с помощью кашля из организма вместе с кровью. Лечение от такого конечно же есть, не каждый второй погибает из-за любви. Если чувства оказываются взаимны, то выходят лишь оставшиеся бутоны и больше нестерпимой боли будто никогда и не было. Но что делать тем, кого не принимают? Тут два варианта: ты отказываешься от чувств и проходишь процедуру, но после неё не сможешь ни влюбиться, ни ощутить истинного счастья, второй же способ — ты умираешь. Малый процент готов умереть из-за любви к человеку, но такой всё же есть. Люди задыхаются и больше не могут отхаркивать прекрасные лепестки, которые напоминают о человеке, которому подарили всего себя и лёгкие обрастают полностью цветами. Джун Оота никогда бы не подумала, что способна испытывать что-то к тому, кто раздражает каждого второго и кого боится каждый первый. Девушка студентка академии U.A. с факультета поддержки. На фестивале она из-за слишком энергичной Мэй познакомилась с парой ребят из класса 1-А. Те, кто учился на героя — поражали Джун. Их храбрость, старания и мышление. То, чего нет у молодой особы, поэтому, она решила, что хочет поддерживать героев. В этот день она впервые лично увидела Бакуго Кацуки. Прямолинейный, упрямый и шумный мальчишка, который не вызвал в ней раздражения или же агрессии, как в других учениках. Блондин как раз-таки поражал её больше всего. Он уверенно говорил, что станет первым, он не стеснялся это заявить каждому, ведь каждый после этого будет смотреть на него и видеть его развитие или же падение (хотя с его характером, про падения здесь и речи быть не может). И как бы грубо и смело он не заявлял, а на него не злились другие студенты, брюнетка в его словах будто бы увидела мотивацию. Он будто бросает вызов каждому и подталкивает их подниматься выше, а те неосознанно это делают, лишь бы спихнуть с «верхушки» Бакуго. Остальные стремятся к большему, чтобы свергнуть его и тренируются, стараются и чуть ли не убиваются ради того, чтобы стать лучше и обогнать юношу, не думая, что он вбросил эту мотивацию. Сперва было простое восхищение этим белокурым юношей с рубиновыми глазами. То, как он ловок, при своём бандитском характере — умён и невероятно силён. Джун после фестиваля хорошо сдружилась с Миной Ашидо. Видимо энергичные и позитивные люди для неё как магнит, при том, что сама девушка спокойная, рассудительная и просто миленькая. Она не любитель выделяться из толпы, но из-за общения с Миной, а следом и с другими ребятами геройского класса её знали многие. «Та которая с выпендрёжным классом дружит» — говорили о ней. Золотоглазая игнорировала, хотя было обидно и не так за себя, как за этих ребят, которые из кожи вон лезут, ради того, чтобы достичь собственных целей. Разве герои и не должны быть такими? Так откуда столько яда в сторону класса Айзавы-сенсея? Именно из-за Ашидо Джун познакомилась лично с Кацуки, но тот явно не был воодушевлён очередным знакомством со слабой девчонкой, которая постоянно прячется и лишь фыркнул в её сторону. Тогда-то за девушку заступился Киришима, утверждая, что мужчина должен быть мягок и снисходителен к девушкам, но блондин на слова друга закатил глаза. И таким образом Оота сближалась с ребятами, обсуждала героев, ходила за покупками с розоволосой, пока всех не переселили в общежитие. -Ты со своим классом так не общаешься, как с этими отбросами. — высказался один из одноклассников Джун и показывая девушке явное недовольство сложившейся ситуацией. -Я поддерживаю начинающих героев и общение с ними помогает мне понять куда больше, что им необходимо, чем просто стоять в сторонке. — сжав кулаки всё же решилась спустя столько времени ответить Оота. -Так, а что сама не поступила на героя? — фыркнул юноша. -Я не столь храбрая и сильная, чтобы годиться в герои, однако, я восхищаюсь ими и хочу