Совсем другая история

      После битвы в Отделе Тайн произошло два важных события: во-первых, министр и его подпевалы наконец-то поверили, что Волди вернулся с того света, то есть из Албании, во-вторых, был оправдан Сириус Блэк, что несомненно являлось гораздо более значимым событием, нежели первое. После своего оправдания Сириус тут же усыновил Гарри и отвёз к себе в семейную хату. В этой дружелюбной хате не менее дружелюбный рабочий персонал в лице одного домовика по имени Кикимер сразу же попытался отравить Поттера за что получил сковородкой по голове от Молли, Летучемышиный сглаз от Джинни и пару отборных матов от Сириуса.       Но в основном всё шло просто замечательно. Гарри наслаждался жизнью, Сириус давал ему советы, как портить жизнь Нюниусу и закадрить девушку. Гарри советы слушал очень внимательно и записывал их в два отдельных дневника. Один назывался — «Как получить люлей от профессора Снегга», второй — «Как влюбить в себя Джинни». Имя Джинни было многократно перечеркнуто и заменяно на более обобщающий вариант — «рыжеволосую Уизли». Рыжеволосых Уизли женского пола на данный момент было всего две, так что Сириусу не составило труда узнать в кого был влюблен его крестник. А вообще, с дневниками у Гарри постоянно случалась путаница. Дело в том, что Сириус давал все советы в перемешку, и младший Поттер не всегда записывал нужный совет в нужный дневник. Вот и получалось, что для порчи жизни Нюниусу, надо было называть его цветочком, а чтобы закадрить Джинни, нужно перекрасить её волосы в розовый и бросить в клетку со львами.       А когда эти дневники нашла сама Джинни, Гарри мог только краснеть на фоне зелёных стен блэковского дома. Впрочем, младшая Уизли особо не расстроилась, согласилась стать его девушкой и даже пообещала помочь Гарри окунуть Снегга головой в унитаз. Поттеру оставалось лишь мысленно благодарить Сириуса за его советы.       Разумеется одними советами на личном фронте и фронте войны со Снеггом Сириус не ограничился. Он начал обучать крестника анимагии. Когда Минерва Макгонагалл увидела Гарри, превращающегося в оленя, она познала всю силу ностальгии, а также приняла тот факт, что Поттер в этом году будет отжигать не хуже своего отца. А это значило, что прийдётся усилить контроль в Хогвартсе в пять раз. И хоть против силы Поттера влипать неприятности это всё равно не сработает, но всё же риск уменьшит.       Советы Сириус давал и касательно Драко Малфоя.       — Гарри, я знал его отца. Мы с ним вместе в тюрьме сиделе. Две недели. Классное было время. Так вот. Эти Малфои страшно боятся трёх вещей: блох, потерять все свои деньги и Дамблдора. Ограбить Грингортс ты не можешь, не дорос пока, Дамблдор — это слишком жестоко, даже для этих блондинов, поэтому натрави на него блох.       Блох брали с анимагической формы Сириус. Благо те размножались на псе быстрее, чем у Волдика сменялось настроение. А настроение у того могло меняться по миллиард раз в день. Гарри сложил их всех в большую банку и подписал «Блохи. Для Малфоев». Проходящий мимо Артур вежливо поинтересовался можно ли отправить эту банку к Люциусу в Азкабан, а то ему небось там одному скучно. Сириус ответил, что компанию Малфою обязательно составят дементоры, а почта в Азкабан не ходит.       Разумеется Сириус не мог не посоветовать Гарри, как вести себя с Дамблдором.       — Сладости не давать, Бузиную палочку не забирать, в Омут Памяти с мостика не прыгать…       — А мостика у Дамблдора нет, — заметил Гарри.       — Будет, — пообещал Сириус.       На следующий день пришёл Альбус, взял Поттера подмышку и вернулся через три дня. Сириус тут же принялся распрашивать Гарри, где тот пропадал пол недели. Оказалось, что он, Дамблдор и Слизнорт, который решил вернуться в школу и захватить Поттеру в свою коллекцию, ловили рыбу. Поймать они, конечно, кроме какого-то пожирателя, которого Лорд послал за Поттером, ничего не поймали, но зато знатно повеселились, избивая того же пожирателя.       В общем каникулы шли просто замечательно и, как и положено всем замечательным вещам на свете, подошли к концу. Сириус, под торжественный марш в исполнение Кикимера, проводил крестника прямо к купе друзьям после чего выпрыгнул через окно в собачьем обличие.       — Крутой у тебя крёстный, Гарри, — восхитился Невилл. — Из окна прыгает.       — Главное, чтобы окно не было из кабинета Дамблдора, — сказал Гарри.       — Потому что высота большая? — спросил Рон.       — Нет. Потому что цена за новое окно большая, — поправил Поттер.       И тут в купе зашёл Драко Малфой, не так давно поведавший не мало ужасных событий. Во-первых, его отца отправили в Азкабан. Люциус, конечно, пытался сбежать, но дементоры были неумолимы. Им не были нужны не деньги, не… на этом список предлагаемой платы за свободу у Малфоя всегда заканчивался. Всё-таки с воображением у него всегда было туго. Во-вторых, Тёмный Лорд оказался не няшкой и поручил ему удивительно сложное задание — убить Дамблдора, а Дамблдор был одной из трёх вещей, которых боялись Малфои. И в-третьих кончился его шампунь для волос, что было самым худшим событием этого лета. Хуже было только то, что его перестали продавать ещё несколько месяцев назад. Прокручивая в голове все эти события Малфой решил отыграться на Поттере…       — Оставим его тут? — спросила Джинни, глядя на бессознательное тело Драко, покрытое прыщами и другими следами от различных проклятий.       — Не думаю, что это хорошая идея, он притягивает слишком много мозгошмыгов, — заметила Полумна. После её слов Драко Малфой был благополучно выброшен в коридор, попадая прямо идущего там Слизнорта.       — Какой отличный бросок! Приглашаю всех вас в клуб Слизней за это! — воскликнул тот. — И этого парня, что побыл отличным метательным снарядом тоже!       Рон, ясно обозначив свою позицию на счёт этого, покрутил пальцем у виска.

