Незабудки

      В Сумеру неимоверно жарко даже в зимнее время. Спастись от жары можно только в воде, в здании или, например, в тени. Наверное поэтому в тени деревьев недалеко от Святилища Сурастана двое молодых людей… Прятались от палящего солнца. Тихие причмокивания и вздохи вперемешку с громким сбивчивым дыханием явно услышали бы другие люди, если бы они вообще были.       Предвестник, пробравшийся в Святилище, наклонился ближе к низкой фигуре и снял несуразно большую шляпу с чужой головы. Аякс запустил свою руку в чужие мягкие, шелковистые волосы, перебирая их пальцами. Его губы накрыли губы Странника в мягком и нежном поцелуе, горячий язык прошёлся по ним, смачивая их слюной. Юноша оторвался от губ знакомого, чтобы склониться ближе и оставить несколько горячих чувственных поцелуев на шее Странника, непозволительно задержавшись около чужого кадыка. Странник, должно быть, заметил, что поцелуй как-то подзатянулся, судя по тому, как он недовольно закатил глаза и цокнул языком. — Что, более… Закрытого места для своих засосов ты не нашёл?       Несмотря на томяще-сладкое, слегка интимное напряжение, повисшее в воздухе, в его голосе ясно слышалась та же саркастичная нотка, какую можно было в нем уловить почти всегда. Юноша смотрел на Аякса из-под полуприкрытых век, длинные темные реснички слабо подрагивали. В тяжелом взгляде блестело не только раздражение, но и трепет. С волнением от возможности немного подразнить, раззадорить знакомого у Аякса по спине пробежали мурашки. Эти великолепные бледно-голубые глаза всегда напоминали ему своим цветом незабудки. Как-то раз он даже поделился этим с самим Странником, но в ответ получил только его потрясающий заливистый смех. Возможно, он посчитал это все ребяческим и глупым — он часто говорил, что Аякс оправдывает своё имя Предвестника.       Но это так и не заставило Аякса прекратить ассоциировать своего прекрасного знакомого с этими красивейшими цветами. Незабудки были невероятно распространены в Снежной, и каждый раз, когда он видел их, трепещущее сердце учащало свой ритм, а разум полностью захватывал образ Странника и ни о чем другом подумать не получалось даже на мгновение. Не то чтобы Аякс был против, конечно. Ему было в радость думать о знакомом, мечтать об их следующей, скорее всего абсолютно случайной встрече.       С тихим смешком Аякс наконец отпрянул от чужой шеи, случайно громко причмокнув губами. — Прости, сладкий, ничего не могу с собой поделать. Перед тобой просто невозможно устоять… И вообще, я ведь не знаю, когда в следующий раз доведётся тебя увидеть. Хочу насладиться тобой по полной, пока могу. Уверен, ты чувствуешь то же самое.»       О, Аякс точно знал, как же ему добиться желанной реакции. Раззадоривать у него получалось на ура, что он с самодовольством отметил, когда с губ Странника сорвался резкий возмущённый выдох. Внезапно почувствовав крепкую хватку на затылке, юноша был оттянут назад за волосы, слегка выгибаясь в спине. Аякса всегда поражало, что кто-то такой низкий и худой, даже деликатный на вид, обладал столь немыслимой и впечатляющей силой. Силой, несомненно превосходящей его собственную! И это… Это только делало Странника в его глазах более привлекательным, более… Загадочным. — Я же говорил тебе не называть меня «сладким», рыжий.       Слова звучали едва ли громче шепота, однако и раздражение, и доля озлобленности были более, чем различимы в его голосе. Конечно же, Аякс знал, насколько его знакомый — любовник? — ненавидел все, связанное со сладостями, правда так и не узнал почему. Хотя он не раз видел, как Странник с желанием засматривался на какой-нибудь дессертик, только чтобы в итоге ограничиться чересчур горьким чёрным чаем. НоБ знание об этой сильной неприязни только сильнее подогревало соблазн использовать какое-нибудь связанное со сладостями прозвище для него. Было приятно наблюдать, как Странник взводится из-за него. От этого Аякс чувствовал себя… Особенным. — Но тебе это так подходит… Сахарок       Аякс усмехнулся вновь, видя, как поморщился его знакомый, слегка кривя губы. Он точно двигался в правильном направлении, надо было просто не сбавлять обороты. — Что-то не так, Сахарок? А то твои сладкие губки прям-       Уж чего Аякс точно не ожидал, так это что Странник решит его заткнуть. По крайней мере таким образом. С помощью чертового поцелуя. В губы. Разумеется, они уже не впервые целовались, но чтобы Странник сам инициировал поцелуй? Вот это было в новинку. Его губы были холодными и потрескавшимися, слегка шершавыми, видимо из-за его извечной привычки кусать губы во время размышлений. Аякс видел это достаточно часто — его знакомый был незаурядно умён и любил подумать, что сам юноша находил невероятно привлекательным.       Поцелуй не был скромным или нежным — он был грубоватым и глубоким с самого начала. Странник, как оказалось, на удивление хорошо исполнял ведущую роль в поцелуе, он мастерски двигал своими губами, знал, как проводить своим холодным языком по зубам Аякса, по чужим губам, даже по небу.       