помогать. Поэтому, класс поддержки — то, что мне нужно, чтобы снабжать начинающий героев тем, что им потребуется для победы. — говорит молодая особа и сглатывает, поскольку даже отстоять своё мнение напряжно, поэтому она не любит выделяться и её устраивает роль серой мышки. -Знаешь, может… — начал было чуть ли не сквозь зубы цедить парень, но оказался перебит: -Может ты хлебальник заткнёшь? — раздался хрипловатый голос за спиной Джун и та, повернув голову увидела подходящего к ней Кацуки. -А ты защитник что ли? — усмехнулся одноклассник брюнетки, тем самым выводя Бакуго из себя, но не тут-то было. -Я учусь на героя, конечно, я буду защищать, идиот. — победно ухмыльнулся красноглазый. Парень, который начал весь этот сыр бор цыкнул и развернувшись ушёл прочь, сжимая кулаки и скрежетал зубами от нахальства недо-героя. Джун стояла на месте и смотря вдаль моргала, не произнося ни слова. -Как мямля стоишь и не можешь дать отпор всяким придуркам. — фыркнул Кацуки и двинулся дальше вперёд. -Бакуго-кун, спасибо. — выходя из прострации поблагодарила девушка и поклонилась. Он же проигнорировал слова золотоглазой и так не развернувшись продолжил свой путь. Молодая особа покраснела. Она удивлена тем, что он не «взорвался», не наорал и даже не назвал человека «отбросом». Кацуки был спокоен и помог ей, что вызывала приятную и тёплую волну внутри. Не похоже на юношу. После этого она начала чаще смотреть на блондина. Если вдруг были неполадки с его геройским костюмом — именно она их исправляла, полностью изучив конструкцию деталей. В какой-то момент без Мины подошла к Бакуго и поинтересовалась, не хотел бы он что-то добавить или усилить по поводу костюма. Спустя короткое время он и сам начал проходя в коридоре мимо поднимать ей руку в знаке приветствия. Возникало ощущение, будто пропасть между ними сокращается. Близится Рождество. Уже прошла куча времени со знакомства с классом 1-А. Ашидо настолько гиперактивна и общительна, что любого человека разговорит. Почему-то Оота с этими ребятами намного легче. В них нет злости и каких-то негативных эмоций. Они настолько сплочены, что выглядят как семья, а у неё же в классе каждый сам за себя. Общается лишь с Хатцуме и розоволосая порой из-за этой дружбы может ввалиться к Джун в комнату посреди ночи показывая очередное изобретение. Да, между них двоих — Мэй преуспевает в количестве созданных гаджетов, однако, Оота если один раз накосячит — второго не будет, поскольку её память помогает ей сразу понять ошибку и устранить её. Если они работают вдвоём, то создают что-то прочное, действенное и качественное. Джун сидит в гостиной общежития класса Айзавы. Пинки пригласила её в гости собраться всеми девочками. Сперва брюнетка отказывалась, но долго противостоять подруге не получается, особенно когда она смотрит тебе в глаза своими глубокими чёрными с золотой радужкой и широкой улыбкой. Яойрозу заварила один из английских привезённых из дома чаёв, а Урарака на пару с Асуи приготовили (не без помощи Сато) кексы. Джун сидит на диване между девочкой невидимкой и Ашидо, слушая различные истории девушек из учёбы или же стажировки. Оота смеётся, улыбка на лице шире, чем была вообще когда-либо. Уравити уточняет детали по поводу своего геройского костюма и Джун с лёгкостью объясняет, что можно сделать, как исправить и чем дополнить. Неожиданно лёгкие начали гореть. Гостья делает пару вдохов и хватается за горло. Больно, дискомфортно и металлический привкус появляется на губах. Золотоглазая спускается с дивана на колени и задыхается в приступе кашля. Рядом в момент оказалась розоволосая и Момо придерживая девушку. -Воды, быстрее! — придерживая за плечи Джун даёт указания зам старосты и кто-то из девчонок сию же секунду рванул на кухню. Брюнетка задыхается и старается уже откашлять то, что