***

      Драко гордо шёл к Хогвартсу. Следы от проклятий всё ещё присутствовали на нём, но Малфою было плевать, ведь скоро он убъёт самого Дамблдора, получит почетную грамоту самого лучшего пожирателя от Воландеморта, а также всеобщее признание. От этих мыслей Драко расплылся в идиотской улыбке.       — Дракошечка, миленький мой, ты в порядке? — раздался рядом обеспокоенный голос Нарциссы. — Я тут тебе яд принесла для Дамблдора. Низкокалорийный.       — Мама, не позорь меня, — взвыл Драко. — И как яд может быть низкокалорийный?       — А у нас всё может быть, Дракулечка. И яд низкокалорийный, и Авада Кедавра диетическая. Мир магии, как никак.       Драко вздохнул.       — Ладно давай сюда яд и…       Вдруг, как гриб из-под дождя, из земли вырос Дамблдор. Он внимательно посмотрел на двух Малфоев, которые ясно поняли, что их план пошёл к коту под хвост.       — Знаете, я больше предпочитаю бескалорийный яд, учтите это на будущее, — мягко улыбнулся Альбус.

***

      — Ну, — Нарцисса посмотрела на привязанных к ней Драко и Люциуса. — По крайней мере мы все вместе в Азкабане сидим.       — Лучше бы раздельно, — недовольно пробормотал Драко.       — Может быть истории будем рассказывать, всё равно нечем заняться? — предложила Нарцисса. — И ждать пока Милорд нас отсюда вызволит. Если, конечно, захочет.       — Он не захочет, — уверенно сообщил Люциус. — А если захочет то только для того, чтобы нас уби… то есть запы… эм… наказать. А что до историй, то я могу рассказать, как правильно подкупать членов суда. Запомни это Драко, может ещё пригодиться. И так, сначала надо пойти к судьям…

***

      Речь Альбуса Дамблдора в этом году была несколько… иной. Во-первых, он сказал, что ему нравится бескалорийный яд и попросил всех, кто попытается его отравить, травить его именно таким ядом. Во-вторых, он пел песни про школу из-за чего большую часть учеников и некоторых учителей пришлось уводить в больничное крыло. Ну кто же виноват, у Альбуса совсем нет слуха? А в-третьих, он забыл рассказать о новом учителе, что было очень странно, впрочем не странее, чем сам этот новый учитель, пожирающий огромный ананас и одетый в футболку с портретом Поттера. А что касается самого Поттера, то тот знал точно, что директор задумал какой-то розыгрыш, который обязательно подпортит всем нервы. И Гарри собирался его остановить. Сейчас же.