Аякс закрыл глаза и прильнул ближе к юноше, отвечая на поцелуй. Однако, насколько бы приятен не был этот процесс, парню все равно пришлось разорвать поцелуй. У него давно уже закончился кислород, а Странник все углублял и углублял страстный поцелуй, словно ему дышать и вовсе не нужно. Аякс отстранился, стараясь отдышаться, и поднял взгляд на Странника. У того не было отдышки, он вообще не выглядел так, словно пару минут провёл без капельки кислорода. Почему-то от этой картины у Аякса появилось неприятное ощущение дежавю. Странно, ничего подобного у него раньше точно не было, он бы непременно запомнил. — Вау, а я… и не знал… что ты так… хорошо дыхание… задерживаешь…       Пробормотал он в перерыве между громкой отдышкой, и сразу после ахнул от удивления когда почувствовал холодные шершавые губы на своей шее. Странник двигал своими губами вверх и вниз по чужой шее, по усыпанной бледными веснушками коже. Холодные поцелуи ощущались льдом на разгоряченной шее Аякса, чьё тело горело от внезапного наплыва нежностей от его знакомого. Внезапно, поцелуи прервались быстрым, несильным укусом. С губ юноши неожиданно слетел тихий стон до того, как Аякс вообще успел осознать, что произошло. Его тело, кажется, разгорячилось еще сильнее. — Ну и ну, ты что это, покраснел?       Тон голоса Странника был насмешливо, издевательски нежным, он дразнил ничуть не хуже Аякса. Еще до того, как Предвестник успел ответить, юноша наклонился ближе и оставил короткий, нежный поцелуй на чужой ключице. В следующее мгновение Аякс вновь почувствовал зубы на своей коже, а затем чувственный поцелуй в месте укуса, словно чтобы немного сгладить болезненное покалывание на коже. Странник спускался все ниже и ниже, оттягивая рубашку юноши, чтобы мешающаяся ткань не влезала на пути его страстных поцелуев и укусов. От них тело Аякса разгорячилось и взмокло сильнее, чем после хорошенькой тренировки, а сердце забилось чаще чем в пике самой напряженной битвы. Это внезапное внимание, эти ласки ошеломляли и перегружали сознание парня, вскруживали его голову, но он так и не находил в себе силы остановить Странника. А может просто не хотел, чтобы тот останавливался. Хотел и дальше таять под его поцелуями, под касаниями его холодных рук.       Странник скучал по этому. Скучал так сильно, что сводило пустоту в груди, там, где должно находиться сердце. Скучал по коже Аякса, усыпанной его поцелуями и следами от укусов, которые никто и не увидит кроме них двоих. Это их время, личное, приватное, интимное. Аякс был притягателен, как никогда. В особенности из-за того, что скоро ему вероятно придётся покинуть Сумеру, и у Странника не будет ни шанса увидеть его снова, почувствовать его присутствие, услышать быстрый, ритмичный стук его сердца… Ему было нужно, нет, необходимо получить сейчас столько, сколько он только мог, Аякс был полностью прав когда об этом говорил. Так что он продолжал целовать и прикусывать чужую шею, оставляя заметные следы от зубов и мелкие, но темные пятна засосов.       Неожиданно Странник почувствовал тёплое прикосновение к своему подбородку, грубоватая, шершавая ладонь терлась о его кожу. Чужая рука слегка приподняла его лицо, взгляд пересекся с глазами Аякса. В них так редко можно было увидеть блеск — Странник не видел его с тех пор, как ушёл. С тех пор как исчез из жизни юноши. — Мне нравится видеть твои глаза, знаешь ли… Они так же прекрасны, как цветки незабудок на речном берегу.       Видя эту идиотскую очаровательную улыбку на симпатичном румяном лице Аякса, Странник усмехнулся, слегка покачав головой. Незабудки, хах… Иронично. Иногда он мечтал, чтобы все так и было. Мечтал, чтобы все сложилось по-другому. Чтобы по какой-то странной, загадочной и абсолютно нелогичной причине Аякс действительно его не забыл. Чтобы он не разрушил те отношения, что у них были. Но увы, он на все сто процентов стёр себя, не оставив ни одного воспоминания о себе в сознании Предвестника. Так что эти дурацкие незабудки служили разве что надоедливым, постоянным напоминанием о его ужасной роковой ошибке, о которой он и без того жалел. — Ну да, ты мне уже говорил- Аякс. — Тарталья. Его зовут Аякс, кричит сознание Странника. Аякс, Аякс, Аякс АяксАяксаяксаякс! Странник скучал по тому, как это имя ощущалось на губах, как оно звучало его голосом. Скучал по тому, как мог произносить это имя вслух, шептать между поцелуями, тихо постанывать в ответ на особенно чувственные действия со стороны юноши. Но сейчас, он даже не должен был знать это имя. Не имел привилегии знать его, называть своего любовника — а любовника ли вообще? — по настоящему имени. Эту привилегию он потерял, как и все остальное, что их связывало ранее. — И я тебе уже неоднократно повторял, что это глупость. И к тому же, я терпеть не могу незабудки. Их цветы. Это были их цветы, и даже их Странник потерял. Просто потому что сам был глуп. Потому что Аякс не мог не забыть его. Потому что все никак не мог набраться смелости и рассказать ему обо всем. По крайней мере пока что… Все, что у него сейчас было — мнимая надежда. На то, что Аякс не забудет эту новую его версию. Их новые совместные воспоминания. Их новые отношения, запутанные и странные, но приятные и страстные, как будто бы у Аякса все еще были к нему те же чувства, что и раньше. Как будто бы какая-то часть Аякса сохранила воспоминания о нем, где-то в подсознании.       Как будто бы он все-таки не забыл.