Мышка.

Декабрь 86й. Елку в этом новом декабре никто не хотел ставить. Она по идиотски уронила штырь от ее ствола за громадный шифоньер в своей комнате, и достать обратно уже не смогла. Отец 31го числа работал на заводе в ночную смену и не горел особым желанием подменяться с кем-то, чтобы побыть с семьей. Мать.. С ней была отдельная песня. Девочка случайно съела несколько кусочков нарезки колбасы, приготовленной на импровизированное "застолье", и она закатила громадный скандал на эту тему. Просто представьте, вам двенадцать лет, вы всей душой желаете посмотреть вечером голубой огонек, получить свои долгожданные подарки и погулять с друзьями во дворе где-то вечером. Так она и делала обычно, когда отец был с ними в этот праздничный день. Но сегодня... Девочка стояла у двери в комнату брата. Мать - это мерзкое существо, лежало сгорбленным кулем на его кровати и ревело как стадо коров. Она умела отлично симулировать приступы астмы или же больного сердца. Целый театр скрывался в этой женщине. Поняв что дочь не реагирует как ей надо, она ещё сильнее завыла. Было слишком мерзко смотреть на это. Вы не подумайте ничего лишнего, она ее любила и продолжала любить любой, даже такой отталкивающей. Но в тот день, вечер и последующую ночь, мать предпочла забыть про младшего ребенка и провести время в компании водки с шампанским и в обнимку с тазиком. На ее робкую фразу - прости меня, жалкую попытку помириться, девочка услышала слишком ироничный ответ - иди нахуй, а потом ещё добавилась просьба съебать к папаше ебанату. Ну...Ладно. Слезы уже не шли. Их просто не было после ухода брата в сентябре. Тогда полтора месяца она часто пропускала школу, каждый вечер бежала на почту, в надежде получить письмо от Кости. Девочка закрыла дверь и ушла на кухню. Подумала о том, что нужно приготовить селедку под шубой. Точнее доделать что-то из того хаоса разбросанных вещей , которые оставила ее мать, пока орала про то, какая ее дочь неблагодарная свинья, не ценящая заработанных денег. Порывшись в самодельной книге рецептов, она нашла нужный и ближайшие два часа превратились в тихие ругательства, порез на пальце и слава всем возможным богам- готовый салат. Звонок в прихожей. На секунду робкий огонек надежды того, что пришёл отец. Неужели смог отпроситься? Быстро вытерев руки, она сняла фартук и натянув улыбку, подбежала к двери. За ней стояло ходячее сплошное разочарование, свалившееся на ей голову после того переломного момента в сентябре - Марат. Мальчик был одет в парку старшего брата - Вовы. Это было видно по тому, каким мешком она висела на нем. Именно эта черта объединяла их. Оба носили вещи своих любимых близких. -Чего тебе? - она не скрывая раздражения, спросила у Марата. -Че сразу чего тебе, я может культурный стал, гулять первый зову. - активно, словно трактор, начал отвечать мальчик. -Некогда мне.. - и пьяный неразборчивый возглас матери из гостиной стал своеобразной точкой, дающей возможность не объяснять причину ее занятости. Марат внимательно вгляделся в глаза девочки. Подметил опухшие веки и покрасневшие белки. На секунду загляделся в ее яркие зелёные глаза с увеличенными зрачками. Всклокоченные волосы, явно в спешке убранные в пучок, указательный палец левой руки неумело перевязан, а так же стойкий запах алкоголя в квартире чувствовался ещё у входной двери. -Собирайся, ко мне пойдем. - Последнее слово было сказано явно с тем намеком, что отказы он не примет, а силой вытащит, точнее выпнет на улицу. -Хорошо.. - и сказать ей больше нечего было. Лишь внутри, в душе волнами расходилась благодарность неожиданной удаче. Шансу сбежать хоть на вечер из этого кошмара. Она даже париться особо не стала насчёт сборов, просто выключила свет по всей квартире, оставила записку про салат, и натянув куртку с шапкой и шарфом, вышла почти бегом из злочастной квартиры. Марат молча наблюдал за тем, как девочка закрывала дверь и плотнее укутывалась в шарф. - Давно она так? - спросил он, стараясь скрыть свое беспокойство. -Как Костя уехал. - резко и тихо прозвучал ответ. Молчание и неловкость, царившие между ними, говорили о том, что они знали про друг друга больше, чем должны были. Кто знает, познакомились бы они, если не их братья? Кто знает.. Марат пропустил девочку вперед по узкой тропке. Горели фонари и наверху, далеко в космосе мерцала большая путеводная звезда. Под ногами привычно поскрипывал снег, а руки мерзли в карманах. Он смотрел на старенькую куртку девочки, на ее ботинки, явно не подходящие к этой погоде. Она шла молча. Скорее всего сильно мерзла, но не говорила ничего. Абсолютно ничего. Но одно он знал точно - она была благодарна ему за этот поздний визит, спасший ее от пьяной матери и испорченного нового года. Остановившись у подъезда своего дома, Марат развернул ее за плечо к себе. Подождал пока та взглянет на него. -Не молчи больше о таком. -Постараюсь...