мешает дыхательным путям. Ощущение, будто сейчас разорвёт на части и слёзы скатываются по щекам обжигая кожу. И вот, чуть ли не отхаркнув все внутренности из девушки выходят лепестки бегонии вперемешку с кровью. Дыхание рваное, горло саднит и голос наверняка теперь охрипший, однако, дышать стало куда легче. -Оота-чан…? — зовёт гостью Яоймомо и создав платок протягивает его ей, но та не реагирует. Нет-нет-нет-нет-нет. Только не это. Почему это случилось? Почему именно она? Серая мышка, на которую и так никто не глянет, а тут она влюбилась в того, чьё сердце под тысячью замков? Осознание происходящего больно бьёт по вискам и хочется закричать от боли, но на этот раз не физической. -Я… — хрипло начала говорить Джун. -Я в порядке. — кивает она и поднимает голову смотря на всех обеспокоенных её состоянием девушек. -Просто сердце пошло против разума. — усмехается и натянуто улыбается. За это время, хоть как-то, на характер немного начал менять. Как говориться: «с кем поведёшься, от того и наберёшься». И вот, она с каждого, с кем близко общается взяла по маленькой частичке соединяя всё это в себе. Что-то от энергичной Мины, мелькают некоторые привычки мужественного Эйджиро, порой, что-то проявляется от милого Серо или же весёлого Каминари, а иногда проявляется часть от агрессивного Бакуго, что поражает даже саму девушку. -И в кого же ты влюбилась, ква? — на прямую спрашивает Тсую прикладывая указательный палец к подбородку. Джун поджимает губы и ей помогают подняться на ноги. Тору, которая бегала за стаканом воды протягивает его гостье, и та кивком благодарит, высушивая его залпом. Протирает платком кровь с подбородка и замечает на сиреневой футболке алые пятна. Крутит в голове, стоит говорить или нет? Хотя, что ей уже терять? --Ну, как вам сказать… — облизывая нервно губы и оглядываясь, чтобы рядом никого из мальчишек не оказалось. -Знаете, оказывается взрывокиллер тоже любит красивые цветы… -БАКУГО?! — взревели все одновременно, поражаясь тому, что в такого парня оказывается и впрямь реально влюбиться и Джун Оота — яркий пример. -Чё надо?! — рявкнул неожиданно Кацуки который, к счастью каждого, только сейчас спустился на первый этаж. -Ничего! — за всех ответила Очако и наблюдала за блондином, который недовольно цыкнул, но принял это и прошёл на кухню. -Как это вообще у тебя получилось? — поворачиваясь к брюнетке тараторит она. -Сама не знаю. — грустно усмехается золотоглазая. -Просто, стоило ему как-то заступиться за меня, как я… Я потерялась. — всхлипнув говорит она. И вот, наступил момент дружеских поддерживающих объятий со всех сторон. Каждая их них не могла ничего предложить. Ханахаки боялись. В каком-то плане, это прекрасно, что внутри распускаются цветы любимого человека, что ты полностью осознаёшь свои чувства к нему, но это губительно. Что же с этим собиралась делать Джун? Умирать она однозначно не намерена. Она хочет видеть всех начинающих героях уже в своих ролях, на работе и в новостях. К тому же, умирать из-за любви к вспыльчивому юноше, который в твою сторону-то не посмотрит? Бред. Чувств лишаться не хотелось бы, но это единственный способ, чтобы спастись. Бакуго Кацуки никогда не посмотрит на такую девушку, как Оота. Вообще, маловероятно что он хоть на одну девушку глянет. Скорее юношу привлекают злодеи, которых можно размазать по стене. Золотоглазая с трудом отказалась от сопровождения Мины. На следующее утро, которое началось на час раньше будильника из-за приступа, молодая особа направилась к Исцеляющей Леди. Джун вышагивает по коридору к нужному кабинету и рассматривает один лепесток у себя на ладони, который сохранила. И вот, какие-то жалкие метры до необходимой двери, как в горле встал ком. -Вот же ж… — с трудом прорычала брюнетка и прижав ладонь ко рту старалась поскорее