***

Ноябрь 89й. Криков не было. Была злая, разрывающая на все живое и неживое пустота. Мать разумеется ревела, бегала по их с братом комнате. Рылась в шкафу, выкидывая напрочь все ее вещи, находила футболки сына с рок группами, надевала их, растягивая ещё сильнее. Она выла не переставая, разрывала ящики стола, находя его альбомы с рисунками, листала их, капая слезами прямо на листы бумаги. Девушка наблюдала за всем этим хаосом с нескрываемым безразличием. Поведение столь нелюбимой матушки казалось ей настолько показушным, что хотелось встать посередине комнаты и начать аплодировать. Либо на крайний случай выколоть глаза, что разумеется было бы верхом идиотизма. Молча, она собрала свои вещи в ранец, и форму с учебниками уже в другой походный рюкзак. Не слыша странных возгласов матери, эмоциональную окраску которых невозможно было описать, вышла в коридор, набрала номер Марата. Трубку подняла его мама, чудеснейшая женщина. Девушка неразборчиво пробормотала ей про то, что ей срочно нужен Марат, иначе всему на свете конец и быстро положила трубку. Пока мать матом орала в очередной раз про тупую неблагодарную дочь, девушка быстро оделась, прихватив куртку брата, откопанную на чердаке дачи и недожидаясь того, пока демон вывалится в коридор, захлопнула дверь квартиры. Услышав тяжёлый топот на нижних этажах, она с облегчением выдохнула. Из ослабевших рук выпал рюкзак, и она медленно осела на пол. Запыхавшийся Марат подскочил к ней и помог смягчить приземление. Сев рядом, он взял в руки ее выпавшие ключи и тяжёлый рюкзак. Парень просто молчал, понимая, что ей нужно было успокоиться и почувствовать присутствие того, с кем она всегда была в безопасности. Девушка приснилась лбом к его плечу. -Расскажешь? - внутренне он приготовился к какому то пиздецу и чутье не обмануло, когда в его ладонь легла похоронка, присланная на Костю. Марат внимательно прочел ее от и до. Попытался найти ошибку в фамилии или адресе, но все было в порядке. Он взглянул на нее, пытаясь понять, почему подруга не плачет, ведь вроде как новость должна нихерово дать по психике. Вспомнить только пример того, как она ревела из-за смерти друга по переписке, а тут брат. -Я не верю в это. Он не мог. И объяснить не знаю как.. А мать просто рвёт и мечет, и меня ещё безчувственной обзывает. Хотя в этом капля правды видимо есть..-ответила та на его вопросительно-недоуменный взгляд. Марат ничего не стал говорить. Какой смысл, если ее мозг создал ложную надежду, чтобы не заработать нервный срыв. Поэтому он лишь молча согласился с этим негласным фактом и собрав маленькие пожитки подруги в руки, поднялся со ступеней. - Я ненадолго.. - предупредила все-же та. -Да хоть на месяц, мамка все равно тебя обожает, говорит что влияешь на меня положительно. Я вот, джентльменом уже становлюсь, но помощь бегаю. - с ухмылкой произнес Марат. -Тем более отец в командировке. Заживём как в песне. - парень пнул дверь подъезда и зашипел от боли в пальце. А она засмеялась. Искренне и впервые за два месяца.