избавиться от лепестков. -Кашель можно и самостоятельно вылечить, а не бегать постоянно к медикам. — фыркнул мимо проходящий Кацуки. Молодая особа вздрогнула, как только услышала его голос. Дышать стало ещё тяжелее и начала кружиться голова. Неужели даже на простой голос у её организма такая бурная реакция? Что вообще он забыл у Исцеляющей Леди? Джун хочет свалить как можно скорее, но всё вокруг становится расплывчатым, а ноги перестают слушаться. Девушка прижимается спиной к стене и скатывается на пол стараясь при нём сдержать приступ, хотя по ощущениям лепестков стало большое. Бакуго остановился рядом с дверью медсестры и глянул через плечо на золотоглазую, которая чуть ли не сжалась полностью в комочек. Цыкнув, юноша развернулся, подходя к ней. Без спросу подхватывает Ооту на руки и слегка подкинув, чтобы удобнее её взять направился обратно к кабинету. Она покраснела и ощутила, что именно сейчас выйдут цветы из лёгких. Пытается спрыгнуть и вырваться из рук столь бесцеремонного начинающего героя, поскольку ещё немного и точно погибнет, если не от бегонии, то от разрыва сердца. -Не дёргайся! — рычит он, но она не слушается и с трудом спрыгивает с рук красноглазого. Всего мельком глянула в его ярко горящие глаза и отвернулась обратно к стене облокачиваясь руками на неё. И вот, с уст слетают красные лепестки цветов и сгустками кровь. Она долго откашливалась и не видела лица парня, да и не хотелось. Там полное безразличие, а может даже и злость. Чёрт знает, что от него можно ожидать. Кацуки же смотрит, не мигая на лепестки, которые падают в ноги брюнетки и понимает чьи это цветы. Приступ прекратился и воздух начал поступать в лёгкие. Голова ватная, а мир становится ещё более расплывчатым, чем до этого. Хочется рухнуть и больше не подниматься. Желание провалиться сквозь пол усилилось сто крат. Джун поворачивается в сторону блондина и убирает передние пряди волос за уши потупив взгляд в пол. Он же стоит напротив, руки спрятаны в карманы штанов, а выражение лица какое-то спокойное и умиротворённое. Но она не видит. -Прости, Бакуго-кун. — извиняется она и тыльной стороной ладони вытирает капли крови с губ. Лепесток, который она хотела сохранить затерялся где-то с остальными. Теперь ещё и уборка коридора предстоит. Отвлекаясь на мысли об уборке, молодая особа усмехается. -Как ты вообще умудрилась? — хмыкает Кацуки говоря спокойно и это спокойствие с его стороны заставляет девушку поднять голову. -Бессмертной себя ощутила? — смотря ей в глаза задаёт риторический (а может и нет) вопрос. -Само собой вышло. — пожимает она плечами и прикусив нижнюю губу повернула голову в сторону кабинета, из которого вышла старушка. -Оота, ты ко мне? — по-доброму улыбаясь уточняет Исцеляющая Леди, видя на полу кровь и лепестки, парочка из которых вздымалась вверх от слабого ветерка, появившегося из открытого окна. -Я… -Нет, она в порядке. — перебил брюнетку Бакуго и довольно ухмыляясь, оголяя свои клыки смотрит в растерянные золотистые глаза. -Ведь её чувства взаимны. — победная улыбка расползлась по его устам, а взгляд был уверенным. -Ч-что…? — не осознавая до конца ответ блондина полушёпотом переспрашивает Джун. -Дважды повторять не намерен. — хмыкает он и потрепав чёрную, как смоль, макушку обходит молодую особу направляясь к мед сестре, которая улыбнулась шире, ведь заниматься отключением чувств ей нравится меньше всего на свете. -А вот мне нужна снова мазь от ожогов. — объясняет своё прибытие. -А после, как закончишь убирать коридор, можно будет что-нибудь перекусить. Согласна? — смотря через плечо на всё также стоящую в ступоре Джун предлагает Кацуки. -Д-да! — спустя пару секунд тишины покраснев полностью с запинкой крикнула в ответ брюнетка на что он вновь довольно усмехнулся и скрылся за дверью медицинского кабинета.